Сила, что изменит Мир

По пустыне шел человек, чей плащ едва колыхался от потока воздуха. Темные волосы были распущены и почти доставали поясницы. На нем были мешковатые штаны и темные наручи. Губ мужчины коснулась ухмылка. Он медленно подошел к Янь, в которой всё ещё была катана клана Учиха. — Ну и что ты у меня тут разлеглась? М? — он резко выдернул клинок и сделал шаг назад. Блондинка резко закашляла и жадно стала дышать. — Та… кха! Таке… кха! Такеши… она… — Ой… — он скучающе закатил глаза, — меня не интересуют твои разногласия с Инь. Как ты умудрилась лишиться кисти? М? — Всё в норме, — огрызнулась та и тут же залечила руку. — Ну вот, с конечностями на тебя смотреть приятнее… где Инь? — Не знаю. — Янь… сколько можно повторять… мне дерзить не надо… — ветер буквально сдавил горло блондинке. — Поняла… — сквозь зубы процедила та. — Ох уж этот Рикудо. Разбрасывается моей силой направо и налево… девочки, я ведь вам все отдал, неужели было так сложно выполнять работу? М? — он размеренно вытер клинок о наручи, — эти жалкие людишки… поубивали друг друга, а нам разгребай… — Что это за… — скривилась блондинка, увидев красную Луну. — Да так… — махнул тот рукой, — Кагуя пробудилась… чертов зародыш… — Кагуя? — Ага… а к тому же… у Инь забрали её силу… она всегда была проблемная, но чтобы так её лишиться… нужен талант, — мужчина снова улыбнулся, — в путь? — Да, — строго сказала Янь. Пока они добирались до нужного места назначения, бой подходил к концу… — Ну и что это за камень? — спросила Янь, увидев в воздухе шар из кусков глыб. — Хм… проверим, — лукаво улыбнулся Такеши. Раздался взрыв. Оба мгновенно оказались в нужном месте. — О… — слегка рассмеялся Акасуна, — не может быть, вот и мой промах… Мадара Учиха… если бы я тебя нашел раньше, то твой правнучке не пришлось бы разгребать все твои грешки… кстати, где Инь? — Такеши стал осматриваться по сторонам так, будто бы ничего и не произошло, будто бы так всё и должно быть. — Я её чувствую, она где-то рядом, и она… — Умирает, — строго проговорил Такеши, нехотя скрывая злость. — А что там за битва? — Янь кивнула в сторону. — А… Наруто кажется… а ещё некая куноичи и любимчик нашей Инь, — хмыкнул Акасуна, — надеюсь, что они добьют этого зародыша. Не важно… — отмахнулся он, — найди Инь. — И? — Янь крепко сжала кулаки. — И ты знаешь, что нужно сделать. — Нет… — прошипела та. — Не заставляй меня забирать твою силу, — быстро проговорил он. Такеши почувствовал приближение нескольких «людей». — Янь, у тебя меньше минуты, чтобы найти её среди этих коконов и принести сюда. Я хочу узреть настоящее шоу… — Уже…

***

Инь сидела на обломках дома и всё ещё никак не могла прийти в себя. Девушке стоило лишь сжать кулак, как всё прекратилось. — Зачем я всё вспомнила? Зачем… дедушка, мы… мы столько натворили… а сколько натворила я… — Ну, выпустила пар? — услышала она ехидный смешок рядом. — Кисаме? — Агась… — ответил тот и с силой ударил девушку в плечо. — Больно ведь! — Ну так это ведь хорошо… значит, ты всё ещё жива… Инь замерла. — Ты… ты знаешь? — с замиранием сердца спросила она. — Хех… конечно знаю. И он знает… — Кто «он»? — Инь знала, чьё имя хочет услышать, но боялась себе в этом признаться. — Итачи-сан… — Кисаме сделал шаг в сторону. Наследница увидела настоящего Итачи Учиха. Он стоял ровно, безразлично глядя вдаль, на нем черный плащ с красными облаками, протектор с перечеркнутым знаком деревни; темные развевающие прядки, до которых она всегда хотела коснуться… — Итачи… — она улыбнулась, дав волю паре слезинок. — Инь… — наследник перевел взгляд на девушку. Она не видела, но знала, что он улыбается, знала, что этот Итачи настоящий. Не знала как, но была этому очень рада. Та фальшивка, что встретилась ей после пробуждения, лишь жалкая копия. Оригинал куда лучше… Инь медленно поднялась и подошла к Учихе, не останавливая слезы, что скатывались по пройденным дорожкам, всё, как тогда… почти… «Итачи, я не могу… прости, я обещала Саске, я клялась ему. Обещала быть лишь его, я принадлежу ему… и эту клятву не в силах снять…» — Здравствуй… — мягко начал он. — Итачи… — это всё, что она могла сказать. В горле встал такой ком, что и дышать было сложно. — Этот мир… он… ужасен… прости меня… я так хочу, но я… — наследник незаметно взял девушку за руку. — Холодная… в который раз убеждаюсь, что голова дана тебе просто так… — спокойно проговорил он. От Инь раздался истеричный смешок. — Прости меня… — За что, Инь? — Итачи слегка поднял брови вверх в знак удивления. — Я столько всего сделала, столько… а сейчас… и ты… а этот мир… — она не могла создать нормального предложения, чтобы высказать все свои мысли. — Я знаю, — ровно ответил Учиха и ещё крепче сжал руку Инь. — Что знаешь? — Всё знаю, — усмехнулся Итачи и поцеловал девушку в макушку, отчего сердце правнучки готово было вот-вот разорваться, — пройдемся? — он указал рукой на длинную улицу. От боя не осталось и следа. Всё внезапно стало целым, чистым… спокойствие и благодать… — Итачи-сан, не задерживайтесь, — сказала Кисаме. Учиха же ничего не ответил. Прижав как можно ближе к себе Инь, он направился вдоль длинной красивой улицы клана. Справа и слева находились ухоженные и аккуратные домики, а между ними стояли лавочки, клумбы, в которых, почему-то, росли лишь камелии, а ещё весь этот вид дополняли величественные деревья. — Тут красиво, — едва произнесла девушка. Итачи лишь прикрыл глаза и опустил голову, настраивая себя на разговор. — Что мне делать? — хриплым голосом спросила темноволосая, — я не знаю, что мне дальше делать, как мне быть? Учиха тяжело вздохнул и медленно поднял голову на наследницу. Его лицо сейчас не выражало никаких эмоций, глаза будто бы смотрели в пустоту, улыбка, та самая горькая улыбка, которую Инь видела при жизни всегда, но упорно не замечала. — Итачи… — настороженно начала девушка. — Инь… — слова давались с большим трудом. В следующую же секунду Учиха прижал к себе девушку и так нежно поцеловал. Инь отвечала, но начала что-то чувствовать, что-то… что делало эти высокие, нежные чувства такими тяжелыми, что дышать было сложно. — Я дала ему слово… — тихо прошептала она. — Я знаю, — немного отстраненно, но уверенно произнес Итачи, — ты должна очнуться. — Но как? Сердце закололо и появилась жуткая боль во всем теле. Инь стиснула зубы крепче, чтобы хоть как-то отвлечься, но это не помогло. — Мой старый друг поможет тебе в этом… Сердце начало замедлять свой ход, и чувства радости стали испаряться, просто исчезать… — Что? — Инь стала осматриваться, и на её глазах дома рушились, цветы жухли, люди просто растворялись в воздухе, — Итачи… — испуганно проговорила Инь. Девушка перевела взгляд на наследника и немного дернулась. Ведь перед ней Учиха стоял побитый, израненный, весь в крови, в приспущенном плаще, растрепанными волосами, одним прикрытым глазом. Как тогда, когда Саске убил своего брата. — Инь, — прохрипел Итачи, — ты должна очнуться. — Инь, — услышала она голос, как будто бы из-под воды. — Кисаме? — обернувшись, та увидела мечника, что был заключен в водяную тюрьму вместе с акулами. — Очнись, — последнее, что сказал Хошигаки, потом хищники растерзали тело мечника на куски. Такая чистая вода приобрела красный оттенок, в которой довольно плавали акулы, лакомясь мясом. — Кисаме!!! — из глубины души донесся крик, — нет! Кисаме! — она хотела броситься к водяной клетке, но Итачи удержал её за руку. — Инь, его больше нет. — Итачи, — она прикрыла лицо руками и заплакала, — почему я вас снова теряю, почему?! — плечи стали подрагивать от частых рыданий, и в голове внезапно появилась ещё более жуткая боль. — Инь, прошу тебя, не нужно слез, — Итачи кашлянул и отвернул голову в сторону. Наследница услышала, как кто-то подошел сзади. Девушка резко развернулась и увидела незнакомого паренька, он был чуть ниже её ростом, в форме шиноби, короткими темными волосами… и юноша прикрывал один глаз, который кровоточил. — Кто ты такой? — Шисуи Учиха, — твердо сказал тот. — Шисуи… — это имя, как спасительная техника. Девушка вспомнила о силе глаз этого парня, Итачи рассказывал… — Очнись. Инь, это всего лишь иллюзия. Всего лишь иллюзия… — обреченно промолвил Итачи. — Я не смогу потерять тебя во второй раз. Не смогу! — она крепко вцепилась в Итачи, — я не хочу тебя терять! — И я не хочу… — голос стал подрагивать, — Шисуи… даже в такой ситуации ты единственный, кто может помочь. — Для друга ничего не жалко, — невесело улыбнулся тот паренек. Эта боль потери быстро распространилась по телу наследницы, до самых кончиков пальцев, которые буквально ломало от этих мерзких ощущений. Темные сапфиры готовы были потухнуть вновь, слезы сбегали по щекам без остановки, а губы что-то неразборчиво шептали. — Очнись от иллюзии. Живи. Прошу тебя… живи, — смотря в глаза правнучке Мадары, говорил Итачи. — Я умру… я уже умерла, — горько усмехнулась девушка. — Нет, ты жива. Инь, послушай меня, ты жива… за твою жизнь борются. Он борется, — слегка улыбнулся Учиха. Боль внутри усиливалась, почему-то создалось ощущение, что по животу и по бедру что-то стекает. — Инь, ты должна очнуться сейчас и закончить всё. Прошу тебя… — он поцеловал её в макушку, — обещай мне. — Итачи… — оборвал их диалог Шисуи. — Тебе пора. — Я не смогу, я не хочу! — возмутилась Инь, хотя это больше было похоже на каприз. — Инь Учиха, — не своим голосом начал Итачи. Наследница прикрыла глаза и прикусила нижнюю губу, после чего сделала несколько шагов назад. — Прощай, Итачи… Инь резко развернулась и тут же попала под технику Шисуи. «Удивительно… вы меня спасаете, даже после жизни… я никогда вас не забуду…» — всё стало растворяться и постепенно темнеть. Инь не находила разницы между реальностью и иллюзией, она лишь видела символ глаза Шисуи, который никак не хотел исчезать. Темнота… Инь сделала глубокий вдох, после чего, стерев с лица слезы, открыла глаза. Снова эта серость, пыль, гарь, чьи-то крики, запах крови, который, почему-то, уже так не дурманит голову… — Ну наконец-то… — фыркнула Янь, после чего отпустила бывшую напарницу и сделала шаг назад, оказавшись рядом с Такеши. — Красавица, привет, — мягко проговорил Акасуна, — ну, как ты? — Янь? — скривилась Инь. — Да уж… — та отвела взгляд. — Что здесь… что происходит? — Инь пыталась связать все ниточки, чтобы осознать настоящее, — это всё ещё Цу… — Нет, — перебил её Такеши, — а что, тебе там понравилось? Я смотрю, вот Мадаре как-то не очень, — быстро улыбнулся тот. — Дедушка! — Инь развернулась и увидела на земле великого воина, который держится из последних сил, — нет!!! Наследница, ведомая чувствами, быстро подобралась к Учихе, не осознавая, что её организм слишком слаб, что некоторые раны всё ещё открыты, не осознавая, как сильно на ней сказалась техника Цукуёми. — Дедушка… — дрожащим голосом позвала его правнучка. Мадара с трудом перевел взгляд на юную наследницу. — Инь… прости меня… я думал, всё будет иначе, я думал… кха… — Тише… всё будет хорошо… — она так искренне улыбалась, прекрасно понимая, что эти слова — ложь. — Ц… — цокнула Янь и, закатив глаза, сложила руки на груди. — Хм… — хмыкнул Такеши, — у Инь понабралась, да? — Дедушка… прошу тебя, у меня ведь больше никого нет… — Техника призыва!!! — раздалось отовсюду. — Ой, кажется, мы в центре какой-то техники, — наигранно сказал Такеши. — Ну да… а для тебя это прям сюрприз, — фыркнула Янь. Инь даже не заметила, как к ним подошел заклятый друг — Хаширама Сенджу. — Держись, хорошо? Ты справишься! Ты ведь великий воин, молю тебя… — Хаширама… мы всю жизнь мечтали о звездах, но так и не смогли дотянуться к ним… — Никто не говорил, что это будет просто… — хмыкнул Хаширама, — к тому же… мы можем сделать лишь то, что можем сделать, пока мы живы! Поэтому мы завещаем свою волю следующим поколениям, чтобы они сделали это за нас! — Кха… ты всегда был оптимистом… — Мадара, у тебя прекрасная правнучка… она многого достигнет и, я уверен, сможет передать твою волю следующим поколениям клана Учиха. — Я сделал много плохого, не думаю, что клан сможет восстановиться… — Думаю, Инь с этим сможет разобраться, — Хаширама подмигнул наследнице. — Не покидай меня… — шептала она, глядя лишь на прадеда. — Сколько тебя помню, всегда торопился… ничего страшного, если ты не смог достичь своей мечты, твои потомки смогут осуществить её! — Хм… я лишь хотел… хотел вернуть мою Мизэки… — Мадара почувствовал, как в горле появился ком, — а вот и она… — Учиха перевел взгляд и увидел свою жену. Хрупкую блондинку с губами цвета абрикоса и глазами цвета топаза. — Ты вернулась, Мизэки… — Нет! Не смотри туда! Смотри на меня! На меня! Ты слышишь?! — Инь всеми силами, пыталась заставить прадеда остаться с ней. — Она у тебя красавица, — сказал Хаширама, посмотрев на силуэт жены Мадары. Янь больше не могла этого выносить, единственное, что её сдерживало — Такеши. — Ты вернулась… — проговорил Мадара, чувствуя, как силы его покидают. Инь быстро развернулась, но никого не увидела. — Нет! Дедушка! Нет!!! — Мадара… — нежно промолвила Мизэки, — она так отчаянно хочет, чтобы ты остался. Последний раз она так отчаянно хотела вернуть Итачи. — Прости, любимая… я думал, так будет лучше… — Что я буду делать? — не оставляла попыток перевести на себя внимание Инь, — молю тебя… — Мадара, мы оба мертвы… кажется, при жизни нас хватило лишь на то, чтобы быть друзьями… — Друзьями… — едва слышно сказал Мадара, — Инь, я буду приглядывать за тобой… вся сила принадлежит теперь лишь вам… вы должны восстановить клан. — Всё, как ты скажешь! Всё! Но не уходи!!! Останься!!! — Теперь я точно знаю, ты — моя правнучка, моя наследница… ты справишься… вы справитесь… — Мадара хотел коснуться её по-настоящему, в последний раз, но силы покинули его. Инь готова была захлебнуться слезами… — Нет… нет, нет, нет! Нет!!! Дедушка! Дедушка-а-а-а!!! — взревела наследница, не зная, что делать с пустотой, что образовалась внутри. Как её заполнить? Как всё исправить? Как избавиться от этого чувства? — Он умер… — сочувственно произнес Хаширама. — Заткнись!!! — шикнула та, — очнись! Ну же!!! Инь, из-за отсутствия силы, не видела, насколько душа Мадары была чиста. — Вот так пополнение в списке… сам Мадара Учиха пожаловал к нам в сосуд, — с улыбкой проговорил Такеши, — ну так… что дальше по плану? — хлопнул в ладоши Акасуна.