Вопросы доверия

— Я видела, — подает голос Элли, — как ты смотришь на Джоэла. Билл отвлекается от зараженного в прицеле винтовки. У девчонки, без спроса последовавшей за ним, все чаще проявляется талант задавать неудобные вопросы в самые неподходящие моменты. — Тебе показалось, — отрезает он. Элли делает вид, будто не расслышала. — Ты не сразу его разбудил, сначала просто смотрел. Билл раздраженно выдыхает. Не хватало, чтобы какая-то соплячка строила из себя его психоаналитика. — А меня пинками согнал. — Тебе это только на пользу, — фыркает он. Зараженный в прицеле раскачивается из стороны в сторону. Слова девчонки отвлекают, не позволяя сделать единственный — максимально точный и смертельный — выстрел. — Почему ты ему не скажешь? — не сдается Элли. — Что пялюсь на него, когда он не видит? — язвительно уточняет Билл. Элли упрямо хмурит брови. Почему-то эта тема, глупая и смешная, очень ее волнует. — Что влюблен в него, тупица, — закатывает глаза она. Билл ошарашенно молчит несколько секунд. А потом сгибается от хохота — беззвучного, само собой, чтобы не привлечь внимание зараженных внизу.  — Влюблен? — глумливо переспрашивает он, окончательно отсмеявшись. — Ты что, откопала где-то сопливую девчачью книжку? Элли закатывает глаза. Билл может спорить, что в ее видении стал еще безнадежнее. — Но ты не можешь отрицать, что испытываешь к Джоэлу определенные чувства. Билл устало выдыхает. Девчонка оказывается прицепчивой, как репей. — Могу. И буду. — Ты, может, тоже мне не слишком нравишься, — ворчит она, плотнее запахивая куртку. — Я за Джоэла беспокоюсь. Билл поворачивается к ней. Это звучит неожиданно взросло. Серьезно. Как будто она может что-то знать о том, что же на самом деле произошло в логове Цикад. Джоэл рассказал ему обо всем еще в самый первый вечер. — Я не… — Билл морщится, будто у него на языке оказалось что-то кислое, — влюблен. Просто… Он делает смазанный жест рукой. Объяснять все то, в чем сам до конца не может разобраться, трудно. Да и не хочется. Но Элли смотрит на него, внимательно и серьезно, терпеливо дожидаясь продолжения. — Неплохо было бы выживать так, вместе, — неловко заканчивает он фразу. — Удобнее. Билл хочет добавить про ловушки, которые всегда можно будет держать в рабочем состоянии. Про поиск материалов и удобство совместной защиты убежища. Про то, что возвращаться, когда тебя ждут, много раз легче. Вместо этого он только раздраженно сплевывает — нет никакого смысла распинаться обо всем этом перед соплячкой. — Я раньше думала, что он тебя раздражает, — неловко возобновляет разговор Элли. — Меня все раздражают. Просто Джоэл — гораздо меньше других. — А ты не думал ему это сказать? Она незаметно — только в собственном воображении, ухмыляется Билл про себя — подвигается ближе. — Зачем? Он и так знает. — Нет, — Элли мотает головой. — Я имею в виду, что он тебе не безразличен. Билл старательно делает вид, что сгибается в приступе кашля. — Между прочим, я серьезно. — А зачем? — Билл опирается подбородком на кулак. — Чтобы он мне нос сломал? Элли моргает, быстро и часто, как золотая рыбка. У нее в голове явно была другая картинка. — А вдруг нет? — наконец выдает она. — Вдруг не ударил бы, а… Она пошло ухмыляется, завершая предложение красноречивым жестом. Билл ловит себя на ответном смешке — девчонка все еще умудряется его удивлять. — Схватил бы тебя за шкирку и ушел, строя из себя обиженную невинность? — дразнит он, завершая фразу за нее. Элли фыркает. В это она не верит от слова совсем. — Почему нет? — она откидывается назад, прямо на влажную от росы черепицу. — Вы давно знакомы, цените друг друга, умеете работать вместе… Элли загибает пальцы, демонстрируя многочисленность своих доводов. — А еще, — она делает почти театральную паузу, прежде чем выдать свой самый главный, самый весомый аргумент. — Я бы хотела, чтобы у вас все получилось. Билл молчит. Но потом все-таки добавляет тихо, обращаясь больше к самому себе: — Я бы тоже. Он ругает себя последними словами, не скупясь мысленно отвешивает пощечины. Неужели жизнь недостаточно хорошо вколотила в него то, что никому нельзя доверять? Особенно тем, кого можешь — и хочешь — назвать партнерами. Но почему-то, несмотря на логику и причины, ему хочется верить, что все не так безнадежно, как кажется.