На небо домой

- Le miroir ne reflète pas vous! Dans le miroir du vide! Vous annulez pour nous et miroirs! Dissoudre la même chose! Dissoudre! Dissoudre! Dissoudre! Dissoudre! Dissoudre! Тысячи различных голосов, от высоких до тяжёлых басовых, сливаясь и превращаясь в зверский и неразличимый рёв, окружили меня. Я будто потерялась в своём теле и не знала, куда и как мне двигаться в этой темноте. Мои ноги оказались по калено в какой-то вязкой и вонючей субстанции, а в глазах рябила и прыгала из стороны в сторону чернота. Неожиданно, над моей головой пронёсся мягкий и приятный голос, он звал меня куда-то за собой и пьянил своими стройными ладами. На секунду, я сжалась в комок и почувствовала себя в вакууме этого голоса, он носился по каждому сосуду моего тела, он колыхал мою кровь и сливался с сердечными импульсами. Рука! Рывок! Подъём! Спуск! Слизь! Рывок! Рука! Нога! Пинок! Свет… Я протёрла руками глаза, словно маленький ребёнок только-только покинул кроватку и пытается сообразить, по-прежнему ли он в волшебной стране сновидений или уже вернулся домой. То, что я увидела, на мою однушку явно не было похоже: окружающее пространство было заполнено серой высокой травой, спереди, сзади, справа, слева и по всему горизонту; На удивление, однотонное небо было таким же серым, ничуть не отличающимся от мрачного цвета травы; не единого облачка; не единого лучика солнца; ни одной птицы и ни одного звука – только масса серого цвета, ограниченного скудными трафаретами окружающей среды. Я посмотрела вниз и обнаружила, что мои босые ноги испачканы липкой зеленовато-коричневой трясиной. Но самым удивительным было другое. Напротив меня стоял человек очень низкого роста, с огромными ладонями, длинными чёрными волосами, орлиным носом, маленькими смольными глазками. Большая голова нелепо держалась за крохотные плечики и даже временами покачивалась вверх-вниз, склоняясь под силой притяжения. В общем, он был больше похож на гнома или гоблина, ежели на человека, но, тем не менее, в глазах его был тот самый блеск, по которому можно судить о большой душе. Человек смотрел одновременно на меня и куда-то в сторону. Я тоже поспешила обернуться и обнаружила глубокий и тёмный колодец, ведущий куда-то за пределы осадочного слоя. - Души усопших. Ненавидят живых за то, что те отражаются в зеркалах. Подари душе своё отражение, а она взамен подарит тебе своё бессмертие… Я вздрогнула. Этот голос, именно он вывел меня из страшной мглы к свету. Неужели он принадлежит такому безобразному существу? Этот сладкий голос Аполлона… Прошло немало времени, а я продолжала стоять в позе ошарашенного человека, глупо и часто моргая, опустивши руки и слегка приоткрыв рот. - Ты разве не знаешь этого? Я думал, ты одна из тех охотниц за бессмертием. Нет? Тогда кто ты? - Я… Лиза. - Хм, Лиза – это, конечно, очень красивое имя, но меня мало интересует, как тебя зовут. Кто ты по Ш`агелю? - Что? Шракеру? Шагелю? Что? - наверное, теперь моё неловкое положение усугубилось, но ведь я в действительности не понимала, о чём он говорит. - Аккуито мой! Чем ты занимаешься?! Какая твоя задача? Что ты делаешь, чтобы попасть в Арих`уку? Даже не знаю, как ещё объяснить. - Ну… Я собираюсь в ближайшем будущем заполучить должность главного бухгалтера в нашей компании. Может в Египет съездить или научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте… - Кхе, ты откуда вообще? - Насколько помню, была дома, чай зелёный заварила, в одеяло закуталась, книжку открыла… Ааа, где я? – меня резко охватила паника. Наконец, ко мне пришло осознание странности происходящего. Это мрачное место, по которому блуждает туман, этот странный колодец… с усопшими душами? Этот жуткий человечек, говорящий странным образом… Ужас! - Эй, всё ясно, успокойся. Ты спустилась с Арихуку, только не понимаю, каким таким способом. Обычно Аккуито редко посещают наши края… Хм, ты же ничего не слышала про текстезацию? - Нееет… - у меня на глаза слёзы навернулись, а этот карлик начинал меня раздражать – ничего не рассказывал, хотя видно было, что всё знал. А мне каково? Оказаться в жутком местечке с ним на пару, да ещё непонятно, каким таким способом! Да эти все его Акирихи и Акитуки… Ужас! - Да успокойся ты! Только не плачь, а то Весточки налетят! Я посмотрела в его глаза и залилась слезами. Я громко рыдала, запрокинув голову назад и сложив руки крестом на груди. Карлик подскочил ко мне быстрым и резким движением, дёрнул меня за плечи и стал просить, чтобы я замолчала. Но от его ласкового тона мне становилось только хуже, и я кричала, билась в истерике, пока маленькие, но крепкие руки с огромными ладонями обхватили меня за талию и крепко сжимали. Вдруг раздался оглушительный хохот, и всё, что было серым, неожиданно окрасилось в чёрный. В небе, вернее там, где-то наверху, ведь снова меня окутала непроглядная мгла, и что-либо разглядеть было совершенно невозможно, мелькнуло несколько фиолетовых полосок, а затем всё пространство вокруг затряслось, и я почувствовала, что не могу удержаться на ногах. Я свалилась на что-то тёпленькое, и оно тут же засуетилось подо мной, пытаясь выбраться. - Аккуито, я же просил! Мы в открытом поле и теперь сложно будет убежать от Весточек! Ладно, хватайся, попробуем вместе вылезать из болота. И снова эта история. Рука! Вода! Подъём!... Передо мной не было горизонта, а под ногами я чувствовала земляную поверхность. Карлик куда-то тащил меня в темноту, над головой мелькали фиолетовые молнии, и кто-то громко и протяжно хохотал. Вот темнота стала слегка рассеиваться, и я разглядела силуэты гигантских крокодилов. Они следовали за нами и перемещались по воздуху так, словно бы по водной поверхности, а из периодически открывающейся пасти вырывались яркие огни. Эти крокодилы умудрялись издавать хохот, не открывая зубастого рта, а молнии, которые они извергали, ломали и кренили к земле деревья. Теперь я видела, что мы вышли к лесу. Он состоял из высоких деревьев, похожих на сосны, только кора у некоторых была белого цвета, и многочисленных маленьких пихт. Лес был также окутан туманом, но в отличие от предыдущего, этот был густой и розоватый, словно сахарная вата. Этот бор издавал различные, вполне естественные для леса звуки: кричали птицы, ломались ветки под лапами юрких лесных зверьков, шуршали своими иголками деревья. Хоть лес и казался мне поначалу очень далёким, я быстро почувствовала, как по лицу хлестают колючие ветки. Преследующие нас дьявольские монстры несколько раз зацепились лапами за высокие макушки елей и повернули назад. Но карлик продолжал тянуть меня за руку, и хоть бежали мы довольно долго, и я уже изрядно запыхалась, он, похоже, не чувствовал усталости. Наконец, я выдернула свою потную руку из его ладони и остановилась, переводя дыхание. - Эй, не останавливайся, нужно пробежать этот лес. Здесь очень опасно! - Да что..х..ты говоришь? Этот лес выглядит весьма дружелюбно, в отличие от тех огромных зверей… Кто это был? - Весточки. За всю свою жизнь ни разу их не видел, только читал. Они появляются, когда проливаются божественные слёзы. Нам повезло, что мы оказались недалеко от леса, иначе ни за что бы не выжили. - Да что это вообще за место такое, объясни! Что происходит? Я ничего не понимаю! - Потом объясню, давай сейчас поскорее двинемся в безопасное место. - Никуда не двинемся, пока я всё не узнаю! - Всё и я не знаю, а двигаться надо. - Расскажи, что знаешь! Где я, как я сюда попала, куда мы идём? Нормальные же вопросы! - Ох… Это Первая Тишь. Их всего двадцать. Этот мир состоит из огромных пластин, на которых располагаются какие-либо объекты. Каждая Тишь отделена от другой невидимой стеной. Я и прочие берты, то есть люди, могут перемещаться спокойно через границы пластин, однако другие существа, живущие на них, не могут этого сделать. Поэтому каждый кусок мира обладает уникальной флорой и фауной. Вообще у нас много интересных штук, о которых не знают Боги… В смысле ты. Все благосовестные берты стремятся к тому, чтобы попасть в Арихуку – мир Богов. Задачу каждого определяет Курсус, ну или оракул, и эту задачу мы должны исполнить на протяжении короткой жизни, чтобы вознестись… Я, наверное, не буду тебе это всё сейчас рассказывать, чувствую себя какой-то справочной системой. Суть в том, что ты каким-то образом упала с неба. Мы все стремимся туда, а ты, чудо, наоборот. – Карлик улыбнулся мне. Какая у него противная улыбка. Меня даже передёрнуло. А информация… Как же так? Как мне вернуться? Как я здесь оказалась? И что получается, я Бог? Я жила, ходила на работу, пила один и тот же кофе и не знала, что я на самом деле Бог? А в сущности, чтобы изменилось, если бы я знала? Как бы я себя вела? Неожиданно раздался шум копыт, будто где-то совсем близко мимо меня проносится стадо диких лошадей. - Идём быстрее. Попадём на Вторую Тишь и там поговорим в спокойной обстановке! Расскажу поподробнее об этом мире, раз уж ты свалилась сюда, да ещё и прямиком в колодец усопших душ! Ты, наверное, Бог везения? – Я нахмурилась немного. Видимо, даже здесь, в параллельном мире, я буду спотыкаться на ровной поверхности, врезаться в стеклянные двери и выпускать случайно из рук все воздушные шарики. *** У меня затекла левая нога, и зачесались лопатки. Я поначалу просто ёрзала на своём месте, не отрываясь от книги, но вскоре отложила её в сторону и плюхнулась на подушку головой, приняв более удобное положение. Чай уже остыл, но я всё же с удовольствием сделала несколько больших глотков. Солнце уже поднялось, но осенние ветра с визгом залетали в квартиру и яростно колыхали занавески. Я ещё немного полежала, бесцельно глядя в потолок, затем встала, закрыла дверь балкона, помыла свою чашку и включила телевизор. Несколько однотипных передач составили всю программу моего понедельника. Плюс небольшое развлечение вроде похода в магазин за чипсами да блаженные сорок минут в ванной. Перед сном, разглядывая себя в зеркало, я обнаружила несколько маленьких царапок на переносице и на лбу, помазала их кремом и тяжело вздохнула. Без работы я особенно чувствую никчёмность своего существования. Видимо, человек призван на землю, чтобы работать, никак иначе. И просто движение – это не жизнь, жизнь – это продуктивное движение. В кровати я ворочалась и долго не могла уснуть. В итоге, включила ночник и притащила в кровать «Прокажённого бродягу» - на мой взгляд, эта книга о летающих крокодилах для сна намного лучше горячего молока. Тем более, я не люблю молоко.