Я тебя нашёл

Я продолжала стоять в замешательстве до того момента, как Карэн стала озадаченно на меня смотреть. Я ей натянуто улыбнулась и приняла вызов. Правда, перед этим пришлось откашляться — от волнения голос охрип. — Я слушаю. — Эшли? Привет, дорогая! — раздался голос Эвелины из динамика. — До тебя не дозвониться! — пожаловалась она. Женщина говорила так, будто ничего не произошло. Словно на прошлой неделе я не ушла из издательства с разбитыми ожиданиями и ножом в спине. Да, я считаю своего рода предательством то, что сделала моя начальница. Мне до сих пор обидно. — Я сейчас за городом. Наверное, здесь связь обрывается иногда, — равнодушно ответила я на её возмущение. Можно подумать, что это я виновата! — Как у вас с мистером Виллом дела? Зачем она мне позвонила? Что ей нужно от меня? Эти вопросы хороводом кружились в моей голове. Но я не решалась их задать. Боялась услышать ответ? Возможно. Как же глупо. — Ой, ты знаешь, всё замечательно! — ещё больше оживилась Эвелина. — И у Мэй с этим учителем вроде всё серьёзно. А ты как? Как Шэйн? — Я в порядке. Шэйн вроде тоже. Я тихо вздохнула, наполняя лёгкие воздухом. Это действие не возымело эффекта — я всё ещё нервничала. — Это хорошо, — протянула женщина. — Эшли, — вкрадчивым голосом начала она, я насторожилась. — В последнюю встречу между нами произошло недопонимание… Да, недопонимание — это отличное определение для моей вечерней депрессии, сопровождаемой самобичиванием. — Я позвонила, чтобы извиниться и… Может вернёшься обратно? Я сглотнула, чувствуя отвращение к самой себе. Я ждала этой фразы. Самое ужасное — я бы согласилась, если бы уже не работала. Эшли, ты такая жалкая. И в этот момент в голове что-то щёлкнуло. Переклинило. Заработало. Мне стало всё равно. Я вдруг поняла, что с этой женщиной у меня уже никогда не будет дел. Я не вернусь в Usual, она не будет моим начальником — надо переименовать номер. Да она уже не мой начальник! С понедельника моим шефом является Джерри! Эвелина мне никто. Просто человек. Просто прошлое. А на прошлое не обижаются, его не трогают и, по возможности, мирятся с ним. Дрожь отступила, нервозность прошла, а на лице отразилось облегчение. «Дежурная» улыбка появилась на губах. — Нет, Эвелина. Не могу. — Эшли, я понимаю, что перегнула палку, но… — Прости, я тебя перебью. Я не обижаюсь и, если для тебя это действительно важно, прощаю тебя. Но работать в Usual я больше не могу, потому что уже нашла другое место. — Другое? — удивление залило всю трубку. Я усмехнулась. — Но когда ты успела? — Это не я. Мне помогли, — честно призналась я. — Понятно, — протянула женщина. Разочарование сдержать она не смогла. — А твои авторы перешли в Casual. Отказались с нами работать. — Я знаю. — Откуда? — снова удивилась Эвелина. — Дело в том, что с благословения миссис Верити Свит я работаю в Casual. Да, но такой прыти я от Верити не ожидала — рассказала всем авторам, работающим со мной, где я теперь. И они перешли в другое издательство, чтобы продолжить сотрудничество! Мои родные, как я вас люблю! Об этом мне сообщил Джерри в понедельник. Верити даже не сомневалась, что меня примут! Удивительно. Хорошие у мамы подруги, однако. Телефон долго молчал. Видимо, абонент усердно переваривал полученную информацию. Я терпеливо ждала. — Ты работаешь ТАМ?! — Да, у них как раз вакансия появилась, и меня приняли. Повезло, — буднично ответила я, словно подобное в самом популярном издательстве города происходит ежедневно. — Понятно, — растерянно произнесла Эвелина. — Ладно, мне пора. Меня ждут. Желаю всего доброго, — самым дружелюбным тоном, который только можно представить, пролепетала я. — Да-да, конечно. Тебе тоже, — всё тем же растерянным голосом ответила женщина. Я отключила вызов и повернулась к Карэн. — Ну, что, пошли? Девочка кивнула, доедая свой пломбир в стаканчике. Я открыла свой, удивляясь тому, что мороженое ещё не стало водой. Хотя заметно обмякло. Вернулись мы быстрее, чем уходили. Скоро уже появятся другие гости, судя по времени — полдень. Вот и хорошо. Не придётся долго выслушивать Ганриэтту. Неужели я буду такой же невыносимой, когда забеременею? Ужас. Я потрясла головой, отгоняя эти мысли. У меня и так скверный характер, куда уж хуже? М-да, нашла чем себя успокаивать. Я хмыкнула. — О чём думаешь? Я вздрогнула от неожиданности. Как у него получается так тихо подкрадываться? Надо будет попросить, чтоб меня научил. — Я думаю о том, что пора мне переодеваться. Я спокойно развернулась и, обойдя Шэйна с Уолтом, вошла в дом. Оставив мороженое в морозилке, я поднялась на второй этаж в комнату невесты. Здесь происходило что-то потрясающее. Карэн, которая поднялась быстрее меня, спорила с двумя блондинками по поводу… Сексуальности платья невесты? — Розы — это мило, а не сексуально! — вопила Карэн. — При чём тут розы? Отстань от подола и посмотри на вырез декольте, — Ганриэтта повернулась. — И спина открытая, видишь? Ребёнок презрительно фыркнул, скрестив руки на груди. — Это как раз вульгарно. Но никак не сексуально. Её вид знатока рассмешил меня. Но невеста была другого мнения: она невероятно злилась. Да, свадьба — это стресс. Вот только вопрос: для кого больший? Для родственников или брачующихся? — Самая сексуальная часть женщины — это щиколотки, — примирительным тоном заявила Эмили. — У тебя они прикрыты длиной платья, так что… Блин, это ж где она вычитала про щиколотки? Насколько я помню, сосредоточением женской энергии является шея. Эта часть тела и привлекает мужчин больше всего. Вот только её желательно прикрывать волосами — иначе женщина быстро устаёт. Не знаю правда это или нет, однако ничего не мешает нам носить высокие причёски. — Девушки-красавицы, — вклинилась я, когда Ганриэтта готова была завыть от негодования. — Невеста уже одета и готова идти под венец, а мы с вами всё ещё не при параде. Не знаю, как вы, но я чувствую себя Золушкой рядом с этим ослепительным созданием. Настроение блондинки тут же улучшилось. Она горделиво подняла подбородок и расправила идеально выглаженный подол платья. М-да, швея постаралась. А как мы его в самолёте перевозили, ой! Бедные носильщики задёргались от вездесущей Ганриэтты, которая постоянно повторяла: «Осторожнее! Это очень хрупкая вещь! Это моё свадебное платье! Кладите аккуратнее, не помните!» А откуда бедным ребятам было знать мнётся ткань или нет, когда платье лежало в огромном чёрном чехле? Вот именно. — Действительно, стоим здесь, как бомжи. Так… Где моё платье? О да, Эмили, я постаралась выбрать более тактичное сравнение, а ты… Ну, как всегда. Через полчаса я смотрела на себя в зеркало. Любовалась. Восхищалась. Не собой, конечно, а нарядом. Золотистый шифон сверкал над подолом шоколадного цвета, на котором россыпью блестели листья, вышитые серебряными нитями. Я могла только удивляться тому, как быстро швея управилась со всем этим. У неё ведь ателье и куча помощников. Стилист по имени Карла завила мои волосы и получившиеся барашки заколола в замысловатую причёску, названия которой я не запомнила. Эмили, относящаяся к общей массе подружек невесты, которые будут ловить букет (я в этой части собираюсь куда-нибудь смыться, например, в туалет — хм, как символично), сама выбирала фасон и расцветку платьев: ярко-жёлтая перламутровая ткань, завышенная талия, подол-колокольчик. Специально перед свадьбой она сделала стрижку («Брат меня чуть не убил,» — как выразилась Эм), поэтому в услугах стилиста не нуждалась. Карэн переодели в нарядный сарафан с большими красными маками на белом фоне. Я сама сделала ей два хвостика, завязав их блестящими бантиками. Девочка выглядела как куколка. Такая миленькая — глаз не отвести! Да простит меня Ганриэтта — королева бала, как говорится — но, если бы меня спросили, кто из нас четверых красивее, я бы, не задумываясь, назвала Карэн. Когда мы собирались выходить, в дверь постучали. — Ого, Ганриэтта, тебя уже хотят, — усмехнулась я, под смех девушек направляясь к двери. — У вас здесь весело, — ослепительно улыбнулся Брендон, заходя внутрь. Я посмотрела на Эмили — она внимательно рассматривала свой браслет. Детский сад. «Ага, кто бы говорил,» — хмыкнуло подсознание. Как долго я смогу скрывать и подавлять свои чувства к Шэйну? И нужно ли это вообще? Я посмотрела на свои сцепленные бледные пальцы. Конечно, нужно. Зачем я ему? Поиграет и бросит. Ну его. Пошёл он. — Отлично выглядишь. — Спасибо, — вздохнула Эмили, смущённо отводя взгляд от внимательных глаз Брендона. — Вы собираетесь идти? Только вас ждём, — он осмотрел нас. — Я бы не против начать свадьбу без невесты, но жених упирается. — Поздно упираться — сам выбрал! — уверенно выкрикнула Карэн. Мы рассмеялись. — Правильно сказано, — я положила руку ей на плечо, обнимая. После церемонии «Да/Нет», как назвал клятвы Майк Эдан, все разбрелись за столы, а меня окликнули на полпути. Кессиди безбожно опоздала. — Кесс! Вы с Родджером всё пропустили, — негодующе нахмурилась я, обнимая подругу. Для этого действия ей пришлось отдать шикарный букет своему парню. — Просто Родджер решил, что сделать мне предложение в день свадьбы моей подруги будет романтично, — она подняла руку, демонстрируя кольцо. Я расплылась в улыбке и снова её обняла. — Поздравляю, ребята! Я не могла сдержать своей радости. Моя дорогая подруга выйдет замуж! Это же так прекрасно. — Только пообещай, что не будешь такой же противной невестой, как Ганриэтта. И беременной невыносимой тоже, — шёпотом попросила я. Кесс хохотнула и взяла меня под руку. — Пошли, переоденусь, — сказала она. — РАЗ! ДВА! ТРИ! — дружно выкрикнула толпа. Я только и успела поднять руку, останавливая букет, летящий мне в лицо. Победитель по жизни — это точно. Я ошарашенно изогнула бровь, безмолвно открыв рот. Кесс улыбалась, а гости загудели, аплодируя. — Что за… — только и смогла выговорить я. — А знаешь, что это значит? — весело спросила Кессиди. — Из всех нас ты первая выйдешь замуж. Так что давай, поторопись, а то я до своей женитьбы не доживу. Я посмотрела на небо и тихо зарычала. Вот тебе и смылась в нужный момент! — Да ладно тебе! — засмеялась Кесс. — Это всё ты виновата! — я осуждающе посмотрела на неё. — Если бы ты меня не отвлекла… — Нет, это не я, это судьба! — торжественно провозгласила подруга, обнимая меня за плечи, и ведя в сторону дома. Здесь меня настигло ещё одно разочарование. — Ты?! — не удержалась я, поздно прикусив язык. — Конечно, я, — насмешливо протянула Анабель, застёгивая последнюю пуговицу на своём красном платье. Этот ультракороткий облегающий наряд открывал все прелести девушки: и длинные ноги, и красивую грудь. И с лицом всё в порядке, и с фигурой. Ослепительно красива. Невозможно привлекательна. Безумно расчётлива. Неприкрыто опасна. За что она свалилась на мою голову? Когда я перешла ей дорогу? Почему меня — симпатичную, невысокую, с аккуратной грудью и нерушимими принципами — она считает серьёзной соперницей? Я не прибедняюсь, но одно могу точно сказать: на её фоне явно блекну. Какое мерзкое чувство. Я скривилась, ощущая, как оно заполняет все мои мысли и мешает здраво соображать. Захотелось вывернуть себя наизнанку, чтобы избавиться от этого. Что это? Ревность? Ненависть? Нет, это чувство мне хорошо знакомо — отвращение. Настолько сильное, что тошнит. Но почему? Неужели мне так противно от одного её вида? Я сделала шаг назад, собираясь пойти в ванную. Плевать, что Анабель сочтёт мой побег своей победой, понятной лишь ей одной. На всё плевать. Хочу закрыть дверь, сесть на кафель, прижавшись лбом к холодной стене и дышать. Глубоко. С удовольствием. Потому что здесь дыхание спёрло, и груди что-то мешало. Ужасное ощущение. Я сделала ещё один шаг назад, и самодовольная улыбка с лица Анабель резко пропала, сменившись замешательством. Я недоумённо нахмурилась, и в следующую секунду врезалась спиной в чью-то твёрдую грудь. Прикосновение сильных рук обожгло предплечья. Я замерла. Так хорошо. Странное приятное ощущение. Мне захотелось раствориться в тепле этих рук, прижавшись крепче к широкой груди. Стоп. Широкой? ЭТО МУЖЧИНА?! Я резко распахнула прикрытые глаза, не осмеливаясь посмотреть, кто там. Достаточно было просто повернуть голову, ведь я чувствовала размеренное дыхание у самого уха. — Всё в порядке? Сердце забилось, как бешеное. Кровь застучала в висках. О ужас. Он слишком близко. — В полном, — недовольно вздохнула я. — Придурок. Шэйн прыснул и отстранился, убирая руки. — Да, с тобой точно полный порядок, — хмыкнул он. — По-другому и быть не может, — заявила я, отодвигая его в сторону. — Уйди с дороги! — нервы сдали. Шэйн поднял руки вверх и повернулся боком. Я, не глядя на него, выскочила из комнаты, абсолютно забыв про Кесс. Что напугало меня больше: то, что мерзкое чувство сразу же исчезло, когда он дотронулся до меня, или то, что оно исчезло именно из-за него? Я не знала. Но что-то определённо меня напрягает. Слишком заботливый голос… Слишком нежные прикосновения… Слишком ласковый взгляд… Этого даже я не заметить не могу. По-моему, Брендону тоже нравится Эмили. И почему всякий раз, когда возникает напряжённая ситуация, я пытаюсь отвлечься?!