Наказание

      Грелль приоткрыл скрипучую дверь и проник в темную комнату. Он кисло оглядел помещение. Конторка, гробы, анатомическая кукла в углу. Всё покрылось толстым слоем пыли, было оплетено гирляндами паутины. Нигде не было ни следа присутствия кого бы то ни было. Похоже, что Гробовщик уже давно не появляется в своём доме... Не то чтобы он, Грелль, соскучился по этому чокнутому, но было в нём что-то такое... -Да... Похоже, Гробовщик смылся. Немудрено, после всей этой истории с Авророй... Жаль, он был моей единственной надеждой найти Себастьянчика! - Грелль немедленно зарделся, - О, я такой испорченный! - Грелль завилял пятой точкой в предвкушении встречи. Внезапно дверь за ним резко захлопнулась, голову пронзила глухая боль, и в глаза ударила благодатная тьма... Что-то холодное коснулось лица, Грелль почувствовал, как кто-то протирает его лицо влажным полотенцем. Было прохладно и приятно. Затылок всё еще саднило. А еще почему-то он не мог пошевелиться... Это было похоже на... Грелль резко открыл глаза и скосил взгляд. На нём была надета красная кожаная бдсм броня, а руки были подвешены под потолком. Раздался издевательский смешок. О, этот голос Грелль узнает из тысячи тысяч... -ГРОБОВЩИК?! - взвился фальцетом Грелль, - Какого черта ты делаешь!? Гробовщик был одет в свой излюбленный черный балахон, но не было цилиндра. Не было и челки, которая оказалась забранной в хвостик, обнажая опасные лунно-зеленые глаза. -Любопытство кошку сгубило, разве ты не знал? - улыбнулся Гробовщик. -Вот уж не думал, что ты увлекаешься такими вещами, - презрительно фыркнул Грелль, - хотя надо отдать тебе должное, ты подобрал мой любимый цвет... -О, он прекрасно идет к твои чудесным огненным волосам, - с явным удовольствием заметил Гробовщик, проведя жестковатой ладонью по растрепанным прядям. -Итак, какого черта ты меня поймал? Разве ты не знаешь, что с тобой сделает Уилл? - с явным удовольствем выразительно сказал Грелль. -Ты правда думаешь, что мой сынок станет защищать тебя? - усмехнулся Гробовщик. Грелль сердито засопел. А потом кокетливо заиграл глазками. -Ни за что не поверю, что ты решил меня изнасиловать! Я себя для Уилли храню... - разулыбался Грелль, погрузившись в приятные мечты. Гробовщик улыбнулся. -Посмотрим, - уклончиво произнес он, - ты ищешь моего внучка, я не позволю, чтобы синигами нашли его. -Это ты про этого мальчишку? - озадаченно спросил Грелль, - Да не нужен он мне, мне нужен Себастьянчик! -К несчастью он нужен и моему внуку, - с улыбкой парировал Гробовщик, - к тому же, ты нашёл меня, а никто не должен узнать об этом... - в руках у него оказался фотоаппарат. -Что ты собираешься делать? - настороженно спросил Грелль. -Я сделаю несколько снимков, которые потом пошлю моему сыночку, - засмеялся Гробовщик и принялся нажимать на затвор. -Ооо, - Грелль оживился, - Уилли увидит меня и будет ревновать, а потом... - Грелль мечтательно задумался. Он заметил не слишком удачный кадр и возмутился. -Так! Встань сюда! Здесь я буду выглядеть лучше! - скомандовал он. Гробовщик удивленно застыл с камерой, а потом гулко расхохотался. -Ты рассмешил меня, что я могу сделать для тебя? - спросил он, немного успокоившись. Грелль зарделся и опустил глазки. -Я невинная девушка, не скажу. Гробовщик опять рассмеялся, приблизился к Греллю, притянул его за ошейник и поцеловал. -Я попробую угадать, что если я пошлю Уиллу фотографию твоего лица, когда ты кончаешь? -Тогда я еще не скоро выйду на охоту за Себастьянчиком, - хищно улыбнулся Грелль. Синигами, некогда именовавшийся Великим, оказывается мог делать и вещи совершенно иного свойства нежели некромантия и непосредственная работа синигами. Хищные ледяные глаза словно две зеленых луны наблюдали за раскрасневшимся лицом пленника, то и дело издававшего восхитительные стоны под напором дерзких и грубых ласк. На коже как цветы вспыхивали засосы. -Может хоть разденешься? - спросил Грелль. -Хочешь увидеть Великого без одежды? - ухмыльнулся Гробовщик, делая особенно удачный кадр. -Ну иначе я бы не спрашивал! - эротично улыбнулся Грелль, как никогда сейчас он напоминал возбужденную акулу. Гробовщик чуть помедлил, отложил камеру и снял балахон. Взору возбужденного Грелля предстало безупречное белое мускулистое тело с длинным багровым извивающимся шрамом, пересекающим спину и оканчивающимся на левом бедре. Гробовщик взял камеру и вернулся к красноволосому синигами, чтобы заснять его похотливое выражение лица. -Ты очарователен, - усмехнулся Гробовщик, - даже жаль будет тебя отпускать... Гробовщик поставил камеру на автоматический режим и поставил ее напротив. -Как насчет решительных действий? - спросил он, резко раздвинув ноги пленника. -Жду-не дождусь, - съязвил Грелль и тут же вскрикнул, ибо Великий засунул сразу два пальца в его девственный зад. Боль нахлынула на него, мышцы сжались, но Гробовщик увлёк Грелля в умопомрачительный поцелуй, и тот расслабился. Методично щёлкал затвор фотоаппарата. Пальцы исчезли, сменившись куда большим по размеру предметом. Подвешенный Грелль мог видеть, как в его анус ввинчивается внушительный член. Когда он вошел полностью, синигами растворился в нахлынувших чувствах. И стонал уже не переставая. Бешеные толчки лишили его последних остатков разума, превратив в один комок страсти. Он забыл о том, что он пленник и лишь умолял и требовал не прекращать сумасшедшей гонки. Наконец семя излилось из него, испачкав живот и грудь, но это было еще не всё. -Я хочу кончить тебе в рот, - объявил Гробовщик с удивительным хладнокровием, спустил кожаные ремни и подсунул к губам Грелля свой пылающий орган. Фотоаппарат переместился в руки Гробовщика, и Грелль взял в рот. Терпкий аромат ванильного семени обволакивал нёбо, синигами довольно провёл языком по стволу и принялся активно сосать. Наконец Гробовщик кончил и сделал еще несколько снимков Грелля, раскрасневшегося и испачканного спермой, и от того еще более сексуального сейчас. -Представляю, как отреагирует Уилли на такие фото, - томно вздохнул Грелль, когда Гробовщик высвободил его. -О, я тоже представляю! - расхохотался Гробовщик и поцеловал синигами. Уильям Т.Спирс проверял почту. Настроение у него было дурное, этот повеса Грелль уже третий день пропускал службу. Он вскрыл довольно пухлый конверт своим перочинным ножиком для почты... И метнул этот нож в едва открывшуюся дверь, из-за которой недоуменно высунулась голова Эрика, пришедшего с отчетами. -Пошёл вон! - рявкнул обычно холодный и невозмутимый Спирс. Эрик мельком заметил одну из фотографий, но этого было достаточно, чтобы он нырнул обратно за дверь. -Нет! Зайдешь ко мне через полчаса! - догнал Эрика дикий от злобы голос Уильяма. -Твою мать! - чистосердечно выдохнул Эрик. Вернувшись в кабинет, он бросил бумаги на стол и сокрушенно покачал головой. -Что случилось, семпай? - обеспокоенно спросил Алан. -У твоего семпая сегодня очень тяжелый день, - вздохнул Эрик, - да, вот еще что, когда заявится Грелль, дай ему флакон из ящика моего стола, ну тот, на котором написано "вазелин". -Ась? - спросил Алан. -Ему он понадобится перед встречей со Спирсом, - пояснил Эрик всё ещё непонимающему невинному Алану. -А вы, семпай? -Ну мне-то не привыкать, не первую сотню лет живу все-таки, а вот Греллю точно понадобится... - заверил Эрик, ещё помедлил, и с тяжелым вздохом взглянув на часы, отправился в кабинет Спирса.