Thirty Days

Song: Lana Del Rey - Swan Song

Это утро было самое желанное. Одна мысль о том, что наконец-то все может наладиться, внушала надежду на светлое будущее. Зейну удалось помириться с Лиамом, по крайней мере, ему так казалось. Всю ночь они провели вместе в одной постели, смотря в потолок и разговаривая обо всем на свете. Лиам утешал парня, рассказывая тому что-то из школьной жизни, гладил его голые плечи и говорил, что все будет хорошо. Даже более того: он пообещал ему, что все будет хорошо. Когда Зейн заснул, Пейн думал, как перебороть себя и сдержать слова, которые просто по-привычке вылетели из его уст. Радовало лишь одно: его не предали, так сложились обстоятельства. И теперь он все прекрасно понимает и хочет избавиться от чувства предательства, но сердцу не прикажешь. Луи же был просто счастлив, что у него появился шанс все исправить и доказать, что он не последнее дерьмо, каким он казался все свои двадцать лет. То, что происходило с ним в последние дни, заставило его задуматься: не стоит ли сменить в жизни ценностные ориентиры? Например, в качестве кудрявого зеленоглазого мальчишки, что лежит сейчас у него в постели? Нет, они не спали, несмотря на то, что Стайлс, будучи до безобразия пьян, просто умолял о сексе, Луи не мог себе позволить прикоснуться к нему вновь без его согласия. Всю ночь он просто был рядом и делал все, что было необходимо при отравлении паленной водкой. Когда Гарри открыл глаза, он увидел над собой белый потолок, в точности такой же, как в его комнате. Но что-то здесь было не так. Запах был чужим, хоть и казался ужасно знакомым. Он повернулся на бок по-привычке, чтобы посмотреть, который час, но вместо настенных часов он увидел силуэт, который, как некстати, напугал его. — Где я? — первое, что выпалил парень, пытаясь скорее вскочить с чужой постели. — Ты облевал мне всю машину. — спокойно произносит Томлинсон, ставя бутылочку минералки на тумбочку и медленно отходя назад. — Хотел оставить тебя гнить на свалке, но потом вспомнил, что я слишком добр, чтобы так поступить. Луи не мог не съязвить. Возможно, Гарри и нравился ему (определенно нравился), показывать этого он не хотел. Если "кудрявая болонка" узнает об этом, то это будет означать, что само величество потерпело поражение. — Ох, — Гарри иронично усмехается, — так и скажи, что мозги на место встали после того, как я тебе врезал. Достаточно смелое высказывание со стороны Гарри. У Луи на несколько секунд даже пропал дар речи, особенно когда тот начал опустошать бутылку с водой, жадно высасывая все содержимое. И вместо того, чтобы вывалить в ответ что-нибудь едкое и колкое, он просто говорит то, что никто и никогда от него не слышал: — Как ты себя чувствуешь? Это переходит все границы. Гарри чуть ли не давится, когда слышит подобный вопрос от миллиардера. От того самого, которого он заснял в туалете, от того самого, что вел с ним войну, от того самого, что вылил на него столько дерьма за каких-то десять дней. И сейчас он просто спрашивает, как он себя чувствует. — Что? — будто не веря своим ушам, он переспрашивает. — Повтори. — Тебя удивил мой вопрос? — Луи пожимает плечами. — Я нашел тебя на помойке, пьяным и блюющим. Так почему я не могу поинтересоваться твоим самочувствием? — Потому что ты все еще мудак. — Гарри поднимается с постели, ступая на холодный паркет и предательски чувствуя свою слабость и легкое головокружение. — Но все равно спасибо. Я в порядке. Луи усмехнулся, но ничего не ответил на попытку кудрявого оскорбить его. Возможно, где-то в глубине души он понимал, что все сказанное Гарри - чистейшая правда. И отрицать это было бессмысленно, ведь время всегда показывает, кто кем является на самом деле. Дальше крепкого кофе у них не зашло. После быстрого завтрака, который стоял поперек горла, Гарри попросил миллиардера вызвать ему такси, но тот предпочел отвезти парня самостоятельно.

***

Все как в кино: дорогой спортивный спорт кар подъезжает к парковке колледжа, и все замирают в ожидании, чтобы увидеть ту красотку, которая выиграла эту чертову жизнь. Дверь открывается и... подождите-ка? Толпа в недоумении. Везунчиком оказался Гарри Стайлс. — Спасибо, что подвез. — Гарри еще раз взглянул на Луи прежде, чем закрыть дверь и уйти. — Ты снова популярен благодаря мне. — миллиардер усмехнулся, надевая свои солнцезащитные очки и заводя двигатель. — Теперь всем интересно, почему ты приехал на такой крутой тачке. Расскажешь им? Парень закатил глаза и покачал головой. — Мне пора. Прощай. Он захлопнул дверь автомобиля и направился в здание, прокручивая в голове сегодняшнее утро. Кажется, ничего особенного не произошло. С каждым такое бывало: ты напиваешься, а утром просыпаешься в постели своего друга или вообще незнакомого тебе человека. Но Луи ведь был не тем персонажем, который стал бы спасать кого-то, особенно, если ему когда-то перешли дорогу. Этот "инцидент" Гарри хотел поскорее забыть, ибо чем больше он копался во всей этой ситуации, тем более ему была близка мысль о том, что, возможно, игра продолжается и это всего лишь часть коварного плана мажора. — Гарри? — Найл пощелкал пальцами перед своим другом, чтобы привлечь внимание. — Ты такой загруженный сегодня. Все в порядке? Что ему остается ответить? Зейн и Лиам только-только помирились. Упоминать о Томлинсоне в присутствии Пейна опасно. — Я... Я просто не выспался. — неуверенно отвечает Гарри. — Тебя не было дома всю ночь, — подмечает Лиам, — Еще и не выспался. Неужели наш Гарри наконец-то кого-то встретил? Гарри едва не подавился, когда вспомнил, с кем и как провел эту ночь.

***

Оставить мысль о Луи не получалось. Для Гарри было необходимо разобраться в том, как устроен этот человек на самом деле. Вернее, ему не хотелось признавать тот факт, что он совершенно не умеет разбираться в людях, поэтому ему было выгоднее, если бы мажор оставался мажором, а не превращался в доброго персонажа из диснеевских сказок. — Зейн? — Гарри аккуратно приоткрыл дверь, выходя на балкон. — Я не тебе не помешаю? — Конечно же, нет. — Зейн улыбнулся, по-прежнему смотря на заходящее за стеклянные высотки солнце. Он сделал еще одну затяжку и выпустил густой дым, и только после повернулся к скромно стоящему приятелю. — Ты что-то хотел? — Возможно. — он тяжко вздыхает, подходя немного ближе, опирается об перила локтями и смотрит вниз, где движение на дорогах напрочь замерло. — Я рад, что у вас с Лиамом все наладилось. — Я тоже. — брюнет тушит сигарету и поворачивается к Гарри, мягко улыбаясь. — На самом деле, Луи... он хороший, хоть и ведет себя, как последнее дерьмо. — Откуда ты знаешь про этого... про Луи?! — парень приподнял брови. — Просто он говорил про тебя, когда я еще спа... виделся с ним. — Зейн негромко кашлянул. — Тебя не было всю ночь, а утром ты вылез из его машины. — Что он говорил обо мне? — Что ты отчаянный и самонадеянный пудель. — Зейн усмехнулся. — Извини, я просто процитировал. Что же, из разговора Гарри сделал для себя главный вывод - Луи никогда не изменится. С одной стороны, ему так было удобнее. А с другой стороны - не очень. Потому что ему он начинает нравиться.