Еще раз

Впервые Фугаку увидел сына Минато через несколько недель после его рождения. Милый карапуз с яркими солнечно-желтыми волосами. А эти голубые глаза… И надо же, Четвертый Хокаге проявив уникальную наглость, назвал ребенка в честь первого и последнего наставника главы благородного клана Учиха, а учитывая ранее взятую фамилию жены, отпрыск Желтой Молнии получился полным тезкой самого капитана второй команды. Узумаки Наруто. Дерьмо! Да чтоб этому ублюдку рисунки Микото в кошмарах снились! Фугаку тогда всем своим видом показал, как он недоволен, но Минато мягко улыбнулся и попытался заверить его, что имя для сыночка было взято из книги Джирайи-сана. Наглый лжец. А тем временем мальчишка рос и с каждым годом все больше и больше походил на некогда бывшего капитана второй команды, в которой, собственно, глава Учих и состоял после выпуска из академии шиноби. Веселый, добрый, отзывчивый, шибутной, любящий пошалить… ксо! Каждый раз, когда Фугаку смотрел на отпрыска Минато ему вспоминался капитан. А вспомнить было что, но глава благородного клана просто не был готов к этому. Он никак не мог простить Четвертого Хокаге за то, что Наруто-сенсей погиб по его вине. Одиннадцать лет назад на Коноху напал девятихвостый демон лис. Самого Фугаку, как и его жены в деревне тогда не было – их пригласили в гости на чай к Дайме страны огня и глава семейства, оставив старшего сына присматривать за домом и за младшеньким, спокойно принял приглашение. Только если бы он знал, что это чаепитие так дорого ему обойдется… да он бы плюнул на все договоры и соглашения, которые они там обсуждали, пусть бы это и вышло клану боком. Плевать! Он бы ни за что на свете не променял своего учителя. Но судьба злодейка распределила все по-своему. В тот момент, когда Фугаку и Микото преспокойно сидели и попивали чаек в большой и красивой гостиной, заставленной дорогими мебельными атрибутами и прочими красивыми аксессуарами, их сенсей ценой своей жизни запечатывал кьюби в новорожденного младенца Желтой Молнии. Чувства, переполнившие его тогда, когда он узнал о смерти своего первого и последнего капитана, они захлестнули его полностью. Ярость, гнев, смятение, горечь, шок, обида… Как? Как Наруто-сенсей мог погибнуть?! Он ведь такой сильный, добрый, умный, классный и крутой! Фугаку всегда искренне восхищался им, хотя и поначалу старался этого не показывать, поэтому-то и известие о том, что он умер, так сильно его подкосило. А еще и тело не нашли… Ублюдки! Ненависть, ненависть, ненависть. Внутри главы благородного клана зарождалось только одно – ненависть. Ненависть ко всем: деревне, что не смогла оказать сопротивление девятихвостому, Минато, что оказался полнейшим слабаком, и позволил Наруто-сенсею пожертвовать жизнью. Возможно, он даже немного ненавидел самого отпрыска Желтой Молнии. Этот пацан – он так похож на капитана… Да чтоб вас всех черти драли! За что? За что Наруто-сенсей умер? Четвертый Хокаге, не без подачи старика Третьего, конечно же, даже не высек имя его капитана на мемориале героев, что положили свои жизни на алтарь деревни. Да они даже тело не нашли. Это вот такая вот благодарность за самопожертвование Узумаки Наруто-сана?! Не смешите, ублюдки! Поглощенный чувством ненависти абсолютно ко всему окружающему, Фугаку даже и не заметил, как похолодел и немного отстранился от семьи. А ведь его младшенький сын Саске уже совсем скоро закончит академию, причем на отлично. Конечно, до уровня Итачи ему еще далековато, но он определенно чересчур много старается и выкладывается на все сто процентов. И как бы прискорбно это ни было, а глава семейства еще ни разу не похвалил свое чадо должным образом. Да, он понимал, что тот ждет от него слов: «Что и следовало ожидать от моего сына!», но он больше не может произносить их должным образом. Эти слова, как рефлексы, откликаются только на Итачи. И дело не в том, что старший сын лучше и способнее, нет. Просто их он говорил еще в то время, когда Наруто-сенсей был жив. А после его смерти, они стали что-то типа простой привычки. И похвалить ими он может только Итачи. Иначе, если Фугаку вдруг решится сказать это же и Саске, то младший рискует не найти в них тепла и настоящего довольства отца. А ему этого бы очень не хотелось. В тоже время глава клана осознал и кое-что еще – он превратился в ходячего мертвеца, который не знает о своей смерти и по привычке продолжает исполнять свои обязанности. День за днем все его существование состояло из различных «должен» и «надо», погребших под собой все чувства. И как ни парадоксально, но именно это позволило ему остаться в ясном уме, но не смогло вернуть радости жизни.    А еще этот малец… отпрыск Минато был слишком живой, слишком непоседливый и немного непонятный для него. Фугаку было сложно находиться рядом с ним – напоминание о собственном бессилии, ежеминутное убийство веры в лучшее. Он всеми правдами и неправдами старался свести к минимум количество встреч с этим блондинистым ураганом, от которого вся деревня на ушах стояла. Совсем как от его бывшего капитана. А у Фугаку не было сил вспоминать прошлое. Он не был готов выйти из своего кокона в настоящее и осознать, что это уже никогда не повторится. Коноха больше никогда не встрепенется от шалостей Наруто-сенсея, она больше никогда и не вспомнит о его существовании. Неожиданный несчастный случай, вследствие которого мальчишка оказался на больничной койке и находился у порога смерти, вызвало странное облегчение в испещренной шрамами душе Фугаку. Не сказать, что он желал смерти отпрыску Желтой Молнии, но все же… больше хоть не будет болезненных напоминаний о капитане. Однако… - Фугаку-сан! – с диким воплем к нему в кабинет влетел слуга, даже не удосужившийся постучать в дверь. – Фугаку-сан!   Глава клана оторвался от просмотра документов и одарил подчиненного холодным взглядом, который, казалось, мог бы убить любого. - И что же стало причиной столь бурного изъявления эмоций? – монотонным голосом поинтересовался он, отмечая, что молодой соклановец напротив вздрогнув, припал на одно колено и, наконец, вспомнив про этикет, поклонился. - Фугаку-сан, доклад из госпиталя. Узумаки Наруто миновал критический момент и сейчас почти полностью здоров. …Пусть он и испытал странное облегчение, когда узнал, что мальчишка находится при смерти, но в тоже время ему стало как-то не по себе. Да, малец слишком похож на сенсея, собственно, ради него же тот и погиб. Возможно, именно поэтому, особо не разобравшись в своих слабо ощущаемых чувствах, - да и не хотел он разбираться, ворошить уже застоявшееся болото, - Фугаку приказал своему подчиненному наблюдать сыном Хокаге и докладывать ему о любых изменениях в состоянии его здоровья. Кивнув парню напротив и махнув рукой, он откинулся на спинку стула, закрыл глаза, погружаясь в раздумья. «И почему я снова чувствую себя легче?» «Может, потому что, он похож на него…» - Учиха по привычке сам же ответил на свой вопрос, тяжело вздохнув. Как бы то ни было, а деревня, видимо, продолжит стоять на ушах из-за Узумаки Наруто.