24 часа

— Мы вышли на след Себастьяна, — торжественно произнесла Изабель, тыкая на карту, разложенную на столе. Клэри кивнула, рассматривая кружочек, с усердием выведенный на бумаге. Нервничала ли она? Вряд ли. С тех злополучных суток прошел месяц, постепенно, но все улеглось, как и среди команды, так и внутри ее самой. Все это время было практически спокойно, не считая странных происшествий, которые яро указывали на старшего Моргенштерна. Кларисса прекрасно понимала то, что охотник намеренно оставляет зацепки, но остальные этого будто не замечали. А, может, у нее просто развилась паранойя? — Он где-то в этой заброшке? — холодно поинтересовался Джейс, тыкая пальцем в дом. — Да, по крайней мере, все крупицы информации, которые он оставлял за собой весь месяц — ведут именно в эту точку, — вступил в диалог Алек. Браслет, подареный Себастьяном, лежал в заднем кармане обмундирования Клэри. Никто о нем не знал, даже Джейс. И хоть девушке было в какой-то степени стыдно перед всеми, но рука не поднялась его выбросить. Он ей нравился. «Джейс бы мне голову оторвал», — с сожалением подумала девушка, в очередной раз вспоминая о подарке. — Мы готовы? — спросила Клэри, убирая локон волос с лица. — Как никогда раньше, — с хищным оскалом прошептал Джейс, целуя девушку в макушку. У нее сжалось сердце. Почему-то охотница даже не сомневалась, что это миссия станет самым настоящим кошмаром.

***

С потолка капала вода. Капли разбивались о лужи. Погода была отвратная, а внутри дома это ощущение усиливалось в тысячу раз. Обшарпанные стены, влажные пятна на остатках обоев. Воздух влажный и пыльный настолько, что сложно дышать. Клэри прикрыла нос и рот ладонью, продвигаясь следом за Алеком по старому коридору, ведущему, судя по планировке дома, в огромную гостиную. Дом был двухэтажный, но, основываясь на прошлом опыте, нефелимы больше не делились и ходили группой. Они проверяли комнату за комнатой и, положив руку на сердце, Кларисса про себя выдыхала, понимая, что и это помещение оставалось пустым. Сама не зная почему, но она не хотела, чтоб сегодня, да и вообще когда-либо проливалась кровь. Ее друзей и юноши?.. Или все-таки еще и брата? Клэри неустанно напоминала себе, сколько страданий и боли принес им всем старший Моргенштерн, но ничего не могла с собой поделать. Все ее нутро сопротивлялось тому, чтобы его сегодня убили. А ведь Себастьян не сдастся без боя, не пойдет под Конклав, пока будет жив. Значит, ее друзьям и ей придется его убить. Или он убьет их. Джейс обернулся к ребятам, встречаясь взглядом с Алеком, Клэри и Изабель, замыкающей колонну. Он резко распахнул дверь и все скопом влетели внутрь помещения, рассредотачиваясь по комнате. Это был огромный зал, с заколоченными снаружи окнами. Тем не менее, свет из всех щелей проступал так сильно, что каждый закоулок был освещен. Мебели внутри почти не было: разве что пара перевернутых стульев, одно кресло, старый потухший камин и когда-то очень хороший и дорогой рояль, но, видимо, навсегда оставленный здесь хозяевами. Идеальное место для бомжей и… чудовищ. На подобии Себастьяна Моргенштерна, который восседал прямо посередине комнаты, устроившись в когда-то зеленом кресле. Он одарил каждого взглядом, но при этом на всех взглянул по-разному. На Джейса с нескрываемым отвращением, Изабель удостоилась обычной холодностью, Алек — насмешкой. А вот для Клариссы он приберег кое-что по-настоящему… сладенькое. Она стала последней и от девушки нефилим уже взгляд не отвел. На нее он смотрел с нежностью. Да, черт возьми, с какой-то извращенной нежностью, подстроенную под Себастьяна, который, как кажется, вообще не был способен на такое чувство. Все это видели. Клариссу прошиб холодный пот и она сглотнула, пряча глаза. Только тогда Моргенштерн отвернулся. — Чем обязан? — с холодной усмешкой спросил он, крутя в руках Фаэсфорос. — Сдавайся, урод, — рявкнул Джейс. — Мы отведем тебя к Конклаву. И лучше тебе бы согласиться с этим, если не хочешь отправиться к своему папаше. Нервы блондина скакнули так сильно, что стали граничить с безрассудством. Клэри вздрогнула. Валентин был и ее отцом, так что слова Джейса задели и ее, что не укрылось от глаз Себастьяна, который оскалился. — Пасть закрой, подкидыш, — он поднялся с кресла, прожигая Вэйланда взглядом. В этот момент вмешались Изабель и Алек, они побежали к Моргенштерну, обнажив хлыст и клинок серафимов. Тот без труда уворачивался от их атак, правда, стулья, лежащие на полу, стали лететь в разные стороны, превращаясь в щепки. Кларисса не могла заставить себя сдвинуться с места. Она так и стояла, держа в руках ведьмин огонь и свой горящий клинок. Внутри нее все переворачивалось. Ей хотелось кричать и плакать, встать на сторону любимых людей. Только проблема заключалась в том, что она любила всех, присутствующих в этой адской комнате. Джейс тоже подключился к драке, отчего Себастьяна уже начинали прижимать в угол. Постепенно его лицо покрывалось потом, а уворачиваться от атак он начинал менее проворно. В какой-то момент Изабель полоснула его хлыстом и из раны на боку показалась демоническая кровь. — Клэри, не стой, как вкопанная! — рявкнул Джейс. — Помоги нам! — добавила Изабель. Но несмотря на их окрики, девушка продолжала стоять на месте, наблюдая за бойней. Видя это, Себастьян расплывался в ухмылке, еще сильнее раздражая Джейса. — Ненавижу тебя, ублюдок! — проорал он, когда Себастьян в очередной раз увернулся от лезвия. — Еще нужно поспорить, кто из нас ублюдок, — парировал он. Все видели, что Моргенштерн не пытался бить в ответ. Он лишь уворачивался и отходил в разные углы, иногда используя оружие для того, чтобы отклонять удары. В какой-то момент Себастьян… просчитался. Или выдохся. Стоять против троих натренированных нефилимов сложно, особенно когда ты не ранишь их, а они тебя вполне. Он потерял равновесие и в этот же момент Джейс ударил его рукоятью клинка по колену. Моргенштерн упал на пол с глухим стуком. Вэйланд вскочил на него верхом и принялся бить по лицу. Он ударил его дважды, прежде чем Кларисса столкнула молодого человека со своего брата. — Прекрати! — воскликнула она, закрывая собой Себастьяна, лежащего у него за спиной, от Джейса, уже вскочившего на ноги. — Что это значит? — спросил охотник, тяжело дыша. Алек и Изабель молча наблюдали за драмой, разворачивающейся у них на глазах. Себастьян за спиной сестры закашлялся, вытирая кровь рукавом. Клэри не нашлась что ответить, продолжая тупо смотреть Джейсу в лицо. Ее сердце билось так сильно, что она чувствовала его где-то у себя в горле. Как прикажете объяснить, что ты не хочешь смерти лютого врага всей компании и, впрочем, большей части мира? — Так, значит, ты не помнишь тех суток? — с болью воскликнул Джейс. — Прости, — Кларисса была готова разреветься. — Я не могу дать вам убить его. Он — мой брат! — девушке хотелось самой себе перерезать горло от бесконечной лжи и разрыва сознания. — Клэри, — прохрипел Себастьян за ее спиной. — Ты хочешь уйти отсюда? У девушки не было сил выносить эти разочарованные, озлобленные, непонимающие взгляды ее близких друзей. Ей было стыдно, больно, грустно, обидно. Она злилась на все и всех: на себя, Себастьяна, Джейса, Алека и Изабель, Валентина, да на весь мир. Клэри кивнула. И они с Себастьяном просто исчезли.

***

Клэри ждала, пока раны на Себастьяне затянутся. Иратце, нанесенная ею, уже начала действовать, так что с каждой секундой парень выглядел здоровее. — Меня не покидает ощущение, что все это, — девушка обвела руками парк, в котором они сидели. — Одна большая ложь. Для того, чтобы меня использовать, — Кларисса угрюмо пялилась на садящиеся солнце. Они сидели в том же парке, на том же месте, где попрощались месяц назад. Девушка мяла в руках травинку, радуясь тому, что ее и нефилима не видят примитивные, ненароком забредающие в этот закоулок. — По-твоему, ложь заключается в том, что ты ко мне чувствуешь? В том, что тебя больше не прельщает желание меня убить? — Себастьян сидел рядом с ней, их колени почти соприкасались. — Я сделала все это не ради тебя, — она покачала головой. — А ради кого же? — чуть ли не улыбаясь спросил юноша, поворачивая к ней голову. — Ради себя, — уперто отозвалась девушка, тоже к нему поворачиваясь. — А кажется ли тебе ложью то, что… ты нужна мне, Кларисса? — спросил Моргенштерн, посерьезнев. — То, что я люблю тебя? Девушка промолчала, глядя в его черные глаза. Себастьян прожигал взглядом ее. Охотники были такими разными, но вместе с тем и такими похожими. — Мне предстоит узнать это. Со временем, — отозвалась Клэри. — Значит ли это, что ты на моей стороне? — напирал Моргенштерн. — Ни черта это не значит, — огрызнулась девушка. Дальше Себастьян не стал с ней спорить. И на чем-либо настаивать он тоже не стал. Нефилим взял лицо девушки в свои ладони и притянул ее к себе, касаясь своими губами ее. Кларисса сначала обалдела от такой наглости, захотев ударить юношу, но вдруг ее охватило какое-то мягкое чувство. Она и сама не заметила, как ответила на поцелуй, а все остальное как-то потеряло свой первоначальный смысл.