protect me from what i want

Сбежим вместе в рыжий цвет солнца. Чимин хотел бы поблагодарить за божественно вкусный завтрак, но кофе с корицей приятно обжигает язык, и все, что он может — периодически стонать от удовольствия, прятаться носом в литровую чашку с артхаусным принтом и иногда чесать, приютившегося у его ног, Вейдера за ухом. Юнги вдруг замыкает. Чимин идеально вписывается в его кухню. Рыжие волосы яркой кляксой выделяются на фоне черно-серых панелей. И то, как Чимин улыбается, когда собака снова лижет его пальцы или становится лапами на колени. Его улыбка словно… За окном, где-то у горизонта, поднимается декабрьское солнце. Такое же рыжее, как и волосы Чимина. Юнги смотрит, улыбается уголками губ, пока Чимин играет с собакой. От них шума — невыносимо просто, но Юнги чувствует себя немного счастливым. Эти стены давно не слышали такой радости. — Мы должны купить ёлку, — вырывается само по себе, быстрее, чем Юнги мог подумать. Чимин цепляется за «мы», смотрит немного удивленно и снова на части рассыпается, потому что… Ведь не бывает так, правда? Чудес не случается. — Хорошо, но, кажется, для начала нам необходимо поспать, м-м? — голос звучит на удивление ровно, хоть и дыхание сбито, колотит всего, ну просто. Доберман снова ластится, кладет голову на колени и так тоскливо на Чимина смотрит. Юнги утвердительно кивает: — Я постелю. Чимин смотрит своими глазами-улыбками и собаку за ухом чешет.