Врата. Наемники.

Глава 12. И снова Фигаро. Часть 1.

- Кипеш, в отель не суйтесь, засада. - раздался в рации голос Тича. - Нас нехило обстреляли, у нас трехсотый. - Черт! Кто? - Фому цепануло в правую бочину. Жить будет, судя по тому, как матерится. Да и отель мы слегка того, пожгли. - Час от часу не легче. Как ухитрились-то? - Я последовал примеру пархатого, затарился термобарической. Вот с нее и загорелся номер. - Понял тебя. Значит так - Фому в больницу, оставишь с ним кого-нибудь, а сами - ко мне, на усиление группы. Куда мы отправляемся - я тебе сообщу по другому каналу. Как понял? - Принял. Выполняем.       Кипешу невыносимо захотелось закурить, хотя он уже давно бросил эту вредную привычку. Но командир наемников сдержался и не стал стрелять у Жида сигаретку, а вместо этого обратился к Итами: - Лейтенант, в отеле нас ждала засада, так что отправляться туда - не вариант. Что предложите?       Итами почесал затылок и, подумав, ответил: - Про пожар я уже знаю, в сети пара роликов есть, да в информленте об этом говорилось. А на счет места ночлега - есть у меня одно на примете. - Надежное? - Не очень, но лучше ничего нет. Вы с нами пойдете? А то места там маловато. - Понятно. Заночуем в машинах, да и подходы под наблюдением будут. А с вами пойдут пара ребят, им место найдется? Итами посмотрел на своих подопечных и вздохнул: - Надеюсь. Искренне надеюсь. - Так куда мы направляемся? - К моей бывшей жене. - ответил Юджи. - Давайте карту, покажу, где она живет.

***

- Так, Жид и Ронин, вы идете с Итами в хату к его жинке, сидите тихо, связь держите постоянно, если проблемы - сперва орете "Караул!", а потом уже стреляете. Поняли? - строго спросил у указанных наемников Кипеш. - Полностью. Растяжку на пролете поставить? - спросил Жид, выкидывая очередной окурок в сливную решетку. - Не смей. Там гражданских полон дом, приспичит кого-нибудь за сигаретами или пивом ночью сходить - и амба, накрылась операция. - Блин, точно. Туплю чего-то. - смутился Жид. - Наверное от недосыпа. Или недоедания. - Курить бросай. Так, Итами, наверное, со своей бывшей благоверной договорился, идите. И умоляю - спите по очереди. - Не боись, Паш, не впервой. А тебе, Саня, повезло. - Жид хлопнул Ронина по плечу. - Попробуешь утром мой фирменный энергетический напиток - "Разряд-мне-в-зад". - Я уже боюсь его пробовать. - ответил Ронин, набирая код, который сказал им Итами, на домофоне. Подъезд встретил наемников тишиной и неярким освещением. - Нда, уютненько, однако. - усмехнулся Жид, глядя на часы. - Полдвенадцатого ночи, тишина. Ни молодежи, ни вахтерши. Никого. - Это точно. У нас бы вахтерша уже хай бы подняла. Или молодежь полупьяная нарываться полезла. - Угу. Вот за что я люблю подобные страны - легко действовать. На камеры все надеются, сигнализацию... Да нет ничего надежнее отставного сотрудника КГБ бабы Зины. Мимо нее не то, что мы - спецназ не пройдет. - Точно. Помню, как-то я пришел в гости к своему другу в Москве, он в сталинской высотке живет - так вот такая баба Зина мой паспорт чуть ли не с лупой проверяла, он ей не понравился, так она меня клюшкой из подъезда выгнать пыталась, пока я другу названивал. Только он от нее и спас.       Жид зафыркал, припоминая подобные случаи в своей биографии. Чем ему тогда только не доставалось - тряпкой, шваброй, галошей... Одна "баба Зина" так вообще самым настоящим наганом угрожала. Жид не стал ее тогда убивать, просто заблокировав руку и вырубив опасную бабульку легким ударом в висок. - Жид, стой. - остановил наемника возглас Ронина. - Чего еще? - Ты чуть этаж не прошел. - Да, точно старею. Задумался вот - и все, концентрация потеряна. - Ты просто устал. Давай я за тебя подежурю? - Не, первую половину ночи - я, а вот вторую - ты, оки? Ронин вздохнул и согласился: - Давай, чего уж там. - Вот и ладушки. - ответил Жид, нажимая на кнопку звонка.

***

- Там двое парней, Итами. - сказала Курибаяши, смотря в глазок. - Все нормально, это прикрытие. Открывай. - Что? Еще гости? - удивленно воскликнула Риса. - Эх, и так места маловато... - Не ждали? - по-имперски спросил Жид, оглядывая вход. - А мы пришли.       Ужом проскользнув между застрявшими в узком коридорчике Ронином и Курибаяши, Жид под приветственный возглас Рори вошел спальню/гостиную/рабочее место бывшей жены Итами. - Да, тесновато, но миленько. Сразу ясно, что тут - жилище настоящего, как его там, отаку. Госпожа Риса, вы по-английски говорить можете? - спросил наемник, переходя на этот язык. Та подергала Итами за рукав и тихо спросила: - Слушай, чего он говорит? - Английский знаешь? - Не очень. А он что, не знает японский? - Нет, он наемник, а не полиглот. Тогда я буду тебе переводить, что он скажет. Иван, она не знает языка. - по-имперски сказал Итами. - Плохо. Ну да ладно, я только хотел спросить, можно ли нам оккупировать вон тот стул, вынеся его в коридор. - Зачем вам? - Эх, а еще лейтенант. Пост устроить нужно с максимальным комфортом, что бы ничего потом не болело. - Да зачем? Никто же не знает, что мы здесь. - Знает, не знает - не важно. Важно то, что ваши шкуры оценены в приличную сумму, которую мы отрабатываем. Так что запомни - из квартиры не выходить от слова вообще. Сидите тут до утра, а там свяжемся с центром и будем действовать по обстановке. - Ну хорошо. Томита, поможешь товарищам? - спросил Итами. - Конечно. Но я по-английски не очень, вы ему объясните, что собачью вахту я себе забираю. - Хорошо. - смущенно улыбаясь и почесывая затылок, Юджи развернулся к Жиду. - Эм, мой подчиненный хотел бы вам помочь, он даже требует отдать ему какую-то собачью вахту.       Полезший в карман за сигаретами Жид от удивления аж выронил пачку и выпучился на Итами: - Лейтенант, а ты точно военный? - Ну да. Вы же меня неоднократно на базе видели. - Так какого хрена ты не знаешь о собачьей вахте? - наемник наклонился за пачкой и грозно поглядел на собирающуюся что-то сказать Рису. - Не думайте, я не зверь, в коридоре покурю. И Роня, заканчивай с сержантом флиртовать, у нее аж ухо покраснело.       Ронин смущенно потупился, отстраняясь от Курибаяши, которая быстро надулась, глядя на Жида обиженным хомячком. - Ронь, твоя вахта первая, потом толкнешь меня, дальше - Томита. Дежурим по три часа. Какие планы на день, Юджи? - Да самые хорошие - жрать, спать и развлекаться! - воодушевленно проорал Итами. - Дурак, и не лечится. - вынес приговор Жид. Итами оглянулся к своим за поддержкой, но все: Рори, Лелей, Тука, Риса, Курибаяши и даже Томита, кивали как китайские болванчики. Лишь Бозес и Пина отвлеченно листали какой-то журнал, временами отчаянно краснея. - Да какая разница, все равно безопасно нигде не будет. Но я думаю, что в той же Акибе на нас никто не нападет. Там народу везде много, подворотен нет... Да и вообще, я манги хочу себе купить! - Хорошо. - неожиданно согласился наемник. - Но пойдешь один, остальные с нами и под охраной. Но да ладно, давайте спать, утро вечера мудренее. Мне матрас дадут, или тряпочкой обойдусь?

***

- Жид, караулишь? - раздался тихий шепот за спиной сидящего на стуле наемника, рассеянно глядящего на входную дверь и крутящего в руках маленький железный крест. - Нет, само собой. Чего хотела? Рори подошла к нему и встала рядом. - Да просто так. Чем-то ты меня заинтересовал. - Понятно. - лаконично ответил Жид. - Но все же иди спать, завтра... нет, уже сегодня, будет тяжелый денек. Седым волосом на жопе чую. Рори хихикнула и вдруг ловко перехватила крест из рук наемника. - А это что? - спросила она, разглядывая его. Черный, с серебряной каймой, с желто-синим знаменем в середине, в которое, в свою очередь, был вписан вычуренный трезубец. - Награда. - Как-то ты немногословен. А подробнее? - Да снял я ее с одного нехорошего мужика как трофей. Она, вообще-то, неофициальная, но меня приколола. - А что за мужик? - Да гаденыш редкостный. Гнида, революционер, провокатор, палач, и та сволочь, из-за которой всех наемников не считают людьми.* - Да, я встречала подобных. Хотя сама к вашей братии довольно хорошо отношусь. - Это приятно. - хмыкнул Жид, забирая крест. - Но мы действительно разные, и хорошим человеком лично себя я назвать не смогу. Из лишней скромности. Рори еще раз тихонько хихикнула в кулачёк. - Нет, я серьезно. Хоть мои этого и не одобряют, но я действительно на многое готов за деньги. - Даже... убивать детей? - серьезно спросила Рори. Жид оторвал взгляд от двери и, глядя девушке в глаза, кивнул: - Да. И ничего личного, мне заплатили. Но вот предать сторону, на которую я работаю - это невозможно ни за какие деньги. Репутация, мать ее. А теперь - иди спать.

***

      Утром, глядя на охающих и матерящихся наемников, что спали в машинах, Жид злорадно улыбнулся. Да и зеленые лица Ронина и Томиты, что попробовали его "Заряд-мне-в-зад", состоящий из ред-була, кока-колы и растворимого кофе, делали эту улыбку еще шире. - Так, Кипешь, смотри. Томита, прынцесса и ее подруга собираются в библиотеку, жена Итами с остальными - в Акибу за всякой фигней, сам Итами - за своими комиксами. Предлагаю забить на него, разделиться пополам и пасти обе группы гостей. - Нафига? Нам платят только за принцессу. - Шоб враг думал, что нам платят за всех. А то подумают, что коктейльная самый ценный фрукт - и будут нас атаковать. А тут хрен они поймут, кто ценнее. - Логично. Тогда так - Пину пасем мы, ты с "Мышью" - остальных. Ну и Ронина с Савиор вам в усиление дадим. - Ок. Курибаяши? - спросил по имперски Жид. - Когда выходим? Сержант оглянулась на готовых к выходу девушек. - Да вроде готовы. Деньги у Итами отняли, так что все в порядке. - Хорошо, тогда - двинули. Мы ведь на поезде? Курибаяши кивнула: - Точно. Риса, веди, ты сейчас главная.       На полпути до вокзала Жид вдруг смял недокуренную сигарету и выругался. - Ты чего? - спросил его дядя Толя. - Я почему-то совершенно забыл, что ненавижу ходить с бабами по магазинам. - Так это и ежу понятно, кто же любит. Но я тебя могу обрадовать. - Чем? Они вдруг резко передумают и пойдут в оперу? - Нет. Я тут поглядел в инете - в Акибе есть магазин, где продают всякую снарягу для страйкбола, охоты и тому подобного. - И что? Я привод только для тренировок исполь... Хм, а ведь точно! Там иногда можно стоящее прикупить. Но как мы туда их завлечем? - Ну, если эльфа каноничная - то она точно не откажется на луки нашего мира поглядеть. - Я тебе сразу могу сказать - каноничней некуда, хоть клеймо ставь. Лично слышал, как она стенала, что ее лук в их деревне остался. - Вот видишь.

***

      В Акибе почти все деньги, отжатые у Итами, улетели в кассовые аппараты магазинов. Риса паровозом, с паром и шипением носилась по магазинам, таская за собой порученных ей девушек и наемников. Вскоре Лелей, Рори, Тука и, что неожиданно, Савиор, получили по пакету с нарядами. Так же Жиду с Роней удалось завлечь эльфийку в тот магазин, о котором говорил Батя, где уже наемники расстались с крупной суммой денег, накупив различной тактической снаряги. Батя даже расщедрился и купил на свои кровные Туке самый лучший, по ее мнению, лук, кучу стрел и прочих прибамбасов к нему. За что был яростно зацелован в обе щеки, после чего наемники и персонал могли наблюдать подобие чукотского мухоморного шаманского танца, исполняемого хрупкой эльфийкой. После чего паровоз под названием "Риса", о чем-то поговорив по телефону с Итами, снова потащил их за собой, на сей раз в кафе. А оттуда - в любимое развлечение японцев - караоке. Петь японские песни могли только сама Риса и Курибаяши, иномировые девушки пели под музыку свои песни и лишь "Мышь" сидела как и подобает этому грозному грызуну - молча. Пока Рори не ткнула Жида кулачком в бок и не попросила, глядя тому в глаза жалобно, как голодный котенок. - Жид, спой. - Иди нафиг. Не хочу. - Ну спой. - ее тут же поддержали одобрительным гулом остальные девушки. - Не буду. Я на работе, вообще-то. - Да ладно тебе, спой. Ты хорошо поешь. - Да и мы, если что, прикроем. - тут же добавил Кабан. - И ты, Брут? - грустно спросил Олега Жид. - И я, Цезарь. Не, Ваньша, ты ведь реально хорошо поешь. Давай, жги. - Черт с тобой. Роня, не спросишь на ресепшене у этого... ресепшионера?.. менеджера, в общем, гитару? Ронин кивнул и скрылся за дверью. Вернулся он минут через пять, неся искомый предмет. - Значит так - потом не жаловаться! - сказал Жид и, настроив гитару, заиграл: Кругом зима, опять зима, снега черны, как всегда, Они привыкли растворяться во тьме. Кругом чума, опять чума, твои мертвы города - Они привыкли плыть по этой чуме. И кто-то может слушать Боба, кто-то "Ласковый май", Почем пророки в идиотском краю? Гитару брось, бабу брось и как жену обнимай Обледенелую винтовку свою. Который век скрипит земля, но мир светлее не стал, Тебе все это надоело, и вот - Поет труба, присох к губам ее горячий металл - Она друзей твоих усталых зовет. И ты был слаб, и ты был глуп, но все мосты сожжены, Их не вернуть - они не смотрят назад. И ты встаешь, и на плечах твоих рассветы весны Как генеральские погоны лежат. Крутые дяди говорят: "Твои потуги смешны. Куда годна твоя дурацкая рать? Подумай сам - коснется дело настоящей войны - Они же строя не сумеют держать!" Ты серый снег смахнешь с лица, ты улыбаешься легко. Ты скажешь: "Верно. Но имейте в виду: Где ваши штатные герои не покинут окоп - мои солдаты, не сгибаясь, пройдут." И плюх да скрип, сырое небо бороздя головой - его учили улыбаться во сне - Идет седьмого идиотского полку рядовой - твоя надежда в этой странной войне. А мимо мертвые деревья вдаль плывут, как вода, По их ветвям струится розовый дождь. Они молчат, поскольку знают, для чего и куда Свое оборванное войско ведешь. И все на счастье, даже небо это рюмкой об пол, И все довольны, и в штабах ни гу-гу, И до последнего солдата идиотский твой полк Стоял в заслоне и остался в снегу. И о медалях-орденах ты помышлять не моги: Всего награды - только знать наперед, Что по весне споткнется кто-то о твои сапоги И идиотский твой штандарт подберет.**       Едва прозвенел в воздухе последний аккорд, как в комнате караоке-клуба зазвенела тишина. Хоть Жид и пел на имперском, остальные наемники, узнавшие эту песню по аккордам, подавленно молчали. Молчала и Риса, которой Ронин тихонько суфлировал на японском. Тишина стояла долго, добрых десять минут, пока ее не нарушил телефонный звонок. Риса медленно подняла трубку, принимая вызов. Минуту она слушала слышимый всем голос Итами, после чего, сбросив звонок, подняла голову и сказала: - Мы все едем на горячие источники, Юджи договорился. Ответом ей стало бурчание Курибаяши: - Что-то уже не очень-то и хочется...