Отклик Зоны: Душа Мутанта

Подумать только, полностью отшибленные на голову люди только что обвели нас вокруг пальца и заманили в самую настоящую ловушку, выход из которой ещё попробуй найди. Ради этого они как приманку выставили одного человека. Пожертвуй одной пешкой ради победы, правильно? Вот только оправдаются ли ожидаемые их потери, и достигнут ли они своего? В этом еще нужно разобраться. — Ха-ха, а фанатики-то умные оказались! — с досадой проговорил Глеб. — Специально ждали удобного момента чтобы, напасть, даже своими пожертвовали ради этого! Гребаные психи! Я наблюдал, как со стороны десятиэтажки поочерёдно появлялись фигуры в ярком белом камуфляже, куда лучше экипированные, чем те же патрульные — в штурмовых брониках, с новейшим оружием калибра 9×39, у некоторых за спиной виднелись одноразовые тубусы гранатометов. «Монолитовцы» шли тремя группами: одна заходила в центр стоянки, другие рассредоточились по флангам. Во главе каждой группы стоял командир в экзоскелете, энергично указывая жестами направление движения. Кажется, они даже не пытаются замаскировать командный состав. То есть смерти они не боятся, и в случае, если командир уйдет в покои к великому Монолиту, ему всегда найдут замену. Похоже, старый советский эксперимент, заключающийся в создании «идеального солдата», почти удался. Чем им только мозги промывают… — Иккинг, — сказал я в рацию. — Остаешься с Астрид на крыше, атакуете только в крайнем случае. Химик, Пригоршня… — Мы держим вестибюль на первом этаже! — перебил Никита. — Сойдет. Глеб, прикрываешь меня. Следи за окнами высотного здания, где-то там спрятался снайпер. Перехватив трофейный "Гаусс", я направился в крайний кабинет с восточной стороны института. Довольно широкий зал, до потолка заставленный деревянными стеллажами с книгами, скорее всего — бывшая библиотека. Оттуда как раз хорошо просматривалось нужное здание, осталось найти снайпера. Я сел перед окном так, чтобы дуло винтовки не выглядывало на улицу, и стал наблюдать. Отряды «монолитовцев» вышли на стоянку и открыли неприцельный огонь в нашу сторону. Над головой вжикнула шальная пуля, после чего глухо ударилась в стену за мной. Провокация. Другие пронеслись буквально в сантиметре от меня, заставив чуть подпрыгнуть от неожиданности. Вдох, выдох. Я попытался успокоить бушующее в грудной клетке сердце. Мне сейчас двигаться вообще нельзя, так как тот снайпер тоже сейчас смотрит в прицел, как и я. Вот только у него под наблюдением два этажа, а у меня — десять. Любое движение, пусть даже самое простое — верная смерть. Наши сейчас бездействовали, и правильно — фанатики сейчас лупят по окнам для острастки, не знают наших точных позиций, и это нам пока на руку. Когда они подойдут поближе, тогда мы и ударим. — Мы же не будем сейчас оборонять этот дом? — с надеждой спросил Вертухаев — У меня патронов почти не осталось! — Нет, — ответил Пригоршня. — Ждем подходящего момента для отступления, если мы сейчас выйдем — нас всех изрешетят! — А, черт! — досадно выпалил Глеб. — Я чувствую, еще год в Зоне, и я уже того… — послышалась возня слева от меня. Неожиданно сквозь приглушенные автоматные очереди прогремел отчетливый одиночный выстрел. — А-а! Твою мать.! А-а-а!!! — вдруг завопил мой напарник, заставив меня вздрогнуть. Но от окуляра прицела я не оторвался. Вспышка выстрела сверкнула с восьмого этажа, третье окно справа. Я не успел направить туда ствол, как сразу ощутил сильный удар в область груди. Выбило дыхание, из глаз вылетели искры, меня опрокинуло на пол. Ну, Крысобой, пора тебе уже на пенсию — совсем невезучий и невнимательный. Я поднялся на четвереньки. Взгляд остановился на Глебе, тот еще катался по полу, пытаясь скинуть с себя горящий, словно химический «файер», бронежилет. Я подполз к товарищу, расстегнул боковые крепления жилета и снял его через голову. — Соберись! — встряхнул я Глеба. — Смотри за домом. Видел, откуда стреляли? — Т-третье окно… В-восьмой этаж… — сказал он, заикаясь. Значит, не показалось. Через минуту я уже был в соседней комнате, прикрытый рваной занавеской. Наш вояка, похоже, после того как взглянул в глаза смерти, совсем очумел, нужно ему дать время, чтобы в себя пришел. Я взял на прицел нужный этаж. Как я не догадался! Этот весь хлам в виде шкафов и столов, которым забит оконный проем, на самом деле не просто так там стоит — такая себе импровизированная амбразура. Снайпер бил оттуда. Я пытался высмотреть что-то в той черноте. Вдруг стрелок уже сменил позицию, и если я выстрелю не туда — вряд ли во второй раз повезёт. Нет, он не такой умный, как я думал. Из того же окна сейчас торчит дуло СВД, смотрит точно не в мою сторону. Идиот. Кажется, эту дуэль все-таки выиграл я. Нужно было стрелять не в бронепластины, дурак. Палец плавно вдавил спуск, произошел выстрел. Шарахнуло так, что уши заложило, однако вопреки звуку выстрела и моим ожиданиям, отдачи не было никакой. Патрон быстро достиг своей цели. Винтовка врага упала вниз. И как «монолитовцы» только стреляют из этой пушки? Затычки в уши кладут? Оглохнуть можно! Несколько замявшись, наблюдая за своей маленькой победой, я не заметил, как мое окно взял на прицел весь взвод «Монолита». Град пуль обрушился на многострадальную трухлявую раму, выбивая оттуда щепки, пробивая бетон. Мой военный товарищ еще сильнее прижался к стене и, кажется, шептал про себя молитву. — РПГ!!! — раздался орущий голос Пригоршни из рации. Я бросил винтовку и потащил Глеба вниз. Через секунду за спиной у нас сильно бахнуло, окатило пылью. Во все стороны разлетелись кирпичи, и один из них больно ударил мне в поясницу. Не обращая внимания на острую боль, я рванул товарища за плечо одной рукой, второй нащупал приклад гаусса и кинулся в коридор. — Крыс, ты в порядке? — вышел на связь Химик. — Если можно так сказать… — хрипло ответил я. — Ответный огонь! Бейте одиночными, экономьте патроны… — Понял! Раздался слаженный стрекот автоматических винтовок. — Глеб! — крикнул я, хотя из-за звона в ушах еле себя услышал. — Ты стрелять сможешь? Вояка резво закивал и поднял к груди АКСУ. — Тогда за мной к соседнему кабинету! Мы быстро заскочили на новый рубеж для стрельбы. Дела плохи. «Монолит» нас почти уже в клещи взял, ещё немного, и нам придется отстреливаться на два направления. Кто это у них там такой стратег умный? Я словил на прицел командира центральной группы. Громила в экзоскелете и с ОЦ-12 «Тисс» за основное оружие. Специально вооружили для боевых действий в городе. Вот только кто? Гаусс снова саданул по ушам, но уже не так болезненно. Голова командира разорвалась, словно тыква, после попадания в нее из снайперки. Тело, облаченное в тяжёлый костюм, рухнуло на асфальт, заливая его алой кровью. Не став ждать, пока на меня снова обрушат ураганный огонь, я сменил точку обстрела. Впрочем, моя маленькая диверсия так и не принесла положительных результатов. Враги как работали слаженно, так и работают, только уже под началом нового командира… Центральная группа продвинулась еще на несколько метров, после чего укрылась и стала прикрывать движение следующей. И в свою очередь, подход последней группы поддерживался уже двумя отделениями. Система, епрст! — Если так и дальше пойдет — они бросятся на штурм первого этажа! — сказал Химик. Я словил на прицел еще одного командира. Грохнул выстрел. Враг лишился руки и почти сразу слег с деформацией грудной клетки. Видимо, кости от бешеной энергии пули сжались, раздавили сердце и легкие. Краем глаза я заметил, что двое пытаются поставить на бетонную плиту пулемет. Определил цель. Спуск. Щелчок. Диод, которого я раньше не видел на левом боку ствольной коробки, горел красным. Патроны! — Я пуст, прикрой! Пулемет на два часа! Я ухватился за горячий корпус батареи, нащупал сверху кнопку и быстро отсоединил раскаленный металл, заменив его на новый. После смены диод загорелся зеленым цветом, однако потерянное время дало пулеметчикам шанс развернуться на позиции. Громко затарахтел импортный М240В. Пули веером ложились на второй этаж, не позволяя никому из нас высунуться. Химика и Пригоршню зажали огнем штурмовики. — Разреши вмешаться! — вдруг послышался голос Иккинга. Парень, по ходу, покорно сидел на крыше и следил за боем. — Давай! — ответил я. — Только не подставляйся, отработал и сразу в укрытие! Видишь где пулемет строчит? — Да. — Попробуй обезвредить или хотя бы отвлечь! Тем временем первая лента у стрелков уже закончилась. Пока они меняли ее, нас массированно обстреливали со всего, что только есть. Мне кажется или их стало больше? На крыше сверкнуло нечто ярко-голубое, после чего с того места беззвучно вылетел сиреневый шар. Взрыв пришелся как раз на пулеметное гнездо. Противник хоть и знал о нашем драконе, но можно сказать, применение «неизвестного оружия» немного сбило их с толку, те даже прекратили стрелять на минуту. — Добиваем!!! — приказал я и с ходу снял первого, тем самым открыв счет в нашу пользу. Хлопали выстрелы автомата Глеба, снизу короткими очередями били Химик и Пригоршня. Враг успел потерять уже пять человек, но ничуть не смутился. На крыше злосчастной десятиэтажки показался человеческий силуэт. Я сначала не понял, что этот суицидник пытается сделать, пока от его фигуры не отделилась крохотная точка, сопровождаемая струей дыма. — Ракета! Снаряд врезался в крышу, здание дрогнуло в дальних комнатах рухнуло что-то тяжелое. — Иккинг! Ты меня слышишь? — спросил я. Нет ответа. — Крыс, — вышел на связь Химик. — Их слишком много, уходим! — Да подожди ты! Не могу с Иккингом связаться! — Ну дык быстрее, сюда вертолет летит! — Откуда?! Что за вертолет? — не понял я. — Юго-запад. Кто летит — не знаю, может, военные, я его через ПДА засек. — Вот паскудство! — выругался я. — Иккинг, сволочь, выходи на связь! — рация отозвалась монотонным шипением. — Глеб, поднимайся на крышу узнай что там! — дальше я обратился к Химику. — Уж если вы меня втянули в это дерьмо, так будьте добры, довести его до конца! Я не для этого пер того придурка через всю Зону, чтобы здесь бросить! — Ну и какой план? — с явной издевкой спросил Пригоршня. — Попробую через свой ПДА выйти на частоту радиопереговоров пилотов, узнаю, что они хотят, а дальше — по обстановке. — И как же ты выйдешь? Она закрытая! Ни одна программа не найдет ее. — влез Глеб. — Это вы так считаете! — кинул я. — Херовая у вас защита, ее любой лох сломает! Или вы думаете, что штурм ЧАЭС провалился из-за плотного сопротивления «Монолита» или из-за их боевого духа и предрасположенности территории к обороне? Много у вас оправданий на этот счет, вот только где какой «Сапсан» передвигается и куда «Ястреб» летит, было слышно аж на Тихих Холмах через радиостанцию среднего диапазона и без всяких наворотов. Делай выводы… да и вообще, я тебе сказал наверх идти! Вертолет можно уже было наблюдать через окно на фоне границ городка низко летящим над кронами серых деревьев. Он уже вошел на территорию города, можно начинать. Я стал сканировать местность на все имеющиеся радиочастоты. Некоторые оказались пустыми или с помехами от высокой аномальной активности или высокого фона радиации; на некоторых я даже вышел на переговоры «Монолита», в которых все равно ничего не разобрал. И, как ни странно, нужная частота оказалась самой последней. Осталось только к ней подключиться. — Еще немного! — сказал я. — Прикрывайте! Спустя пять минут я все же достиг своего и сразу вышел на переговоры. — База, это «Грифон 2-1», вижу группу «Монолита», ведет бой с неизвестным противником, иду на снижение. — «Грифон», это База подтвердите контакт с противником, приём. — Подтверждаю! Группа неизвестных лиц обороняется в здании института. — Вас понял, «Грифон», это сталкеры, вали всех! — Твою мать, на землю всем!!! — только и успел проорать я перед тем как на здание обрушились первые ракеты. Стены тряслись от каждого попадания, кажется еще немного и они обвалятся к чертям. Вертолет обстреливал НУРСами все этажи без исключения, поэтому досталось и мне, и товарищам на первом ярусе. Я не знаю, сколько так продолжалось — после второй секунды обстрела я попросту оглох. Что ракетный удар закончился, я понял только по тому, что пол перестал вибрировать, а на голову больше не сыпалась штукатурка. Я попытался встать, но сделал это слишком резко — сразу потемнело в глазах, а спина отдала в мозг жгучей болью. Все-таки оглядевшись, я обнаружил себя посреди руин, которые когда-то были целым институтом. Вокруг все затянуто пылью, где-то что-то горит, дышать трудно, то, что осталось от заведения, теперь стоит на честном слове. Когда вернулся слух, первое, что я разобрал — шум множественных выстрелов и рокот винта. Значит, вертолет еще здесь стреляет из пушки по пехоте «Монолита». Я взял винтовку в руки и прицелился на звук. КА-50… я его уже видел, много он мне нервов потрепал, пора отвечать за свои грешки. Я упер приклад в плечо. Руки трясутся, не могу взять на прицел, еще и вижу плохо. Черт. Слишком быстрый. Промажу — и это будет последнее, что я сделаю… — «Грифон», это «Барсук 2-5» мы подходим к точке, прием. — «Барсук», чего так долго?! Расчетное время прибытия вам известно! — А какого хрена нас через болота отправили? Так еще с неправильной картой?! Мои, кхм… бойцы там один БТР утопили! — «Барсук», «Грифон» не засоряйте эфир, вашу мать! — Вас понял! Вступаю в бой, «Грифон», конец связи. — послышался радиообмен военных. Я решил выглянуть и проведать наших новых гостей. Честно сказать, я не обрадовался. К нашим позициям подтянули целый механизированный взвод с бронетехникой. Впереди шли пара БМП-2 и один БТР-80 за ними, в колонну по трое двигалась пехота на пути отстреливая всех, кто двигается. Заработали бортовые орудия машин, кромсая и перемалывая оставшихся фанатиков вместе с укрытиями. Солдаты в этот момент уже заняли стоянку и разобрались по периметру. — Мужики, меня кто-нибудь слышит? Отвечайте, прием! — попробовал созвать всех я. — Слышим, только потише будь! — отозвался Химик. — Их здесь слишком много. Нужно потихоньку уходить… — Воздух, вижу нашу цель на крыше развалин, подтвердите, прием! — Земля, понял, подтверждаю, мутант найден, иду на заход… Я не успел понять, о ком они говорят, как сверху снова ярко и беззвучно полыхнула вспышка, следом за ней со свистом вылетел пучок плазмы. Одна из машин словно наткнулась на невидимую преграду, замерла, воспламенился движок, а за ним — и вся задняя часть корпуса. — Мы потеряли «коробочку»! Всем отрядам огонь на поражение! На нас обрушилась новая порция свинцового урагана. Я еще удивляюсь как здание еще держит, ведь оно стоит практически на сваях. Вертолет застыл в воздухе на уровне пятого этажа, видимо, целился, чтобы снова ударить НУРСами. Теперь-то я точно не промажу. Спуск, выстрел — машина дернулась назад, словно ее кто-то в нос пнул, затем сильно накренилась, чуть не протаранив нас. — А-а, твою мать!!! — выругался пилот. — Земля, противник применил неизвестное оружие, я подбит. Управлять могу, но кабина дрожит, нужно выйти из боя! — Принял! Спасибо, «Грифон», дальше мы сами. Я выловил в прицел того, кто больше всего по рации отдавал распоряжения, командир так называемый, он сейчас прятался за бетонной стеной. Нужно просто подобрать правильную проекцию тела и буквально провести через него прямую… надо же, математика пригодилась. Пуля пробила насквозь бетонный лист и разворотила грудь командиру, оборвав его пламенную речь по рации на полуслове. Страшная вещь эта гаусс-винтовка… Военные по сравнению с «Монолитом» были менее устойчивы, стоило только устранить командующего — сразу боевой дух их пал. БМПхи всухую работали по окнам из 35-миллиметровых орудий, солдаты расселись по укрытиям чего-то ожидая. — Мужики, сейчас или никогда, уходим, я прикрою! — сообщил я в рацию. В отличие от военных, канал у нас достаточно защищенный, не зря же Пригоршня — бывший десантник и Химик — инженерный гений и не только, топчут Зону не один год. — Встретимся у заднего входа! — ответил Пригоршня. С крыши послышался треск АКМа. Значит, все живы. Это радует. Броневики переключили свой огонь на провокатора, а я тем временем уже стрелял по оптическим приспособлениям на машинах. Слепые, они никакой опасности не несут. Выстрелил, перевернулся через пузо к другому окну, снова выстрелил — перевалился через два и так вразброс, пока солдафоны не психанули и не начали сжигать боезапас во все дырки в доме. Однако меня так и не достали. Я так увлекся стрельбой по мишеням, которые появляются, что не заметил в небе приближающуюся с севера одинокую фигуру. Этот был тот монстр из пятиэтажки, по-другому не назвать и похоже ему не хватило. Военные теперь сами оказались в окружении: с одной стороны дом, занятый нами, с другой — двухголовая тварь — психологическое давление. Конечно же, половина индивидуумов сразу начала стрелять во все, что плохо лежит и летает. Бестия слишком быстро добралась до вояк, застав их в самый не подходящий момент — за перезарядкой. Одна голова окутала периметр зеленым газом, другая пустила маленькую искру, но и ее хватило чтобы та территория за считанные секунды превратилась в кусок тлеющей почвы. Лишь пара тройка солдат успела отскочить… — Уходим все! Иккинг! — приказал я. — Я понял… — прохрипел сдавленный голос всадника. Ты смотри, жив ещё! Снаружи, уже на внутреннем дворике института ждали сталкеры. Иккинг и Астрид спустились с крыши на драконе. Я с Глебом наконец доковылял до выхода. — Отлично, все живы! — начал говорить Химик. — Значит, военные сейчас заняты той тварью — это наш шанс уйти незаметно. До Бара совсем ничего, поэтому идем не спеша, периодически поглядывая назад и по сторонам. Впереди Аллея Обреченных — гиблое место, главное, там не теряйтесь. В небо не взлетать, внимания не привлекать. Ну вроде все, вперёд!

***

Мы уже двадцать минут как покинули место столкновения. Военные вели бой не переставая, выстрелы были слышны до тех пор, пока мы не удалились на достаточно большое расстояние, после чего стало тихо очень тихо. Чем дальше мы двигались вперёд, тем меньше было построек и больше растительности. Некоторые дома давным-давно превратились в кучу обросшего мхом бетона, некоторых было почти не видно за кронами многочисленных деревьев. Стены приобрели грязный темно-зеленый оттенок и постепенно осыпались. Я все время ориентировался, куда нам идти, по вышке связи, и расстояние примерное тоже по ней определял, однако сейчас ее не было видно из-за зловещих голых крон сухих дубов. Я даже не заметил, как быстро поменялась обстановка с более-менее сохранившегося города на глухой непроглядный лес. Хотя нет, мы все еще идем по Чернобылю-3, по тем же улицам, только немного не в привычном их образе. О том, что когда-то здесь был асфальт, свидетельствовали многочисленные каменные глыбы. Земля, однако, проросла серой травой мне по берцы. Вон, в двух метрах от нас стоит старая «Нива» без дверей, возле нее разрослась карликовая березка. Слева находится пятиэтажка, совсем старая, будто из позапрошлого века, в основании которой, точно из подвала, выросла ель. Мы прошли через обросший кустами ржавый танк Т-64, когда Глеб вдруг начал обсуждать накипевшее. — Я вот не понимаю одного: почему Аллея Обреченных? Название стремное, хочется знать, за что же она его получила. — его голос разошелся по тихим округам, словно гром. — После второго Выброса, — как-то совершенно тихо начал говорить Химик, — почему-то именно здесь стали замечать аномальное поведение местной флоры. Всякая зелень начала лезть со всех щелей, деревья чуть ли не друг на друге росли, кое-где своими спутанными корнями создавая непроходимые дебри. — сталкер указал на пучок толстых корней размером с человеческий рост слева от нас. — Обычные улицы вдруг превратились в леса куда даже солнечные лучи не проникают. Тут даже болота свои есть. Хотя это скорее подземные воды, которые в силу некоторых причин поднялись на поверхность. Среди всех тех зарослей притаилась куча аномалий, и если не знать, куда идти, то запросто можно будет остаться тут. Сюда даже мутанты редко заходят, по крайней мере — некоторые из них. Это место окрестили так военные, после того как весь их взвод полег здесь заблудившись, хотя перед этим они на протяжении часа держали связь с базой и постоянно жаловались на то, что не могут найти выход. Их даже с вертушки искали. Что военные только не делали - и стреляли в небо, и сигнальные ракеты пускали. Пилоты их не видели — туман тогда слишком густой висел над лесом. Так и померли здесь все… — Так, а на хрена мы сюда идем? Тоже потеряться? — задал резонный вопрос Вертухаев. — Я же говорю, нужно знать, куда идти. Не так страшен черт, как его малюют… — И ты знаешь куда? — Да, с Никитой не раз здесь ходили. — Ага, ходили, прям гора с плеч!

***

Мне все больше казалось, что местность, по которой мы идем, ни хрена не город, раньше хоть дома можно было созерцать, а сейчас одни деревья повсюду, будто они и были здесь двадцать лет назад. То и дело я спотыкался о торчащие под ногами корни. Растительность по мере прохождения изменялась на глазах: если при входе молодой клен можно было с натяжкой назвать здоровым, то сейчас этот же самый клен покрылся такими уродствами, что даже язык не повернется назвать его нормальным деревом. Мы размеренно шагали вслед за Химиком, полностью доверяя тому, куда он ведёт. Честно сказать, я уже начинаю понимать, почему это место называли обреченным, потому что в процессе нахождения здесь ты именно такое чувство испытываешь. Хотя нет, есть ещё одно — за нами опять кто-то следит. Хищный взгляд, недобрый. Подобный тому, с чем я столкнулся еще в городе. Военные? Не думаю. Они сюда не сунутся. Тот дракон? Тоже не вариант. Ему мы на хрен не нужны, хотя, может причиной является наш крылатый? Я обернулся на ящера. Не нравится мне его поведение… взор блуждающий, панический, вроде как высмотреть кого-то хочет. Тоже чувствует. Мы встретились с взглядами, я даже заметил некоторое понимание ситуации в его глазах. Неужели только мы оба чувствуем это? Быстрее бы отсюда уйти… Химик заметно ускорил шаг, но все еще ничего не говорил. Вообще все молчали. Не хотелось разговаривать, угнетало что-то… Беззубик вдруг выбежал вперед и перекрыл мне дорогу, пристально на меня уставившись. Всем видом дракон пытался выразить что дальше идти нельзя. Опять же, это заметил только я. Остальные шли вперед как зомби. Даже Иккинг, который вроде как и должен доверять своему другу, тупо чесал, куда глаза глядят. Это не дело… — Всем стоять!!! — рявкнул я, как показалось на весь лес. Ноль эмоций. Как шли, так и идут. «Да что за хрень?!» — пронеслось в голове. — «Вы что там совсем от мира ушли?!» — Стоять на месте, я сказал! — для пущего эффекта я пустил в небо очередь. Все как один вздрогнули замерли словно из транса вышли. — Что за?.. Где мы?! — ошалело мотал головой Глеб. — В пиз… кхм, жопе! — ответил я. — Вы чё, уснули на ходу?! — Я помню только как мы сюда заходили, как я спросил, почему это место называется «Аллеей Обреченных» и… всё! — выкладывал рядовой. — Но там совсем другой пейзаж был… не такой, как тут… — Химик, мать твою! Я думал ты нас ведёшь! — не унимался я. — Я не знаю, что произошло! — Охренеть! За разговором я не заметил, как дракон начал потихоньку пятиться в мою сторону, а потом и вовсе прижался к ногам. Поэтому низкое рычание у меня под боком заставило меня подпрыгнуть. Теперь уже все насторожились. — Я чего вас остановил… — начал я тихо, — за нами кто-то следит. Я смотрел туда же, куда и дракон. Заросли впереди. Темные, не видно ничего за ними, однако, что там кто-то есть я был точно уверен. Двумя длинными очередями я срезал пару веток с кустов. И тут же из кустов на холм выскочило тело размером, наверное, с пони и быстро за ним скрылось. — Химера… — прошептал Пригоршня. — Этого нам только не хватало! — досадно сказал я. — Быстрее уходим, пока не попали к ней на ужин! Химеры очень редкие и самые опасные мутанты, в основном встречаются ближе к Центру. Не знаю, может, ее все так боятся потому, что мало кто живым после встречи с ней уходил, или просто люди передают друг другу такие сказания о ней, что аж под кровать лезть охота — один страшнее другого. Лично я до сего момента не встречал этого мутанта, хотя и слышал о нем много. Очередной урод, выведен при помощи чудовищных экспериментов в секретных лабораториях. «УЖАЗ», кажется, так проект назывался — «универсальное животное-защитник». Что он защищал — не известно, судя по документам, то как раз те лаборатории, но что-то, как всегда, пошло не так. Целый выводок этих двухголовых тварей сбежал из лаборатории, и на поверхности они начали размножаться. Очень умная, в лоб не нападет, выжидает, пока жертва потеряет бдительность, и одним точным прыжком ломает позвоночник или в воздухе откусывает пол-затылка. — Главное - не терять голову… — напомнил Химик. — В этом лесу, бывает, забываешь, что ты вообще существуешь. Вот только что мы на себе это испытали и чуть не попались в лапы мутанту. Ведущий шел в ускоренном темпе, постоянно глядя по сторонам, словно пытаясь найти знакомую тропу. — Мы скоро отсюда выйдем? — послышался звонкий голос Астрид. — Да, Аллея не сильно большая, сразу за ней открывается так называемый Бар. Мы почти на месте.

***

Оставшийся отрезок пути мы проделали довольно быстро. Лес вскоре стал редеть, и уже через голые ветви можно было рассмотреть ту самую заветную вышку связи. Возле нее, как отсюда можно было наблюдать, был выставлен ряд построек, в основном старые трансформаторные будки и одноэтажные здания непонятного назначения. Где-то среди них и было нужное нам — небольшой продуктовый магазинчик со входом в подвал. Его невозможно пропустить. «Темные» устроили там что-то вроде оборонных укреплений - на крышу и возле входа накидали покрышек и поставили на них пулеметы. Слабая оборона, конечно, но на них никто и не нападает в силу того, что это единственное нейтральное место в городе, где можно хотя бы отдохнуть и выпить, пусть и завсегдатаи там немного чудные. «Монолитовцы» их стороной обходят. Братья по разуму, блин. Лес остался позади. Теперь мы вышли на нормальную асфальтированную дорогу, которая как раз и ведёт к Бару. Неужели дошли? Хотя я до сих пор чувствую на себе чужой взгляд. Эта химера, по ходу, никогда от нас не отстанет… — Иккинг, ваша веселая компания остается снаружи. — приказал Химик. — Ты старший. Видишь овраг в ста метрах слева от нас? Это ваша территория, если видите, что к вам кто-то идет — сразу уходите, ясно вам? — Ясно. — коротко ответил Иккинг. Мы подобрались к воротам заведения. Обычные тонкие стальные ворота, которые можно даже с «калаша» с трехсот метров пробить, сверху намотана «егоза». Когда мы подошли к воротам, в нашу сторону дернулись два пулемета ДШК, послышался почти слитный звонкий щелчок затвора. — Кто такие? — прозвучал сухой неприветливый голос. Один из «темных» стоял, прикрываясь за покрышками, и сверлил меня взглядом через мушку пулемета. Лицо закрыто повязкой, сам одет в неприметный комбинезон сталкера, только черного цвета, сверху на комбез нацеплена разгрузка, на груди болтается маска-противогаз. Сразу и не скажешь, что фанатик из Центра Зоны. — Вольные сталкеры! — ответил за всех Химик. — Нужно переговорить с Бесом. — Начальник никого не ждет… — с подозрением проговорил часовой и только крепче сжал рукояти пулемета. — Скажи ему, что старый товарищ пришёл проведать его после заварушки в Рыжем Лесу. Передай ему в точности: «Долг платежом красен!», и все сразу решится. — не отступал Химик. — Ждите, я сейчас с ним свяжусь! — ответил часовой и только собрался уйти как в разговор вступил недовольный Пригоршня. — Слушайте, организмы, при всем уважении к вашей доблестной группировке и вашему хорошему начальнику, но какого хрена нам нужно стоять перед входом и мёрзнуть? Тут, знаете ли, немного опасно. Слышали перестрелку? Военные обход делают! Пустите в Бар хоть погреться! — Ладно, в Бар можно, потом вас вызовут к начальнику… — угрюмо произнес часовой. Двери со скрипом отворились. Перед нами возникли очертания того самого магазинчика, что уже переделали в подземный бар. Окна заколочены, на крышах снайперы. Все-таки волнуются «темные» за свою жопу. Вход в сам Бар перекрывался железной бронированной дверью, такую даже с танка не вынести, скорее стены возле нее покрошишь. Химик постучал по корпусу двери, и та отозвалась гулким звоном. Через минуту перед нами открылось маленькое окошко, через которое можно было увидеть только глаза стоящего по ту сторону двери. — Кто такие? Цель прибытия? — пророкотал голос, не менее угрюмый, чем на КПП. — Химик. Я к Бесу, а эти — мои товарищи, в баре посидят… — Ждите! — коротко отозвался человек и исчез, закрыв за собой окошко. Спустя недолгое время на двери скрипнули засовы, и она распахнулась, обнажая нам неприятные на вид заплесневелые стены и резкий запах табака, перемешанный с травкой. — Оружие сдаем! — строго приказал охранник. — Может, не надо? — сказал Пригоршня. — Оружие на хранение! Здесь порядки такие! — сторож невзначай переложил ладонь на цевье своего АК-105. — Да хорошо, остынь! — Пригоршня положил на стол свои М4, пистолет и десантный нож поправил на себе шляпу и отправился дальше. - Ножи свои можете себе оставить! Для поддержания штанов, так сказать. Увидев у меня за спиной гаусс-винтовку, охранник выпучил глаза так, словно ребенок заметил новую побрякушку. — Если что-то пропадёт — яйца оторву! — бросил я уходя. — Иди давай, дурила! — Порядки такие… — подумал я вслух. — А траву курить здесь тоже в порядке вещей? Помещение бара очень сильно напоминало родной «100 рентген». Тенденция у сталкеров такая — устраивать забегаловки в старых складских подвалах. Прятаться легче, закрылся за дверью, пока все не утихнет, а потом снова на круги своя — пиво, водка рекой и драки бухих сталкеров. Другое дело, если местность перейдет под вторые руки. Это же такой удар по бизнесу: снова контакты налаживать, искать связи и новых поставщиков, так как прошлые уже на противоположной стороне баррикад, а могут быть и такие хозяева отбитые, что еще и издеваться будут. Но это вопрос двадцать пятый и решается быстро, торгаши везде нужны, как ни крути. Здесь же все шло своим чередом. Посетителей было достаточно, вот только половина из них спала где придется, еще часть обдолбалась, а остальные, более нормальные представители, расселись по углам, тихо разговаривая. В основном то были опытные ветераны из «вольных», и они что-то оживленно обсуждали: — Мужики, а вы слышали о каких-то особо засекреченных лабораториях глубоко в Зоне рядом с Саркофагом? Говорят, до сих пор работают. Я тут с типом одним общался, говорит, сам лаборатории не видел, но словил он как-то странные переговоры по рации на Янтаре, в них о лабораториях речь шла, а один чувак ему клялся, что видел странную полупрозрачную фигуру в скафандре, ну, типа сталкеровского, и эта фигура ему сказала чтоб валил оттуда прочь, мол, не мешай, мы тут работаем. Ну, мужик пересрал, ясное дело, он такого в глаза раньше не видел. Правда, он утверждает, что было это на Радаре, ну, вы понимаете… так что вряд ли правда, конечно… но а что, если в момент, когда Зона рванула, что, если она перенесла тех людей в какие-то особые энергетические сущности. Типа «Новые Люди», а? Единственное, что отличало это место от Бара возле Ростка — это наличие металлических круглых столиков и телевизора под потолком, естественно, выключенного. Барная стойка сооружена из всякого хлама вроде старых бочек и досок. В книжных шкафах держали выпивку, в основном «Черниговское» и «Казаков». М-да, не богатый выбор. Я подошел к бармену. Коренастый мужик лет сорока, с выбритой налысо головой и пустыми серыми глазами. Лицо искажено многочисленными шрамами от порезов. Бармен бросил на меня косой взгляд и показательно отвернулся, якобы для того, чтобы настроить радио, хотя там уже минут как десять с того момента, как мы пришли, вместо музыки исходят какие-то непонятные звуки, перемешанные с помехами. Дураку понятно, что в северных районах Зоны радио не ловят передачи и не хрен с ними возиться. — Вечер добрый, организмы! — сказал я чтобы привлечь внимание. — Чего тебе, радиоактивное мясо? — устало пробурчал бармен, всем видом выражая, то как его задолбала одна лишь моя физиономия стоящая здесь. — Чё вы все такие неприветливые? С миром я к вам пришел! — Слушай, либо ты что-то берёшь, либо валишь нах отсюда. Болтать с тобой я не подписывался. — раздраженно проговорил лысый. — Больной я смертельно, понимаешь? — Так иди в гроб ложись, чё ты мне тут глаза мозолишь?! — прервал меня нетерпеливый собеседник. — Дай сказать! Мне донесли, что… — Санчасть на третьем этаже! — снова перебил он меня. — Катись отсюда! Не найдя, что сказать, я молча отошел к своим. — Где Химик и Пригоршня? — сходу задал вопрос я. — У начальника всего этого цирка. — ответил Глеб. — Угу, уже пошли договариваться, значит… я сейчас в местную больницу загляну, нужно узнать, что за припадки меня постоянно донимают, и потом сразу вернусь. Ты здесь будешь? — Думаю, да. — Ну вот и отлично, не нарывайся только…

***

Под местный лазарет выделили одну комнату с некогда белым кафелем, который уже зарос чем только можно, а в некоторых местах — осыпался, обнажая голый бетон. Со стерильностью в этом помещении определенно проблемы. У стены стояла кушетка, с виду нормальная, но я бы на нее не рискнул лечь. Возле кушетки торчал белый шкафчик. В нем единственное, что меня радовало — куча лекарств. Хотя вряд ли они мне все помогут. Напротив всего этого дела сидел и сам врач — молодой подстриженный с адекватными глазами, разве что в военном «Булате» вместо белого халата, никак не скажешь, что он один из «темных». — Вечер добрый! — поздоровался врач, когда я зашёл. — На что жаловаться пришли? — Добрый! — отозвался я. — Сразу к делу? Это мне нравится… — и я выложил всю историю, что со мной произошла в лаборатории. — Даже не буду спрашивать, какого черта вас туда занесло. — сказал врач. — Мне нужно взять у вас пробу крови хотя бы. Как часто у вас, говорите, припадки? — Когда как… я не знаю, чем они характеризуются, могут и раз в день и два, могут вообще не появляться. Доктор протянул к моему пальцу лезвие и я невольно отпрянул. — Оно-то хоть чистое? — засомневался я. — Я его только что продезинфицировал. Не волнуйтесь, хуже, чем есть, уже не будет… — улыбнулся док. — Ну спасибо, обнадежили… — Вот и все, ожидайте, я посмотрю, что там у вас. Док около десяти минут что-то высматривал в микроскопе, и на тот момент в помещении зависло неловкое молчание. Я скорее ощущал себя как ребенок перед стоматологом, который сейчас решает, удалять ли ему зуб или пускай еще висит. Это немного действовало на нервы. — Слушай, а вы тут что, грибы на стенах выращиваете? — невзначай спросил я. Врач улыбнулся. — Я понял. Да, помещение не слишком подходящее, ну, а что поделать? Или у вас есть другие варианты? — лекарь на миг оторвался от окуляра и повернулся ко мне. — А нельзя его было как-то преобразовать? — Да бросьте! Кто его тут преобразовывать будет? Я? Дайте мне цемент и плитки тогда! Так ведь и этого нету! — Кстати, что-то вы не похожи на «темного», и на врача тоже не смахиваете… или пустоглазые решили военных в рабство взять? Так, насколько я помню со своей службы, вояки не славились особыми… кхм… манерами. А тут и на «вы» обращаетесь, и голос не срываете почем зря… — поинтересовался я. — Вы правы, я военный бывший. Полевой медик, младший сержант. Послали однажды нас на разведку сюда, да так и забыли, точнее, оставили… два дня эвакуации просили — нас попросту игнорировали. В итоге, когда прилетел вертолет, явно не за нами, мы начали орать ему с крыши самого высокого здесь здания, руками махать, все сигналки истратили… он полетал точно над нами и развернулся на юг. Вот мы и подались сюда к таким же брошенным… — А легенда говорит другое, мол, ваших всех потеряли в одном лесу… — Они много чего могут говорить. Да, большинство в том месте осталось, но не все. Ладно, не будем пока о грустном. Ты говоришь служил, в каких войсках? — Радиотехнические… — Хе-хе, связист? — Да вы задолбали! Причем тут связист? — Да шучу я. Ну что ж, РТВшник, плохая у меня для вас новость. Я обнаружил в вашей крови коричневый покардиоз. Грибок. И он быстро размножается. — Док, мне по херу, как он там размножается. У вас лекарство есть? — начал волноваться я. — Только антибиотики, которые его задержат, а так ничего дать не могу… — И что, мне сидеть подыхать?! — Это грибок еще хрен знает какого года. Все про него забыли, а то и не в курсе о существовании. Лекарства у меня нет, и о других тоже сомневаюсь. Единственное противоядие может быть в той лаборатории. — Опять я туда не полезу! — категорично ответил я — Ну, большего я не знаю… — Ладно, давайте свои чудо-зелья, пойду к Болотному Доктору. Врач протянул мне четыре десятикубовых шприца. — Вводите внутривенно, когда станет плохо, и один сейчас. — распорядился он. Я закатил рукав и вжал в организм все, что было в шприце. Участилось сердцебиение, начали дрожать руки, голова пошла кругом. — Это что за дерьмо? — в недоумении спросил я. — Зарубежный антибиотик. Сильный, и побочные эффекты неприятные, но действенный. — А я нариком не стану?! — Привыкания не вызывает. — Ну хоть на этом спасибо… всего доброго… Еле переплетая ногами, я вышел из кабинета. Проблем все больше и больше…

***

Беда не приходит одна, как правило. Я спустился вниз и стал свидетелем такой картины: в центре бара находятся два человека, Глеб в боевой стойке, правая рука сжимает рукоять ножа за спиной, и сам Шакал собственной персоной, перед ним стоит, улыбается. Вот наемников какой ветер сюда занес? — Братан, я думал, ты сдох еще в Мертвом Городе, а ты, видимо, везучий оказался сукин сын, пришёл сюда опять за нами проследить? Сейчас мы проверим твое везение! — вместо приветствия выпалил я и сам потянулся за ножом. — Тихо-тихо! Двое на одного, и на глазах у приличных людей? Так у наемников дела не решаются! Да, Глок? Или забыл уже? — так же улыбчиво говорил Шакал. — Тогда вот другой аргумент: как только тут начнется резня, эти ребята всех нас перебьют. Видишь, у «темных» тут только автоматы, они церемониться не будут. Так что коли хочешь решить свои личные проблемы, давай выйдем на улицу, но это может и подождать. Я думаю, тебе захочется узнать некоторую полезную информацию, которую так ищет Химик, бесплатно, в обмен на то, что ты и твои гаврики дадут мне спокойно посидеть. Я ведь сюда пришел просто выпить. — Угу, выпить он пришел… — кипел от злости я. — Я тебе сейчас башку прошью одним «Глоком»! Пистолет такой, знаешь? Как раз для тебя берег! — Да успокойся ты! Побереги свою злость для более нужных вещей… а сейчас слушай и внимай, что я тебе скажу: твой друг сейчас ищет информацию про то, как открыть межмировую брешь для того, чтобы вернуть домой, так сказать, гостей, которые по ошибке, — эту фразу он особо выделил, — попали сюда. Я тебе вот что скажу: ни хрена он не узнает, потому что никто не в курсе, как ее открыть. Могу сказать место, и придёте вы туда, а дальше что? Район там очень опасный, долго вы не проживете. — Что за место, не томи? — Станция. Если быть точным, то вершина трубы четвертого энергоблока… — Ты че, совсем рехнулся?! Как я тебе туда залезу? — Да-аже не знаю! Мозг включи, разгадка этой сложнейшей задачи находится возле тебя. Не здесь, там, где ты ее оставил. Ну, или при помощи вертолета. — Какого хера я должен тебе вообще верить? — прищурился я. — А тебе больше не на что полагаться. Нет, можешь не доверять мне и отсиживать яйца здесь, пока я, имея все средства, проберусь туда с группой ученых и военных и соберу там много всего полезного. Знаешь, сколько это денег? Да я свалю из этого гнилого места и всю жизнь проживу где-то на курорте! А вообще, брешь я уже открывал, только не на ЧАЭС в более приличных районах и ближних сердцу моему, и был там. Красиво, что сказать, лес густой, шагу не ступить, везде растительность, океан, пляж, чайки летают. Я бы там и остался, не понравились только местные хищники, уж очень много их, еле ноги унес да и холодно там слишком, а вроде лето было. — Допустим, и чего же отправляешь меня дьяволу в одно место, если сам говоришь, что есть вход в другом месте? — А потому что, мой недалекий друг, брешь открывается только один раз и при помощи одного редкого артефакта. «Черный Ангел». Аномалию видел эту? Видел сколько она энергии выделяет? Так же и с артефактом. Его энергии достаточно, чтобы открыть любой пространственный замок. Только один нюанс: брешь открывается на ограниченное время, и после использования она разрушается и закрывает за собой разлом. — Как раз тот артефакт, который ты у меня увел… где он?! — еще больше разозлился я. — У меня, — беспечно ответил наемник. — Нет, я точно тебя грохну! — я вытащил нож и бросился собеседника, в итоге наткнулся на дуло LR-300 и на злое лицо одного из «темных». — Я же тебе сказал — не стоит! — зевнул Шакал. — Тем более, мы договорились. Мало того, артефакт не со мной. Ты не узнаешь, где он, если убьешь меня. — И где?! Шакал расхохотался. — Это в договор не входило. А теперь садись за столик, выпей, успокойся, обдумай все. Тебя вообще не должно волновать чужое горе. Тот остров — не твой дом, жить там нереально, а спасать кучку молодых — тебе не с руки, ты их даже не знаешь толком. Лучше бы мне помог… ну, это так, предложение на раз… — Шакал испил из бокала глоток пива. — Да идите вы… чтоб я еще раз к вам присоединился… — я начал удаляться за крайний столик. — Не присоединиться! По-дружески помочь! Тебе тоже доля перепадет! Я свое слово держу! — уже орал наемник. — Пуля мне от тебя перепадет, знаю я вашу натуру. — уже себе сказал я. К столику я уже подошёл, ловя заинтересованный взгляд. — Я думаю, ты все слышал, — сказал я. — Может его сразу убить? — предложил Глеб. — Успеем. Главное, сейчас сообщи Химику. А я пойду Иккинга проведаю.

***

По пути я завернул к здешнему бармену, по совместительству еще и торгашу. За последние деньги выкупил у него несколько пачек эластичных бинтов, вату, пару ИПП и три пачки патронов для «калаша». Да, оружия на мне будет много и места достаточно будет занимать, но я чувствую это ненадолго. Я поднялся наверх, сунул охраннику лист со списком моего хабара, выпросил один лишь «сто-третий» и со словами «скоро вернусь» исчез за дверью. Снаружи было на удивление свежо, темнело. Аж дышать легче стал,о или это после затхлого помещения «темных» мозги так обрадовались? Может быть. Я присел на раздолбанную деревянную лавочку и впервые за столь долгое время закурил. Сигаретный дым конечно казался до боли противным, но должное расслабление наступило, и вскоре я не стал ощущать запаха. Как раз в этот момент вышел Вертухаев. — О, Крыс, ты здесь? Как раз покурить вышел, а то после того бара уже блевать хочется… — Ага… — устало вздохнул я. — Что-то случилось? — начал допытываться солдат. — Та нет, просто устал. — Не гони, я в первый раз вижу тебя курящим. Давай выкладывай. — Слушай, Глеб, я с тобой, получается, больше всего Зону топчу, так? И значит, доверять могу тоже. Тех двоих чудаков во внимание не беру, легче застрелиться, чем им довериться. Ну ладно, это лирика… У меня более паскудная новость, а именно это: — я достал шприц, — ни хера не антидот, как я надеялся, а просто антибиотик, который замедлит распространение болезни. Теперь только так. Либо я побыстрее заканчиваю с этими делами и подыхаю спокойно, либо ещё быстрее все делаю и лечусь, если повезёт. — Дак брось ты это все! Прав Шакал, они тебе — никто, и ты им ничего не должен. Мне тоже не нравится, что ты таскаешься по всей Зоне по прихоти одноногого и его девчонки. — Это уже как обоз, понимаешь? Я сам на себя его повесил. — я глубоко затянулся и выпустил в небо струю дыма. — Да… понимаю… ты вроде хотел к Иккингу идти? Или это так, отмазка? — Сейчас иду… Докурив сигарету я выбросил ее на землю и раздавил кончиком берца. Пора этого Иккинга обучить большему, чем просто стрелять…

***

-Ну что, порядок? — спросил я когда подошёл к лежбищу наших чудных друзей. — Да тихо все, а остальные где? — оглянулся Иккинг. — В баре, успокойся, я поговорить пришёл. — я вывалил свой рюкзак на траву. — Значит, смотри, в жизни бывает все что угодно, особенно в Зоне, и, чтобы быть готовым разгребать весь этот навалившийся на тебя помет, здесь недостаточно только умения стрелять. Нет, можно, конечно, пустить себе пулю в голову при тяжелом ранении, но, к примеру, своему дракону ты не сможешь этого сделать, правильно? — Ты о чем? — как-то напугано посмотрел на меня парень.  — Первую помощь сможешь обеспечить?  — Н-ну да!  — Продемонстрируй, — я кинул сумку с медикаментами, — на своем драконе, ему как раз нужна перевязка. Наездник начал копошиться в сумке. Сразу выкинул оттуда ИПП, жгут, пузырек со спиртом и прихватив с собой один лишь эластичный бинт, направился к своей «птичке». Зубами оторвав старую повязку (дизентерия гарантирована), он начал вязать новую. После окончания с довольным видом повернулся ко мне. — Сдох! — с каким-то маниакальным удовольствием сказал я. — Твой Беззубик — сдох! И все остальные, кого в будущем ты так будешь перевязывать — тоже. — его изменившееся лицо надо было видеть, будто я всю его картину мира, построенную за много лет, вмиг разрушил. — А что не так?! — совсем по-детски спросил Иккинг. — Да все! Нужно, во-первых учесть, что это открытое ранение, которое по-хорошему следует зашить. Но я так понял, регенерация у твоего зверя и так неплохая, и оно само скоро затянется. Тем не менее прошлая повязка была наложена в спешке, и за все время наших гулек там набралось заразы больше, чем в общественном толчке. Вот на хрена ты спирт выкинул? Смотри и запоминай! — я протер все места разрывов на животе дракона, естественно, тот от боли начал выть. Когда-то я читал, что слабое место драконов — это живот. Вот распорешь ты ему брюхо каким-нибудь священным мечом, и все принцессы королевства твои. — Ему же больно! — протестовал Иккинг. — Больно ему будет тогда когда, рана начнет гнить, а следом — внутренние органы, когда тебе придется пристрелить его, чтоб не мучился! Я закончил с обеззараживанием и взял повязку, пропитанную кровоостанавливающим порошком. — Смотри дальше, этот бинт пропитан веществом под названием «Селокс», очень хорошо останавливает кровь. Где-то еще был в сумке был и сам порошок, его просто нужно высыпать на рану и тогда ты гарантированно остановишь кровотечение в течение трех минут. Правда, есть одно «но» — если ветер подует и этот порошок попадет в глаза… раненый больше в своей жизни ничего не увидит, так что лучше всего использовать бинт. — пока я занимался перевязкой, то краем глаза заметил, что Иккинг, стоя в сторонке, довольно улыбается. — Ты не радуйся шибко. Не всем везет найти дохлого пиндоса и прикарманить себе НАТОвскую аптечку. Как от сердца отрываю, думал использую в крайнем случае. В большинстве случаев тебе придется работать с обычными обезболивающими и ИПП. Дальше можешь бинтами вязать менее серьезные ранения… В конце концов я буквально на пальцах рассказывал Иккингу про отравления, переломы, ушибы и многие другие неприятные вещи. Затем как-то незаметно перешел на рукопашный бой. С горем пополам обучил базовым захватам и ударам — обычным и с использованием ножа. Под конец занятий, стемнело окончательно. Я устало рухнул на сухую траву и опять закурил. Беззубик уже начал совершать примитивные телодвижения, а то так и лежал сосиской. — А ты здесь всегда жил? — задал мне вопрос Иккинг после минуты тишины. — Можно и так сказать. То, что было до Зоны, и жизнью назвать трудно, собственно сейчас ничего не изменилось… Где я мог жить? С тех пор, как я грохнул одного важного пенька за Периметром, у меня нет ни дома, ни работы и светит пожизненный срок, так что пути назад нет, только здесь постепенно подыхать… Друзья уже все жизнь свою отдали, а я что, мля, особенный получается? — Так идем с нами! — предложение Иккинга было настолько неожиданным, что я не сразу понял, о чём он. — На мою родину, найдем тебе и дом, и работу. Такие, как ты, нам точно нужны. Может и девушкой обзаведешься. Дракона приручишь. Я подавился сигаретным дымом. — Да ну, на фиг, драконов твоих! Хочешь, чтоб меня инфаркт схватил в тридцать лет? Я с ними даже обращаться не умею! — Научим! Я же с этим обращаться научился! — Иккинг указал на мой Кольт. — Не знаю… не думаю, что я у вас приживусь, какая-то не такая атмосфера, как у нас… и народ твой, тут я, понятно, на своей земле я типа хозяин и знаю, что делать, а там, среди ваших наездников… — Которых едва тринадцать человек наберется. Нам нужно обороняться от внешнего врага, любыми средствами и ты в этом можешь помочь. Народ примет тебя уже глядя на твой боевой опыт! Соглашайся, я договорюсь со своим отцом, он главный на острове… — И на твоем острове есть пляж, океан и густой лес, правильно? — вспомнил я. — Да, сам догадался? — заулыбался парень. — Нет, узнал от, пожалуй, еще одного твоего внешнего врага. Собирайся и жди здесь, нужно быстрее уходить отсюда. Неожиданно меня по новой окатило порцией мурашек по спине. Я кинулся и поднял автомат. Она еще здесь… — Медленно, шаг за шагом, отходим к базе, — тихо приказал я. — Что случилось? — Химера. Даже с твоим драконом мы с ней не справимся, а к базе людей она близко не подойдёт. Сучара, выбрала нас как добычу и следит полдня, повадки изучает! Я быстро осмотрел лес. Вот она, в метрах ста от нас, куда свет от прожекторов не достаёт, горят два красных глазика. А остальные два? Видимо рыщут по сторонам. — Дать Беззубику команду на выстрел? — Иккинг, видимо, тоже проследил куда я смотрю. — Не попадет, — махнул головой я. — Он не мажет. — Да даже если так, что я скажу часовым на посту, что возле вас бегала химера, а у меня был рельсотрон в руках? Нет, не надо. Она пока не будет нападать. Теперь жди здесь, я сейчас быстро соберу всех и вернусь. Только никуда с этого места! — А если нападет? — Исключено, это умная дрянь, так что к большому скоплению людей не приблизится.

***

В баре я объявил общий сбор своей группы, как раз подошли Химик и Пригоршня, я им вкратце обрисовал ситуацию, и они подтвердили доводы Шакала со своих источников, правда, про артефакт и точное место никто из них не знал. Глеб еле оторвался от посидушек с пивом вместе со сталкерами и тоже присоединился. Осталась только… Кстати, где эта белобрысая? С Иккингом я ее не видел, да и он молчал. Паскудство! Мы всем скопом ворвались к охраннику, забирая у него своё оружие. Эта жаба чуть не прикарманила себе мою «гауску», так бы и снес ему башку при помощи этого же оружия, да только времени нет. Быстрым шагом, мы вышли за пределы базы и на подходе к лесу замедлились. Все были в курсе про химеру. Я осмотрел в оптику винтовки место, где десять минут назад была химера. Пусто. Ну падла, покажись мне еще раз! Также не было на месте Иккинга. Только его дракон. Напуганный какой-то, и листик на дереве, его раньше не было… «Глок, братан, знаешь как духи в Афганистане делали? Пока ты в их кишлаке, ты — гость. Тебя надо кормить и поить, а когда вышел — враг! Так и здесь, я не мог тебе навредить, пока был в баре, ну порядки там такие, сам видел, а за его территорией, уж извиняй — игра началась. Один-Ноль, в мою пользу. Я тебе предлагал ко мне присоединиться. Ты что? Правильно — залупился! Теперь пожинай свои плоды.

Всего наилучшего, Шакал

Я опустил лист бумаги и чуть не вздрогнул от неожиданности. — Астрид?! — Угадал, сталкер! — сухо ответила она. Слева послышались щелчки затворов. — Попались, голубчики! — раздался еще один женский голос, но уже более что ли, грубый. — Эй, брателло, гляди сюда! — донеслось у меня из-за спины. Я не успел обернуться, как мне на голову обрушился тяжелый удар. Я провалился в бездну…