Твоя вина в моей зависимости

Черт, как же далеко ты живешь! Элитный район и всё такое. Мне стыдно ехать на своем жалком ведре с гайками среди этих шикарных коттеджей. Чувствуешь себя в такие моменты убогим ничтожеством, маленьким существом, которое горбатится на работе изо дня в день, чтобы такие сучки, как ты, могли покупать себе подобные дома. А вот и твой дом. Красивый. Я, конечно, уже была здесь, но всё равно каждый раз поражаюсь всей шикарности этого места. А ты, мерзкая сука, не заслуживаешь этого! Как же ты меня раздражаешь. Приходится видеть тебя каждый божий день на работе, ты же моя начальница, чтоб тебя. Причем грохнутая на всю голову сука. Пытаешься меня лапать, когда никто не видит, и знаешь ведь, тварь, что я не смогу тебе отказать. Не сказать, чтобы мне было это неприятно. На самом деле очень даже. Если на секунду отбросить мое отвращение к тебе, то ты вполне себе нормальная телочка, даже симпатичная временами, не лишенная сексуальности. Но это только на первый взгляд. Пожалуй, только я знаю, какая ты больная извращенка, только мне ты можешь открыться, только я имею власть над тобой, когда мы находимся не на гребанной работе. Ты мне отвратительна. Но при этом мое сердце и всё мое грешное тело поет и пляшет в радостном, безумно сладком предвкушении каждый раз, когда ты зовешь меня к себе. Почему? Да уж точно не потому, что я в тебя влюбилась, подобная романтичная дрянь осталась для меня в далеком прошлом, когда я выходила за своего мужа. Да, да, я замужем, между прочим. И не важно, что мой муж — бесполезный кусок говна, засоряющий землю. Мне повезло, что сегодня он работает в ночную смену, не пришлось объяснять, куда я еду. Звоню в дверь. Мое сердце начинает биться быстрее, мысли сейчас переполнят голову и взорвут ее к чертовой матери от этого невыносимого ожидания. Ты открываешь мне дверь и пускаешь внутрь. Смотрю на тебя. Ты опускаешь взгляд и рывком падаешь на колени, склоняя голову к самому полу. Хм, мне нравится, как ты меня встретила. Медленно обхожу тебя вокруг, осматриваюсь. Здесь всё, как и раньше — красивая гостиная с авторским дизайном, всё настолько шикарно, что даже тошно. Замечаю открытый ноутбук на журнальном столике. Что там у тебя? — Ты опять смотрела то, что я запретила тебе смотреть? — спрашиваю я железным тоном. Ты не двигаешься и молчишь. Небрежно толкаю тебя ногой в плечо, заставляя приподняться на коленях. — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — говорю тебе раздраженно, схватив тебя за подбородок. Я знаю, что ты не посмеешь ничего сказать, пока я тебе не разрешу. Но я немного подожду. Заглядываю в твои глаза. Зрачки заметно расширены… Ну конечно, ты опять под кайфом. Жалкая наркоша. — Опять смотрела свою извращенскую дрянь с малолетними японскими девочками? Вот больная сучка! — стараюсь сохранить спокойствие в голосе, но мне совсем не нравится тот факт, что ты ослушалась меня. — И что, возбудилась? Хватаю тебя за волосы, заставляя встать на ноги. А ты сегодня очень даже ничего. Накрасилась, причесалась. Не то, что на работе, в своем вечном образе строгой училки с пучком. Распахиваю твой халат, снимаю его с тебя и резко втискиваюсь рукой между твоих сжатых ног. Я была права, ты вся мокрая. — Как ты посмела ослушаться меня? — мой тон всё возрастает, я начинаю злиться. — Неблагодарная тварь! — отвешиваю тебе звонкую пощечину и толкаю обеими руками так, что ты еле можешь удержаться на ногах. Пожалуй, недостаточно сильно. Следующий мой удар валит тебя на пол. Звук шлепка голого тела о жесткий пол вызывает у меня очень приятные ощущения. Наступаю одной ногой на твою грудную клетку, несильно надавливаю. — Говори. Зачем ты смотрела эту дрянь? Это возбуждает тебя сильнее, чем я? — надавливаю сильнее и с наслаждением смотрю, как ты хрипишь, стараясь получить воздух в легкие. Злость всё сильнее закипает во мне. Это чувство восхитительно. Нет, не сама злость, а осознание того, что сейчас я выплесну ее на тебя. — Простите, моя госпожа. Меня возбуждаете только вы. — Вот сука лживая! — прижимаю твою шею сапогом к полу. Что? Дышать не получается? Сама виновата, тварь. Убираю с тебя ногу. Смотрю сверху вниз. Ты кажешься такой маленькой и жалкой. — Искупи вину перед своей госпожой. Ты садишься на колени, обнимаешь меня руками за ногу и начинаешь жадно облизывать мои сапоги. Какая мерзость! Знаешь, до сих пор не могу привыкнуть, что ты готова на всё, лишь бы получить то, что ты хочешь. Свою порцию боли. Хочешь пресмыкаться и унижаться, быть полным ничтожеством в моих глазах. Тебя это так заводит? Ты просто ненормальная! Что ж… Ты хочешь боль? Ты получишь ее, дорогая, это я тебе обещаю. Брезгливо отталкиваю тебя от себя. Хватит. Пора заняться делом. Немного кайфа мне, пожалуй, тоже не помешает. Ты приготовила целых шесть красивых дорожек волшебного белого порошка. Что ж, одна из них вознесет меня на вершину блаженства. О, боже, как же становится хорошо… А сейчас станет еще лучше. Хватаю тебя за волосы и тащу по комнате, потом по коридору. До заветной цели. Ты даже не пытаешься сопротивляться. Наконец втаскиваю тебя в нужную комнату. О, да. Как же давно я хотела снова оказаться здесь. Хотела с того момента, как покинула ее последний раз месяц назад. Толкаю тебя на пол. Жалкое существо! — Лежать! — приказываю я, а сама подхожу к креслу, на котором ты любезно оставила новый наряд для меня. Оглядываю помещение. Почти ничего не изменилось: та же небольшая комната, напичканная устройствами и атрибутами для пыток. Разве что появилась уродливая старая кровать с ржавыми спинками и грязным матрасом. Хочешь грязного секса? Ну ты и свинья! Тебе по природе претит нормальный секс, я знаю. Впрочем, мне тоже. Быстро раздеваюсь. Что тут у нас? Хм. Похоже, на этот раз что-то классическое. Неужели твоя фантазия иссякла? Я уже была женщиной-кошкой, женщиной-полицейским, женщиной-нацисткой, Ларой Крофт, а теперь — что-то похожее на наряд стриптизерши или проститутки из борделя. Надеваю некое подобие корсета, чулки и туфли на платформе и каблуках. Корсет заканчивается под грудью, так что ты будешь видеть все мои прелести, и сверху и снизу. Что ж, так даже лучше. Пожалуй, мне нравится. Только сейчас вспоминаю, что в прошлые разы ты предоставляла мне бумагу с полным списком того, что ты хочешь, чтобы я с тобой сделала. В этот раз, видимо, ты всё оставила на мое усмотрение. Странно. Неужели стала доверять? Меня уже начинает трясти от дикого желания поскорее приступить к делу. — Встать! — говорю я, и ты поднимаешься на ноги. Медленно обхожу тебя вокруг. Тишину нарушает только стук моих каблуков. Ты что, пялишься на меня? Я тебе не разрешала, сучка! Звонкая пощечина оставляет красный след на твоей белоснежной щеке. Чудесно. Ты не будешь смотреть на меня, пока я тебе не разрешу. Надеваю тебе маску на глаза. Так-то лучше. Ты вся дрожишь от нетерпения, впрочем, как и я. Знаешь, что сейчас я свяжу тебя. К черту банальные веревки, с ними слишком долго возиться. У меня есть идея получше. Беру большой моток черного скотча. Заклеиваю рот. Обматываю тебя над грудью вместе с руками. Два оборота. Потом под грудью и на животе. Приклеиваю каждую ладонь к ноге, которую также обматываю в несколько оборотов. Толкаю тебя на кровать, чтобы ты легла поперек. Раздвигаю твои ноги, обматываю щиколотку скотчем и прикрепляю к ржавой железяке, в которую превратилась спинка кровати. То же самое проделываю со второй ногой. Чудесно. Ты связана, обездвижена и полностью открыта для меня. Беру в руки плетку и сразу же начинаю хлестать тебя изо всех сил по верхней части тела. — Молчать! — гневно кричу, когда ты начинаешь мычать. Ты замолкаешь. Молодец, милая. Новые удары по ногам. Ты дергаешься, но молчишь. Черт, от этой плетки никакого толку. Как насчет старого доброго ремня? Беру ремень от своих джинсов. Да, так гораздо лучше. Новые удары обрушиваются на твое жалкое тело. Ты не можешь сдержать стон, за что получаешь новую порцию так необходимой тебе боли. Твое тело уже всё в красных полосах от ударов. А тебе, похоже, нравится, выгибаешься, наслаждаешься. Вот больная. Аккуратно веду пряжкой ремня от колена к твоей промежности. Ты дрожишь. Думаешь, всё будет так быстро? Нет, милая, сначала тебе будет больно. И я знаю, что нужно для этого сделать. Прикрепляю металлические зажимы к твоим соскам и сразу же оттягиваю за цепь, которой они соединены между собой. Ты не можешь сдержать стон, за что получаешь новую порцию ударов ремнем. Провожу рукой по твоему плоскому животику. Твои бедра дрожат от возбуждения. Ну надо же, течешь, как шлюха. Любишь фистинг? Знаю, любишь. Резко вхожу в тебя четыремя пальцами, с силой проталкиваю их глубже, и вот уже вся моя ладонь до запястья скрывается в твоей вагине. Ты издаешь протяжный сдавленный стон. Больно? О, да. Проталкиваю еще глубже, до упора, так, что могу потрогать пальцами твои внутренности. Сжимаю руку в кулак и начинаю двигать им в тебе. Терпи, шлюха, ты сама этого хотела. До сих пор удивляюсь, как ты поняла, что я именно тот человек, кто тебе нужен. Я ведь ничем не выдавала себя, а ты сразу положила на меня глаз. Унижала меня, сука, перед всеми. Мне не нужна эта долбанная работа в твоей конторе, но уйти я не могу. Теперь не могу. Знаешь, дрянь, как удержать меня. Меня передергивает от злости. А ты, похоже, наслаждаешься. — Не смей кончать, пока я не разрешу. — говорю я сквозь зубы. А я не разрешу еще долго. Вытаскиваю из тебя руку. Хватит. Впереди еще много интересного. Освобождаю твои ноги и ставлю тебя в вертикальное положение. Стоишь, сгорбившись, как старуха… жалкое зрелище. Резко отдираю скотч от твоего рта. — Хочешь доставить удовольствие своей госпоже? — спрашиваю я, приблизившись к твоим губам. — Кивни, если хочешь. Ты киваешь. Ну конечно, как же иначе. Сегодня я добрая. Отхожу от тебя и сажусь в кресло. Ты так и стоишь на месте, не смея шевельнуться. Правильно. — Ко мне, — приказываю я. Твои глаза по-прежнему закрыты маской. Дергаешься, пытаясь понять, где я. Я повторяю свои слова. Ты идешь в правильном направлении. Идешь? Нет, так не пойдет. — На коленях, — уточняю я. Даю тебе сигналы голосом, и ты наконец подползаешь ко мне. Тяжело дышишь и дрожишь от возбуждения. Прекрасно. Хватаю тебя за волосы и притягиваю твою голову к своей груди. Ты начинаешь жадно целовать ее. Да, хорошая рабыня. Резко оттягиваю твою голову, выжидаю паузу. — Пожалуйста… — стонешь ты еле слышно. Томно дышишь. Вот сучка похотливая. Я, кажется, не разрешала тебе говорить, дрянь! Ну ладно, накажу тебя позже. Тяну на себя цепь, соединяющую зажимы на твоих сосках. Опять стонешь от столь необходимой тебе боли. А потом притягиваю твою голову к своей промежности. Доставь мне удовольствие, детка. Твои губы и язык начинают виртуозно ласкать мой клитор. Свободной рукой ласкаю свою грудь. Это восхитительно. Сжимаю волосы у тебя на затылке. Вылижи меня, сучка, и тогда получишь то, что хочешь. Как же ты меня возбуждаешь. Ползаешь на коленях, пресмыкаешься, такая беспомощная и убогая… Такая податливая и готовая на всё… Я кончаю очень быстро. Несколько секунд перевожу дыхание. Но хватит лирических отступлений. Ставлю тебя на ноги. Этот скотч на твоем теле… Наверное очень больно отдирать его. А чем больнее — тем лучше для тебя, да ведь? И для меня тоже. Поочередно резко отдираю скотч, которым обмотано твое тело. Ты вся в красных пятнах. Дрожишь, обливаешься слезами, всхлипываешь, но молчишь. Умница. Толкаю тебя в сторону моего любимого устройства. Деревянная конструкция, имитирующая гильотину. О, да. Кладу твою голову и руки в специальные ниши и зажимаю сверху. Ты стоишь, нагнувшись вперед, твоя попка так аппетитно теперь красуется передо мной, она полностью в моей власти. Оковы на твоих щиколотках соединяет палка, не позволяющая сдвинуть ноги. Чудесно. Хочу испытать новый экземпляр в твоей коллекции. Беру гигантский искусственный фаллос на ремнях, надеваю. Не уверена, что твое тело сможет принять эту огромную штуковину, но я хочу попробовать, мне-то терять нечего. Одним рывком с силой вгоняю в тебя член. Вскрикиваешь. Еще бы. Нормального человека штуковина таких лошадиных размеров порвала бы до основания. Но тебе, похоже, нравится. Что ты стонешь, как шлюха?! Заткнись, твою мать! Держу тебя за бедра и насаживаю на член. Как жаль, что у меня нет настоящего. С каким удовольствием я бы вогнала его тебе в глотку. Порвала бы твой маленький милый ротик к чертовой матери. И смотрела бы, как ты задыхаешься и корчишься, захлебываешься спермой и собственными слюнями и слезами. Провожу рукой по твоей спине. Это даже похоже на ласку. Но почти сразу нажимаю очень сильно и резко царапаю. Четыре восхитительные красные полосы появляются передо мной. А ты, кажется, уже на грани оргазма. Ну ладно, сейчас я позволю тебе кончить. Вцепляюсь ногтями в твои бедра и продолжаю в бешеном темпе трахать тебя. Ты уже не стонешь, а хрипишь от бессилия и удовольствия. Твои колени подкашиваются, но я крепко держу тебя. Вздрогнув всем телом, ты кончаешь. Громко дышишь и протяжно стонешь. Понравилось? Замечательно. Но не долго тебе придется радоваться. Ты еще не отошла от оргазма, а я уже глажу головкой члена твой задний проход. Ты дергаешься и мычишь, понимая, что сейчас будет совсем не так приятно. Хотя… ты же больная извращенка, опытная в этом деле, это вполне по твоей части. С трудом вставляю головку в твой анус. Больно? Это еще цветочки. Рывком заталкиваю член на всю длину. Это так прекрасно — знать, что ты испытываешь невыносимую боль. Это возбуждает. И я сама готова кончить только от одной этой мысли. Ты такая жалкая, безвольная, как кукла. Как восхитительно это ощущение власти над тобой! Ремни очень приятно натирают мне клитор. Я не выдерживаю и снова кончаю. Перевожу дыхание, несколько секунд не двигаюсь. Потом выхожу из тебя и отхожу на шаг назад. По твоим ногам текут струйки крови. Неужели я что-то порвала тебе там? Но ты сама виновата, похотливая сучка, и никто больше. Твои ноги совсем не держат тебя, и ты падаешь на колени. Они не совсем достают до пола, ты виснешь без сил, удерживаемая фиксаторами на шее и руках. Знаю, неудобно, ну, а как ты хотела? Снимаю оковы с твоих ног. Потом освобождаю твою голову и руки. Ты падаешь на пол, тяжело дыша. Лежишь, распластавшись, и стонешь. — Понравилось? — спрашиваю я, толкнув тебя ногой. — Да… — едва слышно проговариваешь ты. — Как ты разговариваешь со мной? — гневно кричу я, снова толкая тебя в плечо. — Спрашиваю еще раз: тебе понравилось, как твоя госпожа трахнула тебя, грязная шлюха?! — Да… моя госпожа… это было… великолепно… — говоришь ты дрожащим голосом. — Встать! — приказываю я. Ты стонешь и пытаешься подняться. Ты отвратительна, вся в собственных слюнях. Беру плетку и подгоняю тебя. Что, ножки не держат совсем? Задница болит? Ничего, потерпишь. Поднимаешься на ноги. Я срываю маску с твоих глаз, срываю зажимы с твоих сосков. Хватаю тебя за волосы и толкаю к стене. Я уже представляю, как грубая неоштукатуренная кирпичная стена расцарапает твое тело. Ты стоишь и не двигаешься. По внутренним сторонам твоих бедер всё еще течет кровь. Это так красиво! С крепления на потолке свисает длинная цепь. То, что нужно. Эротично располагаю ее между твоих ягодиц. Любишь холодный металл? Поднимаю твои руки и надеваю металлические фиксаторы на запястья, прикрепленные к потолку. Располагаюсь сзади и всем телом прижимаю тебя к стене. Сильно, как могу. Накидываю цепь на твою шею. Ты ведь знаешь, что при удушении оргазм еще сильнее? Я прижимаюсь грудью к твоей расцарапанной спине. От тебя так странно пахнет — запах дорогих духов смешался с запахом секса, грязи, крови и вспотевшего тела. Это отвратительно, но это до безумия возбуждает. Провожу языком по одной из царапин на твоей спине. Никогда раньше не пробовала чужую кровь на вкус. Мне нравится. Сильнее сжимаю цепь на твоей шее и сразу же кусаю тебя за плечо. Впиваюсь зубами снова и снова, оставляя ощутимые следы на твоей белой коже. Нравится? У меня появляется неконтролируемая тяга укусить тебя сильнее. Я чувствую себя каким-то животным, который поймал добычу. Точнее, эта добыча добровольно пришла в мои лапы. Кусаю тебя так сильно, что ты кричишь и дергаешься. Не ожидала? Нет, милая, не смей сопротивляться, ты будешь со мной до конца. На твоем плече проступает кровь, которую я тут же слизываю языком. Состояние эйфории охватывает всё мое существо. Вспоминаю про одну замечательную вещичку из твоей коллекции. Через несколько секунд кастет с шипами оказывается у меня в руке. Шипы не такие острые, как бы мне хотелось. Хотя… Провожу им по твоей спине. Будем считать это прелюдией. Тебе приятно, я это чувствую. Нажимаю сильнее, и под шипами начинают проступать царапины. Как же это красиво! Еще сильнее. Твоя нежная кожа рвется под нажимом металла. Вся твоя спина теперь покрыта восхитительными порезами. Из них вытекает кровь, такая красивая, темно-бордовая. Отпускаю цепь, и ты резко глубоко вдыхаешь так необходимый тебе воздух. И сразу же я ударяю твою голову о стену. Что-то хрустнуло. Неужели я сломала твой красивый носик? Как жаль. — Что ты делаешь… мы так не… — бормочешь ты сквозь всхлипы. — Что ты сказала? — гневно говорю я и снова прижимаю твою голову к стене. — Не смей говорить со мной! — новый удар. Ты плачешь? Неужели! А сколько раз ты, ничтожная дрянь, доводила меня до слез своими придирками и унижениями? Обращаешься с сотрудниками как с последним дерьмом, а со мной особенно. А я, в отличие от тебя, совсем не люблю унижаться! — Хватит… перестань… Что ты там бормочешь? Что значит хватит? Может тебе еще доктора позвать? Нет, детка, я еще не наигралась с тобой. Разворачиваю тебя лицом к себе, прижимаю спиной к стене. Твое лицо в крови, она залила весь подбородок и шею. Сжимаю цепь на шее, чтобы ты не смогла говорить больше всякие глупости. Мне нравится твое тело. Стройное, красивое. Ни грамма лишнего жира. Грудь небольшая, аккуратная, с маленькими светло-коричневыми сосками. Прелесть. Ты вся такая тоненькая, что кажется, тебя легко переломить, как соломинку. И твоя кожа, какая же она мягкая, словно у ребенка. Вот только шрамы и рубцы портят всю картину. Сколько же лет ты уродовала себя? Не могу удержаться и не поцеловать твою грудь, на которую капнули несколько капелек крови. Мммм… твои соски такие нежные и вкусные. Не могу оторваться от них, облизываю, захватываю губами. Я могла бы сосать их еще очень долго, получая невероятное удовольствие, но тут я вспоминаю, кто ты и как я ненавижу тебя, тварь. Нет. Никакой ласки, сука, ты от меня больше не получишь. На твоих черных волосах совсем не видно крови. Жаль, что ты не блондинка, я могла бы провести окровавленной рукой по твоим белым волосам — и создалась бы восхитительная картина. Ну почему ты не блондинка, а? А кровь возбуждает. У меня между ног настоящее наводнение. Прижимаюсь к тебе грудью, опускаю руку вниз и ласкаю себя. Проникаю внутрь двумя пальцами, и хватает всего несколько секунд, чтобы сладкие судороги оргазма прошлись по моему телу. Сегодня ты превзошла все мои ожидания. Освобождаю твою шею, отцепляю руки, и ты камнем падаешь на пол. Ты вся в крови. Как же красиво! Ты почти без сознания, только жалобно стонешь и еле шевелишься. Мое сердце бешено колотится от лицезрения этой картины. Какое же ты убожество. Но это так восхищает меня! И злит еще сильнее. — Хватит… — хрипишь ты еле слышно. А мне становится смешно. Очень. Какое еще «хватит»? Ты должна была сказать стоп-слово, которого у нас, кстати, нет. Так что… прости, милая, но сегодня всё будет по-моему. Рабыня не смеет указывать своей госпоже, как ей поступить. Хватит с меня того, что уже гребанные полгода ты унижаешь меня на работе и выставляешь на посмешище. Неужели ты думала, что я всегда буду делать только то, что нравится тебе? Ты открыла ящик пандоры, когда впервые вложила в мою руку плеть. В тот момент я поняла, что пропала, и назад пути нет. А о чем думала ты? Ты так прекрасна сейчас в своей беспомощности. Лежишь и дергаешься на полу, стонешь от боли. Но ты же любишь боль! А я люблю причинять ее тебе. И сегодня я доведу дело до конца. Мне наплевать на всё и всех. Беру бейсбольную биту, еще один твой аксессуар для развлечений. Нет, я больше не буду тебя трахать. Мне хочется кричать от восторга. Я еще ни разу не чувствовала в себе столько силы. Такого состояния эйфории я не испытывала еще никогда. Наношу удар по твоему окровавленному телу. Вскрикиваешь. Уже не способна даже произнести связную фразу. Что ж, это к лучшему. Не хочу выслушивать твои указания, оскорбления и угрозы. Хватит, докомандовалась. Удар по голове. Еще один, и еще. Ты уже не шевелишься. Бью со всей силы и проламливаю тебе череп. Много ударов… десять… двадцать… Так много крови — на тебе, на мне, на полу, на бите. Всё вокруг забрызгано твоей восхитительной кровью. На месте твоего лица сплошная каша. Ты уже совсем не такая красивая! Никогда, никогда еще в своей жизни я не была так счастлива, как сейчас. Спасибо тебе, милая. Я правда благодарна тебе. Мне хочется плакать от счастья. Непередаваемые ощущения. Мне кажется, я уже в раю. Перед глазами плывет, голова начинает кружиться. Столько эмоций у меня не было еще никогда. Я счастлива. Вот сейчас я по-настоящему счастлива. Ложусь на пол рядом с тобой. Твое тело еще теплое и такое идеально неподвижное… Твоя смерть не входила в мои планы, и я не знаю, что мне теперь делать. Хотя это кажется таким неважным… Всё, что произошло сегодня, было похоже на самый прекрасный сон. Можно сказать, что ты принесла себя в жертву моему счастью. Мне безумно хорошо. Так прекрасно, и одновременно так странно… Я понимаю, что это не сон. Но всё равно не хочу просыпаться и возвращаться в тот уродливый мир, в котором приходится жить. Всё равно тебя больше нет, а это значит, что больше некому будет делать меня счастливой хотя бы иногда. Мне совсем тебя не жаль, ты была больной сукой и заслужила то, что я с тобой сделала. Не хочу возвращаться к своей прежней жизни. Я знаю, что ничего более прекрасного в моей жизни уже не случится. И оставшиеся пять дорожек волшебного кокса смогут достойно завершить этот чудесный вечер. И мою жизнь. Встретимся в аду, детка.