Fallen angel

Мы с мистером Итаном в течение полугода пытаемся найти гармонию в моем сознании. И в последние недели это стало получатся еще лучше. Больше не нужно вставать с утра за порцией уколов, не нужно пичкать в себя тонну таблеток (разрешили обходиться всего лишь одной фирмой). Я осознал свое поведение, свои поступки, принял свои страдания и с гордо поднятой головой имею право заявить, что я изменился. Ничего и никто больше не снесет мою стену спасения. Я больше постараюсь не доверять людям, не буду искать в них спасения или что еще похуже, ведь осознал всю боль и горечь утраты. — Что ж, Рассел, думаю, самое время сказать друг другу «прощай», — Итан смотрит на меня, щурясь от восходящего солнца. Я стою на пороге той самой клиники с чемоданом в руках, и странное чувство охватывает каждую клеточку тела, что-то похожее на то, что я хочу остаться здесь. Но нет, нельзя. От людей нужно отвыкать. — Мне будет не хватать Вас. И… — я подхожу к доктору и обнимаю его, прижавшись к нему как можно ближе. — Спасибо Вам.

***

Открыв входную дверь, я снова оказываюсь в моем доме. Везде лежит пыль, и её, летающую, видно даже в солнечных лучах, проходящих сквозь жалюзи. Подойдя к комоду, я аккуратно пальцем провожу дорожку, натыкаясь на какую-то бумажку. Быстро беру её в руки, сажусь на диван и поспешно открываю. Почерк Мередин. Как давно я не видел её, черт возьми. «Рассел, наверняка, ты читаешь это, уже выйдя из психиатрической больницы. Что ж, я рада, что ты смог вылечиться, обрести новые силы и нового себя. Я не хочу сразу напугать тебя своим заявлением, будем идти к нему не спеша, согласен? Помнишь наш день знакомства в школе? Я знала, что ты не такой, как все остальные, которые обитали в тех четырех стенах. Ты слишком добрый, слишком милый, слишком замечательный. Прости, что так редко говорила это тебе. Но ты заслуживаешь намного больше, чем просто моих дурацких слов. Я видела, как ты страдал. Видела, как любил Джастина. И не смею винить, ни в чем. Просто сама тебя любила, слышишь? Очень любила! До мурашек по коже и бабочек в животе любила. Каждое прикосновение оставалось на коже, каждое прикосновение опаляло, но не залечивало душу. Я понимала, что полюбить меня ты никогда не сможешь. В дурмане, когда снова начала проявляться моя болезнь, я сделала необдуманный поступок. Тебе звонил Джастин… Он сказал, что очень тебя любит и ему нужно тебе кое-что объяснить. Боже, Рассел, прости! Я правда хотела тебя позвать, но мой демон внутри меня твердил, чтобы я бросила к чертям эту трубку. И я его послушалась… Никогда не смогу простить себя за эту ошибку, не смогу простить за то, что появилась в твоей жизни. Я совсем не та поддержка и опора, которая тебе была нужна. Я совсем не то, что должно было случиться в твоей жизни. Но мы не выбираем людей, верно? В глазах до сих пор стоит та койка, на которой тебя увозили. Кошки скребли душу; я изнемогала без тебя, Мортон. Я правда так в тебя влюбилась. И, может, я сделаю это необдуманно, под действием болезни, но я буду спокойна, что больше никогда не потревожу тебя. Я умру. Совершу самоубийство. Только не смейся, я не шучу. Когда вернешься домой, обязательно сходи к моим родителям, чтобы спросить насчет меня. Они скажут, что я умерла. А ты попроси узнать, где находится могила. Просто прошу, приди ко мне хоть раз. В последний. И мы точно расстанемся навсегда. Ты словно ангел, Рассел. Падший ангел. И я навсегда запомню тебя таким. Мои последние мысли будут только о тебе… Прошу, никому не показывай это письмо; пусть все думают, что меня убили. Иначе ты будешь подозреваемым в моей попытке самоубийства. Я люблю тебя. Ладно? Разрешишь любить и оберегать? Наша неразлучность теперь витающая пыль в воздухе. Её больше нет. Забудь меня, как я смогла забыть свою жизнь. Никогда не бывавшая твоей Мередин…» Первым, о чем я должен был бы подумать, являлся бы Джастин. Но я подумал о ней. Я понимал её; понимал, как никто другой. Боль, ревность, злость, а вдобавок еще и болезнь позволили совершить ей этот глупый поступок. Не забуду её смеха, психов, слез и запах кожи. Никогда. Такая юная, влюбленная. Дурочка, что же ты наделала? Погубила жизнь из-за нелепой любви. Я падший ангел. А ты мой ангел-хранитель. Встав с кровати, я медленно бреду к кухне, достаю из ящика зажигалку и, прокрутив колесико, подношу бумагу к огню. Неприятный запах разносится по комнате, а бумажка медленно тлеет в тарелке. Легко убрать себя с поля битвы. Трудно дожить жизнь достойно. И знаешь, Мередин, я смогу сделать это за нас обоих. Забуду о тебе. Потому что ты будешь жить во мне.