Следствие и последствия
26 ноября 2015 г., 22:22
Всегда лучше просить прощения после, чем разрешения перед. © Aforizmov.net
Ох, и нагорело мне за это происшествие. Рэм Ларкес шипел бешеной змеей, дергал щекой и корчил такие рожи, что у меня от страха не просто выскакивали мурашки, они еще строились ровными колоннами и маршировали куда-то в район пяток. Рона, в течение всего разноса, стояла с суровым выражением лица и время от времени кивала головой в знак полного согласия с начальством, а Сатал, неизвестно откуда нарисовавшийся, имел до отвращения довольный вид. Ненавижу!!! Могла бы, покусала… Меня обвинили в беспечности, легкомыслии и в отсутствии инстинкта самосохранения. И пообещали постоянный, неусыпный контроль, поскольку я есть субъект весьма ценный для Ингерники. Ценный, но непредсказуемый, всегда находящий на свои ягодичные полушария головную боль, причем не столько для себя, сколько для своих опекунов. Леону тоже, попало не по-детски, за то, что он оставил свою подопечную без должного надзора и сопровождения. Ларкес вообще хотел отстранить белого от выполнения задания, и только мое заступничество (я ведь дала Леону слово, что никуда не уйду) и слезная просьба оставить парня при мне, возымела действие. По окончании головомойки старший координатор представил молодого офицера из НЗАМИПС, который с этой секунды (временной интервал был особо подчеркнут главным координатором) будет неотрывно следовать за мной, для моей защиты и естественно для ежедневного доклада начальству обо всех моих действиях и подозрительных событиях вокруг меня. Прям как у Пушкина − «…и свобода нас встретит радостно у входа…», а вход окажется, закрыт. И ведь не возразишь, потому как личная безопасность вещь очень важная. Так в моем окружении появился Пол, Пол Майлс. Впоследствии выяснилось, что Майлс неплохой парень, правда слегка помешанный на выполнении своей сверхзадачи, а именно охраны и контроля. Но в впервые дни отношения у нас не заладились. Надзоровец ставил контроль в приоритетное положение, видимо считая, что, хорошо контролируемый объект проще охранять. Это было, в принципе, правильно и я бы, наверное, согласилась с таким положением дел, если бы это не мешало моему бизнесу и не ущемляло мою личную жизнь. Это раздражало. Попытки, по-хорошему, объяснить, что охрана и тотальный надзор, совершенно разные вещи, ни к чему не приводили. Пол упорно пытался нас с Леоном построить и заставить жить по четкому, им же составленному, расписанию, а так же замкнуть наши круги общения на себя. Жалобы начальству, тоже, не имели успеха – Ларкес отмахивался, Рона пожимала плечами, объясняя, что это для моего же блага и уговаривала потерпеть, а Сатал гнусно ухмылялся. Дело шло к бунту. Мы с белым терпели до тех пор, пока однажды Майлс не попытался прервать мои переговоры с клиентами, мотивируя тем, что время вышло и у нас отбой… Я устроила зарвавшемуся колдуну грандиозный скандал, популярно объяснив, кто здесь к кому и для чего приставлен (что-то у меня стало входить в нехорошую привычку, орать на магов, не получить бы по головушке). В порыве праведного гнева я пообещала, что если его диктаторские выходки не прекратятся, то устрою ему темную, и никакая его магия, даже супер-пупер черная, не поможет! Леон меня всемерно поддержал. Не знаю, что повлияло на господина крутого черного мага, но Пол сбавил обороты, правда, бдительности не потерял. Продолжая рассматривать любого, кто пытался контактировать со мной практически под микроскопом. Я была не против – чем бы дитя не тешилось, лишь бы не лезло, куда не просят. Впоследствии мы сумели договориться, придти к компромиссу и даже подружиться, насколько вообще могут подружиться черный, белый и обычная девица из другого мира… *** Эдан Сатал был одновременно доволен и встревожен. Доволен, тем, что непослушной мелкой, наконец-то устроили выволочку. Он получил огромное удовольствие, наблюдая, как ее прессует начальство. Хотя, девчонка молодец. Выйти невредимой из такой передряги, это нужно талант иметь. А вот поводы для тревоги у него были гораздо более серьезными. Попытка вербовки и похищения Лики была спланирована почти идеально. Леона Чамара отозвали ложным звонком. Причем точно знали куда бить. Человек на том конце провода поведал будущему ученому, что его запрос на участие в новой археологической экспедиции где-то затерялся и нужно срочно его восстановить. Иначе кандидатура Чамара будет отклонена. Естественно, что археолог- фанат кинулся выяснять, в чем дело. Когда он весь в мыле ворвался в секретариат академии, то выяснилось, что с документами все в порядке и Леону никто не звонил. Да и Ангелину выманили весьма ловко, сыграв на серьезном и ответственном отношении девушки к своему бизнесу и своим партнерам. А это значит только одно, за молодежью следили и тщательно собирали информацию об интересах, контактах и распорядке дня. Очень может быть, что в окружении Находки завелась крыса. И если это так, то предателя необходимо вычислить и выловить, и чем скорее, тем лучше. Были в этой истории и пострадавшие. Господин Гримм и его секретарь были найдены оглушенными и связанными в одной из комнат дома. Причем секретарь, помимо удара по голове получил еще и ножевое ранение, к счастью, не глубокое и не опасное. Хозяин конторы мало чего помнил, в момент нападения он стоял у окна и смотрел на улицу. Все что он услышал, был скрип открываемой двери, но обернуться даже не успел. Сначала навалилось оцепенение, а затем наступила темнота. Секретарь и помощник господина Гримма знал больше. Очнувшись, он поведал, что в тот день в контору зашли двое − солидный молодой белый и его слуга. Узнав, где можно найти хозяина фирмы, молодой господин стал подниматься в кабинет, а его спутник неожиданно схватил секретаря и, приставив к его боку что-то острое, потребовал позвонить одной из компаньонок господина Гримма и под любым предлогом заставить ее приехать в контору. Молодой секретарь оказался неробкого десятка и попытался потихоньку активировать тревожный амулет. Но попытка оказалась неудачной, и бандит ткнул его заточкой в бок, пообещав прирезать, если парень поднимет шум. Пришлось подчиниться. Госпожа Пыльникова отозвалась на звонок и пообещала прибыть по возможности быстро. Дальше секретарь ничего не помнил, получив удар по голове. Исполнителей, Гюнтера Кноппа, бесталанного отпрыска довольно древней, но совершенно обедневшей семьи и его подручного, некого Фалька по кличке Дися, нашли через две недели, но допросить их не смог бы даже Тангор. От тел не осталось практически ничего и только по косвенным уликам удалось догадаться, что это именно та самая криминальная парочка. Кто-то очень постарался заметая следы. И руководители НЗАМИПС догадывались кто это. Ингернику, в очередной раз, посетил призрак «белого братства». Последователи искустников! Чтоб их! − Сплюнул Сатал. –Уже год как надзор и армия занимаются искоренением этой заразы, а она все лезет и лезет… Но делать нечего, придется резать дальше, так как, судя по всему, удалить метастазы этой застарелой опухоли можно только хирургическим путем. Была в этой истории еще одна незапланированная жертва. Первым на шум и крики в дом Гримма кинулся, проходящий мимо, сознательный и смелый гражданин. Он ворвался в открытую дверь и, естественно, попал под действие парализующего проклятья, которое висело в дверном проеме. Гражданин рухнул как подкошенный, набив себе на лбу огромную шишку. Но печаль его была не только в этом. Прибывшие жандармы с удивлением узнали в страдальце знаменитого вора Ингуро Краймера, которого давно разыскивала вся полиция Ингерники. Он любил появляться на месте различных происшествий, которые сам же подчас устраивал, и принимал активное участие в помощи пострадавшим, правда после этого почти все не досчитывались многих ценных вещей и денег. Так что редстонскую полицию ждал приятный сюрприз, обездвиженный и упакованный, только что ленточкой не перевязанный.
