Bon appetit, Will

Все шло по плану. Идеально составленному и обыгранному, осталось только повернуть заводной ключик, привести в действие шкатулку и наслаждаться представлением. Но это ближайшее будущее, на данный момент напротив Ганнибала в беспамятстве и полубреду сидит Уилл. С любой стороны он выглядел жертвой: дезориентированный, сбитый с толку, запутавшийся в своем разуме, однако для Лектера он был… Возможно не существует такого слова, верно описывающего, кем все-таки господин каннибал считал Грэма. Глаза цвета холодной и бурной реки сейчас потухли, показывая полное непонимание происходящего. Уилл не был из тех людей, которые в таком состоянии становились агрессивными, в этом плане он проявлял полную пассивность, по крайней мере, пока. И поэтому тот просто сидел на диване там, куда его привел Ганнибал. Такой послушный. Взгляд его расфокусирован, и очнется он не скоро, такие приступы уже не длятся меньше двух часов – вполне достаточно. Потрошитель достает кляп-сбрую, приобретенную в одном из онлайн секс-шопов, и смотрит на профайлера, который встречает своего психиатра не соображающим взглядом. На удивление, Уилл податлив и совсем не сопротивляется, когда Лектер открывает ему рот, чтобы вставить железное кольцо, задевая белоснежные зубы. Клыками, словно жемчуг, всегда было невозможно не восхищаться. Язык шевелится, чувствуя неестественную свободу. Ганнибал хотел бы обойтись без этого кричащего безвкусицей предмета, но, увы, рисковать своим достоинством он не собирался. Еще Уиллу до неприличия шли все эти подобия намордников и ремней, доктор даже позволил себе затянуть один из таких на шее своего пациента и друга. На миг в голове промелькнула мысль, что смирительная рубашка завершила бы образ. Его блюдо готово. Ганнибал нежно гладит подбородок мужчины, придерживая чуть приподнятым. Слышится звук разъезжающейся молнии. Нет необходимости в прелюдиях, лишь одной мысли и хорошей фантазии достаточно, чтобы нижнее белье стало тесным и неудобным. Долгожданное освобождение и горячая плоть утыкается прямо в щеку Грэма, тот не делает и попытки отстраниться. Единственное, о чем жалеет доктор Лектер это то, что его драгоценный пациент сейчас не осознает происходящего и никак не реагирует. Ганнибал водит головкой с выступившей смазкой по губам Уильяма, а потом, наконец, вставляет, просовывая член сквозь металлическое кольцо. Доктор останавливается, наслаждаясь теплым ртом и горлом, подносит пальцы к носу, чтобы убедиться дышит ли агент ФБР, угодивший в его силки. Удостоверившись, Лектер толкается, отдаваясь в миг наполнившим его ощущениям. Он делает все медленно, как и привык смаковать и растягивать удовольствие от трапезы с участием человеческого скота. Нет, Уильям не скот. Ганнибал мог бы назвать его равным себе, именно поэтому то, что сейчас творится, так сладко. Возможно, он никогда бы не поверил, что сможет взять Грэма. Он такой уязвимый сейчас – с ним можно сотворить абсолютно все, исполнить каждую фантазию. Однако каннибал не может позволить себе оставить на этом прекрасном теле следы. Жаль, он желает осквернить его, оставить свою метку, чтобы никакая Алана или кто другой не смел даже прикасаться к его собственности. Слюна вперемешку с предэакулятом стекает по подбородку Уилла, вязкими каплями падает на предусмотрительно разложенные бумажные полотенца на полу. Ганнибал зарывается в кудрявую и непослушную шевелюру агента, хватает за затылок, задавая ритм, угодный ему. Язык, пытающийся глотать, еще больше распаляет, ненароком лаская кожу, в особенности вздувшуюся венку. Последние движения получаются размашистыми – под конец железное самообладание доктора дало трещину: он грубо впихнул член дальше в горло, быстро вдалбливаясь в нежные и влажные, содрогающиеся в приступе, стенки. Чувствуя, как приближается разрядка, Лектер быстро вытаскивает, пульсирующий член, готовый извергнуть его семя. Он кончает Уиллу на лицо, на щеки и подбородок, продолжает тереться своим мужским достоинством, напоследок слегка мазнув по мягким губам. Как бы сильно Потрошитель не хотел, чтобы Уильям проглотил, он не мог этого позволить. Ведь найденные следствием в желудке Грэма ухо Эбигейл и его сперма точно вызовут подозрения. Ганнибал приводит себя в порядок, смотрит на свое поистине впечатляющее произведение искусства, запоминает каждую деталь. Потом снимает кляп-сбрую, которую позже сожжет, достает влажные салфетки, принимаясь бережно и тщательно вытирать белесые следы своего преступления. Даже обрабатывает смоченной водой ваткой полость рта, как учили еще в университете на санитарской практике. Он придаст все это огню, ему не позволительно оставлять трофеи, ведь он идеален, поэтому пламя пожрет все. Пора приступать к осуществлению его замысла: на столике рядом лежит одноразовый зонд и отрезанное ухо…