После зомби-апокалипсиса...

Hangeng POV. Донхэ опять отправился в город. Поражаюсь его смелости. Да, я тоже считаюсь смельчаком, раз охочусь в лесу, ведь там могут встретиться ходячие. Но это лишь возможность, а Донхэ идет в самую гущу. До сих пор с содроганием вспоминаю свой последний раз в Сеуле, как я бежал оттуда вместе с группой других выживших. С этими людьми я живу до сих пор. Я благодарен им, просто за то, что они рядом, поэтому взял на себя роль добытчика. Мы с отцом в нашей китайской деревушке постоянно охотились, так что для меня это не проблема. Еще многие думают, что мы с Джоу Ми близкие друзья, но это не так. Мы стали лучшими студентами в нашем университете, и нас отправили на стажировку в Корею, прямо в столицу. К несчастью, день нашего прилета был ознаменован началом конца света. Ошарашенные сценами превращения людей в зомби я и Джоу Ми решили держаться вместе и пытаться выжить. В итоге мы увидели небольшую компанию людей, спешивших к машинам, и прибились к ним. Тогда мы запрыгнули в прицеп одной из машин, даже не спросив разрешения, и нас хотели выгнать. За рулем был Йесон, и он громко ругался, а я от шока забыл тот минимум корейского, который знал, чтобы хоть что-то ответить. Джоу Ми и подавно, он лишь вжался в стенку прицепа и боялся поднять глаза. Неожиданно с заднего сидения закричал другой парень, он просил оставить нас в покое. Это был Хичоль. Я почти не понимал ничего тогда, но я запомнил его заботливый взгляд, когда, уговорив Йесона, он сжал мою руку и сказал на ломаном китайском, что всё будет в порядке. С тех пор он стал практически единственным, с кем я постоянно общаюсь. Я ему так благодарен, не только за тот день, но за каждый последующий. Наши беседы ужасно комичны ввиду языкового барьера, но они бесценны для меня. Они греют мне душу и, конечно, помогают улучшать мой корейский. Особенно Хичоль находит забавным учить меня ругательствам. Сейчас я ему благодарен за это, ведь я точно могу сказать, что из уст Йесона доносятся крайне гадкие выражения и как всегда в адрес Сонмина. Когда же это прекратится? Мне больно на это смотреть. О, нет! Он ударил его по лицу… Это переходит все границы, я должен вмешаться. - Эй, прекрати сейчас же! - Что? Извини, клуб любителей ужасных акцентов в палатке потаскушки по имени Хичоль. Я понял лишь некоторые слова, и они мне не понравились. «Хичоль» и «потаскушка» не должны быть в одном предложении. Как кулаки Йесона не должны приземляться на Сонмина. - Я просто прошу тебя не бить Сонмина! Успокойся! - Хангён, лучше уйди, пожалуйста! – говорил Сонмин сквозь всхлипы. Он наверно шутит, я так это не оставлю. Не дожидаясь следующей колкости от Йесона, которую я наверняка не пойму, я схватил того за шкирку и оттащил от Мина. От неожиданности Йесон завалился на спину, а я, не упуская момента, ударил его как следует по лицу. Сонмин пытался помешать мне, но я продолжал наносить удары. Просто не мог остановиться, этот монстр уже всех достал здесь, так что это избиение можно считать актом экзорцизма. - Эй, Ханни, притормози, а? Ты чего разошелся? – вокруг забегал Итык, держась за голову. Поняв, что сам он здесь бессилен, он начал звать Шивона. Тот довольно силен, так что через минуту я уже был в нескольких метрах от Йесона и пытался вырваться из стальной хватки Шивона. Это оказалось бессмысленным мероприятием, так что я стал успокаиваться. А Сонмин зарыдал только сильнее, вытирая кровь с лица Йесона. О, что я с ним сделал? Выглядел он действительно ужасно и едва мог пошевелиться. Но я всё равно не жалею, Йесон это заслужил. Оттолкнув Шивона, я побрел к своей палатке. - Хангёна-аа, ты как? – у палатки сидел Хичоль и обеспокоено смотрел на меня. - Лучше, чем Йесон, - сухо ответил я. - Ха, это точно. Был бы я такой же сильный, я бы тоже надавал ему! – Хичоль говорил специально четко и медленно, так что я понял смысл слов и невольно улыбнулся. - Я устал, Чоля, пойду спать. – Как бы мне ни нравилось проводить время с Хичолем, сейчас мне нужно уединение. Развернувшись к нему спиной, я вдруг почувствовал руки на своей талии. Я замер, такого раньше не было. Хичоль прижался ко мне со спины и поцеловал в затылок. - Конечно, отдыхай, Ханни. А потом приходи, я научу тебя новым корейским словам. Сегодня у нас тема «Синонимы к слову ублюдок». Я искренне засмеялся. Что бы я без него делал? Sungmin POV. О нет, Йесон… У него всё лицо разбито, он едва может разговаривать. Что же делать? Я как мог обработал многочисленные ссадины и оставил его в палатке. Уходя, я услышал его злобное шипение – Йесон проклинал меня и Хангёна последними словами. Хангён… Зачем он полез? Нет, я понимаю причину, но в любом случае он не имел права вмешиваться. Это наши с Йесоном дела. Я так виноват перед ним. Йесон не всегда был таким. Точнее, вспыльчивостью и грубостью он всегда отличался, но он никогда не поднимал на меня руки. Когда мы познакомились, я был в восторге – он водил меня на свидания, дарил подарки. Что еще нужно? Я даже с мамой его подружился. Одна проблема – Йесон со своей матерью совсем не ладил. Мы никогда не встречались втроем, иначе это превращалось в их бесконечные ссоры и взаимные упреки. Йесон обвинял мать в том, что она уделяла ему мало времени в детстве, а сейчас пытается контролировать. Мама же считала, что её вины ни в чем нет, и она всегда старалась лишь для него. Полгода назад мы с ней готовили вместе, и она рассказала мне, что у нее рак. Обнаружили на конечной стадии, так что осталось ей недолго. Я был в шоке. Пока я плакал, женщина убедительно просила не говорить Йесону об этом, что скоро она сама расскажет ему. Я согласился. И это было ошибкой. Не прошло и недели, как Йесону позвонили из больницы и объявили о смерти матери. Я был рядом тогда, никогда не забуду его лицо в тот момент. Ужас, шок и обида в одном флаконе. А когда он понял, что я всё знал, к этому еще прибавилась и злость. С тех самых пор, она не покидала его сердце. Он был зол постоянно, как чёртов Халк. Первый раз его внутренний монстр вырвался вечером после того, как зачитали завещание. Я даже не удивился, когда он ударил меня тогда. Еще бы, ведь всё своё состояние и доверенность на управление сетью оптик его мать оставила мне. Я клялся ему, что ничего не знал, и что про ее скорую кончину она сама собиралась рассказать, но он не верил. Он считал, что я всё подстроил – влюбил его в себя, чтобы завладеть потом состоянием его матери, о болезни которой я якобы узнал намного раньше. Мне было очень обидно, что любимый человек подумал про меня такое, но я ничего не мог с этим поделать. Я решил, что это конец отношений, но Йесон объявил, что раз всё принадлежит мне, я должен содержать его и устроить на высокую должность в доставшейся мне компании. Конечно, я не мог отказать, в конце концов, это наследие его семьи, а не моей. Я до сих пор не понимал, как так случилось, что весь бизнес семейства Ким оказался в моих руках, но меньшее, что я мог сделать – это помочь Йесону, оставшемуся буквально без гроша. Мы даже жили вместе, но это было сущим адом. Он часто напивался, бил меня и говорил, какая сволочь, что отнял у него всё. Это происходило так часто, что я начал верить в его слова, чувствовал свою вину перед ним больше, чем оно было на самом деле. Когда нагрянула эта зомби-чума, мы были как раз в одной из оптик, проверяли новый товар. Среди клиентов были тогда Хичоль и Тэмин. Красовались перед зеркалом, примеряя солнцезащитные очки. Мы подошли побеседовать с ними о том, что они думают о дизайне нашей новой продукции. Мы живо что-то обсуждали, когда вдруг разбилась витрина, и внутрь стали пробираться ходячие. Нас охватил ужас, я не мог пошевелиться. Если бы Йесон не оттащил меня и братьев Ким в сторону черного выхода, я бы уже тогда был либо съеден, либо стал одним из зомби. Еще одна причина, почему я до сих пор сношу его поведение. Сколько бы он ни говорил, что ненавидит меня, я знаю, что он защитит меня, когда будет грозить смертельная опасность. Он не оставит меня перед лицом смерти, вот и я буду на его стороне столько, сколько это возможно.