Чужие

- Выпусти его,- Паша перекинул ключи от багажника Лёше. Наконец-то. Наконец-то мы можем нормально сесть и поесть. В принципе вчера, на свадьбе, мы тоже хорошо наелись, но, вспомнив весь ужас, до сих пор мурашки по коже бродят не переставая. Остановившись у какого-то кафе, где кроме хот-догов нам ничего предложить не смогут, мы припарковали машину у входа. Петрищеву, к сожалению, половину дороги пришлось проторчать в багажнике. Потому что он начал свою очередную песнь под названием «Какого фига мы продолжаем ехать в Чернобыль?». Погода с самого утра радовала. Серое небо сменилось на голубое, а солнце наконец-то проснулось. - Так, Насть,- увлеченно начал Горелов,- возьми мне трюфеля в сливочном соусе, свежевыжатый сельдереевый сок, и чтобы туда не харкала официантка Дуся. Рязанова усмехнулась и попрыгала вслед за нами, размахивая своими рыжими волосами в разные стороны.

***

- Нет,- Антонова отрицательно мотнула головой,- лук не кладите. Как я и предполагала, что в данном месте меню особо не балуют. Зато можно будет поесть этот аппетитный с виду гамбургер. Только, понятия не имею, из чего его тут делают, но потравиться сегодня можно, просто потому, что любого другого места, где можно перекусить не нашлось. Так что, Алексей, ваши трюфеля обломились. - Спасибо,- Аня улыбнулась полноватой женщине, которая подала ей тарелку с перекусом. - Что-то Лёша долго,- изрекла рыжая, кусая шаурму. Я полезла в сумку, чтобы достать влажные салфетки, но данного предмета там не оказалась. Понимая, что мне придется сейчас идти в туалет, чтобы мыть руки, я поднялась со стула и поплелась в сторону. - Ты куда?- спросила блондинка, усаживаясь рядом с моим местом. - Я сейчас,- поправила волосы,- только руки помою.

***

Всё-таки уборную я отыскала. Отыскала с десятого раза, наверное. Хотя бы просто потому, что у них не обозначена никакая табличка, которая бы означала, что туалет здесь. Ну действительно, зачем это делать? Лучше пусть посетители рыскают в поисках унитаза в этих неблагополучных местах. Замечательно. Подставив ладони под холодную, струящуюся из-под крана воду, я взглянула в зеркало. Если честно, то ничего интересного или красивого я не увидела, кроме запутанных русых волос, которые так забавно осели после кудрей. Благодаря потрясающему стойкому лаку для волос, который мне подогнала как раз таки Рязанова, эффект волнистых волос продержался целые два дня. Ну, это просто нонсенс какой-то! Сейчас локоны стали немного прямыми, но всё равно, складывалось такое ощущение, что я их год не расчесывала. Чудненько. Тщательно промывая руки с мылом, которое долго стекало в раковину, я наблюдала за процессом. Дверь раскрылась, и на пороге появился Вершинин. Вспомнив, что туалет не делится на женский и мужской, закатывать глаза я не стала. Можно сказать спасибо. - Ну ты долго,- усмехнулся он. Я бросила взгляд на парня. - Долго, благодаря людям, которые не удосужились распечатать элементарную бумажку с надписью «Туалет» и повесить её при входе,- протараторила я, выключив кран. Заметив, что Паша всё это время просто стоял и смотрел на меня, я не выдержала. - А ты пришел сюда, чтобы на меня посмотреть? - Нет,- он почесал затылок,- просто это единственное место, где мы можем продолжить наш вчерашний разговор. Я сняла чёрную потрепанную резинку с руки и стала завязывать небольшой хвост на голове. О чём, простите, мы вчера не договорили? Если он начнет перечислять плюсы и минусы нашей пары, которой нет, то я повешусь на этой болтающейся лампочке. Только надо Гошу попросить, чтобы, когда из багажника вылезать будет – веревку захватил. Ну и мыло заодно, ну и стул, если кто-нибудь его случайно не прихватил. - Аааа,- задрав голову наверх, протянула я,- мы же вроде всё обсудили. - Ну так и не объяснила, почему мы не могли бы быть вместе.- проговорил Вершинин, наблюдая за мной. - Ладно.- я подняла руки наверх.- Смотри: мы с тобой разбежались бы в первый же день. Конец. Почувствовав, как что-то попало мне в правый глаз, я обернулась и снова подошла к зеркалу. Как ни странно – там ничего не было. - А если я сделаю вот так, разбежались бы? Я не успела понять, что здесь вообще происходит, как он обхватил меня за талию и резко развернул к себе. Наши лица оказались настолько близко, что я ощущала его обжигающее дыхание. Хотела, было возразить, но Паша заткнул меня своими губами, впиваясь в мои ещё сильнее. Тысяча мурашек стало блуждать по телу. Честно? Мне очень нравилось то, что сейчас вытворяет Вершинин, но как только его руки проникли под мою кофту, я перестала отвечать на поцелуй и отвела голову в сторону. - Что такое?- блондин посмотрел на меня недопонимающими глазами, прикоснувшись ладонью к щеке. - Знаешь, Паш,- начала я, убирая его теплую руку,- я, конечно, понимаю, что ты не целовался с девушкой уже на протяжении двух дней и это катастрофа, но потерпи, пожалуйста, до окончания нашей поездки. Тем более, там у меня завтрак, наверное, остыл. Ух, Ксюш, да ты мастер обламывать парней. Смотря, как лицо «друга» медленно меняется, я не сдержалась и чтобы не засмеяться прямо тут, быстрее направилась на выход. Мда, он сейчас точно подумает, что кроме еды в этом мире мне ничего не надо. Что зря греха скрывать? Так оно и есть, а он думал, мол, я запрыгну на него с радостью? Не на ту напал, я же не Перфилова. К счастью.

***

- Как они уже задрали,- проворчала Настя, закрывая окно в машине. Я резко захлопнула книгу, ибо собаки, которые никак не могли утихнуть – мешали. В машине было тесно и душно, хотелось поскорее уже въехать в зону, как бы это не звучало, но всяко лучше, чем томиться в этой развалюхе. Да простит меня Гошин дед. - Когда нас уже пропустят, а?- утомленно произнесла я, скрестив руки на груди. - Мы тебе чё,- начал Горелов,- экстрасенсы что ли? В очередной раз закатив глаза, я посмотрела в окно. Замечаю, что как только мы подъезжаем к городу ближе, то погода всё ухудшается и ухудшается. Петрищев в сотый раз говорил, мол, это из-за радиации, и нам стоит повернуть в противоположную сторону и рвануть в Москву, но нет. Меня саму стало раздражать его постоянно нытье, по поводу этого. Неужели он до сих пор не понял, что это – безнадежно, и если он снова начнет что-то там «вякать», как выражается Лёша, то успешно полетит в багажник. Да, весело… - Не, Паш.- произнес парень, который вечно сидел на переднем сидении, кстати, не пойму почему.- Ствол пропалят, стопудово. - И чё, ты предлагаешь выкинуть его?- отозвался тот. - А-а,- Лёша повернулся к другу,- смари, мы здесь,- он начал водить пальцем по карте,- первый населенный пункт после границы – село Залесье. Там и встретимся. Я бы сказала смело, даже очень. - Эй, Лёсик,- рыжая настороженно забегала глазами,- ты чего надумал? - В жизни каждого упыря, любимая, а я, надо признать упырь ещё тот, наступает тот момент, когда «добрая» сторона торжествует над стороной «недоброй». Я не могу сказать, что этот момент настал, но ты можешь так думать. Парень тут же потянулся к Насте и поцеловал её в губы, на что она, лишь, как-то покраснела и улыбнулась. Ой, семиклассники, ей-богу! - Не хнычь, пупсик.- Горелов выглянул в окно и осмотрелся по сторонам.- Айл би бек. Дааа, конечно, крылатая фраза Терминатора из уст Лёши, звучала весьма забавно, ну, а хотя, кто её ещё не повторял? Да, наверное, все. - Паш,- хрипло начала Рязанова,- а как он? - Через лес,- Вершинин развернулся к нам,- там проходной двор. Пацаны рассказывали, как каждый год в Крым гоняют дикарями, с травой. Там пройдет. Я наблюдала за отдаляющимся силуэтом Алексея, который постепенно скрылся за огромными и высокими деревьями. Страшновато за него… ну, мало ли что может произойти. - А я знала,- с улыбкой произнесла Антонова,- что он неплохой парень. Блондин мельком прошелся по мне взглядом, что заставило немного колыхнуться на месте. Вообще, за весь этот небольшой промежуток времени, начавшийся еще в кафе хот-догов, в меня стали прилетать недоброжелательные взоры со стороны парня. Нууу… не знаю. Может быть, если бы меня обломал объект мужского пола, я тоже кидалась злыми взглядами. - Да уж,- заключил он, смотря в окно.

***

Серые, облупленные стены, пыльные подоконники с цветами в маленьких горшочках, продавленные и проваливающиеся сидения, старый ламинат, по которому в день проходит сто человек, оставляя за собой чёрные полоски от обуви. Где мы? Мы там, куда приводят дороги, а особенно те, по которым ты едешь с человеком в багажнике. А каков тот момент, когда видишь его и понятия не имеешь, откуда он тут взялся. Проверяешь номера машины – вроде твои. «Волга» белого цвета, но что за мужик у тебя сейчас в багажнике – черт знает. - Сколько денег он слупил с тебя за билет?- каждую минуту повторял Гоша, просто потому, что его собеседник был не в силах сказать что-то путное. Конечно, Горелов очень хороший парень: подложил нам какого-то умственно отсталого дяденьку в багажник, да ещё к тому же не русского, а сам слинял. А ещё взял с него денег за, якобы «билет», который проводит за границу. Вот только на нем не было даты отправления, номера рейса и места, а была надпись «Купишь пять пачек чипсов – получишь телевизор!». Как-то так. Дожили: теперь будем малоразвитых людей обманывать? Нет уж – я до такого опускаться не собираюсь. Вершинин миллион раз, а если быть точнее и не преувеличивать, то пятнадцать раз, повторил, что, когда мы встретим Лёшу, то он получит по мордасам. Я согласна, но, сейчас мы сидим в здании поста с грустными минами из-за очередной выходки Горелова, только без него. Ничего странного не находите? Я нахожу. - А, билета?- наконец-то отозвался.- Билета есть… Лёша дала. - То, что Лёша дала это понятно,- продолжал Петрищев, пытаясь достучаться до человека,- денег, сколько ты денег ему заплатил? - Денег нет,- отрицательно закачал головой наш «друг» по несчастью,- Лёша деньги дала, теперь нет. - Вот сука,- со злостью заключил брюнет. Если бы не наш шутничок, то мы бы уже были в зоне и спокойно ходили, искали покастера, а так как наши паспорта забрали, то мы по обстоятельствам просиживаем штаны и чего-то ждем. Только, непонятно чего… как будто нам их на серебреном подносе принесут. Ага… сейчас. - А куда ты едешь-то, Рахим?- спросила Настя, закинув ногу на ногу. - Аааа,- протянул тот, махнув рукой,- Украина. Ехать через граница надо. - А город какой?- Рязанова продолжала мучить бедного. - Город нет,- уверенно произнес человек,- там лес. Город никакой нет. Я закрыла лицо руками. Было ужасное состояние. Как же меня достали все эти ненормальные приключения. Постоянно на что-нибудь нарываемся. Думала, что всё позади, и мы уже спокойно проедем, но нет. Как это там называется? Закон подлости? - Чё ты его мучаешь?- Паша, что сидел напротив меня, повернулся к Насте.- Видишь, у парня с головой проблемы. - Ну как он мог такого обмануть?- в голосе Антоновой слышалось какое-то непонимание. - Ты что ли Горелова не знаешь?- я внимательно посмотрела на неё. - В коем-то веке нашел глупее себя,- объяснил Гоша. - Не надо так,- начала Рязанова, смотря то на Аню, то на меня,- может, Лёша не знал, что Рахим отсталый. - Да ты что,- заистерила я,- именно поэтому отдал ему купон из пачки чипсов, сказав, что это билет, который проведет за границу. - Да успокойся ты,- произнес Паша. Это самая нелепая ситуация, в которую я когда-то попадала. Да даже в голову не приходило, что я когда-то буду сидеть вот в этом месте, именно с этими людьми и недоразвитым мужчиной. Ну, зато, будет, что детям рассказать. А, хотя, как? «Однажды, ваша мама согласилась поехать со своей сводной сестрой и ещё четырьмя ребятами в Чернобыль. Да-да, именно туда, а всё потому, что один мальчик успешно просра… ой, точнее, «потерял» родительские деньги. Пришлось нам ехать с ним, за поисками плохого мальчика, который их украл. По пути нам встречались: дальнобойщики, чокнутая маньячка, трупы и призрак, но вы не бойтесь. Чего уж тут, действительно, страшного? Только, вот, не понимаю, как после такого приключения я не отправилась в психушку?». Так называемый, сидящий всё это время с нами Рахим, что-то достал из кармана своей сине-красной куртки, ну или кофты. Не пойму, что это. - Да,- с улыбкой произнес он, посмотрев на Антонову,- похожа очень. Та посмотрела на фотографию, которую он держал в руке и немного усмехнулась. Только её смешок был не очень-то и весёлым, а каким-то наоборот. - Спасибо, Рахим,- сказала Аня,- мне таких комплиментов ещё никто не делал. Из-за любопытства, я, разумеется, с разрешением, взяла фото из рук. Тут же грудная клетка начала подрагивать от смешков, вылетающих наружу. Ну да… сравнить девушку с козой, это каким надо быть? А, ну вот хотя бы таким, как хозяин снимка. - Дай посмотреть,- Паша протянул ко мне свою ладонь. У ребят была точно такая же реакция, как и у меня. Расстроенный Петрищев краем глаза взглянул на изображение и, цокнув, произнес: - А мне кажется, что ты совсем не похожа. - Спасибо, Гош,- блондинка добро улыбнулась и забрала фотографию из рук Насти,- придурки. Последнее её слово было наполнено не злобой, а даже каким-то весельем. Ей самой стало смешно от этой несуразной ситуации. Вершинин с Рязановой продолжали хохотать на креслах, и, казалось, сейчас вот-вот слетят с мест на пол. Забавная картина, которая продолжалась, если бы мимо не проходил мужчина в форме и зелёным беретом на голове. Паша тут же вскочил, как ужаленный. - Простите,- начал он, едва отойдя от смеха,- а долго нам здесь сидеть ещё? Может быть, вы нам паспорта отдадите, а мы поедем? Служащий посмотрел на парня так, как будто перед собой Бабу-ягу какую-то увидел, честное слово. - Да шо вы,- изрек с недоумением,- какие паспорта? Дело серьёзное – незаконное пересечение границы. Вы пытались человека провести. - Ты гонишь что ли?- уже не очень дружелюбно произнес Паша.- Я же объяснил, что понятия не имею отку… - А ты мне потыкай тут,- грозно ответил мужчина. Оооо, чую, что этот диалог хорошо не закончится. Если это сейчас не прекратить, то вряд ли нс выпустят отсюда в ближайшее время. - Чё будет?- с наездом высказался Вершинин. - Паш,- я подскочила и схватила парня за руку, дабы он прекратил этот никчемный разговор, который до добра не доведет,- успокойся. Рязанова, внимательно наблюдавшая за этим, встала с места и подошла к нам с уверенным видом. - Кто у вас тут главный?- твердо спросила она. Назвав фамилию лейтенанта, который стоит за всем этим, человек с беретом скрылся за дверью со зловредным взглядом. Здорово… - Я пойду, поговорю с ним,- сообщила рыжая, как только хлопнула дверь. - Да я сам,- заявил блондин, и уже собирался оставить нас, как девушка остановила его. - Ты опять бычить начнешь!- объяснила Настя.- Я сама знаю, как надо. Тот глубоко выдохнул и отстранился. Сестра посмотрела в мою сторону, на что я одобрительно кивнула. Нет, а есть ещё какие-то варианты? Возможно, благодаря Пашеньке, мы тут ещё на долгое время застряли. Рязанова скрылась за дверью. - Может быть, ты отпустишь меня уже?- ухмыльнулся Паша, смотря на мою руку, обхватившую его запястье. Черт, я даже совсем забыла об этом. - Да,- я осторожно убрала ладонь,- конечно. Опять. Что за ерунда? То я прижмусь к нему, то я возьму его за руку… мелодрама какая-то. Но, хотя, нет – «подстава» тут больше подходит. Сев рядом с Антоновой я посмотрела в её сторону. Она задумчиво сидела и, рассматривала свои дырявые джинсы, на которых виднелась зеленая полоса от травы. Моя одежда тоже немного пострадала, если честно. Вот чёрт, и это мы ещё до Чернобыля не доехали. - Что она там ему скажет?- Аня повернула голову ко мне. - Зная Настю,- улыбнулась я,- она должна всё уладить. Собеседница усмехнулась и посмотрела на стену, которая давно уже нуждалась в ремонте. Да здесь всё нуждается в ремонте! Как они тут работают – не понимаю. Наши задумчивые мины встревожил скрип двери, из-за которой вышли два довольных мужика. Один тот, с кем несколько минут назад чуть не подрался Вершинин, а другой, которого я ещё не видела. Смеясь, они подошли ближе к нам. - Лихая девка,- высказался с улыбкой один из них. - В смысле?- Паша выпрямил спину и шагнул навстречу. - В прямом. Парень собирался кинуться в кабинет, где осталась Рязанова, и снести там всё наповал, как его остановил второй. - Не кипишуй, всё нормально будет. - Что нормально?- Паша разбушевался не на шутку. - Всё,- издал служащий,- сядь и не кипятись. Вершинин в прямом смысле плюхнулся на сидение рядом с Петрищевым, по лицу которого можно было сказать, что он уже готов остаться здесь на всю свою жизнь. Нет, Настя всё-таки должна разобраться что, да как. Через минуту из кабинета, где осталась сестра, видимо не одна, раздались стоны. Да, именно они, причем не такие, когда человек ударяется мизинцем о край ножки стула, а другие. Те, о которых, казалось, и речи быть не может. Посмотрев на лицо всех тех, включая двоих мужчин в форме, я поняла, что мне вовсе не показалось. Они сами не поняли, что там твориться. Поджав губы и изогнув обе брови, я посмотрела на дверь. Звуки шли оттуда, что ещё больше смущало. Антонова прикрыла уши, посмотрев на меня таким взглядом, а я тут причем вообще? Нет… это всё ерунда какая-то. У Насти же Лёша есть, а у того лейтенанта наши паспорта, без которых мы никуда не денемся. Всё что угодно я ожидала от неё, всё, но только не то, о чём думаю сейчас. Через минут пять звучания из комнаты утихли, а ещё через две - вышла Рязанова со стопкой наших документов. Лицо у неё было такое, как будто ничего не произошло… ну да, неужели она думала, что за такими хрупкими и старыми стенами не слышно? Да тут слышимость в десять раз хуже, чем в квартире моей бабушки. А этому дому, где живет родственница – шестьдесят лет. - Наши паспорта,- с легкостью произнесла она, смотря на нас, как ни в чём не бывало,- ну что, поехали,- и направилась к выходу. Первым встал Гоша, с такой физиономией, мол, он здесь больше оставаться не хочет. Да мы все не хотим, после услышанного, да и вообще. Антонова поплелась за мной, постоянно оглядываясь назад, но, не знаю, к сожалению или наоборот, нерусского мужичка с купоном из упаковки чипсов – не пустили. Да он даже и не понял, просто, со своей улыбкой, которая всё это время не сходила с лица, помахал нам рукой. - Он что,- я встала у выхода,- тут останется? - А ты хочешь, чтобы он с нами поехал?- с издевкой проговорил Паша, посмотрев на меня. Я закатила глаза, на что вызвала ожидаемую реакцию со стороны парня. Аня помахала Рахиму вслед и как-то печально оглядела всё вокруг. - Ладно,- выдохнул Вершинин прямо мне в голову, потому что мой рост значительно отличался от его,- пойдем.

***

Ехали мы молча, наверное, известно, почему. Да и как-то спрашивать о том, что случилось с Рязановой – глупо и смешно. Просто, ответ слышать не хотелось, но любопытство всё равно мучило, а мысли прокручивались в голове, как, мол, правильнее сказать. - Может быть,- мои губы слегка дернулись, на что Настя посмотрела в мою сторону,- расскажешь нам, что там было? Не одна извилина на веснушчатом лице сестры не дернулась. Меня это немного напрягает, да я бы от стыда сгорела на месте. Нет, я бы не сгорела, я бы вообще отказалась исполнять такое, мягко сказать – необычное желание лейтенанта. Ради паспортов... уж лучше пусть бы Вершинин настучал всем по голове, чем такое. Фу, противно. - Ты совсем что ли?- вспылила я.- Так себя ведешь, как будто ничего и не было. Не ожидала такого! Мы бы лучше какой-нибудь другой план придумали, чем такой выход из ситуации. Нет смысла продолжать этого диалога, да и подробности слышать не хотелось. Я развернулась в сторону Ани, которая наблюдала за реакцией рыжей, та лишь усмехалась на мои возгласы. - Может, правда, оповестишь нас о том, что там было?- глубоко вздохнула блондинка. - А сама-то как думаешь?- наконец-то родила Рязанова. - Я, естественно, ничего не думаю,- парировала Антонова, поджав губы. - Ну да,- прыснула рыжая,- конечно. - Ты чего, Насть?- зеленоглазая скрестила руки на груди. - Да ничего, Ань,- ответила тем же наша «спасительница»,- у тебя такое лицо было, когда я выходила, как будто мне там пришлось всей роте дать, по очереди. На секунду мы замолчали, а точнее обе девушки. Казалось, что все даже прекратили дышать. Вот атмосферка-то. - Без обид, Настюх,- подключился Паша,- но, честно говоря, со стороны, так оно и выглядело. Я забегала глазами, смотря то на Вершинина, то на Рязанову.

***

После рассказа сестры вся машина мимолетно наполнилась смехом, хрюканьем, гоготом, хохотом, да вообще всевозможными выплесками эмоций. Эта правда для меня, пришлась, как бальзам на душу, ну серьёзно. Казалось всё так запущенно, и я собиралась, вовсе отказываться от сестры, по приезду в Москву, а оказалось очень даже забавно. Просто, история про гея, который попросил Настю постонать пять минут для того, чтобы его сослуживцы подумали, что он натурал, хотя наоборот - очень даже комическая. - А когда я выходила,- продолжала рыжая,- он мне фотку своего парня показал. - Жееесть,- протянула я, едва отдышавшись от смеха. - На Гошу, кстати, чем-то похож,- добавила сестра. Раздался звонкий смешок Вершинина в сторону Петрищева, который сидел рядом, правда, тому стало не до смеха. - Да шучу, Гош, шучу,- улыбнулась Настя,- ты у нас даже симпатичнее. Брюнет развернулся к окну и эпично надул губы, ну блин, как маленький, ей-богу. Хотя, согласна, что шуточка не из приятных, но, видимо, пора научиться смириться с тем, что над тобой все смеются, или научиться отвечать. Дрога показалась настолько короткой, что уже виднелась сине-жёлтая остановка с надписью «Залесье», а это означало, что там нас ожидает Горелов. Откашлявшись, все приняли серьёзные гримасы, просто, сейчас кое-кто получит. «Волга» под руководством Паши резко затормозила. Довольный Лёша, даже не задумывался о последствиях, лишь с улыбкой подошел к автомобилю. Водительские двери открылись, и оттуда уверенно вышел Павел Андреевич. - Здорова,- звонко произнес Лёха, поправляя крутку. Оценив наши недовольные лица, он прищурился и успел произнести «Вы чё?», но, немедля был ознакомлен с жёлтым столбом, благодаря своему лучшему другу, у которого сейчас злость пляшет выше крыши. - Извиняйся давай,- отчетливо и серьёзно изрек Вершинин. Горелов усмехнулся на это заявление, пожав плечами в стиле «Да ладно». Да ладно? Да мы тут из-за тебя, красавчик, проторчали на посту. Это, по-твоему, нормально? Раз, и парень получает снова, но только в живот. - Ты хоть понял за что?- снова произносит Паша. - Тебя не учили, что так с людьми поступать нельзя, а уж тем более с такими, как он. Совесть теперь не мучает?- парировала я, изогнув правую бровь. - Да ладно, чё,- шутник прислоняется рукой к столбу,- простите за дауна, не смог удержаться. За это – в живот, от того самого, от кого получил и первые два удара. - Чё-то ты меня не убедил,- Вершинин переходит на более резкие тона. - Ты чё, блядь,- Горелов попытался замахнуться на друга, но получил по щеке от Насти. Выражение лица, с улыбки, меняется на сожаление, хотя, вряд ли парень осознает свою вину перед «дауном», как он выразился. - Урод ты моральный,- начал блондин,- ты хуже того козла, который у меня бабки спёр. Отсталого на деньги развел и нас подставил. - Да там денег-то было,- пытается отдышаться Горелов. - Какая разница,- выпалила Антонова,- правильно Ксюша сказала, нельзя так с людьми поступать. Ты думаешь, им плохо делаешь - ты себе плохо делаешь! - Слышь, думаешь, ты хорошо поступила, когда задрота на поездку развела, а?- протараторил обидчик, выдыхая белый дым. Аня посмотрела на Петрищева, который поджал нижнюю губу и не знал, что сказать. А парень-то поверил, поверил, что хоть кому-то понравился. Нет, всё-таки мне его жаль. - Ты думаешь, на кого он с утра-то передергивает?- продолжил Лёша.- Тот же развод, что и с таджиком по сути. Гоша безысходно посмотрел блондинке в глаза и направился к машине, как Паша и Настя. Я легонько хлопнула девушку по плечу, и она последовала за мной к автомобилю. - Чё, не так что ли?!- отчаянно крикнул Горелов и ударил по бетону, покрашенному в жёлтый цвет. Все молчали, абсолютно так же, когда выезжали с поста, но тогда молчание означало совсем другое, нежели сейчас. Каждый думал об одной и той же ситуации, перебирая в голове размышления по поводу этого подлого поступка. Как там Аня сказала? «Неплохой парень»? Смешно. Дверь открылась, и к нам подсел этот самый милый и пушистый с чувством вины на лице. Хотелось бы всё изменить, да вот не получится. Надо думать, что делаешь. - Ладно, ладно,- он пытался захватить, как можно больше кислорода,- простите, блин. Ну, чё я сделаю? Да, я такой… постараюсь, там, как-то по-другому, отвечаю.