Дьявол. Занзас.
13 июля 2015 г., 12:20
nicebeatzprod. — для всех нас нет
После недельной жары неожиданно начавшийся дождь стал долгожданным облегчением. Прохлада наполнила воздух, ароматы травы и цветов стали ярче, будто наконец пробудились после тяжёлого знойного сна. Крупные капли дождя размеренно стучали по крышам, металлическим бакам, асфальту. На тротуарах расползались лужицы, переливаясь яркими красками вывесок.
Ты даже заметить не успела, как опустели улицы. Все спешили скрыться в своих уютных квартирках с кружками и тарелками, уставшие после работы и выкрутасов погоды. Встряхиваешь мокрой шевелюрой и спешишь укрыться под ближайшим навесом. Майка мгновенно вымокла и теперь неприятно липла к телу. Кончиками пальцев отдёргиваешь её, но при новом телодвижении ткань снова липнет, и ты забрасываешь это занятие — всё равно никакого толку. Из заднего кармана шорт достаёшь мятую пачку сигарет. Хорошо, что не отсырели. Щёлкаешь колёсиком зажигалки, подкуриваешь белый цилиндр и перекладываешь пачку в небольшой рюкзачок, болтающийся на плече.
Теперь можно и остановиться, неспешно покурить, подумать обо всём что случилось за прошедшие дни, а потом, когда дождь слегка утихнет, пойти домой, где как всегда пусто и никто не ждёт. Дом – учёба — работа — дом. Как скучно и однообразно идёт жизнь. А так хочется чуда, волшебства, приключений и романтических погонь. Но нет, это реальность — она давно потеряла свои краски.
Медленно выдыхаешь серебристый дымок, наблюдая за тем, как он расползается в воздухе, смешиваясь с сизым паром собственного дыхания. Сколько лет куришь — уже и не помнишь, это стало привычкой, личным успокоительным вместо валерьянки, белым цилиндром размышлений. Наставлений со стороны друзей больше не поступает — свыклись.
Снова затягиваешься, чувствуя, как никотин слегка ударяет в голову, туманя мысли. На губах горьковатый привкус табака и прохладный — ментола. Вот она жизнь, зажатая в твоих тонких пальцах.
Неожиданно раздаётся лязг железа совсем рядом с тобой. Испуганная звуком оглядываешься на стоящие неподалёку мусорные баки из-за которых мокрый, потрёпанный и явно раздражённый начавшимся дождём вываливается чёрный, как смоль кот. Он встряхивается, топорща шерсть, что намокла и теперь дыбилась мелкими иголочками. Словно почувствовав твой удивлённый взгляд, кот обернулся, уставившись на тебя умными вишнёво-алыми глазами, что удивило ещё больше. Такого по-человечески осмысленного взгляда нельзя встретить у животных. Для себя подмечаешь, что на мордочке кота расползаются линии шрамов, наверняка, всех кошек и котов в округе держит под своим контролем.
«Дикий, наверное, » — рассеяно думаешь, делая новую затяжку случайно роняя пепел себе на майку. Громко припечатываешь парочку ласковых, отряхивая рукой майку, тем самым развозя серый след по белой ткани только больше. Устало закатываешь глаза и откидываешь окурок в ближайшую лужу. Покурила, что называется.
Снова бросаешь взгляд на кота и цепенеешь от удивления. Всего на мгновение тебе показалось, будто он усмехался, наблюдая за тобой, сидя на относительно сухой земле. Треугольные чёрные уши дёрнулись, вызывая у тебя странное чувство надвигающейся опасности. Взлохмачиваешь свои влажные волосы и последний раз взглянув на опасного кота, спешишь выскочить под дождь, который нещадно окатывает с ног до головы, а окрепший холодный ветер пробирает до самых костей. Придерживая рюкзак срываешься на бег. Нужно скорее вернуться домой, а то так и заболеть не долго. Мысли о коте тут же покидают голову.
Лишь только у подъезда, остановившись чтобы достать ключ, осознаёшь, что всё это время чёрный кот следовал за тобой. Он появляется из-за стены дождя так неожиданно, что заставляет вскрикнуть. Отпрыгиваешь от него прямо в лужу, от чего и без того вымокшие кеды можно просто снимать и выжимать. Венозно-алые глаза животного насмешливо блещут из темноты, а ты хмуришься и встряхиваешь в руке ключи, от чего они начинают неприятно позвякивать. Странное чувство прочно обосновывается в душе, а лёгкое смятение не спешило отпускать. Во многих историях описывается, как животные выбирают себе хозяев, но тебе это казалось из разряда фантастики. А ведь доказательство сидит прямо перед тобой и нетерпеливо подёргивает чёрными ушами, его хвост постукивает по земле выдавая нетерпение.
— Ну, и что мне с тобой прикажешь делать? — закатываешь глаза и недовольно цокаешь языком. Хотя, мысль о маленьком сожителе давно не покидала твою голову, но помня о своём плотном графике заводить питомца ты не решалась. Ему же будет скучно одному в четырёх стенах, да и если ты о цветах позаботиться не можешь, а они неприхотливы — всего-то поливай раз в два дня, о каком питомце может идти речь? Но глядя на чёрного кота, который всем своим видом показывал, что всё решил за вас двоих — сдаёшься. Глядя в эти пугающие алые глаза спорить совсем не хочется.
«Кот Дьявола. Как пить дать» — мысленно говоришь себе и, наконец, выбираешься из лужи, чувствуя, что окончательно окоченела, а обувь можно выбрасывать.
— Ладно, уговорил, — вздыхаешь, отпирая дверь подъезда и пропуская вперёд животное, которое, оказавшись в сухости, по-собачьи, но тем не менее грациозно, отряхнулось. — Будем жить вместе. Только по моим правилам.
Кот блеснул венозно-алыми глазами, и подозрительное чувство, что он тебя отлично понимает, снова закралось в душу. А после ты готова была поклясться, что снова видела, как он усмехнулся. Совсем не по-кошачьи, так снисходительно и красноречиво, как усмехается только мужчина понравившейся ему девушке.
«Кажется, у меня температура», — поднимаясь к квартире, думала ты, прикладывая руку ко лбу.
***
За первые сутки совместного проживания ты быстро уяснила, что тискать себя кот не даёт категорически, сразу же выпускает когти; в туалет ходит исключительно на унитаз, как человек, и делает свои дела только при закрытой двери; на любые придуманные тобой клички не откликается, а на «Мурзика», «Барсика» и «Яшку» метнул такой злобный взгляд, что отбил всякое желание выбирать ему имечко, хотя на «Дьявольскую животину» реагировал вполне сносно; есть кошачий корм — отказался, ему подавай сырого мяса и только на столе с нормальной тарелки и порцию, чтобы не меньше чем у льва; на кресле, а уж тем более на коврике в прихожей, спать отказался, при этом оставив на твоих руках несколько длиннющих царапин. Так и повелось, что спит кот в твоей кровати, развалившись в самом центре, как царь зверей, а если ты, неловко крутясь во сне, не дай Бог его толкнёшь так не гнушался и зубами вцепиться, ел с тобой за одним столом, телепередачи вы смотрели исключительно по его кошачьему выбору, порой очень даже увлекательные, а изредка, когда у чёрного троглодита было особенно хорошее настроение он позволял тебе почесать за ушком, но никогда не мурчал. Как ты его такого вредного на улицу не выкинула, каждый раз удивлялась. Но странностей кота с каждым днём становилось всё больше. Всех соседских парней и закадычных друзей, чёрный «Дьявол» на порог не пускал, а если кто осмеливался войти, то можно было памятное надгробие заказывать. К своей территории он относился ревниво, а к тебе ещё ревнивее. Ни дай бог на работе или учёбе кто-нибудь приобнимет, оставив свой запах, как кота просто бомбило. С рычанием он налетал на тебя, тщательно обнюхивал то место, где обнимали, а потом больно кусал, не гнушаясь оставлять кровавые следы от когтей и зубов, так что нередко приходилось ходить в кофтах с длинными рукавами. Позже кот стал выбираться следом за тобой на улицу, наблюдая за твоей жизнью. Друзей он разгонял быстро, неприятелей ещё быстрее, а тех, кто пытался ухаживать, отправлял прямиком в больницу. — Не знала бы что он кот, решила бы что ты обзавелась ревнивым муженьком, — осторожно заметила однажды твоя подруга, сидя от тебя на почтительном расстоянии, наблюдая за тем как алоглазый «Дьявол» рычит на вашего общего друга, глупо улыбающегося и не оставляющего попытки подружиться с твоим котом. На заявление подруги ты могла лишь только согласиться.***
Наконец конец рабочей недели. Купив себе бутылочку вина, возвращаешься домой с чётким намерением принять ванну и распить эту самую бутылочку на пару с котом, а то, что он будет пить, ты не сомневалась. Несколько раз уже нырял мордой в пиво во время ваших посиделок с друзьями. Войдя в квартиру по привычке кричишь: — Эй, Сатана, я дома! — в ответ тишина, да собственно ты и не надеялась, что он отзовётся. Этот лентяй скорее всего опять дрых на кровати и ждал, когда ты придёшь, чтобы снова обследовать на наличие чужеродных запахов и обязательно впиться острыми клыками в плечо, руку, а может быть и шею. Поэтому сразу же поворачиваешь к ванне. Регулируешь воду, бросаешь пару кружочков пены для ванны, и уходишь в кухню за бокалом, попутно сбрасывая с себя одежду, раскидывая её по всей квартире. Бокал находится на верхней полочке навесного шкафчика, и ты в трусах и лифчике возвращаешься в ванную, где она быстро наполняется и в воздухе повисли сладостные ароматы. Раздевшись догола забираешься в тёплую воду и вытягиваешь ноги. Как же хорошо и спокойно. Мелкие ранки на руках слегка пощипывают при соприкосновении с водой, но сейчас это такая мелочь. Откупориваешь бутылку и наливаешь вина в бокал. Алая жидкость плещется, ударяясь о стеклянные стены, смотришь на неё из-под полуприкрытых век, наблюдая за тем, как преломляется свет в алкоголе. Чувствуешь тягучий аромат, который заполняет собой влажный воздух и дышать становится тяжелее, мысли смешиваются. Делаешь маленький глоток и со стоном удовлетворения откидываешься на бортик, бокал размеренно покачивается в пальцах. Вот он покой. Дверь в ванную со скрипом приоткрывается, и чёрная юркая тень проскальзывает в светлое помещение, молнией вскакивает на бортик возле твоей руки. Мокрый нос принюхивается к запаху и треугольные уши одобрительно подёргиваются. Заинтересованно смотришь на кота, подгоняя к груди больше пены. Его присутствие всегда смущало и доставляло беспокойства, а теперь, когда алые глаза в упор смотрят на тебя и вовсе хотелось с головой нырнуть под воду. Ещё раз принюхавшись, кот переступив через твою руку, грациозно продефилировав по бортику, подошёл к твоему лицу, начал водить носом, улавливая посторонние запахи. Закатываешь глаза: — Ни с кем не обнималась, ни с кем не целовалась, муженёк, — усмехаешься самой себе, а кот спрыгнул на пол, видимо удовлетворившись ответом. Со временем начинаешь привыкать к выкрутасам кота, но ты ожидала как минимум лёгкого укуса за палец в знак одобрения. — Ещё бы ты с кем-то целовалась, — раздался глубокий рокочущий голос, заставивший тебя громко пискнуть и резко сесть в ванне, повернув голову. Послышался звон битого стекла и недопитое вино разлилось по кафельному полу, забрызгивая махровый коврик. — Какого чёрта?! — рявкаешь на неизвестно откуда появившегося мужчину, но тут же смолкаешь, таращась на него с широко распахнутыми глазами. Он предстал перед тобой во всей красе: абсолютно обнажённый и не скрывающий своего тела. По мускулистой груди расползались тёмные шрамы, на волевом мужском лице красовалась наглая ухмылка, а знакомые алые глаза оценивающе пробежались взглядом по обнажённым плечам, острым ключицам, упругой груди, прикрытой пеной и руками. — Ты кто такой?! — Как, — усмехнулся мужчина, небрежно проводя широкой ладонью по обнажённой груди, заставляя подавиться воздухом от такого зрелища, — уже не узнаёшь своего «Дьявола»? Мгновение тупо хлопаешь ресницами, туго соображая, а после взвизгиваешь. Догадка кажется абсурдной, нелепой, невозможной! Такого просто не бывает. Видимо поняв, что ты догадалась, мужчина, больше не сверкая перед тобой наготой, забрался в ванную, прикрутив лившуюся из крана воду и грубо схватив тебя за руку, повалил на свою грудь. Жар его тела обжёг, стальные мышцы перекатывались под кожей, а рельефные слегка шершавые шрамы под подушечками пальцев отбивали последние мысли в голове. — Ну, что же ты, хозяйка, — насмешливо протянул мужчина, наматывая влажную прядь на палец, шепча тебе на ушко. — Где твоя уверенность теперь? — Что ты несёшь? — панически краснея, стараясь не соприкасаться с сильным телом мужчины тихо отвечаешь ему. Делаешь попытку вырваться, но оказываешься прижатой сильнее. Широкая горячая ладонь скользнула вдоль позвоночника, обжигая и будоража воображение, а после опускается на упругую ягодицу сильно её сжимая, оставляя багровые отметины пальцев. Тихо шипишь, сжав губы в тонкую линию. Длинный палец подцепив твой подбородок, заставляет запрокинуть голову и горячие губы тут же прижались к изящной шее. Язык заскользил по царапинам зализывая, пуская мурашки по коже. Судорожно сжимаешь широкие исполосованные шрамами плечи, впуская в них свои ноготки, дыхание сбивается и сердце делает кульбит в грудной клетке. Колено мужчины потирается между твоих ножек. — Не смей, — тяжело дышишь ему в шею, неосознанно изгибаясь в спине. На что он звонко шлёпает по вздыбившимся над водой ягодицам. — Тоже самое ты мне говорила насчёт штор, как думаешь меня это остановило, оттого чтобы содрать их? — второй шлепок, сильнее первого. Дёргаешься вперёд, задевая влажными губами его шею, прижимаешься своей грудью к его. Попытка подавить стон с треском провалилась. — А теперь, — впервые слышишь этот звук очень похожий на кошачье мурчание только грубее, больше похожий на рокот, и всё внутри содрогается от предвкушения чего-то томного и грубого, — я как следует отдеру тебя. Укус в районе шеи — болезненный и жестокий, как и сам мужчина под тобой. Он действует грубо, но именно это доставляет такое несравнимое ни с чем мазохистское удовольствие. — Запомни моё имя — Занзас. С сегодняшнего дня я твой хозяин.
