Глава 8
11 августа 2015 г., 17:42
POV Варя
Мы, наконец, закончили уборку. Леголас очень удивил меня, справившись со своей работой на «отлично». Если прикрыть диван покрывалом, как мы с мамой планировали две недели назад, то никто ничего не заметит. А потом можно будет выкрутиться, не так ли? Гимли, конечно, уборщик никакой, только ещё больше перья раскидал, так что от него толку маловато было. Арагорн, к моему везению, немало помог с уборкой – расставил мебель и был у меня на побегушках.
Только я собралась устроить разборки насчёт ситуации в квартире, которая образовалась из-за попаданцев, в дверь позвонили. До Аниного возвращения оставался час, так что я была уверена, что это пришла соседка, тетя Даша. Мои догадки подтвердились, когда за дверью раздался её голос:
- Варвара, открывай! Я тебя из окна видела! Ты дома, я знаю!
У меня началась паника, ведь я так и не придумала, куда спрятать всех.
- Мы сами найдём, куда спрятаться. Не бойся, Варя, - зашептал Леголас.
- Да вы не найдёте надёжного места! – в панике чуть не крикнула я, забыв об осторожности. Хотела продолжить говорить, но Арагорн заставил меня замолчать, закрыв мой рот рукой.
- Нас услышат, - сказал он.
- Доверься мне, Варя. Я знаю, что делать, - очень тихо сказал эльф. Его спокойствие на удивление быстро передалось мне. Странник отпустил меня, и попаданцы скрылись в нашей с Аней комнате, которую я для удобства стала называть компьютерной.
- Где ты там? Открывай! – крикнула соседка.
- Иду!
Думаю, стоит пару слов сказать о тёте Даше: она человек страшный. Причём во всех смыслах. Ей идеально подходило описание царя из одной сказки*:
Царь - на вид сморчок,
Башка с кулачок.
А злобности в ём огромадный объём.
Как сказал однажды мой папа: «Ей в своё время подошло бы место эсэсовца». Несмотря на нехорошую характеристику, мама с соседкой очень дружили. Но не суть. Я открыла дверь, и тетя Даша вошла в прихожую.
- Ты почему так долго не открывала? – строго спросила старуха.
- Занята была, - невозмутимо ответила я.
- Почему не в школе?
«Почемучка мелькорова!»
- Два урока отменили.
- Проверим-проверим. О Боже! – вся строгость вдруг испарилась. – Я ж суп не выключила!
Тетя Даша ушла из квартиры. А я быстро начала осматривать квартиру на наличие признаков присутствия посторонних. И в гостиной нашла оружие. Только вот лук не обнаружился.
«Ладно. Если что, заброшу куда-нибудь».
Я в спешке подхватила оружие и понесла его к попаданцам.
- Где вы все? – спросила я, никого не увидев.
- Здесь, - послышался голос Арагорна из шкафа.
Я открыла дверцу моего шкафа и заметила голову Арагорна, торчащую из-под одежды.
- Она ушла? – спросил Странник.
- Да. Но сейчас вернётся. Я принесла вам оружие. Спрячьте.
- Не тяжело? – спросил Гимли. И тут я поняла, что меч и два топора невероятно тяжелые. Я сбросила все в шкаф, едва не выронив всё себе на ноги. Арагорн засмеялся.
- Леголас, я не нашла твой лук.
- Он при мне, не волнуйся, - донесся до меня голос эльфа.
- Молодец, хорошее место придумал, - похвалила я Леголаса. Тут в дверь снова позвонили.
- Всё. Сидите тихо. И не брякайте оружием!
Я снова впустила соседку в квартиру.
- Я, пожалуй, проверю состояние квартиры, - сказала она.
Тётя Даша начала ходить по квартире. Я следом. Последним делом соседка отправилась в компьютерную комнату. Мне стало страшновато.
- А теперь посмотрим на состояние твоих вещей, - сказала тетя Даша, подходя к шкафу. Я не дала ей приблизиться к нему на максимальное расстояние, преградив собой путь.
- Не кажется вам, что это уже перебор, тёть Даш? – спокойно спросила я.
Старуха презрительно посмотрела на меня. Потом отошла от шкафа и взяла в руки мой личный дневник, который лежал на столе.
- Отдайте, пожалуйста, - сказала я, стараясь сохранять спокойствие.
- Я почитаю и отдам. А если что, поведаю содержимое твоей маме.
- Верните…
- А что у тебя там, вещи категории 18+?
- Какая разница? Отдайте!
- Ты ещё несовершеннолетняя, милочка. А, значит, секретов от старших иметь не должна. Может, ты с преступниками связалась?
- Вы не имеете права! – на мои глаза навернулись слёзы, а голос предательски задрожал.
- Имею, дорогуша. Я только почитаю и верну. Может быть, - усмехнулась соседка. – Аревуар!
Я попыталась отобрать заветную тетрадку у тёти Даши, но старуха оказалась проворнее.
- Малолетка, - с ненавистью прошипела соседка и толкнула меня. Я ударилась об стену и начала медленно сползать по ней на пол. А старуха молча покинула квартиру. У меня началась истерика. Я заревела, обняв колени руками. Самым обидным было то, что мама бы наверняка с удовольствием послушала мои переживания из уст тёти Даши, которая ещё и наврёт с три короба. Но меня немного утешила мысль, что соседка ещё получит за своё отношение ко мне.
- Да как она может вообще? Может, я не прав, но это, кажется, уже перебор! – возмущённо говорил Арагорн, вылезая из шкафа.
- А что был за стук об стену? – спросил Гимли, оказавшись рядом с другом. – Она тебя ударила, что ли?
Я кивнула и заревела ещё сильнее. А гном что-то сказал на непонятном мне языке. Я почему-то была уверена, что это было ругательство.
- Неужели ничего нельзя со всем этим сделать? – спросил Леголас. Его слова ввели меня в полное отчаяние, и я просто разрыдалась. Даже не видела ничего, что происходило вокруг. Однако почувствовала, что кто-то опустился на пол рядом со мной, а второй – напротив меня. Обида полностью завладела моим разумом. Неужели действительно ничего нельзя поделать? Глубоко во мне стала зарождаться жажда мести.
- Варя, что случилось? – услышала я голос моей сестры, которая уже вернулась из школы. Я попыталась что-нибудь ответить, но речь моя была совершенно бессвязна. Я даже сама не понимала, что говорю. Поэтому бросила эти жалкие попытки. Кто-то начал шептаться, но я совершенно не заинтересовалась, как это случалось со мной обычно.
«Значит, начинается депрессия», - произнес здравый смысл в моей голове. И на этом размышления закончились. Начался бред, в прямом смысле. Я мысленно бредила о дневнике, соседке и ещё о чем-то. Сквозь все эти непонятные мысли я всё же чувствовала некоторую часть происходящего вокруг, так что заметила, что кто-то взял меня на руки и понёс в сторону гостиной. И тот, кто нёс меня, был в чёрной одежде. Но я не помнила, кто из попаданцев был одет в чёрное. Однако, по правде говоря, даже не пыталась вспомнить, это меня не волновало. Как было сказано в одной песне, I care for nothing anymore*. Меня посадили на диван и стали со мной говорить, но я молчала. Кто-то всё время прикасался к моим рукам и плечам, пытался успокоить, однако мне было абсолютно всё равно. А потом я и вовсе перестала что-либо замечать, погрузилась в свои мысли с головой. Эти мысли иногда даже пугали меня, ведь порой я мечтала… убить тётю Дашу, чтобы отобрать дневник. Причём, обязательно топором. Ну, как Раскольников*. Когда я об этом думала, мне очень хотелось вернуться в реальность, но не получалось. Это состояние пугало меня, даже вводило в ужас: как я вообще могу об этом думать?! Во мне шла борьба: одна часть меня хотела вернуться к нормальной жизни, а другая твердила: «Давай ей отомстим. Давай продумаем план мести. Мы должны отобрать его!!!» Но вернуть меня смог лишь дневник, который мелькал перед моими глазами. Его держала Аня и говорила:
- Варя, мы смогли его забрать.
После этих слов я окончательно пришла в себя и осмотрелась. На улице уже начало темнеть. Я находилась в гостиной, Аня стояла посреди комнаты, в кресле сидел Арагорн и внимательно смотрел на меня, а рядом со мной сидел Леголас, держа мои руки в своих. Я сразу смутилась и освободила свои руки.
- А где Гимли? – спросила я, поднимаясь с дивана.
- Он в другой комнате. Смотрит что-то по тому экрану, - сказал Странник. – А у вас есть табак?
- Нет, - ответила Аня. – Свой кури.
- У меня мало… - жалостливо произнес Арагорн. Это меня рассмешило.
- Держи, Варь, - сказала Аня, протягивая мне дневник. Я сразу взяла его.
- Как ты это сделала? – спросила я.
- Моей заслуги в этом практически нет. Это все эти двое придумали.
Я вопросительно посмотрела на «этих двоих». Арагорн согласно кивнул и достал свою трубку, а Леголас улыбнулся как в серии «Две крепости», когда Странник приехал в Хельмову Падь.
- И что же вы сделали? – спросила я, присаживаясь обратно на диван.
- Ну, там и рассказывать особо нечего, - сказал эльф.
- Раз Леголасу сказать нечего, то я, пожалуй, всё тебе перескажу, - сказал Арагорн и закурил.- Мы пытались разговорить или хотя бы успокоить тебя. Трясти тебя всё же перестало, но ты ни на что не реагировала…
- Mein Gott*, меня трясло? – не удержалась я, перебив Странника. Пускай отвечает на вопросы сразу, а то я их забуду.
- О да. Дрожь у тебя была страшная. Было ощущение, что тебя током бьёт, - ответила Аня.
- … Леголас сказал, что помочь тебе прийти в себя сможет только возвращение твоего дневника. Мы подумали и решили привлечь к этому процессу твоих родителей…
- Они приезжали, что ли? – спросила я.
- Нет, они не приезжали. Аня… как его… позвонила твоему отцу, потому что она сказала, что мать не поможет. Потом пришла ваша соседка, ну, та, что тебя об стену ударила…
- Она тебя об стену ударила?! – воскликнула Аня.
- Толкнула просто, а я отлетела к стенке, - уточнила я.
- Боже, что ж вы мне не сказали? Я бы папе рассказала! – Аня с упрёком посмотрела на попаданцев. Леголас виновато опустил голову, а Арагорн пожал плечами. Выждав некоторое время, Странник продолжил мне всё рассказывать:
- … Мы все спрятались, но Леголаса никак не смогли уговорить – он с тобой оставался. Ему повезло, эта женщина не стала заходить. Она просто отдала Ане дневник, что-то сказала и ушла.
- Она сказала: «Ну, и бред твоя сестра пишет».
Я снова чуть не разревелась: эта старая гадина прочитала-таки мой дневник!.. Леголас и Аня сразу стали успокаивать меня. Арагорн с умилением наблюдал за нами и курил. Вся эта сцена вернула мое сознание в пока ещё хрупкое равновесие.
- А почему же ты, Леголас, со мной остался? Я бы не убежала, - развернулась я к эльфу. Он отвел взгляд и молчал.
- Да, Леголас, Варю бы не украли, - поддержала меня сестра.
- Да ответь уже им, - сказал вошедший Гимли. На нем была другая футболка. Эльф медленно поднялся с дивана и вышел в коридор. Я решила всё-таки выпытать у принца Лихолесья ответ на свой вопрос. Но сначала…
- Гимли, почему ты в другой одежде? Ты же был наказан. Я заставила тебя носить ту грязную футболку ещё два дня.
- Это я подсуетилась, - подняла руку моя сестра.
- Ясно. Добренькая ты наша. Если бы тебе пришлось убираться в квартире, ты бы не была столь великодушна…
- Твоя сестра нравится мне больше, Варвара, - сказал гном и сел на второе кресло.
Я вдруг задумалась.
- Я скоро вернусь, - произнесла я и пошла в компьютерную комнату. При этом старалась идти как можно тише, потому что хотела узнать, что делает Леголас, ведь он несомненно находился в той комнате. И у меня прокатило! Эльф сидел за компьютером и что-то внимательно читал. Но он заметил меня очень быстро и всё свернул.
- А почему ты не с остальными? – спросил он меня, вскочив.
- А что ты читал только что? – ответила я вопросом на вопрос.
- Ничего, - ответил эльф. Я решила не пытаться что-то спрашивать, а просто подошла к компьютеру и открыла свернутую вкладку. И там был открыт тот гадкий сайт!
- Ты опять за свое, Леголас?
Эльф внимательно посмотрел на меня.
- Я ищу способ избавиться от них. И подумал, что прочтение поможет.
- Ну, я же объясняла тебе всё. Ты никуда от этого не денешься. Просто не читай. Выбрось из головы.
- Я не могу выбросить эту гадость из головы, Варя! – эльф выглядел совершенно потерянным, вызвав у меня неимоверную жалость. Я подошла к Леголасу и обняла его.
- Все возможно, Леголас. Может, ты и не сможешь это забыть, но запихай это подальше в свой разум, чтобы откопать это было очень тяжело. Сделай это, пожалуйста, - шёпотом сказала я.
Эльф обнял меня в ответ.
- Но… - начал было он, но я его перебила:
- Ради всего, что тебе дорого. Сделай это.
Некоторое время мы молчали.
- Давай забудем, - нарушил долгое молчание Леголас. - Давай представим, что ты ничего не видела, хорошо?
Я освободилась из рук эльфа и, улыбнувшись, кивнула.
Примечания:
* Из одной сказки... - сказка Леонида Филатова "Про Федота-стрельца удалого молодца".
* I care for nothing anymore - строчка из песни Dreadful Shadows "Chains". Переводится так: Мне уже всё безразлично.
* Раскольников, кто не в курсе, главный герой романа Достоевского "Преступление и наказание". Он убил старуху-процентщицу топором.
* Mein Gott - Боже мой!