Дверь на террасу

По летней жаре Ролан запарился таскать сумки из багажника машины в дом. Хотя до конца лета оставалось всего два месяца, родители снарядили его с братом так, как если бы отдавали на всю жизнь. Нет, конечно, чтобы провести лето на даче у знакомого омеги, нужно подготовиться во всеоружии. Но вот пачка презервативов, заботливо спрятанная братом в недрах одной из сумок, явно была излишеством. Ролан не мог предположить, что этим летом ему, наконец-то, может что-то перепасть. Жить в тени старшего брата задача не легкая. А в тени старшего брата-альфы, при том будучи самому альфой, сложно в квадрате. Если не в кубе… Пирс был старше всего на две минуты, но разница почему-то всегда была заметна. Брат был и взрослее, и хитрее, лучше дрался, да и по омегам счет у них был разрывный. До такого разгромный, что не будь Ролан альфой, давно бы уже заплакал. - Я все! – Крикнул он, опустошив, наконец, багажник. Дом, где они должны были отдыхать, принадлежал очень близким друзьям их родителей. Проще говоря – они дружили семьями. Папы-омеги познакомились еще в младшей школе, да так и несли всю дружбу через многие года и невзгоды. Теперь её поддерживали дети. Сой, омега, сын хозяев дома, всегда хорошо ладил с Роланом и Пирсом, так что летние выезды в гости были скорее традицией, чем неожиданностью. - Молодцы, мальчики. Удачи вам, – отец-альфа Соя, Гарри, всегда смотрел сурово, оно и понятно – это он тут в случае чего мог внепланово стать дедушкой милостью двух братьев. Да и к тому же близнецов. Потом бы долго угадывал, от кого из альф у него внучок. А игры в «угадайку» близнецы любили с детства. – Мы на природу всего на недельку. Сой вернется через три дня. - А куда он уехал? - Беззастенчиво спросил Пирс. - К другу. У них там тоже что-то вроде пикника, - спокойно отозвался Гарри, подталкивая к выходу уже свои сумки, - так что вы располагайтесь. Где ваши комнаты, вы уже знаете. И, если несложно, наведите на летней террасе порядок, хорошо? А то после зимы там столько грязи… - Конечно, - с легкостью согласился Ролан, - обязательно. Летняя терраса была больной темой. Это было неотапливаемое помещение, на зиму оно обязательно запиралось. И даже если семьи приезжали на зимние каникулы и расконсервировали дом, ее все равно не открывали. За два прошлых года дом дважды грабили, как раз через эту террасу, и тогда родители поставили на окна решётки. - Вот и хорошо, - выдохнул Гарри, - я в вас верю. С родителями альфы прощались, как можно старательнее скрывая свое нетерпение. Пирс надеялся побыстрее залезть через вай-фай на порно сайты, а Ролан собирался сопровождать его в этом увлекательном путешествии. Когда родители сели в машину и отъехали, братья досчитали до десяти и громко закричали. Это означало торжественное начало недели без родителей, без контроля, проходящей под лозунгом «делаю что хочу». Альфам было уже за восемнадцать, в этом году они поступили в институт и планировали перед учёбой оторваться по полной. - Первый раз мы тут одни, - мечтательно проговорил Ролан, слушая тишину пустого дома. - Ага, жаль только, вечеринку не закатить, – кисло проворчал Пирс. Оно и понятно. При любом странном скоплении народа родителям в любой момент могли позвонить сердобольные соседи, и тогда прощай свобода. - Да забей, найдем, как оторваться, - успокоил брата Ролан, хотя прекрасно понимал, понятия отрыва у них немного разные. В его голове часто не укладывалось, как получается, что при абсолютно одинаковой внешности близнецов, Пирсу никогда не составляло труда снять омегу или проскочить в ночной клуб на халяву. В то время, как Ролан буквально за все должен был впахивать, и не факт, что в конце ему что-то перепадало. – Интересно, куда Сой подевался? Ролан надеялся, что фраза звучит не слишком заинтересовано. Он давно положил глаз на омегу, но тот, то ли специально, то ли по какой-то омежьей наивности, так ни одного намека и не понял. - Не знаю, - пожал плечами Пирс. Сой никогда его не интересовал. Для него этот омега был слишком спокойным, слишком домашним, слишком милым и слишком правильным. – Может, на время течки свалил куда-нибудь? - Течки? – Вздрогнул Ролан. Ревность, что Сой мог бы сейчас быть с каким-нибудь альфой, больно кольнула, задевая чувство собственничества, хотя омега ни разу не дал повода думать, что между ними что-то может быть. - Ну, да. Не парься, еще вернётся. Может, даже целым. Или ты у него первым быть хотел? Пирс иногда больно подкалывал брата. Хоть Ролан и не сознавался, что Сой был больным местом, брат просто не мог об этом не догадываться. Впрочем, Ролан прекрасно знал, чем именно может отомстить. Он расстроено вздохнул и «закинул удочку». - С омегами сейчас так не просто. Раз – и они уже не мальчики. Патрик, наверное, тоже уже с альфой попробовал… Ролан едва не рассмеялся, глядя на то, как брат меняется в лице. Патрик – омега, живущий по соседству, уже третий год был тайной влюбленностью Пирса. Брат просто сходил по нему с ума, но тот в его сторону даже не смотрел. А что еще можно было ожидать? За несколько выездов на летний отдых Пирс заработал репутацию ярого соблазнителя, а не всякий омега хотел стать десятым или пятнадцатым в его списке. Хотя список был не такого пугающего масштаба, Патрик, видимо, рассчитывал найти более серьёзно настроенного альфу. Вот и получался замкнутый круг: Патрик не давал, а Пирс с горя имел все, что мог. - Убью того, кто его тронет… - Прорычал альфа, стукнув по столу с такой силой, что тот подпрыгнул. - Ну-ну… - Самодовольно протянул Ролан и пошел разбирать вещи. Спальню братьям выделили на первом этаже. Все равно они сбегали на ночные посиделки, поэтому, чтобы они не сорвались со второго этажа, пытаясь тайком улизнуть из дома, их, ради их же безопасности, переселили ниже. - Я вот что думаю… - Протянул Ролан, найдя брата на кухне после двух часов раскладывания вещей. – Давай с террасой сейчас разберемся? А то потом будет, как в прошлом году. Еле успели перед их приездом. Пирс явно задумался, вспоминая, как в последний момент они впопыхах домывали злополучную террасу прямо перед самым приездом родителей. - Да. Ты иди, наметь фронт работ. А я подгребу позже. Ролан пожал плечами и пошел наверх. На террасе спали, когда было совсем жарко. Обычно отправляли туда Соя – омега плохо переносил жару, а терраса как раз была с северной стороны, где было мало солнца и всегда была прохлада. Он не спеша дошел до двери, открыл ее, потянув на себя, и зашел. - Держи дверь! – Услышал он крик, мимо него промелькнула чья-то фигура и тут же раздался оглушительный хлопок. - Не успел… - Отчаянно заскулил Сой. Омега был в одной майке и шортах, волосы на голове были всклокочены, а глаза лихорадочно блестели. Взгляд метался по террасе, но так ни на чем не мог остановиться. - А в чем проблема? – Спросил Ролан и тут же понял, в чем. В нос ударил запах течного омеги и, судя по его силе и концентрации, Сой тек уже давно. – Что ты тут делаешь? Разве ты не у друга должен быть? - Дверь заклинило, - почти простонал Сой, всхлипывая. – Открыть ее можно только с той стороны. Я тут уже три часа сижу. Где родители? - Уехали, - в ужасе ответил Ролан. Он один на один с течным омегой. Такое ему, пожалуй, в эротических снах не снилось. – Хоть бы окно открыл. - Я пытался, - ответил Сой, глядя, как Ролан забегал от одного окошка к другому, - шпингалеты заржавели… В этом Ролан убедился и сам, когда метался от рамы к раме и ничего не мог поделать. Даже выбей он стекла, запах уже никуда не денется. А вот вылезти они бы все равно не смогли. После второго ограбления родители поставили на окна решетки. Ролан попытался открыть дверь, но в ручке что-то каждый раз щелкало и она постоянно проворачивалась вокруг своей оси. - Черт… - Выругался альфа, чувствуя, как тяжело становится в паху. Запах омеги сводил с ума и стояк с каждой секундой становился все мучительнее и больнее, упираясь в ткань джинс. – Ты позвать, что ли, не мог! - Я звал! – Едва не плача, прохныкал Сой. – Я кричал. Я в дверь стучал, так что пальцы отбил… Но никто не слышал… Никто… - Что ты вообще забыл на этой долбаной террасе? – Ролан уткнулся лбом в стену, пытаясь хоть как-то успокоиться. В голове медленно становилось пусто, а разум постепенно затмевался дурманящим запахом, способным убить любого альфу наповал. – Я тебя умоляю, отойди подальше. Сой закивал, в панике уползая подальше и забираясь на кровать, где обычно и спал, когда наступала летняя жара: - Зашел диски взять. Патрику надо… - Патрику надо… - передразнил Ролан, до боли закусывая губу. Соя он хотел всегда, с самого их первого знакомства, а теперь, когда омега еще и тек с ним наедине, становилось вовсе невыносимо. Он был готов взять его прямо сейчас. И спасаясь от своих желаний, он отчаянно заколотил в дверь кулаком. – Пирс! Мать твою! Или отца! Где ты… С кровати раздался стон. Этот самый протяжный, призывный стон желания и похоти. Не справившись с собой, Ролан обернулся. Сой лежал на кровати, широко расставив ноги, и тяжело дышал. Сквозь тонкую летнюю футболку проглядывали напряженные соски, а в шортах, промокших сзади насквозь, довольно хорошо угадывался нехилый стояк. - Черт… - Простонал омега, - как же ты пахнешь… - Я? – Удивился Ролан, не замечая, что ноги уже сами несут его к кровати, на которой Сой так неприлично призывно развалился. - Всегда пах… - Еле слышно прошептал Сой, растягивая ворот футболки. Дышать ему было сложно. Запах альфы возбуждал еще сильнее, а в анусе, кроме сводящих с ума зуда и пустоты, появлялось еще тянущее томление и просто дикое желание ощутить, наконец, хоть что-то. В животе становилось тяжело и член еще сильнее напрягся, до боли упираясь в молнию на шортах. Он бы уже начал сам ласкать себя, пытаясь хоть как-то унять эти сводящие с ума желания, и лишь присутствие альфы его останавливало. Ведь если тот увидит, как он пытается удовлетворить себя… Ему страшно представить, как снесет альфе крышу от такой картины. Но от каждого вдоха, чувствуя запах Ролана, Сою становилось все нестерпимее. Анус просто пекло, раздирая от жгучего желания. Шорты, пропитавшиеся смазкой насквозь, мерзко прилипали к телу, то и дело соприкасаясь с чувствительным входом. - А как я для тебя пахну? – Ролан присел на кровать рядом с омегой, не удержался, задрал его футболку, окидывая взглядом подтянутый живот, напряженные, сжавшиеся от напряжения соски. - Прекрати… - Простонал Сой, чувствуя альфу рядом с собой. Так близко. Так невыносимо. Он повел бедрами пытаясь хоть как-то расправить трусы, врезающиеся в промежность, но лишь только плотнее прижал намокшую ткань ко входу и еще мучительнее застонал, осознавая, насколько сильно он хочет. От такой картины - омеги, беспомощно сгорающего от желания, Ролан едва не задохнулся: - Так как? Как я для тебя пахну? – Он наклонился к Сою, обдавая того своим дыханием, прекрасно осознавая, насколько жестоко и насколько призывно сейчас его запах дурманит и без того плохо соображающего омегу. - Так всегда… Так… Призывно… - Краснея, сознался Сой. В течку из него, как из любого омеги, можно было вытащить все, что угодно. Достаточно только было посадить рядом альфу, которого он хотел. И дразнить, играть с ним, соблазнять. - Хочешь, я тебя поцелую? – Глядя на сухие губы Соя, спросил Ролан. Он мог бы это сделать, не спрашивая разрешения, но так хотелось, чтобы омега сам его попросил. Или даже лучше – сам попытался. - Да, - прошептал Сой и застонал еще сильнее, когда понял, что Ролан приближается к нему, и скоро их губы соединятся… - Да я смотрю, вы охренели! – Услышал Ролан голос брата и, с трудом пересилив себя, заорал: - Дверь! Но громкий хлопок, раздавшийся на террасе, оповестил всех о том, что теперь они заперты втроем. - Что – дверь? – Не понял Пирс, пытаясь дергать за ручку, которая, как и раньше, лишь издевательски поворачивалась, не желая открываться. – Это что за запах? Пирс, как и любой нормальный альфа, почуял течного омегу. Запах ударил в нос не сразу, но когда коснулся чувствительных к запахам омег рецепторов, понес крышу в края под названием гон. - Только не говори мне, что мы вдвоем заперты с нашим растекающимся на кровати другом детства. - Именно так… - Беспомощно прохрипел Ролан. Дальше он в течении пяти минут наблюдал за бессмысленными попытками брата найти хоть какой-то выход. - Мобильник! У кого-то из вас должен быть мобильник! – Кое-как дошло до Пирса. И Ролан устало покачал головой. Свой он забыл внизу. А у Соя мобильника тоже явно не наблюдалось. Иначе бы он не сидел здесь в надежде хоть на какую-то помощь. - А твой где? - Внизу забыл… - Придурок. - А сам… Из словесной перепалки их вывел самый что ни на есть пошлый стон Соя. Теперь, когда на террасе стало на одного альфу больше, он просто не мог себя контролировать, путаясь в сильных запахах, заставляющих его тело предательски гореть и просто требовать прикосновений. Любых. Каких угодно. - Пирс? Че делать? - Че? Че делать? Сам как думаешь? Первый раз что ли омегу видишь? – Спросил брат, скидывая с себя футболку. - Пирс… Мы не можем его... – Так и не закончил Ролан, все же не сумев произнести слово «трахнуть». И дело было даже не в том, что он не хотел. Просто впервые в жизни ему хотелось полностью насладиться омегой самому. Любого другого он бы с радостью разделил с братом и даже бы не подумал о чувстве собственности. Но Сой… Сой был особенным. - Можем. Еще как можем! Как думаешь, долго мы еще протянем, пока предки вернутся? А он? Его не жалко? Ты только глянь… Сой, и правда, выглядел так, что его хотелось пожалеть. А потом отыметь. А потом пожалеть снова и снова отыметь. И так до бесконечности. - А если он не хочет… Пирс прыснул так, что казалось, он просто лопнет от смеха. - Омега? Текущий? С двумя альфами? Не хочет? Сейчас я покажу тебе, как он не хочет… Пирс быстро преодолел расстояние до кровати, отобрал у брата футболку, которую тот до сих пор держал на Сое задранной, и осторожно провел рукой по груди омеги. Тот немедленно откликнулся на это прикосновение еще одним стоном, выгибаясь в спине и потянувшись за рукой, а Пирс легонько сжал сосок, осторожно покручивая его между пальцев. Сой напрягся, дыхание заметно участилось, и он весь задрожал, ощущая на себе руки альфы, так бесцеремонно играющие с одной из самых чувствительных частей его тела. Но этого все равно было слишком мало. - Раздевайся! – Скомандовал Пирс брату. – Веселье только начинается. Скидывая с себя одежду, Ролан радовался только одному - стояк, наконец-то, освободится от туго облепляющих джинс и, может быть, вдохнув свободы, станет не так сильно требовать разрядки. Как же он ошибся! На свободе член только еще сильнее стал наливаться кровью, переходя все мыслимые границы возбуждения. - Так, теперь его, - снова скомандовал Пирс. Сам он уже тоже был голый, и его член, точно также, как у Ролана, возбужденно торчал, переплетённый вздувшимися венами. Про себя Ролан отметил, что, может быть, брат ему даже и уступает в чем-то. Но мысли быстро улетучились, когда он поймал на себя взгляд омеги. Сой смотрел не просто призывно – это была настоящая похоть, молчаливый приказ взять его. Требование, не подчиниться которому было просто нельзя. Братья снимали одежду с омеги, который стонал от каждого прикосновения, помогая им освобождать его. И лишь когда он оказался полностью открытым, природное смущение взяло верх, и он прикрыл ладошками свой пах. - Ты глянь, какая стесняшка… - Усмехнулся Пирс, по-хозяйски окидывая Соя взглядом. «Намечая фронт работ» - так он обычно говорил. А омега, стрельнув глазами из-под косой челки, быстро пробежался взглядом по Ролану и, задержавшись на секунду дольше на его члене, едва заметно улыбнулся. «Заигрывает, что ли?» - подумал Ролан, но Сой уже спрятал взгляд, стыдливо краснея. Альфы беззастенчиво разглядывали омегу, лежащего на кровати. Стройное, подтянутое тело дрожало от возбуждения, соски сжимались, выдавая излишнюю чувствительность хозяина, а головка члена, не прикрытая до конца, блестела от смазки. Ролан следил, как вздымается грудь омеги, часто вдыхающего насквозь пропитанный запахом двух альф воздух. - Поиграем? – Предложил Пирс. Он всегда вел, инициатором любых их приключений всегда был он, и сейчас старший брат опять брал инициативу в свои руки. Он склонился над омегой, легонько подул ему на сосок, вызывая этим сильную дрожь, и тут же прошелся по нему языком. Раз, еще раз. Он кружил вокруг него. Проходился вверх и вниз, дразнил и обманывал. Пирс легонько прикусил его, заставив омегу испуганно вскрикнуть, и тут же снова начал зализывать следы укуса. Сой испугался. Резкая боль в контрасте с наслаждением на мгновение привела его в чувство и он, оторвав руки от члена, попытался оттолкнуть альфу. Но не тут-то было. Пирс быстро воспользовался этой секундной паузой, перехватывая руки омеги, разводя их в разные стороны, оставляя его полностью без защиты. Сой застонал, пытаясь вырваться. Но Пирс крепко держал руки, вдавливая всем своим весом в кровать и продолжал ласкать его соски языком, то и дело прикусывая то один, то второй, на мгновения возвращая омегу в реальность и тем самым лишь усиливая остроту ощущений. Ролан наблюдал, как брат играет. От его ласк омега извивался, стараясь не то уйти от обманчиво ласкающего языка, то ли наоборот, подставиться ему, вновь получая новую порцию ласк и внезапной боли. Его член, больше ничем не прикрытый, дергался в такт его судорожным вздохам, а между ног, которые омега, не отдавая себе отчета, то и дело разводил, виднелся раскрасневшийся вход, из которого сочилась смазка. Ролан в очередной раз поймал взгляд Соя, такой беспомощный, такой беззащитный и такой развратный. Омега просто умолял его присоединиться к играм и призывно открыл рот, облизав свои губы. Блестящие, они манили к себе, требовали его в себя. И Ролан наклонился, грубо ввинчиваясь языком в податливо открытый рот. Сой застонал, отвечая на поцелуй, и его язык тут же столкнулся с языком Ролана, переплетаясь и слегка щекоча своим кончиком. Не так, совсем не так Ролан представлял их первый поцелуй, если тому было суждено однажды случиться. Но случай распорядился по-своему. Ролан грубо вторгался как можно глубже, стараясь исследовать каждый изгиб, ласкал десны, нёбо и лишь на мгновение оторвался, чтобы до боли засосать губы омеги Сой таял в ощущениях. Терялся в них, как будто плыл где-то в другом мире. И лишь возбуждение, беспощадно охватывающее тело после каждого прикосновения, заставляло его страдать и желать большего. Намного большего, чем он мог себе представить. Его соски мучительно болели от ласк альфы, и каждое новое прикосновение горячего языка сводило с ума, оставляя после себя влажный, сводящий с ума холод. Его руки были раскинуты в разные стороны и он беспомощно сжимал пальцами сильные руки альфы, так крепко держащие его без возможности освободится. А Ролан… Целовал так грубо и так сладко. Язык дразнил, искушая, словно предлагая попробовать то, что будет, когда Ролан возьмет в рот его член. И когда Сой потянулся ему навстречу языком, Ролан засосал его в свой рот так, что Сой едва не кончил, представляя, как это будет. Он застонал, плотно сжимая колени, от невозможности кончить прямо здесь и сейчас. Возбуждение нарастало, распирало его, заставляя беспомощно содрогаться от ласк. Член болезненно пульсировал, и казалось, любое прикосновение заставит его взорваться. Но разве ему дадут? Разве позволят вот так просто кончить? Он даже не сомневался, что все только начинается и братья не позволят ему вот так просто достигнуть разрядки. Сой заскулил, заставляя Ролана оторваться от тёплого, гостеприимного рта. Пирс медленно спускался вниз, кружа языком вокруг пупка омеги, и каждый пройденный миллиметр отдавался мучительным желанием, чтобы альфа поскорее опустился ниже. Еще ниже. Еще… - Нам бы его немного растянуть, - улыбнулся Пирс, встречаясь взглядом с братом. На секунду Ролан захотел оттолкнуть его, спихнуть с кровати и чем-нибудь связать, не давая даже приблизиться к Сою. Но то, как далеко они зашли, уже не оставляло никаких сомнений в том, что и половину пути он бы не прошел без напора брата. И это означало, что поделиться все же придётся. - Как? – Спросил Ролан. - Хм, держи его руки. Думаю, я смогу его разработать так, чтобы он не кончил. Ролан перехватил руки омеги у брата и тут же пожалел об этом. Потому что тот грубо раздвинул ноги Соя, разводя их неприлично широко, и осторожно прошелся пальцами, собирая смазку. Ролан рыкнул, готовый накинуться на брата в любой миг, если тот хотя бы попытается войти в омегу. Но Пирс лишь улыбнулся, лихорадочно блестя глазами. - Да не трону я твоего омегу. Думаешь, не замечал, как ты на него все это время смотришь? Просто растяну его немного для тебя. Должно же и мне перепасть хоть что-то. Он – твой. Обещаю. И Ролан кивнул. Потому что брат еще ни разу его не обманывал и поступить настолько подло, чтобы забрать омегу, просто не мог. Что касается подготовки, был ведь раньше обычай, по которому старший брат готовил омегу для младшего. Какое у них странное соблюдение традиций. - Хочешь попробовать его первым? – Предложил Пирс, но Ролан не сразу понял, что именно тот предлагает. А когда понял, то пожалел, что так рано перехватил руки. - Да. - А ты собственник… - Ухмыльнулся брат. Сой почувствовал, что руки стали свободными, и в тот же миг Пирс поднял его, сажая к себе на колени. На секунду омега подумал, что момент близко, сейчас его насадят на член и мучения кончатся – но он ошибся. Член альфы скользнул по ягодицам, упираясь в поясницу. Ноги грубо развели в разные стороны, перехватывая под коленями и выставляя текущий вход, торчащий член и поджимающиеся от возбуждения яички в самом раскрытом, самом непристойном виде. Смущение захлестнуло его, когда он увидел, как Ролан его разглядывает. Каждый сантиметр его самого сокровенного, того, что еще никто не видел, альфа пожирал глазами, словно пытался отпечатать в своей памяти навечно. - Давай, - рыкнул Пирс. – Он вообще-то тяжелый. Ролан приблизился к торчащим ягодицами, раскрытым настолько, что было видно, как раскрасневшийся от возбуждения, припухший вход призывно пульсирует, требуя, чтобы в него вошли. Медленно и очень осторожно Ролан провел языком между ягодиц, слизывая смазку и лаская вход, который сжимался от каждого прикосновения. Омегу как током прошибло, когда к его анусу прикоснулись. Ласка была слишком нежной, чтобы прочувствовать ее до конца. Сой взвыл, буквально умоляя о большем, и бедра против его воли задвигались, пытаясь насадиться хоть на что-то. Но Ролан лишь обхватил его ягодицы, до боли впиваясь в них пальцами, и продолжил мучить его, заставляя выть от каждого прикосновения. Болезненно сжимающийся вход каждый раз выделял новую порцию смазки, готовый принять в себя альфу. А обманная ласка лишь еще больше дразнила его, вынуждая мучительно сжиматься внутри, когда каждое новое прикосновение оказывалось не больше, чем просто игрой. Ролан слизывал смазку горячим языком, кончиком которого осторожно надавливал на вход, слегка раскрывая его. - Хватит, - услышал он голос Пирса, - ты его так замучаешь. Он еще не настолько в этом хорош, чтобы долго переносить такое. Сой почувствовал, как его снова кладут на спину. Он было потянулся к своему члену, чтобы хоть как-то облегчить свои мучения, но альфы снова перехватили его руки, на этот раз заведя их у него над головой. Он снова захныкал, готовый по первому слову начать их умолять, если только это поможет ему кончить. Но братья до сих пор не обмолвились с ним даже словом, предпочитая общаться исключительно между собой. И омега вновь посмотрел на Ролана, облизнув свои губы. Может, хоть поцелуй? И альфа скользнул языком ему в рот, сбивая дыхание, заставляя простонать от того, каким жарким и постыдным был этот поцелуй, с привкусом его собственной смазки. Омега ойкнул, понимая, насколько развратным сейчас выглядит в глазах двух братьев. Его безумные стоны и жалобные всхлипы, наверняка, лишь еще больше дразнят альф, вынуждая играть с ним все дольше и мучить все сильнее. Свободной рукой Ролан погладил грудь омеги и, нащупав сосок, больно сжал его, с наслаждением отмечая, как беспомощен и податлив стал его омега. Сой выгнулся, едва не прикусив язык альфы, и снова захныкал, прося либо прекратить, либо, наконец, взять его, оборвать все мучения. Он тут же почувствовал, как второй альфа раздвинул его ноги, слегка приподнимая его бедра, подложил под них подушку и тут же прижал его к ней, выставляя на обозрение все, чего омега так стеснялся. Смазка едва ли не текла, выделяясь из ануса, и член подрагивал от напряжения. Сой повел бедрами, призывно приподнимая их, и тут же альфа закинул его ноги наверх, чуть ли не складывая омегу пополам. - Держи-ка его ногу, - вновь скомандовал Пирс, и Ролан, оставив сосок, подхватил ногу Соя под коленом, не давая никакой возможности ее вырвать. Вторую ногу Пирс держал сам, оставляя зад омеги полностью беззащитным и раскрытым. Разлепляя глаза, Сой заметил, как Пирс завёл руку ему между ягодиц, и в ту же секунду пальцы вновь скользнули, собирая смазку. Он почувствовал легкое давление, а после один палец проник в него. Немного, совсем чуть-чуть. Но этого уже хватило, чтобы омега взвыл, пытаясь двинуть бедрами навстречу. Но братья слишком крепко держали его, и безумно напрягшееся тело обмякло в бесполезных попытках получить удовольствие. - Вот так, - услышал он голос Пирса, - Расслабься. И я все сделаю быстрее. – Кажется, впервые тут обращались именно к нему, - ты ведь хочешь, чтобы Ролан, наконец, взял тебя. Ты ведь хочешь моего брата? Не отдавая себе отчета, Сой кивнул, и тут же встретился с удивленным и счастливым взглядом Ролана. Альфа нравился ему. Уже давно он присматривался к нему, не зная, как подойти. Все намеки, что тот адресовал ему, смущали омегу, заставляя отступать, опасаясь, что он может совершить ошибку. А теперь случай все расставил по своим местам. Сой хотел что-то сказать, наверняка, стоило хоть немного попытаться, ведь то, как счастливо Ролан смотрит на него, значило сейчас невероятно много. Но Пирс не дал ему такой возможности, вводя палец еще глубже. Омега застонал, чувствуя, как внутри него, наконец-то, заполняется эта тянущая пустота. Пусть немного, пусть совсем чуть-чуть, но становилось легче. Приятное тепло разлилось по телу, когда палец внутри заскользил, лаская ставшие невероятно чувствительным стеночки, и все ощущения сосредоточились в одном-единственном месте. Когда к первому пальцу добавился второй, стало еще приятнее. Два пальца занимали еще больше места и Сой вновь застонал, чувствуя, как вход податливо раскрывается навстречу. Если бы он только мог, он бы стал двигаться, показал под каким углом лучше, но пальцы внутри с каким-то садистским упорством старательно обходили самые чувствительные места. Омега вскрикнул, обижено и требовательно, он вспомнил, что Пирс обещал разработать его так, чтобы он не кончил. Выходит, альфа специально мучил его, не давая даже надежду на облегчение. От третьего пальца стало больно, захотелось сжаться. Вход растягивался уже не так хорошо, пальцы буквально распирали его, насильно заставляя раскрыться еще больше, еще шире. Сой попытался сжаться, вытолкнуть их, и от этого стало только больнее. Игнорируя сопротивление, пальцы раскрывали его, заставляя растянуться до невозможности. Омега стиснул зубы, шипя от рези во всем анусе. - А ты что думал? – Самодовольно спросил Пирс. – Если не растянуть тебя как следует сейчас, то потом будет еще больнее. Терпи… И Сой заскулил, потому что терпеть было просто невозможно. Пальцы буквально раздирали мышцы, не желающие подчиниться. Пирс проворачивал их внутри, немного вынимал и снова загонял обратно. Вход ныл и зудел, требуя ласки, а не этого жесткого растяжения, отзывающегося болью в самом чувствительном месте. А ведь все так хорошо начиналось. - Хватит… - Прохрипел Сой. Но альфы его даже не слушали. Пирс продолжал разрабатывать его, разводя пальцы в стороны и раскрывая его самым непостижимым образом. Казалось, сквозь них можно было увидеть, что у него внутри. А Ролан, как заворожённый, смотрел за действиями старшего брата, наблюдая, как тот растягивает омегу все сильнее. Ролан смотрел с таким беспокойством и с такой заботой, а после, перехватив взгляд омеги, наклонился к самому уху и тихо прошептал. - Ты мне всегда нравился. Только ты и никто больше. Слова подействовали успокаивающе. Непослушные мышцы расслабились и через боль растягивались, раскрываясь все шире. Боль перестала занимать собой все пространство, уступая место уже привычному возбуждению. Но Пирс упорно обходил те места, от прикосновения к которым омега мог бы сразу кончить. - Ну, наконец-то! – Недовольно воскликнул Пирс, – еще чуть-чуть и все готово. Он как-то особенно широко развел пальцы, заставляя Соя вскрикнуть от какой-то слишком сильной и резкой боли. Вход запульсировал, стараясь сжаться, но ему мешали, всё сильнее разводя пальцы в стороны. Омега долго боролся, пока, наконец, не сдался, бессильно развалившись на кровати и позволив делать с собой все, что они хотят. Если альфа так захотел его порвать, то он уже ничего не сможет сделать. Неожиданно боль отступила, оставив лишь пустоту и неприятное чувство растянутости. - Готов. – Твердо заключил Пирс, отпуская его одновременно с братом. Оказавшись на свободе, Сой свернулся калачиком, обнимая себя за колени. Было обидно и ужасно несправедливо. Вход уже просто горел, теперь не только от течки, но и от того, как жестко и грубо его растягивали, заставляя терпеть все эти мучения. Течка и так не самое приятное, что с ним происходило, а теперь еще и это болезненное ощущение от растяжки, и мучительная пустота. Сой всхлипнул, жалея себя и обижаясь, что несмотря на присутствие двух альф, он все еще ничего не получил. - Ты, кажется, переборщил, - виновато вздохнул Ролан, рассматривая омегу, у которого на глазах чуть ли слезы не наворачивались. Пирс придирчиво осмотрел Соя, пожав плечами. - Зато потом не будет плакать и требовать, чтобы ты из него вышел. Знаешь же, что бывает, если не растянуть их как следует. Давай уже – а то он обидится, что ты про него забыл. Сой почувствовал, как его поднимают, заставляют встать на колени, опуститься на локти. - Отпустите, - простонал он. – Не хотите – не надо. Я сам как-нибудь… - Как-нибудь будешь, когда мы на зиму уедем, - буркнул Пирс, держа его за плечи. «Перестарался» подумал он про себя, глядя на то, как омега еле стоит на коленях. Наверное, стоило все же поменьше увлекаться. Ну, повыл бы немного – все равно бы его однажды поимели. - Сой, сейчас все будет, - ласково сказал Ролан, проведя рукой по упругой ягодице омеги, очерчивая ее, проводя по бедру, стараясь успокоить. Он приставил член ко входу и потерся о него головкой, предвкушая тот момент, когда, наконец, войдет. - Да идите вы оба нааааа… Ах… - Сой вскрикнул, когда Ролан надавил и головка быстро и легко вошла в разработанный анус. Омега напрягся, но вопреки ожиданиям, боли почти не было. Разве что совсем чуть-чуть, но он быстро забыл об этом, когда член стал двигаться еще глубже и, в отличии от пальцев, он прекрасно задевал именно те места, от прикосновения к которым становилось невероятно приятно. Сой застонал, выгибаясь в спине, подставляясь альфе и чувствуя, как внутри него становится все теснее и как мучительно сладко тянет внизу живота. Ролан заполнял его собой полностью, не оставляя ни единого свободного места, и Сой чуть не кончил, когда бедра альфы плотно прижались к его ягодицам. В этот момент ему казалось, он уже готов разорваться, настолько глубоко Ролан в него вошел. И когда альфа начал двигаться, от нахлынувших ощущений стало просто невыносимо. Ролан выходил из него наполовину и сразу же возвращался, бедра стукались об ягодицы с неприличным пошлым звуком, в теле разливался приятный жар и внутри все перекручивало. Не отдавая себе отчета, Сой стонал в голос, стискивая в руках простыни, и терся щекой о влажную простынь. Он подавался в руки альфы, позволяя делать с собой все, что тот захочет, и так, как тот захочет. И каждый толчок отдавался сладкой дрожью во всем теле, заставляя стонать все громче и сильнее, требуя большего. Так продолжалось, пока Ролан не сделал несколько каких-то особенно сильных толчков, почти выходя из него, и сильно прижал его к себе, кончая. Сой тут же почувствовал давление, увеличивающееся с каждой секундой. Его буквально распирало изнутри, все чувства в раз обострились и он громко вскрикнул, кончая и пачкая простынь под собой. Сердце бешено колотилось, а тело сотрясали волны удовольствия, которого он еще ни разу в жизни не испытывал. Но он не задумываясь бы повторил еще сотни раз. Ролан поднял его, прижал к своей груди и усадил к себе на колени. Омега послушно откинулся, кладя голову ему на плечо и инстинктивно слегка покачал бедрами, лаская себя узлом изнутри. Пирс долго смотрел на них злым, голодным взглядом, пока, наконец, не выдержал. - Слушай, может, он мне хоть отсосет, а? - Даже не думай, - самодовольно ухмыльнулся Ролан и осторожно просунул в рот омеге свой палец. Сой засосал его, лаская кончиком языка, и слегка прикусил зубами, когда очередной оргазм вновь накрыл его. - Сволочь ты, - выдохнул Пирс. – Мне что, дрочить, глядя на вас? - Ну. Если хочешь… - Еще на брата своего я не дрюкал. Козел ты, короче. Сой гаденько захихикал, прикусывая палец Ролана. - Да ты не парься. Патрик скоро придет… - Чего? – Пирс даже подскочил от неожиданности. Подобное заявление застало обоих братьев врасплох, они удивленно уставились на омегу. - А что? – Довольно переспросил тот, в очередной раз поведя бедрами и довольно простонав. – Мы с ним договорились вместе течки проводить. Они у нас, видите ли, совпадают. Раз я не пришел, он, наверняка, будет меня искать. - Ты раньше сказать не мог? – Прорычал Пирс. – Мы бы, может, его дождались! - А зачем? Вроде неплохо получилось. Нет? - Мда... Что брат, что омега. Ну, и где же твой Патрик? – Саркастически поинтересовался Пирс. - Тут я, - услышали они голос, доносившийся со стороны двери. Патрик стоял в комнате и смотрел на них округлившимися от удивления глазами. – А вы… - Дверь!!! – Заорали в один голос братья, но звонкий хлопок оповестил их о том, что еще одним неудачником на террасе стало больше. - Такими темпами здесь вся деревня соберется, - рыкнул Пирс, пожирая Патрика глазами. Тот как-то слишком уж испугано вжался в дверь и почти не дышал. До него прекрасно доносился запах возбужденного альфы, а обнаженное тело Пирса с членом, торчащим в полной боевой готовности, красноречиво говорило о том, что так просто он отсюда не выберется. - У вас здесь что, тройничок? - У нас здесь дверь заклинило. У тебя пять минут, чтобы ее выломать. – Сообщил Пирс, поглаживая себя по члену. – Сой нам тут рассказал, что у вас с ним течки совпадают… - О, нет, - выдохнул Патрик, в панике пытаясь вывернуть ручку двери и рассматривая решетки на окнах. Пирс встал и двинулся к нему: - О, да… А Сой из-под опущенных ресниц наблюдал за ними и старался посильнее сжать внутри себя узел своего альфы.