Проклятие Ликаония

— Тебя явно кто-то спас, — сказал Дитон, внимательно смотря на Анну. Девушка удивленными глазами посмотрела на того, кто выдвинул такое заключение. Самое странно было именно в незнании того, кто мог пойти на это. Может, это была какая-то выгода, или некое предупреждение о том, что рано или поздно Анна умрет и этого ей не удастся избежать. Только не слишком-ли глупо сначала попытаться убить, а потом дать противоядие? Больше всего волновал способ получения той болезни, ведь Анна была с Тео, и никого по близости слишком подозрительного не было. — Тот врач, — вспомнил Стайлз, посмотрев на брюнетку. — Когда мы с Малией были с тобой, в палату заходил врач, но он не должен был быть там.       Очевидно, что один человек не мог это сделать. Кто-то существует еще, и он или они прекрасно знают о Анне, даже следят по возможности. Только эти спасители не желают ей смерти, а даже наоборот, хотят, чтобы она жила. Брюнетка не знала, на кого думать, потому то кроме ее приемной семьи, ей больше никто не известен. Настоящие родители погибли, и почему-то Анна верила именно в это. Даже голоса в голове выдавали именно такого рода информацию. И когда она сидела тогда в комнате, брюнетка думала обо всем и всех. Кто должен быть, и кого рядом не оказалось. — Сейчас я в норме, и кажется, у нас все еще остается проблема, — подытожила Анна, смотря на каждого по очереди. — И она становится еще больше, потому что мы ждем прямого нападения. — Но теперь мы знаем, что нужно быть еще осторожнее, — сказал Тео. — Насколько осторожнее? — Переспросила Малия. Она привыкла видеть врага в упор, а не действовать как-то тихо и настороженно. И Анна брала это в расчет. Происходящее не должно сильно влиять на ребят, ведь в большей степени сама девушка к этому причастна, нежели стая МакКола. Просто предупредить их об опасности, и постараться оградить от нее. А сама Анна связана со сверхъестественным миром намного больше, чем могла себе представлять.       Весь разговор она прослушала, даже не пытаясь вникнуть в их предположения. Анна знала, что догадки не всегда являются правдой, и поэтому она кое-что решила для себя. Способность предвидеть будущее в ее арсенале, так почему бы не испробовать себя? Нужно попытаться использовать это в действительно нужное русло. — Мне нужно попытаться увидеть, — проговорила девушка, смотря в одну точку. — Столько всего я уже знаю, почему бы просто не использовать мою силу снова? — Верно, — поддержала Лидия. — Раньше ее способность сама проявлялась, но что сделать, если все будет наоборот? — Вдруг я могу ею управлять, но просто не знаю об этом? — Если обратиться к мифологии, друиды очень часто использовали Омелу для усиления своих сил. Раньше это были простые обряды, но со временем, друиды овладели магией, но продолжили и дальше пользоваться этим растением, — рассказывал Дитон. Анна положила руки на колени и закрыла глаза в то время, как все остальные начали обсуждать вышесказанное.       Это просто, верно? Да, просто. Если я смогу представить что-нибудь себе, и попытаться задать что-нибудь, вроде вопроса, то обязательно получу ответ. Как насчет простого воспоминания? Это ведь не так сложно, хотя бы простое. Самое простое и недавнее, а еще лучше то, чего я не помню. Что просто стерлось из моей головы раз и навсегда...       Шел белый снег, покрывая весь город крупными хлопьями, и вырисовывая сказочную картину зимы. Майя любила это время года хотя бы потому, что именно в это время можно слепить снеговика и поиграть в снежки с отцом. Он часто бывал дома именно зимой, и вот еще одна причина любить ее. — Майя! Идем на улицу!        Голос мамы для маленькой девочки был точно таким же, как зима - сказочным. Да и вообще эта семья была самым настоящим примером для подражания, примером любви и заботы о друг друге. Анна это чувствовала, ощущала каждой клеточкой своего тела, и будто холодный снег ложился на ее ресницы, щеки и губы.       Все было по-настоящему! Этот дом был простым и уютным, и дело даже не в семейном достатке. Все было видно по отношению мужа к жене, родителей к своему ребенку, и даже по семейным ужинам, которые устраивались достаточно редко, но с глубокими чувствами. Анна видела это, наблюдая со стороны через окно. Смеющаяся, маленькая девочка, так сильно похожая на саму Анну, рядом мама, что заботливо накладывает ей различные вкусности. Отец откладывает наверняка очень интересную газету для того, чтобы уделить время семье. Это и есть взаимоуважение и любовь. — Анна... Анна!       Она почувствовала руки на своих плечах, а когда раскрыла глаза, то почувствовала, как слезы скатываются по ее щекам. Это были те самые эмоции, которые она испытывала, стоя за окном того дома, наблюдая за семьей. Ее семьей. Этой девочкой была сама Анна, но только ее звали не Анна. — Да, — вытирая слезы, ответила брюнетка и встала со стула. — Это просто... Кажется, я начинаю все вспоминать.