Night Work.

Скорее всего, это был вечер. Или ночь. Затуманенный алкоголем, мозг Уилла отказывался что-либо понимать. Он даже не помнил, как оказался в этом баре. Все начиналось с ресторана, в котором отмечали конец двадцать первого сезона. Там были почти все с проекта и несколько приглашенных, но сейчас он уже ничего не помнил. Уилл сидел на высоком барном стуле и потягивал виски. Бармен скучающе протирал стаканы, а сам бар прибывал в сонном состоянии. Кроме самого Жарделла там было еще человека три, которые сидели по отдельности и ни на кого не обращали внимания. Парень был в некой прострации, размышляя о ближайшем будущем. К примеру, как он будет добираться до дома, выпить ли еще виски, или заказать чего-то более разнообразного. - Привет, - к нему подсел странного вида человек, подозвав к себе бармена. - Угу, - Уилл кивнул, даже не повернув голову в сторону внезапного собеседника. - Празднуешь поражение? - появившийся забрал со стойки высокий бокал с цветной жидкостью - коктейль с трудновыговариваемым названием. - Что? - "почти победитель" взглянул на незнакомца, отмечая, что он ему вполне знаком. В глаза бросилась заметная татуировка на шее и черные "кругляшки" в ушах. - Узнаешь, нет? Или алкоголем выветрило память? - Ромэо обхватил своими очешуенными губами трубочку и принялся мирно потягивать коктейль. - Что ты тут делаешь? - Жарделл внезапно ощутил на себе всю мощь виски, и язык начал заплетаться, и руками шевелить стало сложнее... - Тот же вопрос тебе, - парень зажевал дольку апельсина, висящего на бортике бокала. - Лично я - отдыхаю. Ответ на этот встречный вопрос Жарделл тихо промямлил, одним большим глотком осушая стакан с виски, отключая сознание. И в этот момент он не понимал, что происходит. Уилл и Ромэо сидели на белом кожаном диване в небольшой уютной комнате и играли в карты на раздевание. На обоих уже не осталось всяких рубашек/футболок/маек. А Тостадо еще пытался стянуть свои побрякушки, выдавая их за предметы одежды. На улице за окном было темно, а в комнату свет попадал с коридора. Оба парня чувствовали себя неприлично пьяными, веселыми и свободными. И конечно, Жарделл упустил тот момент, когда они оба оказались на диване уже в положении параллельном к его поверхности. Уилл тихо застонал, почувствовав чужое колено меж своих ног, которое настойчиво их раздвигало. Также, он упустил тот факт, когда его уже успели раздеть. Тостадо покрывал его шею поцелуями, покусывая изредка кожу. Его "жертва", закусив запястье, выгибалась, полностью отдаваясь. Уилл царапнул плечи Ромэо, когда тот спустился довольно низко. Очень низко, возмутительно низко, непозволительно низко, проводя языком по головке члена Жарделла. Жарко, крышесносительно, фантастично. Соответственно, сознание обоих решило не радовать моделей информацией о том, как Тостадо перевернул Уилла в позу "коленно-локтевую". Так же он достал бутылочку коньяка для хотя бы какого-то подобия смазки. Жарделл, кося взглядом, наблюдал за его действиями. - Ты выглядишь, как шлюшка, - сообщил Ромэо парню, усмехаясь. - Спасибо за комплимент, и давай уже быстрее, - высказался тот, прогибаясь в спине. - Все не терпится? - шепнул Уиллу на ухо он, пропихивая смоченный в коньяке палец внутрь тела. Ответом послужил тонкий скулеж, который понравился Тостадо, заставляя действовать дальше. И вот в теле Жарделла оказалось два пальца. Ромэо, чуть приподнявшись, куснул парня за ухо, проведя языком к шее, вызывая толпы мурашек. После, оставив на его шее несколько засосов, он вытащил пальцы из заднего прохода Уилла, и, использовав еще часть коньяка, вошел в него наполовину. Уилл протяжно застонал, выгибаясь еще сильнее, сжимая в пальцах обивку дивана. Подождав, пока партнеру не станет более комфортно, Тостадо начал двигаться, обхватив пальцами член Жарделла. Его сводили с ума узость парня, покорность, и эти тихие-тихие стоны удовольствия, которые Уилл пытался заглушить. - Иди сюда, - Ромэо потянул партнера к себе за плечи, заставляя встать, опираясь лишь на колени. Прижавшись к нему спиной, Жарделл откинул голову назад, кладя ее на плечо парня, задевая носом тоннели в ушах. Тостадо куснул его за шею, не сбавляя темпа, входя резко и изредка даже грубо. Оба были слишком разгорячены и заняты, чтобы тратить время на слова. Хотя, как раз на стоны им хватало всего. А утром, мучаясь с похмелья, усядутся на кухне, попивая карамельный кофе. Ромэо, оперевшись поясницей о столешницу, уставится на Уилла. А Уилл смущенно спрячет взгляд, грея пальцы о чашку с ароматным напитком. Им не нужны слова. Сейчас достаточно присутствия.