Ничего необычного, просто Гавриил развлекается.

Светило ласковое утреннее солнышко, блестела от ещё неиспарившейся росы, зелёная трава, источали восхитительный слегка горьковатый аромат только-только раскрывшиеся полевые цветы. И по этому широкому полю скакал в припрыжку, аки молодой жеребец, ангел молодой и неразумный Кастиил. Размахивая руками он догонял рой пчёл. — Пчелки. Пчелки. — заливался смехом ангел. Ещё немного и он догонит их, как вдруг одна из пчел, отстав от своих товарищей обернулась к ангелу обретя человеческое лицо. Лицо это, довольно упитанное, со свисающими мясистыми щеками, склонившись набок пристально вглядывалось в ангела и вдруг оглушительно заорало: — Ррооота подъём! Кастиил вздрогнул и подскочил на месте. Удивлённо осмотревшись ангел понял, что находится в строю. Совсем как в те времена, когда Михаил собирал младших ангелов на учения. Только сейчас были некоторые различия. Во-первых, строй был разнокалиберный. Первым стоял Сэм Винчестер, за ним Люцифер, Дин Бальтазар, Кастиил, а замыкал строй Кроули, одетый в национальный костюм Шотландии и держа в руках волынку. Второе различие — почти все были одеты в военную форму. Кроме Кроули, который увидев на себе национальный шотландский костюм, только и смог произнести: — Абзац! — и бросить на землю волынку, которую до этого держал в руках. Волынка, упав, издала неприятный звук, заставив людей закрыть уши руками. А тренер, невысокий упитанный мужчина в красном спортивном костюме, вышагивал вдоль строя. — Вы, — орал он во все горло, — молодые и зелёные. Я сделаю из вас настоящих мужчин, достойных мужей нашей великой родины. Вы станете подтянутыми, выносливыми — тренер критически осмотрел каждого в строю и добавил, — Такими как я. Не обращая внимания на смешки, тренер продолжал разного отстаивать, хотя никто его уже не слушал. Внезапно, прервав свою речь, тренер подскочил к Люциферу и, смотря снизу на падшего, заорал надрывая связки: — Я ПОНЯТНО ОБЪЯСНЯЮ? Люцифер, скрестив руки на груди и приподняв бровь, скептически посмотрел на эту орущую букашку. Решив что он недостоин внимания Его Темнейшества, продолжил дальше пинать носком ботинка ногу рядом стоящего Сэма, который, поджав губы, пытался не обращать на это внимание. Тренер засвистел в свисток, привлекая внимание. — Итак правила таковы. Все вы бежите марафон с полосой препятствий. Добегаете до финиша — свободны. Раздалось недовольное гудение. — Да когда же это закончится? — Сколько можно? — Когда нас в покое оставят? — Где моя Импала? — Дин, бежать надо самим. — Рразговорчики в строю!! — добившись тишины, тренер продолжил, — Я добрый, поэтому дам вам стимул. Вот ты, Сэм. Добежишь до финиша получишь обратно свои волосы. Сэм, не понимая, пожал плечами. — Сэм, — простонал сквозь смех Дин, — твои волосы. Сэм провёл ладонью по черепушке и издав громкий вопль рванул вперёд. К финишу. Тренер проводил бегущего Винчестера, на голове которого отражалось солнце и с улыбкой маньяка повернулся к остальным. — Кому-то ещё нужен пинок под зад? Отрицательно качая головами все побежали вслед за вопящим Сэмом. Кроме Кроули. Тот потянулся, зевнул, поправил на голове шапочку с помпоном, подтянул гольфы и только после этого, снисходительно улыбаясь, соизволил последовать за толпой галдящих ангелов. Тренер бежал в стороне наблюдая как все проходят полосу препятствий. Бегут гуськом по бревну, пробегают змейку и ползут по грязной трубе. — Кто-то пнул меня в лицо. — доносилось из трубы. -Фу, Люцифер ты вообще ноги моешь? — Кас, не упирайся в мою задницу. — Прости, Дин. — Отец, чем я заслужил эти мучения? — Бальтазар, заткнись и ползи вперёд. Наконец все выползли и, грязные и потные побежали дальше. Кроули, слегка отстав от товарищей, вскоре нагнал их и остановился, уставившись на лестницу на бревнах. — Ещё что такое? — Рукоход. — с ностальгией смотря на сооружение, пояснил Кастиил. Положение было безвыходное, пришлось проходить и это препятствие. Кастиил висел на Дине, обхватив его руками за шею. Поэтому рукоход стал для него лёгким испытанием. Что не скажешь о Винчестере. Не обошлось без казусов. Люцифер столкнул Бальтазара на землю, пнув того ногой. На этом страдания ангела не закончились. Над ним проплыл Кроули в килте. Издавая вопли не хуже чем Сэм, Бальтазар теперь весь путь полз на четвереньках, мотая головой.  — Глаза. Папа, мои глаза. Шёл уже третий километр, а финиша все не было видно. Силы были на исходе. Никто уже не бежал, а еле-еле передвигая ноги, брел по дороге. Люцифер ругал Ника за его пристрастие к алкоголю, Кроули обмахивался шапочкой с помпоном, Бальтазар полз на коленках, что-то бормоча себе под нос. Михаил буквально висел на Кастииле, который из последних сил поддерживал архангела. И только Дин бодро шагал вперёд с большой упаковкой конфет в руках. Рядом шагал тренер, тоже лопающий конфеты. — Я так молод и красив, и вот погибаю в расцвете лет. — прохрипел Михаил и рухнул на землю, не обращая внимания на оглушительный свист тренера, который чуть свисток от усердия не проглотил. Воспользовавшись моментом, остальные участники принудительного забега увидели возможность отдохнуть. Каждый упал там где стоял. Кто-то молился небесам, кто-то недрам земли, но все были едины — все молили, чтобы тренер садист провалился к чертям. Люцифер, лёжа лицом в пыли, придумывал пытки коим он подвергнет тренера. Кроули недалеко ушёл в мыслях от Люцифера о пытках. Дин Винчестер сидел прислонившись к бревну, вытянув гудящие от напряжения ноги. — Выберусь, найду — посыплю солью и сожгу. Бальтазар запивал вином своё горе, хлебая прямо из горла. Кастиил растерянно стоял пытаясь решить что делать дальше. Бежать вперёд или быть с коллективом. Наконец, когда уже наполовину глухой архангел все же поднялся, встать пришлось остальным. Тренер, посвистывая, бегал вокруг и подбадривал, не выпуская при этом свисток изо рта. — Вперёд, вперёд. Мы же не хотим быть лысыми как Сэм? Давай, Дин, вперёд. Там тебя Импала ждёт. Тут Дин припустил так что пыль столбом стояла. Все хорошее когда-нибудь заканчивается, вот и финиш уже виден. Огромные ворота уходящие высоко в небо раскрылись перед страюдующими. Тренер осмотрелся. — Никого не потеряли? — Нет. Нет. — раздались голоса и грязная, потная компания устало ввалилась в ворота. Как только врата закрылись, в далеке показалась одиноко бредущая фигура. С хрипом выталкивая воздух из лёгких, обливаясь потом, последним к финишу пришёл Михаил. — Открывай, сова, медведь пришёл. — затарабанил по вратам Михаил. Но несчастного, измученного архангела никто не слышал — там давно уже праздновали, забыв про него.