Жена по объявлению

В больнице лежать было скучно. Так скучно, что ни ноутбук, ни телефон не спасали от этой всепоглощающей тоски по улице, а ведь, как на зло, погода только-только стабилизировалась и стала пригодной для долгих прогулок на свежем воздухе. Карина знала, что ходит легенда о людях, которые безвылазно днями и месяцами сидят дома и играют / смотрят телевизор, а также мало контактируют с кем-либо, но сама с такими знакома не была. И откровенно не понимала, как можно было добровольно подписываться на такое. Можно было, конечно, побольше заняться учёбой, но какой студент будет парить мозг, когда недавно чуть не лишился его? Тем паче, что для преподавателей теперь найдётся веская отговорка, в конце концов можно будет давить на жалость. Девушка проходила игру «Растения против зомби» уже в четвёртый раз, когда в палату постучались. Откинув планшет на матрас, да так, что он едва не упал на пол, Карина схватила расчёску и принялась судорожно чесать ею спутанные волосы, но именно за этим занятием её застал посетитель. Некий незнакомый и очень симпатичный мужчина заглянул через несколько секунд после своего стука, но растерянно затупил. — Ты — Карина Мельникова? — уточнил он и, получив подтверждение в виде кивка, прошёл в палату. — Необычные волосы, — прокомментировал он без осуждения, созерцание которых и поставило его в тупик несколькими секундами ранее. — А вы кто? Из полиции? — заметив синий пиджак и штаны, предположила Карина, поспешно садясь на край кровати, свешивая ноги на пол. — Почти. Я из прокуратуры. Звать Евгением, — дружелюбно представился он и сел на единственный стул напротив койки. — Смотрю, тебе тут весело, — кивнув в сторону громко храпящей бабульки на соседней кровати, подметил он. Пробубнив что-то вроде «да уж», девушка каменным серьёзным лицом уставилась на гос. служащего в ожидание его вопросов. — Это краска такая? — продолжил интересоваться прокурор. — Почему именно малиновая? — А почему бы и нет? — резонно ответила девушка, впрочем, она была не против поговорить на какие угодно темы, страдая недостатком общения. — Вам марку сказать? Там очень большой выбор цветов. Если захотите покупать, возьмите у меня дисконт, будет скидка десять процентов. — А знаешь, хотел по молодости перекраситься в синий, но долго с этим тянул, боясь реакции окружающих, а теперь с этой работой уже и нельзя. Эх, молодость, — вздохнул Женя, вспоминая лучшие деньки, когда они с друзьями лазали по клубам да устраивали разборки за территорию. Карина лишь иронично фыркнула. Не такой уж прокурор и старый, чтобы перечёркивать подобные маленькие мечты и ставить на похожих желаниях крест. Впрочем, работа — это, конечно, весомый аргумент, там нужно выглядеть соответственно, особенно на такой должности. К сожалению девушки, цветные волосы до сих пор в современном обществе считались чем-то ненормальным. Тут ей пришла идея, которой Карина поспешила поделиться с собеседником: прокурор может покраситься, когда будет в отпуске. — К тому же, существуют специальные красители-бальзамы, которые смываются довольно быстро, за несколько недель мойки обычным шампунем. Не придётся ничего выводить, но прежде всего вам нужно будет осветлиться, иначе цвет не проявится, — стала увлечённо рассказывать девушка. В какой-то момент она подумала, что, может, прокурор просто из вежливости спросил её об этом и поддержал тему, и на самом деле ничем подобным он заниматься не будет, но заметила неподдельный интерес к данному разговору. Правда вот, осветляться шатен не хотел — по молодости пробовал вместе с Акуловым и ему ужасно не пошло, в отличии от друга, который до сих пор занимается этим и со стороны очень сложно сказать, что он не натуральный блондин. На этот случай Карина известила, что после того, как тоника смоется, можно будет сразу покраситься обратно в тёмный. Такой вариант Женю устраивал. — Ну, мы отвлеклись, а я здесь немного за другим, — вспомнил он и достал блокнот и ручку для конспектирования. — Следователи уже допрашивали тебя. Поскольку ты не знаешь личности нападавшего, свидетелем быть не можешь. Пока ведётся расследование, я не буду вызывать тебя в суд, так как не вижу в этом смысла, тем более, что твоё состояние пока оставляет желать лучшего. Как только мы установим личность виновника, я сообщу о ней твоей семье и тебе. — рассказал прокурор. Но девушка не особо обрадовалась этому известию — она была бы рада любому поводу хоть ненадолго покинуть больницу и посидеть даже в том же зале суда. — После этого возможны два варианта развития событий. Либо виноватого посадят за решётку, на чём я буду настаивать, хотя, если у него будет хороший адвокат, ограничиться условным сроком и исправительными работами. Но так или иначе ему придётся выплатить штраф и компенсацию за ущерб тебе. Либо они подадут на апелляцию, а к тебе придут договариваться. В данном деле возможен такой исход, как примирение сторон. Это когда… — Да, я знаю, — перебила его Карина, не желая выслушивать те же термины, которые она уже неоднократно слушала и разбирала на лекциях. — Я же на юриста учусь. Что не могло не вызвать положительной реакции у Жени. Это было его, своего рода, хобби — вербовать молодые умы и наставлять их на правильный путь. Но, в отличии от своей подруги, Карина ещё не определилась, кем именно хочет стать. — Так вот, в этом случае тебе придётся решать, соглашаться на примирение или нет. В таких ситуациях, чтобы отделаться минимальным наказанием, богатенькие и не очень люди предлагают порой баснословные суммы, помимо компенсации за ущерб. — Меня это не интересует. Преступник должен быть наказан. Я ничего плохого никому не делала, а значит и мотивы у него весьма примитивные, которые нельзя оправдать, — отрезала девушка. Очередная одобрительная улыбка прокурора поднимала настроение, пускай и необходимый разговор на данную тему вызывал отрицательные воспоминания. Допрос долго не длился — Евгений задавал те же вопросы, на которые Карина уже отвечала следователям, уточнял другие моменты. В конце разговора в палату снова постучали. Знакомая голова просунулась практически сразу, но, увидев наличие посетителя, так же быстро исчезла. А через несколько секунд снова недоверчиво выехала. За головой в дверном проёме показалась шея, плечи и остальное тело. — Женя? — удивилась Соня, которая не сразу узнала его, поэтому столь странно отреагировала. Мужчина же узнал знакомую сразу и дружелюбно поднял ладонь в качестве приветствия. Вслед за Соней в палате появился Миша, вместе с которым девушка пришла навестить подругу. Тот поздоровался с прокурором, затем с больной, а потом у них двоих возник справедливый вопрос: — Вы знакомы? — почти в голос удивились они. — Да, немного. Это друг Аку… — начала отвечать Соня и запнулась, вовремя прикусив язык, едва не спалившись на ровном месте. — Друг акушера, который принимал роды у моей тёти. Прозвучало навроде троюродного внука бабки маминой племянницы, но зато не вызвало особого интереса. Тем временем Миша предположил, что, возможно, их присутствие помешает допросу и следствию, но Женя ответил, что он уже закончил с этим, поэтому пришедшим нет нужды выходить. Соня покосилась на храпящую бабку, которой их не самая тихая беседа вовсе не мешала. Но это лучше, чем нервный сосед, который психует от того, как ты дышишь. Когда Евгений ушёл, брюнетка присела на край кровати, приветственно обняв подругу, а Миша вытащил несколько учебников из рюкзака, который Карина попросила принести. Но просила-то она Соню, а пришли они вместе, что несомненно вызвало у неё нескромный вопрос в формулировке «а вы встречаетесь?», но собеседница опровергла эту догадку. С Мишей теперь ей контактировать было не так легко, как раньше. После того, как он признался ей на двадцать третье февраля, Соня чувствовала себя неловко, так как ещё ничего не решила. В свою очередь, на этой почве Мише казалось, что теперь девушка намеренно избегает его. Сегодня он предложил ей сходить после больницы вместе на отработку пропущенных пар к Акулову, однако Соня сказала, что займётся этим в другой раз, хоть и прекрасно знала, что после скорой студвесны что-то сдать у «Три А» будет нереально. Но не говорить же ей, что она уже всё отработала за несколько вечеров дома. Зачем специально идти в университет? К тому же, под ночь Соне всегда думается лучше. Немного поговорив с подругой о том, о сём и рассказав последние новости и любимые Кариной сплетни, Соня вспомнила об ещё одной цели своего визита. — Мне надо поговорить с тобой ещё об одной вещи. Точнее, это будет просьба, — сменив беспечный тон серьёзным, известила девушка. * * * Чем скорее приближается студвесна, тем больше людей становится в актовом зале и на его этаже в будний и даже иногда по выходным. Студенты репетируют различные номера: танцевальные, КВНы, кто-то поёт песни, а кто-то исполняет их целой небольшой группой на инструментах. Злата хорошо отличилась ещё на первокурсник-шоу осенью, но после недавней победы в конкурсе «Мисс университет» прославилась и слишком загордилась от собственной популярности. На грядущую студвесну она ставила целых два танца, шпыняя участников, в том числе и старшиков, как малых детей. Выступление должно было быть идеальным, ведь проигрыши — это не для неё. — У тебя что-то случилось? — уточнила одна девушка из коллектива, которая заметила, что сегодня Злата меньше на всех орёт и вообще какая-то растерянная. — Что? — переспросила блондинка, но не потому, что не расслышала вопроса, а от неожиданности. — Настроение не тутти-фрутти. Будем исправлять, — улыбнувшись, пообещала она, выкинув ненужные беспокойства из головы и включая прогон срединного куска уже в третий раз. Нет поводов волноваться, но пришедшая утром повестка в суд всё же обескуражила девушку. Однако Акулов ведь не допустит, чтобы её разоблачили? В таком случае у него самого возникнут проблемы. Слушание было назначено на конец недели. Хуже всего было то, что об этом узнал её отец. Злата хотела скрыть от него правду и наплести какую-нибудь чушь, однако в конечном итоге он вывел её на чистую воду. После репетиции блондинка вызвала такси и направилась прямиком домой. Зайдя Вконтакт, в котором висело больше сотни непрочитанных сообщений, девушка открыла только один диалог, в котором ответила, что не сможет прийти на маникюр в назначенный день и потребовала перенести сеанс на день раньше. Даже в суде она должна выглядеть безупречно, тем более, что внешний вид тоже о многом говорит. Злата редко возвращалась домой раньше полуночи. Она не любила там находиться, хоть квартира была и большой и можно было спокойно водить друзей толпами, но строгий отец этого не разрешал. После развода родителей девушка жила с ним. Однако сегодня она пришла много раньше. На кухне ещё горел свет, слышался жар сковороды и гудёж вытяжки. — Я дома. Есть что-нибудь лёгкое? — в коридоре крикнула блондинка и направилась на запах жаренного мяса, которое, впрочем, лёгкой едой не являлось по определению. Отец стоял за плитой, орудуя лопаткой и ножом одновременно. Забавно в этой ситуации выглядела татуировка дракона, набитая у мужчины на левой руке, который обвивал её, подобно змею, а мордой был направлен как раз к котлетам. Однако за столом сидел и ещё один человек, присутствие которого удивило и напрягло Злату. Соня дружелюбно поздоровалась с пришедшей, попивая чай с печеньем. — Привет, дочур. Тут твоя подруга зашла, сказала, что попросила у тебя конспекты, но я не знал, какие именно, поэтому мы стали ждать тебя, — рассказал отец Златы. — Ты только погоди, не уходи, я почти дожарил свои фирменные котлеты, попробуй обязательно! — обратился он к брюнетке. — Хорошо-хорошо, я с удовольствием, — улыбнулась Соня. Допив чай несколькими глотками, она вопросительно уставилась на Злату, которая была оскорблена присутствием этой недотёпы в её доме, но таки позвала в свою комнату за так называемыми конспектами. — Ну и что такого стутти-фруттилось, что ты припёрлась лично? Вк для чего? И вообще, как ты узнала, где я живу? — как только дверь в комнату закрылась, набросилась на гостью Мисс Университет. — Думаешь, горела желанием? — фыркнула та. — Если бы ты ответила Вконтакте или хотя бы на звонок своей подруги, мне не пришлось бы сюда ехать. Я здесь по просьбе той, которая согласилась быть твоим адвокатом. Злата звериным взглядом уставилась на Соню. Неужели Акулов рассказал об этом — внимание — лучшей подруге пострадавшей? Наверняка та уже разболтала всё Карине и даже лучший адвокат не сможет выкрутиться. Второе, что возмутило блондинку — Акулов подсунул ей какого-то левого дилетанта, а сам палец о палец не хочет бить. Но Соня убедила девушку, что никакой не дилетант, а настоящий профессионал. Сам Александр не может выступить в роли адвоката, потому что является её преподавателем (Злата в это поверила). В своё время Мари приехала в Петербург по программе обмена из Германии, закончила обучение с красным дипломом и вообще очень дорогостоящий специалист, с которым бы Злата сама никогда бы не расплатилась. Как ни странно, информация об иностранном происхождении адвоката выступила убедительным аргументом. Злата вообще считала, что в этой стране делать нечего и нужно валить жить в Европу или Америку. — Она правда очень занятой человек, поэтому встретится с тобой только раз до первого слушания. Адвокат просила передать, что, скорее всего, следователи найдут прямые улики против тебя, так как твоё нападение было очень плохо организованным. В таком случае она будет настаивать на апелляции. Сегодня я была у Карины и уговорила ей принять позицию примирения сторон, после чего... — Ты рассказала обо мне этой стерве?! — в бешенстве воскликнула Злата и разве что не набросилась на девушку с ножницами, которые всё это время крутила в руке. — Ты в курсе, что у тебя и Акулова будут проблемы, если меня посадят?! — Я не рассказала, что напала именно ты. Просто убедила в том, что этот вариант будет и для неё лучшим, что нужно уметь прощать и бла-бла, — раздражённо ответила Соня. Будь её воля, брюнетка избила бы эту высокомерную дуру хотя бы той же табуреткой. За то, что по такой дурацкой причине столь жестоко обошлась с её лучшей подругой. За то, что теперь шантажирует Акулова, заставляет решать нажитые проблемы, и даже самой Сони это коснулось. Она сдерживалась не потому, что Мари попросила её всё это сделать, и даже не потому, что если Злата распространит слух о них, Сашу могут уволить. Просто потому, что её это тоже касается прямым образом. Соню, может, и не исключат, но клеймо на неё повесят пожизненно. Все студенты будут обсуждать её, лезть с вопросами, распространять слухи. Тогда о спокойной учёбе можно будет забыть, а деньги за обучение в случае преждевременного ухода ей никто не вернёт. Наверное, если бы Мари ей всё не рассказала и не попросила договориться с Кариной, Соня бы и не узнала о нависнувшей угрозе. Брюнетка достала из сумки визитку и положила на столешницу перед Златой. — Это её номер. Позвони завтра до обеда и договорись о встрече, — пояснила Соня и направилась к двери, не желая более задерживаться в обществе ненавистного человека. Когда брюнетка стала обуваться, в прихожую выскочил отец и стал втюхивать готовые котлеты, но Соня извинялась и отнекивалась, аргументируя тем, что у неё появились срочные дела. Дяденька опечалился, но ничего поделать не мог и проводил гостью, уговорив прийти ещё раз и всё-таки попробовать приготовленное им мясо. Злата выползла в коридор, когда выходная дверь захлопнулась, и молчаливо посмотрела на выбритую голову отца. — Мне… нужны будут деньги, — тихо промямлила она и отвела взгляд. Будучи только что наидобрейшим дяденькой, Михалёв как-то мгновенно помрачнел и посмотрел на дочь исподлобья. — Это касается той повестки? — догадался он и гневно выдохнул, когда слова подтвердились. Сделав полшага к дочери, он грубо схватил её за красиво уложенные волосы и отвесил пощёчину, да такую, что кожа мгновенно покраснела через слои тоналки. — Стерва, решила проблем мне доставить? Ты такая же шлюха, как твоя мать, — стал кричать он, но когда девушка стала давиться слезами, вдруг нежно обнял её и присел, посмотрев снизу вверх. — Извини, доченька, прости. Конечно, я дам тебе денег. Что тебе сказала твоя подруга? — Что адвокат сможет вывести всё на мировую с помощью примирения сторон, но мне придётся выплатить штраф и компенсацию. Меня же… Если меня раскроют, то до апелляции посадят? — Всё будет хорошо, не переживай. Я сделаю так, что её назначат как можно раньше. А твоим подругам из универа заранее напишешь, что приболела. Никто об этом не узнает, — успокоил её отец и, поднявшись, повёл на кухню. — Покушай котлет и успокойся. Девушка стала снова плакать, но молчаливо, чтобы мужчина этого не обнаружил, а потом принялась давиться котлетами. * * * Соня быстрым шагом шла по уже хорошо знакомой улице. Пасмурная, но не дождливая погода предрасполагала для прогулок, однако в зимнем пальто было жарковато. О чём девушка уже пожаловалась по телефону матери, которая должна была на днях передать ей через подругу несколько более подходящих для этого сезона вещей. Последнюю пару сегодня отменили, из-за чего на судебное разбирательство Златы она успевала немного с запасом, но в то же время этого запаса было мало, чтобы успеть зайти поесть. Соня рассчитывала на то, что подъедет вместе с Акуловым, но он не собирался на слушание, отговариваясь тем, что в суде и так бывает каждую неделю. — А теперь к важным новостям. На прошлой неделе снова начались таинственные исчезновения людей. Это уже случалось в апреле прошлого года, но виновник происшествий так и не был пойман. Полиция призывает граждан быть бдительными и соблюдать комендантский час, а также не оставлять своих детей без присмотра и избегать малолюдных мест, — вещал голос в наушниках, когда музыка по радио прервалась на новости и рекламу. Соня переключила станцию, а вскоре вовсе вырубила, потому что была на месте. На этом суде ей удастся убить двух зайцев одним выстрелом: не только посмотреть на разбор дела и рассказать Карине о результатах, но и также закрыть последний долг у Аделины Алексеевны. Сегодня в здании было людно, потому девушка некоторое время искала такую позицию, в которой как можно меньше людей заметят её, делающей глупые селфи на фоне различных табличек. — Что делаешь? — дружелюбно поинтересовался кто-то сбоку, и Соня невольно подпрыгнула, поспешно пряча телефон за спину. — О, прокурор. И вы здесь? — немного облечённо констатировала брюнетка. Когда Женя был в форме, она чувствовала себя неловко, обращаясь к нему на «ты», хотя уже делала это неоднократно и вообще они вместе выпивали не так давно. Шатен с интересом заглядывал за её спину, держа перед собой бумаги в папке. — Конечно я здесь, я же веду это дело, — усмехнулся он. — А ты здесь, хмм… Одно из двух: пришла на слушание или пришла пофоткаться. — А вот и не угадали! Это фотографии для моей преподавательницы, у неё такой способ отработки, точнее, его часть, — стала оправдываться Соня. — О, так Аделина Алексеевна до сих пор использует этот метод! — не узнать его было невозможно, и Женя хорошо помнил, сколько раз бегал по судам ещё до того, как стал прокурором. Вместе они неспешно двинулись в сторону зала — немного времени ещё оставалось. Когда Соня спросила, готов ли прокурор и как вообще оценивает свои силы, тот усмехнулся и заявил, что он, вообще-то, немного дел проигрывал, помнит каждое из них и даже может назвать точную цифру. — По мне не скажешь, но моё первое дело я провалил с треском, — как-то очень стыдливо признался он. Пожалел, конечно, что вообще вякнул на его счёт, поскольку Соня проявила интерес и спросила в чём оно заключалось. — Сначала это было такое же дело о нанесении вреда личности. Было мало улик, все они являлись косвенными, поэтому подозреваемого отпустили. Затем это стало делом об убийстве. Единственным свидетелем была дочь потерпевшего, на тот момент она не достигла и четырнадцати лет. Адвокат стал убеждать всех, что ребёнок может ошибаться или врать, его показания нельзя считать достоверными. Я же не нашёл слов в её защиту, и дело было проиграно. Так семья Селенских лишилась кормильца. Преступника потом, конечно, посадили, но человека-то уже не вернуть, — со стыдом и поведал Женя о своём тотальном провале, смотря куда-то в сторону. Когда же он повернул голову обратно к собеседнице, увидел на её лице ни что иное, как шок. — Вы… Были прокурором в том преступлении? — ошарашенно выдавила Соня, а мужчина удивился, откуда студентке известно об этом деле. — Это моего отца убил тогда преступник. Который часто приходил к нам, давал мне конфеты, и я за это молчала о том, что он часто угрожал и дрался с ним, а папа говорил, что так общаются взрослые мужчины и что это нормально, и чтобы я не рассказывала об этом маме, — горло предательски сдавило, из глаз полились слёзы. Женя сделал шаг назад, не веря своим ушам, а потом взял брюнетку на плечи и заглянул в глаза. — Это ты была? Ты? — всё ещё не мог поверить он, но ранее высказанные слова указывали на то, что Соня и впрямь являлась той девочкой, которой никто не хотел верить. Чувство вины и тоски, а также растерянности нахлынули так, что Женя намеренно или нет проигнорировал входящий вызов (пора было идти в зал заседания). Согнув руки, но не отпуская плеч девушки, он обнял её. — Прости. Прости, это моя вина. Я даже не извинился тогда… Так хотел извиниться, но когда опомнился, вы сменили место жительства. Если бы я только смог убедить судью, что твоим показаниям можно верить… — Нет, всё в порядке, — вдруг сказала Соня, уже немного успокоившись. Она была больше удивлена тому, что всё вышло так. Что они уже встречались ранее, но Женю она ни в чём не винила. Ведь не прокурор защищает преступника, наоборот, пытается наказать его и добиться правосудия. И в этот раз — она уверена, у него это получится.