Сердце "Звезды"

"Дорогой дневник, ты знаешь песню, "Аллилуйя"? Это потрясающая песня, она о любви, и она очень грустная. Каждый раз, когда я возвращаюсь откуда-то домой, эта песня начинает играть в моей голове, словно помогая мне смириться с неизбежностью. Моя квартира… Ее завещала мне сестра, она много работала, хотела чтобы у меня был свой дом, если с ней что-то случиться. Я переехала сюда сразу же, как мне исполнилось восемнадцать лет, и за эти четыре месяца я так и не смогла обжить эту огромную пустую бетонную коробку. Моя сестра никогда не жила тут, но к моменту моего приезда тут было все, что нужно для жизни. Все - но не более. Минималистичный современный дизайн, светлые стены, светлая мебель; странно выделялась только спальня, в которой стояла огромная кровать с балдахином. На это кровати в длину поместились бы две меня, а в ширину даже больше, поэтому я всегда сплю по центру, свернувшись калачиком. В полном одиночестве. У меня есть подруги... Орихиме, Татсуки, но я никогда не приглашала их к себе. Чего я боюсь? Что кто-то нарушит мой мир? По-моему, он уже нарушен. Мне кажется, что в этой огромной квартире я заперта как в белой башне, в одиночестве и пустоте. Я не могу забыть, как он провожал меня когда меня выписывали - стоял с капельницей в руке и смотрел такими грустными глазами. А я шла за Нии-сама, боясь и взгляд бросить на него... не хотела чтобы Нии-сама узнал, и пренебрегла им. Не удивлюсь, что он расхочет мне писать. Хотя почему я так сильно дорожу каким-то мальчишкой?" Слезинка скатилась с щеки и упала на лист дневника, свежие чернила мигом поползли во все стороны. - Ой, - вздрогнула Рукия, поспешно вытирая слезы рукой. - Рукия, все в порядке? - вошедший в спальню к девушке высокий темноволосый мужчина в дорогом костюме с иголочки, выглядел как всегда невозмутимым. - Я распорядился, чтобы шофер возил тебя каждое утро и забирал... - Я отказываюсь. Я буду ездить на метро. - отрезала девушка, закрывая дневник на ключ, и пряча в ящик стола. - Но после твоего... хмм, ранения я не могу оставить все как есть. Подумай о своей безопасности. - мужчина раздраженно дернул бровью. С тех пор как его названой сестре исполнилось восемнадцать, он больше не мог за нее решать, что ей нужно, а что нет, и приходилось лишь мириться с ее ужасным характером. - Вы и так приставили ко мне Ренджи. Я думаю, этого достаточно. Я не такая известная личность, чтобы за мной охотились бандиты. - Ладно. Будь по-твоему. - за неимением выбора, Бьякуя смирился с судьбой. - В этом году я снова буду получать звонки о твоих прогулах школы? Ладно, делай что тебе нравится... я обещал твоей сестре что ты будешь счастлива. - Спасибо, Нии-сама... - девушка внезапно вскочила со стула и обняла старшего брата. - Рукия, точно все нормально? - заволновался Кучики. - Да... Я... Просто соскучилась по девочкам! - она натянуто улыбнулась и продолжила. – Пойду, позвоню им и сходим по магазинам. - Хорошо. Отвлекись. - мужчина улыбнулся одними уголками губ, провожая Рукию, вылетевшую из комнаты словно пташка из клетки. Больше всего на свете ему хотелось прочитать тот запертый под замком дневник, который она вела с таким невыносимо грустным лицом. "Прости, Хисана, видимо я плохой старший брат". В день ее отъезда, Ичиго впервые смог встать с кровати без боли в животе, опираясь на стойку капельницы, он дошел до двери и открыл ее. По коридору, держась поодаль высокого мужчины в дорогом костюме, шла девушка, скрасившая дни парня, проведенные больнице. Миниатюрная и хрупкая, в струящемся фиалковом платье и шерстяном пончо, ее длинные, черные словно ночь волосы, развевались по воздуху. Куросаки хотел окликнуть ее, но она обернулась сама и посмотрела на него взглядом полным горечи и раздражения, словно говоря: "Не смей окликать меня". И он не посмел, лишь глядя, как она уходит. В душе, впервые за долгое время, появилась странная пустота, будто начался дождь. - Эй, Ичиго, проснись... Проснись! - из глубины подсознания раздавался до боли знакомый голос. - Нет... Не пойду на съемку... - пробормотал парень, ерзая в постели. - Мы пришли его навестить, а он спит, придурок! Слышь, Мегане-чан, дай мне что-нибудь тяжелое, я его огрею. - заворчал грубый мужской голос. - Я не нуждаюсь в твоих советах, Гриммджо. - Исида раздраженно поправил очки. - И в следующий раз запомни, мое имя Урюу, а для тебя Исида-сан. - Не кипятись, Мегане-чан. Кстати, куда делся Улькиорра? - Гримм начал озираться в поисках своего бледного товарища. - Сказал что пойдет выносить мусор. - пробормотал Чад, стоявший, прислонившись к спине. - Вау, Мегане-чан, Садо только что выговорил весь словарный запас за день! - Я. Тебе. Не. Мегане-чан! Кретин! - заорал Исида, набросившись на парня. - Да заткнитесь вы уже... - процедил полностью проснувшийся Ичиго. – Хотите, чтобы тут вся больница собралась? - Ох, Куросаки, ты проснулся, мы... - начал было Исида, как вдруг его прервад синеволосый нахал. - Йоу, клубничка! - заорал Джаггерджак, отвесив парню подзатыльник. - С каждым разом ты все спелее и спелее. Чад лишь кивнул и улыбнулся, а вошедший в дверь Улькиорра преподнес пакет со словами "Это от моей мамы". Ичиго коротко поблагодарил его, принимая пакет и зная, что никогда его не откроет, потому что когда их группа была еще едина, поговаривали, будто мать Улькиорры – летучая мышь. Глядя на их лица, Ичиго начал вспоминать о тех временах, когда они еще пели все вместе - пять обычных парней, после одного клипа покоривших всех девушек Токио. Исида Урюу, клички "Иши", "Риттер" - в старой группе делил с Ичиго первенство и был на вторых ролях, теперь стал безусловным лидером. Начитанный, умный, носит очки. Ичиго познакомился с ним уже в группе, но потом выяснилось, что их средние школы в Камакуре находились по соседству. До пятнадцати лет, Урюу ничем не отличался от остальных участников, но после заключения нового договора при создании ICI, он стал словно другим человеком. За маской прилежного отличника, скрывался бабник и дамский угодник. Практически все преданные фанатки побывали в его постели, и со всеми он расставался после одной ночи, но несмотря на это они любили его и считали самым лучшим и добрым парнем на свете. Пару раз, Ичиго слышал легенду, которую Исида рассказывал очередной своей девице после ночи любви, и ему не составило труда запомнить ее наизусть. Исида был старше Ичиго на год, и очень гордился этим, каждый раз по поводу и без, поучая парня. Ясутора Садо, или просто "Чад", кличка, которую ему дал Ичиго, когда они еще были школьниками. Они учились вместе с самого начала средней школы, где все считали их отъявленными хулиганами. Каково же было удивление одноклассников, когда, не закончив и второй класс, они махнули в Токио на конкурс. Чад всегда отличался от остальных, несмотря на то, что они с Ичиго были одного возраста, он казался старше лет на пять - высокий, смуглый и уже в 17 лет отпустивший небольшую бородку. Чад был наполовину мексиканцем. Из-за его внешности, ему свободно продавали алкоголь, чем он и пользовался, почти все вечера просиживая в барах Гиндзы за бокалом чего-нибудь крепкого и сигарой. А еще он был немногословен просто до абсурда. На сцене ему всегда доставались речитативные части песен, или короткие отрывки, а в жизни из него было слова не вытянуть. И, тем не менее, все знали, что он добрый и всегда готов прийти на помощь. Улькиорра Шифер, наполовину иностранец, вроде бы немец, его сценической прозвище было "Ульки-кун", и никак иначе. Бледное, болезненное создание с яркими зелеными глазами и черными волосами, обрамлявшими словно выточенное из мрамора лицо. Девушки млели от него и почему-то называли "второй Эдвард Каллен". А Улькиорра, словно пытаясь соответствовать их запросам, был краток, сдержан и выглядел словно томная барышня. Он был старше Ичиго на два года и всегда выпучивал глаза, когда речь заходила о возрасте. И последний, самый скандальный член группы, который был старше Ичиго на пять лет - Гриммджо Джаггерджак. Хулиган, бабник, дебошир, вечно выкрашенный в голубой цвет. Половина светской хроники об их группе, была посвящена его пьяным выходкам. Когда они еще были единым коллективом, он задирал почти всех остальных участников, что во многом и послужило причиной развала, что бы там ни выдумало СМИ. Девушки вешались на него гроздями, но ни одна еще не сказала о нем доброго слова. В общем, он был наказанием и только хмурый Улькиорра мог влиять на него своей странной энергетикой. Но, несмотря на все и странности и недостатки, они были, пожалуй, единственными друзьями Ичиго, и он был очень рад их видеть. - Зачем вы вообще пришли? Делать нечего? - буркнул Куросаки, пытаясь скрыть свою радость. - Мы очень волновались о тебе, поэтому... - начал бубнить Исида, предварительно поправив очки. - А та цыпочка была горячая? - встрял Гриммджо, отпихивая очкарика в сторону. - К-к-какая? Что? - Ичиго сел в кровати и вытаращился на явно любопытствующую компанию, округлившимися глазами. - Не скажу я вам ничего, идиоты... - Мусор. - прошептал Улькиорра и сжал губы. - Что за кислая мина, Улькиорра, и ты туда же?! - взмолился парень, заламывая руки. - Да что вы там себе такое понапридумывали?! - Ее забирали в эту больницу. - констатировал Чад, делая вид, что его не интересует беседа. - Ичиго, она тебе случайно не нравится? - тон Урюу больше походил на допросный. - С чего ты так решил? - спросил рыжий, заливаясь краской. - С чего ты покраснел? - очкарик разочаровано вздохнул. - Ты что, забыл, чем тебе это может грозить? - Слушай, Ичиго, а какие у этой цыпочки буфера? - Джаггерджак в предвкушении облизнул губы. - Ну, такие маленькие и аккуратные... - мечтательно пробормотал Куросаки. - Стоп, какого черта? Я не обязан о таком вам говорить. - Плоскодонка. Бросай это дело. - синеволосый устроился на подоконнике, играя с незажженной сигаретой. - Что?! - воскликнул парень. - Мусор. - выдал Улькиорра и кивнул. - Меня не интересуют ваши извращенные мечты! Она... Она особенная... такая милая... - Осознание девушки милой - первый шаг к влюбленности. - словно читая энциклопедию, продекламировал Исида. - Я вовсе не влюблен и меня не интересуют ваши "изощренные" понятия красоты. - пробурчал возмущенный Куросаки, больше похожий сейчас на алый помидор. - Валите вообще отсюда, вам работать надо. - Ладно-ладно. - хитро заулыбался Исида. - мы сейчас уйдем. Но ты будь осторожен. - Не смей влюбляться, клубничка, это плохо для мышечного тонуса. В любви нужно разнообразие. - заржал Гриммджо, пихнув в бок насупленного Улькиорру. - Мусор! - неожиданно рявкнул на синеволосого Улькиорра и раздраженно засверлил глазами. Чада уже перестало интересовать происходящее и он, с отрешенным видом, слушал какую-то музыку, меланхолично вертя в руке, взятый из вазы цветок. - Все. Я хочу спать. - выдохнул Ичиго, в очередной раз подумав, что его друзья идиоты. - Спи-спи. А пока ты спишь, я стану самым популярным певцом в Японии! - коварно рассмеялся Исида. - Придурок. Вали уже и забирай с собой этот зверинец. - Ичиго улыбнулся другу и хлопнул его по плечу. Впрочем, Улькиорра, снова куда-то смылся, а Чад с Гриммджо вышли покурить. - Я постараюсь скорее выписаться, чтобы надрать вам всем задницы. Как думаешь... Урахара-сан даст мне отпуск? - Куда он денется. - Урюу сверкнул очками. - А зачем тебе? Только не говори, что... - Да, я хочу сходить с ней погулять, может это будет свидание... - Исида посмотрел на парня осуждающим взглядом. - Чего?! Ты мне не отец, чтобы так смотреть! И вообще... она мой друг... Мне с ней так комфортно, давно уже так себя не чувствовал, так просто и легко, будто я знал ее всю жизнь. - Ладно. Это твоя жизнь. - выдохнул брюнет, поправив длинную челку. - Но когда она станет тебе не просто другом, сообщи мне. Помогу, чем смогу. - Такого не случится! - воскликнул Куросаки, замахав руками. - Не зарекайся, Ичиго. - Урюу был крайне серьезен. - Ладно, выздоравливай. Хочешь, позвоню твоим сестрам? - Спасибо, они уже приходили. Им кстати она очень понравилась. - Ладно. С тобой уже ничего не сделаешь. Я не расскажу парням, что ты влюбился. - Я не влюбился! - заорал Куросаки, чуть не падая с кровати. - Я так и подумал. - хитро улыбнулся Исида, оставив друга думать над неразрешимым для него вопросом. "Я не мог влюбиться, ну в самом деле... Она просто не такая как все! Да, я так решил!" Почему-то в этот день Кучики Рукии чертовски не везло. Сначала было до странности грустное утро прощания, потом депрессивный день, а после обеда выяснилось, что подруги не могут с ней погулять. Делать нечего, и девушка, пребывавшая в депрессии, набрала номер той, которая всегда была готова встряхнуть ее. - Рангику-сан, я вас не отвлекаю? - спросила Рукия, видимо уже зная, что этой собеседнице можно звонить в любое время суток. - Рукия-тян... - заныла женщина, - Ты издеваешься? Гин снова уехал, я даже не знаю чем себя занять... - Сходите со мной по магазинам? - выпалила Кучики. - Буду через пятнадцать минут. - раздалось на другом конце провода, вслед за чем послышались короткие гудки. В делах, касаемых шоппинга, Матсумото Рангику всегда держала свое слово. Подыскивая свежую глаженую одежду в своем необъятном гардеробе, Рукия вспоминала, как первый раз встретилась с Матсумото, это было три года назад, когда Бьякуя и Хисана только поженились. Семейство Кучики закатило шикарный прием по случаю радостного события, и на него были приглашены все друзья и бизнес-партнеры. А Матсумото была как раз девушкой бизнес-партнера Бьякуи Ичимару Гина. Рангику тогда было двадцать шесть, а Рукии пятнадцать, они столкнулись у столика с едой и расхохотались - в здешнем обществе, наполненном голодающими дамочками, есть было не принято. Так что, взяв себе сразу два подноса бутербродов-канапе, пышногрудая блондинка и миниатюрная брюнетка пошли есть на балконе. Рангику была первым взрослым человеком, с которым младшая Кучики могла поговорить буквально обо всем, и она знала, что женщина всегда ей поможет, пускай даже только советом. Не успела девушка собраться, как за окном раздался визг тормозов и характерные гудки. Выглянув в окно, она увидела жизнерадостно улыбающуюся блондинку, сидящую в красном Порше с откидным верхом. Помахав ей в ответ, Рукия быстро заперла квартиру и вскоре уже сидела на переднем сиденье автомобиля, слушая непрекращающуюся болтовню Рангику, которая всегда была рада с головой окунуться в шоппинг. Занятая своими тягостными мыслями девушка не заметила, как ее довезли до Гиндзы, завели в один из бутиков, и она уже стояла в примерочной, держа что-то в руке. Привычное щебетание подруги слышалось где-то вдали, и Рукия наконец рассмотрела то, что держала - набор нижнего белья, состоящий из ажурного лифчика, приподнимающего грудь и полу-прозрачных трусиков из кружева. Но самым шокирующим было то, что сей набор был ярко-алого цвета. Кучики хотела покраснеть и возмутиться, но возмущаться было не для кого и не перед кем. Расправив комплект, она рассмотрела его со всех сторон, и в ее голове загорелась очень смущающая мысль - "Я должна увидеть, как это будет смотреться на мне". Руки перестали слушать голову, и спустя пару минут, Рукия уже разглядывала потрясающе сидящий на ней лифчик, выгодно подчеркивающий даже ее маленькую грудь. "Если бы Ичиго увидел меня в таком виде, ему бы понравилось или нет? Ну он же мужчина, так что... Ах, о чем я думаю!", Кучики нахмурила лоб и уперла руки в талию. Вдруг, занавеска примерочной чуть отодвинулась, и чьи-то быстрые руки схватили Рукию за грудь. - Аааа! - завопила она, подумав "Ичиго?", но эта мысль была быстро отброшена как не имеющая место быть. А следом за этим появился и сам "преступник". - Хм, а они выросли с нашей последней встречи. - захихикала Матсумото, словно измеряя руками грудь девушки. - Рангику-сан! Что вы делаете?! - запищала девушка, пытаясь вырваться. - Ну что такое? Тебе не приятно? Вот появится у тебя парень, и тогда... - женщина не успела закончить фразу, потому что телефон Рукии, лежащий на стуле, мигнул экраном и запиликал. - Сообщение! - Рангику-сан, не читайте! - взмолилась девушка, понимая, что уже не сможет вернуть свой ловко схваченный мобильник. - "Привет, решил тебе написать. Чем занимаешься?" Ах, какой милый смайлик! И кто этот юноша? - Матсумото держала девушку за руки, чтобы та не вырвала телефон обратно, но Рукия вздохнула с облегчением, понимая, что женщина не прочла адрес отправителя. - Просто друг. Рангику-сан, отдайте мой телефон! - Девочка моя, дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, это просто отложенный секс. Так что мы сейчас сделаем это. - захихикав, она схватила Рукию покрепче и, сфотографировав ее грудь на камеру телефона, отправила в ответ на то сообщение. - Все, забирай телефон. - Ра-рангику-сан... как вы могли? - девушка чуть не плакала. - Потом будешь меня благодарить. И кстати! - женщина расстегнув на Рукии лифчик, забрала его и трусики, и сказала, - Я оплачу тебе этот комплект. Ради приятных воспоминаний. "Приятных ли?" подумала Кучики, сердито смотря вслед уходящей Матсумото, которая была на седьмом небе от счастья. Девушка судорожно искала в телефоне ту фотографию, отправленную Ичиго и... нашла. При ближайшем рассмотрении, как и при любом другом, это было похоже на красно-бежевое пятно, и девушка вздохнула с облегчением. "Он ничего не увидел... А значит, ничего не будет. Он останется просто другом, и все будет чудесно. Да... всегда", подумав это, девушка отчего-то погрустнела и, засунув телефон в сумку, начала одеваться и собирать свои вещи. - Ты все еще не оделась? А я уже оплатила покупки! - Матсумото радостно помахивала несколькими пакетами, видимо, пока Рукия занималась самокопанием, она успела обежать весь магазин. - Не радуйтесь, фотография которую вы отправили моему другу, смазалась. - буркнула Рукия, выходя из примерочной. - Как жаль. - Рангику надула губы. - Ну что поделаешь, может в следующий раз мне удастся запечатлеть тебя! Куда поедем дальше? Женщина уже села в машину и наблюдала, как Рукия с траурным видом хлопает дверцей со своей стороны. - Я хочу домой. - насупилась девушка, скрестив руки на груди. - Ну что ты как ребенок, в самом деле? - Матсумото глубоко вздохнула. - Хотя ты и есть ребенок, что бы ты там себе не напридумала. Женщина ласково погладила её по голове, словно успокаивая, в конце концов, она понимала, что её вроде бы такой забавный поступок, был отчасти жесток по отношению к девушке. - Он мне просто друг а не то что вы подумали! - выпалила Рукия, пытаясь отстраниться. - Ну, раз ты так говоришь. - Рангику тихонько захихикала. - Но судя по твоему активному отрицанию, он тебе явно нравится, я угадала? - Что?! - воскликнула девушка, покраснев до корней волос. - Он мне не нравится и не может понравится! Мне не нужны мужчины! - Поняла-поняла. Едем домой, монашка ты моя. - Матсумото не выдержала, засмеявшись в голос. - Я не монашка! Хватит издеваться! - из красного Порше, на огромной скорости проезжавшего по Гиндзе еще долго раздавались возмущенные женские крики, заставлявшие прохожих краснеть и смущенно оборачиваться. Не каждая девушка будет кричать на весь город о подобных вещах. Куросаки Ичиго благополучно спровадил своих друзей и вновь погрузился в одиночество - невозможность увидеть девушку, с которой ему было так легко и которая ему так... "Ах, отбрось эти мысли, не может все быть так просто", подумал он, перекатываясь на кровати. Вдруг, мозг осенила внезапная вспышка "Я должен написать ей сообщение", и руки тут же потянулись к экрану снимая блокировку и быстро набирая нужный текст. " Привет, решил тебе написать. Чем занимаешься? (◕‿◕✿)" Отправить. После такого простого действия, мысли вновь наполнили голову парня "Почему она не отвечает? С ней всё в порядке? А вдруг ей плохо? Нет, о чем я думаю...", телефон немелодично завибрировал и парень мгновенно открыл сообщение и увидел... "Что это такое? Какое-то красное пятно..." в течении десяти минут он поворачивал фотографию во все стороны пытаясь хотя бы в общих чертах понять, что там изображено, но все усилия увенчались полным крахом и парень решил просто написать ответ в котором спросит про содержание неизвестной картинки. "А что ты мне отправила? （゜◇゜）" Ответа пришлось ждать почти пять минут а может и больше, но время показалось для парня целой вечностью. "Извини. Это моя подруга кое-что сфотографировала. Я не в настроении разговаривать" Телефон выпал из рук парня и упал на пол, все последние события пронеслись перед его глазами. "Я мешаю ей. Она больше не хочет со мной общаться", подумал он, зарываясь лицом в подушку. "Давай, еще зарыдай как девчонка, Куросаки Ичиго. Но вдруг, я больше не увижу её?" В этот день, известный певец Куросаки Ичиго, он же "Ичи", потерял лицо в прямом смысле этого слова. А произошло это по причине того, что чуть ли не пол часа после получения того письма, парень бился головой об стену. "Опрометчивый поступок", закончился тем, что на стук прибежала взволнованная медсестра и чуть ли не силой уложила его в кровать, дав обезболивающего и заклеив его пораненный лоб пластырем. - Если вы еще раз сделаете такое, Куросаки-сан, вас перестанут любить ваши фанатки. - девушка надула губы, сделав упор на слово "любить", и пожирая кумира глазами. - Они меня не волнуют... Мне нужна только одна. - он мечтательно улыбнулся и закрыл глаза. - Мне нужно отдохнуть, пожалуй, спасибо вам. В тот самый миг, сердце молоденькой медсестры было украдено навсегда. Миниатюрная брюнетка весь день терзалась по поводу двух вещей в которых, в общем-то была виновата сама: детская обида на Матсумото и грубость по отношению к Ичиго. Поэтому она решила поступить самым любимым образом - запереться в комнате и винить саму себя. Но к вечеру бесконечная тоска понемногу развеялась и она вышла, чтобы приготовить поесть. В холодильнике как всегда было пусто, и девушка обреченно села на стул, понимая что снова похудеет и Нии-сама снова будет пилить её по этому поводу. Рука сама потянулась к мобильному телефону набирая сообщение. "У меня был тяжелый день" Ответ пришел практически мгновенно. "Я скучал по твоим сообщениям" Девушка чуть не упала со стула от неожиданности, взгляд невольно задержался на фразе "я скучал", но она отбросила глупые мысли, в конце концов, ей совершенно не нужны никакие чувства. "Как ты себя чувствуешь?" "Доктор сказал, что через пару дней меня выпишут. Я очень рад. ヽ(*⌒∇⌒*)ﾉ Сходим погулять?" Рука девушки задрожала. Она снова увидела фразу с которой обычно всё и начинается. Вроде бы так просто, но ей стало дурно, она выключила телефон, и оставила его на кухонном столе, снова уходя в свою комнату. Аппетит пропал вместе со сном, но она лежала на кровати и думала, что же ей делать со своим глупым и непонимающим сердцем.