Переполох в Шибуя-шо

Значит, битой по Биту! Я недобро усмехнулся, приседая, резко проваливаясь вниз. Только волосы пригладило ветром от могучего взмаха. Пригнулся, винтом заворачиваясь на роликах. Надо мной мелькнула перекошенная от натуги небритая физиономия в монструозной маске. Жирдяй отчаянно пытался совладать с инерцией промаха, тянущей его под мои кулаки. Смешно. С правой стороны - по скуле, с левой - в нос, и ещё раз с левой - над левой же бровью. Я был намного меньше и слабее, но в скорости этим уродам со мной не тягаться. Противник с тяжелым стоном опрокинулся на мои ролики. Растянул по асфальту красно-слюнявую нитку из разбитого рта. — Получил, кретин! — азартно воскликнул я и тут же оборвал восторги. Рановато радоваться, учитывая, что Мяу все еще мечется между насильниками, да и Пиранья, похоже, проиграла свой раунд. Ей удалось натянуть низкий край топа на левую грудь, но визави рванул её за одежду с другого края. Теперь уже правое полушарие эбенового цвета выпрыгнуло над белой материей. Пиранья материлась и пыталась одеться быстрее, чем её раздевали. Кому помогать? Циничная логика указала на смуглокожую красотку. Несчастная Мяу (тьфу-тьфу, чтоб никогда не узнала о моих мыслях!) уже огребла по полной программе, и лишняя минута ничего не изменит, а вот Пиранью надо выручать — её честь ещё можно обезопасить. Шаг, скрежет, рывок. Я соколом рванулся с низкого старта, длинным зигзагом миновал бетонные блоки, скрывающие меня от «бутербродной» парочки. Не услышали? Какое там, они заняты по самое не могу. — О, детка! Ты такая скромница! Не заснула? — М-м-м-м... — Давай поживее, а то нам разонравится! Ты же не хочешь этого? — М-м-м... Бедняжку Мяу толкали взад-вперед с такой яростью, что она уже даже не стонала, а обреченно мычала на тоскливой ноте. Чёрт, чёрт, чёрт! Но менять решение было поздно. Я вылетал в спину второму охотнику на моих девчонок. Тот, хрипя, совладал с жертвой, сорвал с неё топ, и стянутый на локти жакет. Полуголая Пиранья гневно обхватила высокие груди и... Я с разгона въехал локтем в широкий затылок горе-любовника. Ха, наверное, обидно, раздеть такую жаркую штучку и улететь в глубокий обморок! Туша покачнулась и, хрустнув шеей, опрокинулась на взвизгнувшую Пиранью. Сползла набок. Получил, ублюдок! Пиранья вытаращила глаза, явно не ожидая спасения, а я пытался не сломать собственные, удерживая их на красивом лице девушки. На лице, слышишь! Ох и всыпала бы мне Гам... А я еще к Табу докапывался. Тут надо выручать Мяу-тян, а я, мудозвон, пытаюсь не глазеть на сиськи подруги, которую едва не поимели козлы из чужой банды! — Бит?! Откуда ты здесь... — прервала мои самобичевания Пиранья. — Тсс, — зашипел я, прикладывая палец к губам, — только не орать! Ты в порядке? Ясно, что не в порядке, но у меня, дьявол побери, не было времени подбирать слова! — Д-да, я норм, — сообразила расклад девушка. Она моргнула, и огляделась. Разорванный топик щерился нитками, и как одежда уже не годился. Пиранья, слегка покраснев, обхватила рукой непослушный из-за размера бюст, потянулась за жакетом. Я подал ей испачканный предмет гардероба, чтобы быстрее покончить с невольным стриптизом. Умница, не стала тратить времени на благодарности или глупое «Отвернись!». Понимала: сейчас не до этого. Солнце взобралось в зенит, залило каналы тягучим как стекловата блеском. — Бит, там Мяу, — сглотнув, произнесла девушка, скрывая телесные богатства под запыленной курточкой, — она... её... Наушники не ко времени плеснули по-детски яркими аккордами "Let Mom Sleep". — Видел, — коротко кивнул я. — Сейчас помогу.