Тени

      Этой ночью Готэм снова заботливо укрыт темным крылом летучей мыши. Только вот никто - ну, может, кроме Гордона - не видит этой защиты. И не мудрено - Бэтс уже настолько слился с тенью, что кажется ее частью, ее жизненно важной деталью, ее шестеренкой в отлаженном механизме.       Он сам кажется тенью.       И это страшно.       Комиссар, даже после стольких лет, все еще ощутимо вздрагивает от внезапного появления Летучей Мыши - тихого, незаметного, словно вышедшего из стены здания, из ночной тьмы.       И точно такого же исчезновения. Гордон не знает, восхищаться ему или бояться - уж очень нереальным кажется происходящее.       - Человек-Тень, - как-то усмехается он, и Найтвинг, стоящий рядом, кивает.       Ему и самому страшно - ему действительно страшно за Брюса. Дик - Найтвинг - да какая разница - видит, как с каждым днем Бэтмен становится менее ощутимым, менее физическим, менее реальным.       Заттана лишь качает головой и уныло пожимает плечами.       - Я ничего не могу сделать. Он сам выбрал этот тернистый путь. Я ничем не могу ему помочь.       - Он когда-нибудь пропадет, - тихо говорит Найтвинг, опуская голову. Ему хотелось крикнуть это вслух, но зачем - звук обойдет всю пещеру и вернется безразличным и темным. Пусть он будет тихим, но теплым, ощутимым. Живым.       Альфреду тоже страшно - но дворецкий привык скрывать свои переживания, как, впрочем, и все обитатели этого дома. Он и Дик периодически переглядываются и качают головами - Брюс, секунду назад сидящий около консоли, мистическим образом оказался в другом конце пещеры.       - Мастер Брюс, уже достаточно позно и мне ли напоминать Вам...       Бэтмен смотрит на дворецкого и тихо, безэмоционально отвечает:       - Не сейчас, Альфред.       - Конечно, мастер Брюс, - смиренно отвечает дворецкий и беспомощно переглядывается с Диком.       - Тебе так скоро Бэт-мобиль не понадобится, - криво улыбается Найтвинг, глядя на выступившего из тени здания Бэтмена. Он несколько секунд назад был около вышки.       Тот молчит.       И это страшно.       - Он гаснет на глазах, мастер Ричард. Мы привыкли считать его уверенным и непоколебимым, но он все же человек.       - Он как свеча. Будет страшно, если ее задует.       - Огонь можно зажечь, мастер Ричард. Страшнее, если тьма в нем сильнее света.       Дик качает головой, глядя на серое пятно за компьютером. Размытое, незаметное. Почти не отбрасывающее тени.       - Пока держится.       - Как долго это продлится? - вздыхает Альфред и бесшумно отходит к выходу.       Дик остается стоять, а Бэтмен уже скользнул к Бэт-мобилю. Найтвинг собирается следовать следом, но Брюс останавливает:       - Не надо.       И тенью исчезает.       - Ты только держись, ладно? Не потухни в этот раз.       Брюс держится.       Пока.       Женщина-Кошка качает головой.       - Он исчезает.       Найтвинг поджимает губы.       - Я знаю.       - Тогда почему ты ничего не делаешь?! - взрывается внезапно Селина, указывая куда-то в тень здания. - Ты его ближайший помощник. Ты, не Колпак, не Робин, и не Красный - ты.       Дик смотрит мимо нее. - Почему?       Найтвинг смотрит прямо ей в глаза и снимает маску.       Селина судорожно вздыхает.       Слишком темные глаза. Неестественно темные. Не тот небесно-голубой - цвет бушующего моря и разыгравшейся грозы, цвет ливня и тьмы.       Цвет тени.       - Мы ничего не можем сделать. Только удержать еще ненадолго.       Кошка смотрит вниз, а потом снова в лицо юноши.       - Сколько? - горько спрашивает она.       - Два месяца. На два месяца удалось оттянуть этот кошмар.       - Два месяца, - эхом повторяет Селина.       Дик одевает маску - глаза словно тянет, больно моргать и смотреть, а где-то около виска сильно сжимает голову невидимый обруч.       - Ты сильный.       Дик чуть заметно улыбается. Он вбирает в себя тень, тьму и тяжесть обязанностей - Брюс на время становится осязаемым, живым, а Дик... А Дик чувствует, как сливается с ночью.       Он впитывает в себя все и еще чуть-чуть, чтобы Бэтмен снял маску и стал живым.       Хоть на минуту.       Им так его не хватает.       Гордон качает головой. - Когда-то это должно было наступить. Готэм поглотил его. - Очень долго он сопротивлялся, - соглашается Селина. - Но огонь можно зажечь, - вспоминаются слова Альфреда. - Едва ли он продержится больше года, - шепчут тени. - Цена оказалась слишком высокой, - слышится в ночи, когда свет прожектора упирается в облака.       - Это еще не конец, - эхом разносится по Готэму. Найтвинг уверен в этом.       Брюс может захлебнуться в тени, задохнуться, потухнуть. Брюс - может, Бэтмен - нет.       Когда-нибудь, - шепчут тени, касаясь лодыжек Найтвинга, - когда-нибудь мы заберем - его или тебя - нам все равно. Но мы заберем, ведь он уже стал частью нас - а твои глаза уже сложно отличить от ночного неба.       - Когда-нибудь, - улыбается Найтвинг, - когда нибудь - обязательно.       Тени бесшумно шевелятся, обвиваясь около ног Дика.       - Но вы по-прежнему боитесь света, - Найтвинг улыбается, разжимая ладонь. В ней скачет маленький огонек. Маленький, теплый, живой.       Тени шипят и бросаются в рассыпную - а Дик с улыбкой снимает маску. Глаза снова приобретают цвет ясного неба.       - Но пока - нет. Пока есть люди, которые в него верят - Бэтмен останется в мире людей. Ему рано в мир теней, в мир иллюзий. Пока нет.       Тени шипят и прячутся по темным углам.       Бэтмен стоит рядом с Диком. Уже не такой неестественный, как раньше. Более живой.       - Пока нет, - подтверждает он, - но когда-нибудь - обязательно.