Надежда на лучшее

Дерек сорвался с места и буквально залетел в палату Стилински. Парень лежал неподвижно с закрытыми глазами. Вокруг кровати кружила медсестра. Её волосы, одежда были потрёпаны, а выражение лица пугающим. - Что ты сделала? – спросил Дерек. - Вам нельзя просто так врываться сюда. Я лишь дала ему успокоительное. Когда он узнал диагноз, просто обезумел. Дерек смягчил выражение лица. Он медленно подошел к кровати Стайлза и взял его за бледную хрупкую руку. Хейл даже не мог представить, что совсем скоро может потерять Стайлза. Только всё начало налаживаться и громом все планы разрушились. Лучше бы на них снова напали охотники или ещё какие-нибудь монстры, но только не почти неизлечимая болезнь. Дерек старался сохранять спокойствие, собранность. Он не должен был дать слабину, только не сейчас, когда он нужен подростку. В палату зашёл Шериф Стилински и присел рядом с сыном. Он взглядом окинул комнату и, закрыв глаза, приложил вспотевшую руку ко лбу. Дерек понял, что ему лучше побыть наедине с сыном, поэтому он аккуратно отпустил руку подростка и тихо вышел из комнаты в коридор. На полу всё также сидел Скотт, закрыв лицо руками. Когда он увидел Дерека то привстал и подошел к Хейлу. - Что там? Как он? – нарушив долгую тишину, спросил Скотт. - Нам нужно что-нибудь сделать, - будто проигнорировав вопрос МакКолла, сказал Дерек. – Сейчас его отец будет ездить по клиникам, но врачи чётко дают понять, что эта стадия не…. Мы просто будем сидеть сложа руки и смотреть, как он умирает?- Дерек указал пальцем на палату Стилински. - Мы будем искать выход. Я не собираюсь опускать руки. - Ты знаешь, что нужно сделать. Просто мы оба не хотим произносить это вслух. - Нет, Дерек. Стайлз никогда не хотел укус. Послушай, у нас есть время, мы что-нибудь придумаем. -Скотт, у тебя отлично получается болтать, но вот действовать, - Хейл зло посмотрел на МакКола. Внутри всё переворачивалось. Эмоции взрывали голову. Каждый звук: включение света, говор врачей и пациентов, орудие медицинским инструментом – всё это отдавалась эхом в голове, режа слух и причиняя боль. Оборотень ещё раз ударил кулаком по стене, от чего пошли маленькие трещинки, и с растерянным видом направился к выходу из больницы. Хейл потерял контроль, его глаза поменяли цвет, он выпустил когти и клыки. Казалось, он готов сорваться на первого встречного. В голове всё перемешалось. Что это? Дерек понимает, что не должен позволить себе сорваться и причинить кому-то вред. Он должен вернуть контроль и успокоиться, но не получается. Мысли волной накатывают старые воспоминания. Дерек сорвался с места и быстро побежал. Нырнув в какие-то тёмные безлюдные дворы, Дерек садится на асфальт и тихо шепчет что-то себе под нос. Дыхание медленно восстанавливалось, беря контроль над своим сознанием, Хейл встал с земли и пошёл в свой лофт. Сейчас он ничего не может сделать для Стайлза, поэтому лучше держать себя руках и оставаться спокойным.

*** Стайлз открыл глаза, щурясь от резкого света. Белый чистый потолок – первое, что подросток увидел. Стилински попробовал перевернуться на бок, но резкая боль, словно пуля пронзила тело, не давая возможности пошевелиться. Голова разрывалась, а тело просто горело. Наверное, это был ад. От своей же беспомощности, хотелось просто заплакать. Сначала подросток даже не понял где он, но потом память начала возвращаться. Стайлз больше не мог лежать без движения, поэтому собрался и сделал рывок вверх, чтобы присесть. От мгновенно нахлынувшей боли, подросток вскрикнул. Капельницы, аппараты, подключенные к нему мешали, впивались в кожу, доставляя ещё порции боли. Наверное, на крик в палату зашла женщина в белом халате. Пелена окончательно спала с глаз, и Стайлз увидел Меллису. - Стайлз, как ты? Ты кричал, всё хорошо? – Подходя к кровати и аккуратно поправляя подушку, тревожно спрашивала МакКолл. -Ну, если не считать, что у меня рак, то я в порядке. Ощущаю себя беспомощным и умирающим идиотом. - Зачем ты так? Тебя перевезли в центральную больницу. На самом деле вся эта слабость, температура, боль - это побочный эффект действия препараторов. Врачи приняли решение провести полихимиотерапию – это введение сильнодействующих лекарственных препаратов, убивающих раковые клетки в твоей крови. Если же это не даст нужного результата, тогда врачи назначат Химиотерапевтическое лечение. Оно проводится циклами в несколько дней, а затем в течение трёх или двух недель даётся восстановительный период. Тогда… - И это будет стоить бешеных денег, - перебил женщину Стилински, - а потом окажется, что всё было напрасно. Какие побочные эффекты после этой химии? - Стайлз, тебе не обязательно заботиться об этом. Ты видимо уже сам знаешь. Чтобы не навредить организму, врачи одновременно обязаны прописать сильнодействующие антибиотики. - Да, я представляю, в кого я превращусь. Выпадение волос – это ещё цветочки. У моего отца нет таких средств, так что… - Стайлз, ведь это ты виноват, - крикнула Мелисса, - если бы ты обратился в больницу вовремя, то рак не перерос бы в эту стадию. Какое-то время я буду в этой больнице. Твой отец об этом попросил. Он сделает всё возможное, чтобы на лице его сына, вновь заиграла здоровая улыбка. А теперь отдыхай. К тебе строго запретили кого-либо впускать, кроме врачей, хотя бы пару дней, - Мелисса смягчила выражения лица, приподняла голову Стайлза и ещё раз поправила подушку. Подросток выдавил из себя еле заметную улыбку и закрыл глаза. Целый день Стайлз пролежал на кровати, почти без движения. Малейшее шевеление - снова боль, от которой хочется просто кричать. Яркий свет бьётся в окно, освещая одинокую палату. Тишина. Слышно лишь гудение аппарата, неразборчивые разговоры и суета за дверью. Изредка в палату заходит медсестра, которая меняет капельницу, вливая новую порцию лекарства. Затем она уходит, оставляя подростка одного со своими мыслями. День длится вечность. Стайлз хочет увидеть отца и извиниться перед ним, хочет увидеть Скотта, да и вообще всю стаю, Дерека... Второй день проходил всё также скучно и медленно. Боль почти не ощущалась, поэтому шевелиться было можно. Хотя бы дважды удалось встать с постели с помощью медсестры. Стайлза уже тошнило от этих стен. Где-то там его друзья – на свободе. Действительно. Подросток только сейчас испытал на себе эту зависимость: мечта о свободе. Стайлз отказывался от еды, тогда врачи силой заставляли его есть. Они буквально держали руки и запихивали в рот еду. Зажмурившись и давясь, Стилински проглатывал всё, что ему давали врачи. Мелисса несколько раз приходила к подростку и умоляла выполнять все назначения докторов, но Стайлз отворачивался на другой бок и не желал слушать. Мысли о самоубийстве приходили в голову, но сразу же отталкивались. За своими мыслями и мечтами Стайлз заснул. Через несколько часов его разбудила медсестра, которая принесла лекарства. Она, мило улыбнувшись, протянула таблетки Стайлзу. Он послушно взял лекарства и выпил. Стилински не как не мог больше уснуть. Одиночество и скука – убивало изнутри. В палату опять кто-то зашёл, но Стайлз не захотел поворачиваться и смотреть кто это. Он подумал, что принесли завтрак. Но услышал такой знакомый приятный голос Дерека: - Стайлз… Стилински мгновенно повернулся и даже не поверил своим глазам. Наверное, это один из самых счастливых моментов его короткой жизни. Он встал бы и побежал в объятия оборотня, но капельницы и подключенные аппараты не позволяли, сделать этого. - Дерек, я ужасно рад видеть тебя, - кричал подросток. Хейл подошёл к кровати Стайлза и резко поцеловал подростка в губы, поцелуй был совсем недолгим, но каким приятным. - Меня два дня не пускали к тебе. Попозже придёт Скотт. - Я…я не могу поверить, что ты со мной. Я думал, что умру, так и больше не увидев тебя, отца, Скотта. Дерек присел на край кровати и, выдержав небольшую паузу, тихо спросил: - Стайлз, тебе плохо? - Нет, только скучно. Целыми днями лежать и ничего не делать. Это хуже смерти. - Стайлз, прежде чем соврать, вспомни, что я оборотень. -Дерек, прежде чем спросить, вспомни, что у меня рак, и я умираю, - раздражительно сказал Стилински. Хейл встал с кровати и подошёл к окну. - Когда я узнал твой диагноз, я сорвался. Выбежал на улицу не знаю, причинил ли я кому-нибудь вред или нет. Надеюсь, что нет. Я не мог контролировать себя. Не хотел казаться слабым. Я не представляю этот мир без тебя, Стайлз Стилински и если ты… Дерек не успел договорить, как в палату зашёл Скотт. Он улыбался во всё лицо, при его виде, на лице у Стайлза тоже заиграла улыбка. Скотт крепко обнял друга, как тогда перед МРТ. - Стайлз, за тебя переживает вся стая, хоть и все стараются не показывать этого. Ты должен держаться, ради всех нас. Мама сказала, что ты не очень хорошо выполняешь все указания врачей и отказываешься от еды. - Что? – спросил Дерек, повернувшись к Стилински. Стайлз закрыл глаза руками. Он просто не знал, что ответить Дереку. Поэтому перевёл тему для разговора: - Как там дела с Кирой? В школе? Скотт, Стайлз и Дерек разговаривали на разные темы. Было довольно весело, пока не пришла медсестра и не попросила покинуть палату, чтобы продолжить проведение полихимиотерапии. После томительных процедур, наступил тихий час, когда можно было расслабиться и подумать. На следующее утро по расписанию пришла медсестра. Подросток немного приподнялся на кровати, чтобы выпить таблетки, но девушка не спешила давать ему лекарства. - Стайлз, как ты себя чувствуешь? -Честно? Нормально. Это так. - Хорошо, тогда мы отключаем аппарат, но если почувствуешь ухудшения после этого, ты должен будешь сказать об этом врачам. Стайлз улыбнулся и кивнул. Как он был рад избавиться от этой штуки, из-за которой было сложно передвигаться и постоянно сводило руку. Девушка подошла к подростку и, надев перчатки, медленно отлепила от его руки пластырь и аккуратно начала высовывать тонкую трубочку с иголкой из вены. Стилински морщился, были очень неприятные ощущения. Когда медсестра полностью извлекла трубку из кожи, Стайлз с облегчение вздохнул и начал разминать руку. На ней красовался большой синяк от аппарата, но это всё пустяки. Девушка мило улыбнулась и вышла из палаты. Спустя какое-то время к подростку пришёл Хейл. Он был рад новости о том, что Стайлзу сняли аппарат. Дерек присел на стул рядом с кроватью парня. Стилински улыбнулся и начал потихоньку вставать с кровати. -Стайлз, что ты делаешь? – подросток делал вид, что не слышал. Это бесило оборотня, - Стайлз! Стилински одной рукой придерживал капельницу, другой опирался на кровать, чтобы подняться. - Просто немного помоги мне, - попросил Стайлз. Дерек аккуратно взял подростка за плечи и помог встать на ноги. Стайлз облокотился на стенку, потому что самому стоять было всё ещё трудно. Подросток сделал каменной лицо и сделал вид, будто падает. Хейл быстро среагировал и подхватил Стайлза. Стилински упёрся лицом в куртку Дерека, вдыхая приятный запах тела, сквозь тонкую футболку. -Что ты делаешь? У тебя крыша поехала? А если бы ты правда потерял сознание? - Давай не будем сейчас о моём состоянии. Хорошо? – Стайлз приподнял голову и посмотрел на Дерека. Оборотень прижал подростка вплотную к себе и поцеловал в висок. По телу побежала волна мурашек и наслаждения. Дерек аккуратно облокотил Стайлза к стене всем весом. Но это было не как раньше – до болезни, когда Дерек буквально отбрасывал подростка к стене, жадно покрывая грубыми поцелуями, оставляя засосы. Подушечками пальцев, Хейл проводил по губам Стилински, обводя каждую родинку, которая встречалась на пути. Прикосновения оборотня были лёгкими, нежными. Дыхание Хейла обжигало кожу на лице подростка, а ласковые руки бережно обвивали шею, так приятно массируя затылок. Стайлз приподнял свою руку вверх, но забыл про капельницу. Игла резко выдернулась из кожи, оставляя за собой царапину и неприятное ощущение. Стилински вздрогнул и посмотрел на Дерека, будто сейчас заплачет от своего бессилия и неосторожности. Хейл взял руку Стайлза и облизнул рану языком, доставляя такое умиротворение и облегчение. -Всё нормально? Я позову врача, - усаживая Стилински на кровать, сказал Дерек. - Нет, не надо. Я хочу побыть с тобой. Пожалуйста, Дерек. Не надо, - в голосе Стайлза, Дерек слышал отчаяние, ему даже стало не по себе. Стилински никогда не был таким подавленным и разбитым. Хейл прижал парня к себе и начал гладить по взъерошенным волосам. Стайлз чувствовал себя очень уставшим, поэтому не прошло и десяти минут, как он уснул в объятиях любимого человека.