We Undead 2.0

— Народ, я тут подумал… — почти открывая с ноги дверь, Дилан, сияя некой свойской только ему радостью, вбежал в гримёрку, но только в его поле зрения попал один подозрительный объект, он тут же изменился в лице. — А чё с кудрявым? Готовившиеся к выступлению музыканты незамедлительно обратили внимание на названного. Тот, вцепивший пальцами в ручки небольшого кресла, вжимался в него спиной и тяжело, слышно дышал. Со лба его свисала пушистая вьющаяся прядь, глаза, будто налитые страхом, смотрели куда-то вперёд, а губы были плотно сомкнуты в сплошную линию. Ребята бросились к товарищу, спешно начиная стягивать с него концертную куртку. — Мэтт! Эй, ты слышишь меня? — вокалист, в попытке привести парня в чувства, пару раз несильно приложился ладонью к его щеке. — Что, блять, с ним такое?! — громко протараторил Джорел, не переставая оглядывать того с ног до головы, периодически дёргая за руки, надеясь, что это хоть как-то поможет. Костяшки пальцев ударника пугающе побелели, а дыхание, казалось, участилось ещё раз в пять. Сердца́ пятерых колотились в бешеном, может даже синхронном, ритме. Они что-то без умолку лепетали, метались по комнате, но никто даже и предположить не мог, что именно подкосило их друга и коллегу, однако через несколько минут Чарли, отстранившийся от толпы, исправил эту оплошность. — Он, видать, хуетой какой-то закинулся… — холодно констатировал он, плавно перемещая в руках маленькую оранжевую баночку, похожую на те, какие выдают в больницах. Парни, в чьих головах одновременно всплыло одно лицо, перевели взгляд на бледного, прижимающего к затылку ладонь и шумно выдыхающего мексиканца. — Чё вы, блять, лупите на меня? Это… успокоительное! — Какое, нахуй, успокоительное? — с паузами отчеканил мужчина. — Я просто… мне нужно было… я не… — Хуле ты там мычишь? — у Сина брови свелись к переносице, а свободная рука сжалась в кулак. — Сюда посмотри, — он вскинул ту баночку к воздуху, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Видишь чё-нибудь? А? Вот и я не вижу. Улавливаешь ход моих мыслей? — Она пустая… — тихо, практически шепча, проговорил гитарист, поднимая полный злобы взгляд на приятеля. — Ты в своём, блять, уме, Дилан?! — Откуда мне было знать, что он жрёт любые таблетки, которые видит? — тот насупился и поморщился. Суеты и криков после этого не убавилось, даже, скорее, наоборот — стало больше. Джонни, присоединившийся к обвинениям, стал психовано размахивать руками, в подробностях рассказывая коллегам, что и конкретно как он сделает с Альварезом, если к началу шоу кудрявый не придёт в себя. Чарли продолжал исследовать оранжевый контейнер, отчаянно надеясь, что среди стёртых, ободранных надписей сможет отыскать хотя бы часть наименования той херни, что принял Мэтт. А Дэнни с Джеем не оставляли попыток его пробудить, раз в пару минут щёлкая пальцами перед его глазами, дёргая за футболку и прикладывая к лицу ледяные бутылки с водой. — Выйдите отсюда, — твёрдым басом проговорил Фанни, обходя кричащего на него Рейгана. — Вот уж нет, — начал тот, — хуй я тебя с ним… — Я сказал, выйдите отсюда нахуй! — приказным тоном отбарабанил он. Спустя пару секунд, по одному, смиряя мексиканца убийственно-укоризненным взглядом, музыканты начали покидать периметр гримёрки. И лишь только Джордан до последнего не желал уходить, однако через минуту или две он, сдержанно выдохнув и подойдя к другу, схватил его за ворот синей рубашки и, заглянув своими горящими гневом глазами в виноватые глаза напротив, прошипел: — Мне плевать, что ты будешь делать, но если через пятнадцать минут он не отмёрзнет — ты будешь следующим. Это я тебе обещаю. Тот истерично дёрнулся и оттолкнул Террелла от себя. Когда входная дверь с грохотом захлопнулась, он прикрыл рот ладонью и прильнул к ногам Мэтта, складывая руки на линию его скул, большими пальцами почти касаясь мочек ушей. — Эй, Мэтти, — жалобно промяукал он, — посмотри на меня. Ну же, давай, посмотри. Альварезу было страшно. Ему было страшно настолько, что, казалось, ещё чуть-чуть и он сам будет близок к тому, чтобы наглотаться каких-нибудь грёбаных пилюль и забыть о собственной ошибке. Ошибке, о которой даже не мог и подумать, ведь… это действительно были обыкновенные успокоительные, без которых он не мог обходиться последнее время, которые тайком покупал по недавно выписанному рецепту и которые умело прятал где-нибудь среди своих вещей — чего по своей глупости не сделал в этот раз, наивно полагая, что никого не заинтересуют белоснежные таблетки, без присмотра валяющиеся в какой-то задрипанной гримёрке. — Блять, — безнадёжно выдохнул он, истерично облизывая губы. — Пожалуйста, если ты сейчас же не посмотришь на меня, я… богом клянусь, я разнесу это место к чёртовой… И когда голубые глаза, наконец, оказались в его власти, он замолчал, слабо, едва заметно улыбнулся и осторожно провёл пальцами по горячим щекам. Внутри всё боязливо сжалось, ноги предательски задрожали, а сам он так отчётливо расслышал биение собственного сердца, что практически готов был поспорить, что оно вот-вот вырвется из груди. Мэтт, рвано дыша, подался вперёд, обвивая шею мексиканца своими ледяными руками. Нос учуял приятный запах до боли знакомого одеколона, а уголки губ слегка дёрнулись вверх. Последующий поцелуй оказался нежным и таким не по-свойски им осторожным. Фанни несильно сжимал отросшие кудрявые волосы на затылке, гладил большим пальцем щетинистый подбородок и переплетал свой язык с чужим. Он кусал и оттягивал припухшую сент-клеровскую губу, как ребёнок радуясь тому нелепому смешку, сорвавшемуся с его уст. Когда воздух в лёгких стал заканчиваться, парни нехотя оторвались друг от друга. Один вцепился в другого той жадной и собственнической хваткой, от которой кружило голову. — Итак… ты! — через несколько минут вошедший в комнату Чарли, не успев договорить, указал на сидящего в расслабленной позе Мэтта. Вскоре парни и вовсе вытеснили Дилана из его окружения, стали трепать «заново родившегося» по густой шевелюре, обнимать и говорить, насколько они рады тому, что тот не откинулся прямо на этом месте. А мексиканец отошёл к дверному проёму, опёрся на него плечом, вынул из кармана пачку сигарет, схватил одну зубами и, щёлкнув зажигалкой, глубоко затянулся, растягивая губы в умиротворённой улыбке. — Что ты тут с ним делал? — поинтересовался Джонни, приятельски постучав Альвареза по спине. — Колдовал, — усмехнувшись, ответил тот.

~

Где-то на сцене уже гулко разносилась мелодия интро. Ребята стояли за кулисами, подбадривая себя последними глотками пива и донастраивая гитары. Фанни провёл сухим полотенцем по лицу и только хотел было натянуть концертную маску, как его за локоть одёрнул Бьюсек и, оглянувшись по сторонам, взволнованно протараторил: — Слышь, давай без таблеток в следующий раз, а? Лучше, не знаю, пей побольше или… или кури… но, пожалуйста, только без… этого. — Извини, что так получилось, — по-доброму протянул парень. Кудрявый кивнул, парой ловких движений надел на себя маску и, склонив голову влево, сложил на груди руки, становясь похожим на героя какого-то невъебаться триллера, а Дилан, театрально перекрестившись и подмигнув ему, двинулся в сторону парней, постепенно выплывавшим на сцену.