Девушка, в которую я буду влюблен завтра

— Ничего, Том, — пропела Аманда над самым ухом Кэри, и та резко, будто вынырнула из воды, пришла в себя. — Моей племяннице просто стало плохо. Спасибо, что помог её уложить. Кэри приоткрыла глаза, и успела заметить, как за дверью скрылся беззубый, сутулый старик-волшебник с фонарём в руке. Это был Том, хозяин «Дырявого котла». Сама Кэри развалилась на узкой жесткой кровати, ткнувшись носом в пахнущую яблочным шампунем подушку. Аманда сидела на стуле рядом и сцепила пальцы на её предплечье, большим пальцем поглаживая её руку сквозь ткань свитера. — Ах ты… — Кэри подскочила на кровати, подавившись воздухом и приготовившись заорать во всё горло на свою блудную мамашу, но та перебила. — Успокойся, хорошо? Я не сделаю тебе ничего плохого. Может, дело было в самой атмосфере этой тёмной комнаты, но тихий голос Аманды показался Кэри звучным, как церковный колокол. — Ты похитила меня! — зашептала Кэри. Её голос, напротив, прозвучал сдавленно и как-то совсем-совсем жалостливо. Дабы убрать эти жалкие нотки из своего голоса, она прокашлялась. — Я хотела поговорить. Познакомится. А это не так-то просто, учитывая, что повсюду за тобой следуют бесконечные друзья-подружки, — Аманда улыбнулась. Кэри, хотя была возмущена до глубины души бедственным положением, в котором она оказалась по вине Аманды, сейчас не могла оторвать от неё глаз. Она жадно рыскала взглядом по лицу своей матери, словно пытаясь выжечь каждую его черту в своей памяти. Очень молодое лицо, совсем не похожее на лицо матери почти взрослой дочери. Это сделало Аманду ещё более незнакомой, ещё более далекой. Кэри неожиданно почувствовала, как щиплет в носу. — Поговорить? — зло бросила Кэри, поднимаясь на ноги. — Можно было обойтись без рукоприкладства. Ой! Пошатнувшись, Кэри схватилась за больную голову и прислонилась к стене. Темень перед глазами почти рассеялась, но теперь её подташнивало. Аманда стремительно поднялась на ноги вслед за дочерью. — Прости меня за это. Я просто не знала, как ещё тебя… — Аманда замялась, но мужественно продолжила. — Выманить из бара. Кэри мрачно уставилась на мать. — Что ты хотела? — устало спросила она. Больше всего ей сейчас хотелось обратно в школу. Да и голова после поднятия на ноги болела так, как будто в череп ткнули толстой спицей. — Я просто хотела, чтобы ты перестала считать меня тем, кем я не являюсь. Что тебе рассказал Спенсер? Что ты сама хотела бы у меня узнать? Вот так. Как выигрыш в информационной лотерее. Тысяча вопросов, которые касались её матери, сейчас получили шанс на ответ. Но все эти вопросы почему-то неожиданно испарились — в голове у Кэри было пусто. — Он сказал, что ты чуть не убила меня, — в порядке компромисса ответила Кэри на первый вопрос. Аманда потупила взгляд. — Но он не сказал тебе, как именно это произошло? — Так это правда? — резко вскинулась Кэри. Аманда ответила не сразу. — Ты присядь. — Я постою, — упрямо заявила Кэри, продолжая подпирать стену плечом. Женщина, видимо, решила последовать своему же совету и уселась на кровать, где минуту назад валялась Кэри. — Начать хотелось бы со школы, — улыбнулась Аманда, и взгляд её расфокусировался. Воспоминания унесли её далеко от дочери. — Встречаться мы начали с шестого курса. Очень он был красивый, твой папаша. Мышцы под кожей бугрятся, глаза горят… К концу школы я уже была беременна, а сразу же после выпускного мы сбежали. Его родители… Вернее, его мать, — жуткая женщина, — терпеть меня не могла, и, узнав о моей беременности, едва не спятила. Она велела мне держаться подальше от её сына, но Спенсер… — Аманда вновь улыбнулась. — Он завалился ко мне посреди ночи, нацепил на меня какое-то пальто, и мы сбежали в Ирландию. Но помимо всего этого… На фоне этой прекрасной любовной истории… Кэри напряглась, опасаясь услышать дальнейшую часть повествования. — На двенадцатый день рождения мои родители подарили мне один кулон. Сердце Кэри подскочило к горлу. — Жуткий кулон, на самом деле, совершенно некрасивый. Но это было семейной реликвией, и я пообещала, что буду таскать его хотя бы иногда. Со временем он мне даже понравился. По крайней мере, я так считала. На самом деле, чем чаще я носила этот кулон, тем труднее было… Понять, что я не в порядке. Иногда, когда я была сильно расстроена, или измотана подготовкой к экзаменам, на задворках моего сознания начинал звучать голос. Чуть ниже, чем твой голос, Кэри, но тем не менее легко узнаваемый, — Аманда подняла глаза на дочь. — Меня почти никогда это не беспокоило. Он звучал отдельно от моих мыслей, совсем тихо, как фоновое дополнение к собственному внутреннем голосу. И на свою беду, когда я уехала, ожерелье я взяла с собой. Кэри по-прежнему не понимала, к чему ведет Аманда, но с каждым сказанным ею словом услышанное нравилось ей всё меньше. — И что? — наконец спросила она, оторвавшись от стены и резким движением скрестив руки на груди. — Как это относится ко мне? Аманда вздохнула, сжав покрывало тонкими пальцами. — Я родила тебя в маггловской больнице, в деревне Адэр. И когда тебя, умытую и накормленную, принесли ко мне в палату… — Что? — настойчиво повторила Кэри. — Я исчезла. Совсем. Перестала соображать. А в себя пришла уже дома, в нашей со Спенсером квартире. Я была одна. Ни тебя, ни Спенсера, ни его вещей, ничего. В больнице, когда я вернулась туда в надежде найти дочку, на меня смотрели волком. Сказали, что я чуть не задушила девочку своим же ожерельем. И велели убираться, пока это не совершённое убийство не принесло мне проблем с их маггловским законом. Вот и всё. Из-за уродливой семейной безделушки я потеряла и дочь, и любовь всей жизни. Однако на Кэри явно не подействовало столь драматичное окончание истории, и она, вскинув брови, хмуро поинтересовалась: — А как именно ты связываешь такой провал в памяти с этим ожерельем? — Спустя время я догадалась проследить историю этого кулона, и наткнулась на портрет одной барышни… — Понятно, — оборвала Кэри, невесело улыбнувшись. — И на шее у этой барышни оказалась знакомая тебе безделушка? Аманда промолчала, но Кэри это больше не интересовало. — Почему ты не вернулась за мной? — тщетно пытаясь сделать вид, что её ничуть не интересует ответ, спросила девушка. — Думала, что всё-таки прихлопнула меня во младенчестве и решила: раз миссия выполнена, то и заморачиваться не стоит? — Зря ты так, — сцепив подрагивающие руки в замок, Аманда покачала головой. — Когда я окончательно во всём разобралась, тебе было семь лет. Что бы я сказала тебе? Что бы сказала Спенсеру, заявившись на его порог? Тем более, я знала, что он женился на какой-то «девушке из высшего общества», — Аманда скривилась, и от такого пренебрежительного тона при упоминании Адалин, у Кэри зашевелились волосы на затылке. — У неё к тому времени уже был ребёнок, кажется, девочка, но и Спенсер… Мужчина с прицепом. Так что им обоим этот брак был очень выгоден. — Исчерпывающее объяснение, — не скрывая иронии, сказала Кэри и отошла от стены, явно направляясь к выходу. — Погоди! — воскликнула Аманда, вскочив с кровати. Она наверняка хотела схватить дочь за руку, но, видимо, испугалась её реакции, поэтому её протянутая к Кэри рука безвольно вытянулась вдоль тела. — Ты уже уходишь? — Да, — невозмутимо ответила Кэри и взялась за дверную ручку, но потом вдруг обернулась. — Ты встречалась с профессором Дамблдором, не так ли? Это от тебя он узнал про мистера Холтера и Грейс? — Да, от меня, — энергично закивала Аманда, радуясь возможности продолжить разговор. — Я же говорила, что целых семь лет изучала историю кулона Вайолет. — Ладно, — неопределенно бросила Кэри, пожав плечами. Ей вдруг вновь захотелось плакать, и она поспешно захлопала ресницами, прогоняя слёзы прочь. — Я пойду. Не нужно меня провожать, я знаю, как добраться до школы… Да и мои друзья, наверняка, ищут меня. Аманда поджала губы. Неправдоподобно молодая женщина, но уже не незнакомка. — Я рада, что смогла познакомиться с тобой, Кэри, — донеслось в спину Кэри, когда она уже шагнула за дверь. — Мне так жаль, что меня не было рядом, когда ты повзрослела! Ты такая красивая, взяла только самое лучшее от нас обоих, — голос у Аманды сорвался. От этого звука сердце у Кэри сжалось до размеров грецкого ореха. — Мне тоже очень жаль, — тихо сказала она. Кажется, она собиралась сказать что-то ещё, но быстро поборола неожиданный порыв, и спустя секунду её взметнувшиеся тёмные кудри пропали в дверном проёме, оставив лишь звук удаляющихся быстрых шагов. Наконец-то Кэри могла поплакать, но это ей не удалось. Её так долго сдерживаемые слезы окаменели. Теперь они останутся с ней навсегда.