Лес

За окнами автомобиля царила тьма. Дождь тоскливо лип к лобовому стеклу, тщетные капли сгребались дворниками, похожими на муравьиные усики. Фары тускло освещали одинокое шоссе. Впереди, где-то на горизонте, торчало двухэтажное здание, будто бы выдавленное из гущи чёрного леса, подобно прыщу. Радиоприёмник молчал. Полчаса назад радио перестало улавливать что-либо, из-за чего в салоне торжествовало монотонное шипение помех. Тьма медленно, но верно сгущалась, что-то ощутимо злобное тяжко ложилось на душу. Тем не менее, Диппер почувствовал ностальгию. Именно эти ощущения он испытывал, когда уходил в одиночку в лес. Ночные ритуалы. Каждый раз тьма леденящим ужасом, а затем и параноидальным оголённым проводом нервного страха впитывалась в самую душу. Тело тряслось, разум горел, как вдруг... Всё прекращалось. И из тьмы выглядывали химеры, духи окружали плоть. Разум освобождался и впадал в летаргический сон. Душа трепетала. Это - Лес. Начало и конец всего вездесущего на этой земле. Здесь - сказка. Здесь - идея. Здесь - мечта. Лес жив и он болен. Болен людьми. Так было с первого знакомства Диппера с Гравити Фолз. Каков Лес сейчас? Он настолько здоров и могущественен, что отпугивает людей? Подъезжая к дому, Диппер заметил горящую красным светом вывеску MOTEL. Парень завернул на стоянку. Припарковавшись, Диппер вышел из машины и направился к лавочке, из окошка которой выбивался тусклый электрический свет. Ледяные капли дождя заливали голову, прошивая берет, пронизывали шею и пробивались за воротник. Диппер подошёл вплотную к лавочке и постучался. Тишина. Из тумана запотевшего окна послышались скрипы. Дождь усилился. Парень посмотрел на небольшую полуовальную прорезь в стекле, в самом низу. Диппер снял берет и наклонился. Потрёпанный деревянный письменный стол с горящей настольной лампой и чистым белым альбомным листом, на стене расположились пустующие крючки для ключей, в конце комнаты зиял тьмой дверной проём. Блять, не дай бог комнаты не найдётся... Только подумал Диппер, как из тьмы дверного проёма послышались шаги. В комнату вошла низкая полная старушка со вторым подбородком, в треснувших очках, потной грязной майке и бардовой, запачканной чем-то юбке. -Чё хотели? - пропищала она. -Мне бы комнату снять. -Берет дай глянуть. Недоумевая, Диппер потянулся за кобурой, затем вдруг вспомнил, что пистолет оставил в бардачке. Парень с горестью глянул на берет. В нём было всё: малярия, кровь, грязь, вонь жаренных трупов, гром бомбардировщиков и визги умирающих вьетнамцев, мёртвые дети с разорванными лицами, сослуживцы с мозгами, вытекшими в каску, огнемё... -Диппер Пайнс? - вдруг взвизгнула старушка. Недоумевая, Диппер ответил: -Да, да это я... -В Гравити Фолз?! - лицо старушки исказилось в безобразной злобной улыбке. Корявые покосившиеся чёрные зубы гневно сжимались в насмешливой гримасе. -Да... Старушка захохотала так сильно, что начала дрыгаться в конвульсиях, находясь более не в силах издать хоть какой-то звук. Диппер на всякий случай одел берет и быстро оглянулся по сторонам. Наконец, старушка открыла ящик стола и небрежно кинула, почти в лицо парню, ключ. -...Иди уже себе...Сайфер тебя заждался...Все мы тебя заждались... - пропищала старуха сквозь истеричный смех. Диппер взял ключ и осмотрел его. Небрежными когтями было нацарапано: 618. Парень пошёл по лестнице, ведомый неизвестным инстинктом. В редких отблесках молнии можно было различить номера небольших комнатушек. После очередной вспышки Диппер застыл, как вкопанный. Вновь и вновь сверкнула молния, трижды грянул гром. Они все...все эти комнаты... 618-е... Диппер открыл первую попавшуюся дверь и влетел внутрь, включив свет. Парень быстро осмотрел туалет, тумбочки, посмотрел под кроватью. Пусто...Никого здесь нет... Диппер резкими движениями небрежно снял с себя пальто, пиджак увешанный медалями и чёрный галстук. Парень, оставшийся в тёмно-зелёной рубашке, закатил рукава и снял берет. Диппер в нерешительности смотрел на медали. "Пурпурное сердце" и "Медаль почёта" издевательски отблёскивали в тусклом мерцающем свете. Парень достал из-за уха маленький свёрток пожелтевшей, чудом выжившей бумаги - то, благодаря чему парня не убил Вьетнам и принял Лес. Чёрными чернилами, едва разборчивым почерком, красовались древние языческие тексты, знаки и толкования, сводимые к одному и тому же тёмному Богу, что властвовал над чем-то, что больше, чем целый мир...Билл Сайфер властвовал над Гравити Фолз, но не над Лесом, не над Землёй, не над Истинным Народом Леса, но властвовал над...Территорией. К чёрту! Подумал парень и, оторвав медали, сунул их в карманы. Диппер взял берет и, укрыв его пальто, вышел на улицу. Спустя несколько минут бардачок был забит медалями и именным Кольтом 1911. У лобового стекла лежал промокший зелёный берет. Обладатель стольких наград, герой войны, заправлял машину бензином из канистры, продуваемый леденящим душу холодным мощным ветром, пронизывался миллиардами иголок дождевых капель - Родина не приняла стольких жертв на чужбине. Осталось надеяться, что их примет Билл... Подумал парень, закончив заправку, убрав канистры, захлопнув багажник и сев в машину, хлопнув дверью.