Лепестки

Темная пелена из грозовых туч окутала небо. Лишь кое-где темные, словно сама ночь, облака проигрывали ясному небу и давали пробиться свету маленьких мерцающих фонариков на огромном полотне прекрасного небосклона. Дождь начал барабанить по стеклу, донося хоть какие-то звуки в гробовую тишину комнаты. Молния своим ярким и пугающим отблеском осветила помещение, падая на два неподвижных силуэта. С раскатом грома парень ещё крепче сжал руку несчастной девушки. В соседней комнате один из Сакамаки наигрывал на пианино. Звуки доносились по всему дому, навевая тоску и вселяясь глубоко в недра самого сердца. С каждым касанием клавиш и с каждой ноткой этой грустной мелодии, сердце окутывала стальная цепь. Весь мир для него рухнул. Весь мир обратился в огромный склеп, где нет воздуха, что бы дышать. Весь его мир оказался окутан в оковы мрака, которые всё крепче сжимали сердце бедного Рейджи, заставляя сжимать её руку всё крепче и крепче в надежде, что она всё же откроет глаза и он снова увидит её счастливую улыбку. Мелодия неожиданно прервалась. Закрылась крышка пианино, донося стук в самые укромные уголки души, ущемляя её. Теперь комната снова прониклась гробовой тишиной, которая начинала резать слух. От которой начинали трястись поджилки и от которой он понял... Что остался совсем один ... На целую вечность. После смерти ему дорога в Ад, а её душа нашла упокой высоко у звёзд. И доносилась тоска, что он вот так просто потерял самого дорогого в своём несчастном существовании человека. С каждым раскатом грома всплывали самые счастливые моменты его жизни, проведённые именно с этой девушкой. Тогда, он впервые почувствовал, что не хочет причинять боль. Не хочет заставлять страдать эту обычную смертную, оберегая её от других братьев. А Азуми была волевая. Она могла постоять за себя, устроив махач и не дав поглотить свою кровь кому либо. Но она добровольно давала пить Рейджи. Она полюбила создание тьмы. Полюбила садиста, который убил собственную мать. Полюбила его пленяющий взгляд и сладкие губы. Любила его тягу к химии, любила его всего со всеми тараканами и принципами. Но эту девушку погубила Корделия. Погубила, отправив её душу на упокой к звёздам, вонзив ей нож в сердце прямо на глазах у Рейджи. Теперь она лежит безмолвная и холодная на диване в лаборатории, где они проводили лучшие, пусть и не продолжительные моменты своей жизни. Тело её погибло, а душа сейчас плачет, обнимая бедного парня, который уже несколько часов неподвижно стоит на коленях у безмолвного трупа, всё крепче сжимая маленькую ладошку несчастной девушки. С навязанными воспоминаниями, он проронил пару слез. Он не должен её любить. Он - вампир. Она - человек. Но Азуми была не такая как все. Для Рейджи она была особенная. Азуми была очень воспитанной девушкой. Её утончённые манеры проявлялись в различных мелочах. Это он в ней и ценил. Манеры, культуру, грамотность и искренность. Азуми была искренна лишь с ним. Лишь Рейджи видел настоящую её, видел её улыбку в, как казалось, такой плачевной ситуации, как попасть в дом к шестерым вампирам. Слышал её смех и чувствовал её сердце. Рядом с ней, даже в ночь полной луны, он не имел тягу испить всю её до последней капли крови. Она любила полнолуния. В такие ночи очень звёздное небо. Азуми брала плед и шла в сад. Садилась под деревом, вокруг которого росли красные розы, которые она так любила при жизни, и смотрела на, усыпанное звёздами, тёмное небо. В такие ночи она сбегала от высохших от жажды Сакамаки. Но лишь Рейджи знал где она. Он был в такие ночи с ней. Она уперала голову ему об плечо и обнимала, сцепив ладони в замок, дарив душевное тепло, которое он уже не мог ощутить. А Азуми считала его чудаком. Лишь с ней он так же был настоящим. Был не таким холодным. Сам недоумевая, как он смог так открыться девушке, что бы она смогла полюбить жестокого садиста, который убил родную мать, он продолжал любить её. И он её до сих пор любит, путь её руки и похолодели... И перестали блестеть глаза... С этими мыслями парня настигла вина за её гибель. Он потерял её... Потерял! На вечность. И он больше никогда не увидит её улыбки, даже после смерти. А она сидела возле него, обняв парня со спины и плача невесомыми слезами, от мысли, что пора прощаться. В этот момент он почувствовал как её душа отлетела. Как она одарила его последним холодным поцелуем, который Рейджи так и не почувствовал. Девушка унесла с собой всю горечь, сидевшую осадком в душе парня. Унесла с собой весь смуток и все слёзы. Унесла всё, оставив лишь воспоминания с лепестками роз, над которыми плакал, как казалось, бездушный парень, который в первый и в последний раз полюбил, отдав своё сердце в хрупкие руки, которые обратились в красные лепестки последней, уже увявшей, розы...