Комедия отношений

По городским улицам медленно и с характерным скрипом ехала странная для обычного прохожего процессия: не особо сильный на вид брюнет на велосипеде с прикрепленной к нему тележкой, в которой удобно устроился высокий парень с яркими волосами зелёного цвета. Последний по-царски смотрел по сторонам и лишь изредка что-то отвечал своему недовольному водителю. - Шин-чан, ну почему всегда я? - Только потому, что у Раков благоприятный день. - Всегда?! - Нет, но в плохие дни я стараюсь не выходить из дома. Такао мученически вздохнул и закатил глаза к небу: он давно догадывался о такой простой и в то же время эпически глупой причине, по которой он, Скорпион, постоянно оставался в дураках. - Поворачивай направо. - Блин, ну когда же ты поймешь, что я тебе не слуга и даже не рикша, - в сердцах проворчал он, но, повинуясь приказу, аккуратно свернул на нужную улицу. Пассажир только тихонько хмыкнул и привычным жестом поправил очки. - Только не говори мне, что я проехал несколько кварталов на тележке только ради одной книжки!- искренне возмутился Такао, увидев в руках явно довольного и выполнившего свой план покупок товарища лишь увесистую книгу. Имея беспрецедентно острое зрение ему без труда удалось прочесть её название и мысленно взвыть: конечно же это была очередная, наверняка стотысячная, книга по астрологии! - Именно. Пойдём, присядем, - абсолютно невозмутимо сказал Мидорима и направился в ближайшее к ним кафе. Такао лишь криво улыбнулся и последовал за своим товарищем. Тот уже искал глазами столик под номером семь - своим счастливым числом. Однако, эти самые столики пронумерованы не были, поэтому Мидорима начал бубнить про себя странную считалку, слова которой парню знать и не хотелось. Шинтаро, предоставив своему «слуге» сделать заказ – тот прекрасно знал о его предпочтениях, достал из кармана любимый блокнот, ручку с небольшой мордочкой кота на кончике – сегодняшним талисманом дня и раскрыл купленную минуту назад книгу на странице сто. Он стал внимательно вчитываться в печатные строки, изредка выписывая заинтересовавшие моменты и раздраженно хмуря брови. Такао уже сделал заказ и теперь молча глазел на посетителей: он никогда не верил во все эти гороскопы и прочую необоснованную муть вроде суеверий, а потому читать то же, что и товарищ желания не возникало. Однако, спустя полчаса – когда заказанные коктейли уже были выпиты, а Мидорима всё продолжал, по мнению Казунари, попросту маяться дурью, он не выдержал. - Ну и чем ты так вдохновенно занимаешься? Тот только неопределённо хмыкнул, явно не собираясь отвечать. Но именно эта таинственность заставила Такао быстро пробежать глазами по сделанным записям (то, что пришлось читать перевёрнутый вверх головой текст, проблемой не было) и поражённо воскликнуть: - Это что, какая-то совместимость? Водолей и… - Лев. Парень удивленно приоткрыл рот. На свою память он не жаловался никогда, поэтому моментально догадался о знакомых им обоим личностях, которые имели такие знаки зодиака. - Стоп-стоп-стоп, только не говори мне, что это любовный гороскоп! - Ты сам это сказал, не находишь? Брюнет, поначалу растерявшийся, весело рассмеялся - увлеченность и сосредоточенность, с которой Мидорима занимался подобной чепухой, знатно веселила. - Не смешно. - Но причём здесь Куроко и Кагами? - Притом, что я своими глазами видел, как они целовались на пляже. Такао удивленно присвистнул. В тренировочном лагере он тоже замечал подозрительные перешёптывания и странные взгляды этих двоих, но всё-таки не мог всерьёз рассматривать версию о более чем дружеских отношениях. К тому же, со стороны скорее казалось, что они почти не общаются, только изредка – и то лишь насчёт баскетбола. Однако выясняется, что это только казалось. Шинтаро же прекрасно понимал реакцию Казунари, ведь и сам был шокирован собственным открытием, сделанным абсолютно случайно. По его собственному мнению Куроко просто не мог иметь ничего общего с этим прущим напролом и не уважающим Судьбу идиотом. Нет, конечно ему было абсолютно параллельно относительно всего, что касалось бывшего товарища по команде и его нового Света, но гороскопы совместимости он составлять любил и просто не смог сдержать любопытство и не сунуть нос в это занятное дельце. - Ладно, зачем ты это делаешь, я не спрашиваю, - улыбнулся Такао и выдержал паузу, - но расскажи хоть что у них в гороскопе? - Пфф, по всему выходит, что на Землю скорее упадёт метеорит, чем они вообще сойдутся! Это абсолютно бесполезный союз, ума не приложу, чем они вообще думают, неужели они не знают о своей ужасной несовместимости?! Недовольный монолог Мидоримы прервал заливистый смех его напарника, в приступе схватившегося за живот и почти что плачущего. Казунари не сумел сдержаться, глядя на хмуро сведённые к переносице брови и сверкающие непониманием изумрудные глаза; он просто в очередной раз убедился, насколько же чудной этот человек. Но всё-таки, и эта его черта ему нравилась, ведь никогда не давала заскучать. - Я сказал что-то смешное? С трудом подавив в себе смех, и показательно утерев слёзы, Казунари легко сказал то, что у него было на уме: - Шин-чан, ты правда думаешь, что влюблённым людям есть дело до гороскопов? Мидорима вдруг растерялся от таких прямолинейных слов товарища и пристального взгляда серых глаз. Мысль показалась ему неожиданной и странной, но всё-таки не стопроцентно неверной. Было, над чем подумать. - Я не знаю. Я никогда не был влюблён, - спокойно сказал он, поправляя чуть сползшие с переносицы очки. Такао знал, что эта его привычка говорила либо о том, что он почувствовал себя не в своей тарелке, либо о желании выпендриться. В данном случае было явно первое. И всё-таки, это признание очень удивляло, ведь Шинтаро никогда не поддерживал разговоры на столь личные темы, и тем более не начинал их первым. - Ты что, никогда не встречался с девчонками? – спросил парень, ступая на скользкую тропу. Но всё-таки, любопытство победило осторожность. - А разве это одно и то же? Теперь была очередь Казунари растеряться и признать, что в чём-то его товарищ очень даже прав. И когда они успели съехать со столь несерьёзной темы гороскопов на такую личную и даже чуть философскую? - Сдаюсь-сдаюсь, Шин-чан, тут ты прав! На этот раз Мидорима только пожал плечами, вновь обращая внимание на свою новую книжку. Такао понял, что такая неожиданная аудиенция окончена и с трудом подавил огорченный вздох. Ему было очень интересно узнать о напарнике что-то ещё, и дело было не только в пресловутом любопытстве, но и во всё нараставшей симпатии. Казунари почти сразу после знакомства с бывшим игроком Тейко почувствовал к нему странный интерес, граничащий с лёгкой одержимостью. Ему нравились все эти его странности, которые нормальный человек мог бы принять за помешательство, его устраивал и странный, постоянно скачущий из крайности в крайность самовлюблённый характер, ему было в кайф отдавать ему пасы и смотреть на удивительные броски бомбардира Поколения Чудес, ни капли не сомневаясь в их точности. Такао до чертиков нравились изумрудные глаза с длинными девичьими ресницами, скрывающиеся за чуть поблескивающими стёклами очков, такого же удивительно яркого цвета волосы, аристократически бледная кожа и прямой нос, и тонкие губы, изредка кривящиеся в подобии улыбки. Весь этот совершенно аномальный и противоречивый человек приковывал внимание парня только к себе. Можно ли было называть это симпатией или это сильное приуменьшение? Казунари лишь улыбался, думая об этом, и не желал ломать над этим голову. - Эй, ты ещё здесь? Недовольный голос Шинтаро прервал уже ставшие привычными для Казунари размышления и вернул парня в реальность. - А? - Я говорю, что нужно попросить счёт. - Ага, я понял, - он кивнул официантке и вновь повернулся к другу, уже складывающему свои вещи в сумку. – Шин-чан, а какая совместимость у Скорпионов и Раков? Мидорима пару раз хлопнул густыми ресницами, переваривая неожиданный вопрос. Он никак не мог понять, зачем эта информация его товарищу, явно скептически относящемуся к астрологии. - Отличная, практически идеальная даже. А тебе зачем? - Просто так спросил, - с улыбкой соврал Такао, отсчитывая необходимую сумму. «И кого он имел в виду? Любопытно» - подумал про себя Мидорима и всё так же мысленно удивился тому, что это его вообще заботит.