Десятый хранитель

— Теперь у нас не осталось выбора, — сказал Гэндальф, и на его посохе вспыхнул слабый огонёк. «Хоть какой-то источник света в этом мраке», - пронеслось у меня в голове. — Придётся идти через бесконечный мрак Мории, — продолжил майя, медленно проходя вперёд. — Будьте начеку! Зло ужаснее и древнее орков обитает в этих глубоких туннелях, — предупредил Гэндальф, немного кряхтя. Помнится, мне в детстве мама рассказывала про Морию, но это было так давно. Она рассказывала про то, что гномы копали эти туннели слишком жадно и слишком глубоко, во мраке Кхазад-дума они обнаружили… но вот только что, я не помнила. — Идите как можно тише, — сказал Гэндальф, поднимаясь по ступеням.- Путь на другую сторону займёт четыре дня. Будем надеяться, что наше присутствие останется незамеченным. Он уже перешёл на шёпот.

***

Тоннели, шахты, залы... Всё повторялось. Затхлый и загустевший воздух, нет ни единого источника света, кроме посоха Гэндальфа. Все шли в тишине, но тут мы вышли в глубокую шахту, и Митрандир заговорил. — Богатство Мории было не в золоте и не в драгоценных камнях, а в мифриле, — сказал майя, прикасаясь рукой к каменной стене. Я вгляделась в эти стены, все они были изрезаны мифриловыми жилами. — У Бильбо была кольчуга из мифрила, — продолжал он, — подаренная ему Торином. — Воистину королевский дар, — восхитился Гимли. — Наверное, я не говорил ему, но эта кольчуга стоит больше, чем весь Шир, — сказал майя, медленно преодолевая узкий проход. И вновь залы, шахты и тоннели. Я давно запуталась в этих сплетениях коридоров. Как Гэндальф мог всё это помнить? Когда мы вошли в очередную залу, Гэндальф объявил привал. — А не слишком опасно останавливаться? — поинтересовался Сэм. — Вдруг орки услышат нас. — Если мы не будем привлекать к себе слишком много внимания, Сэмуайз, — ворчливо заметил Гэндальф, — то никто нас не заметит. Я разложила одеяло и невольно поёжилась. Мне не хотелось оставаться здесь, хотелось поскорее снова увидеть солнце. Мы поужинали, и все стали ложиться спать, лишь Леголас остался на страже, сославшись на то, что не уснёт в этом месте. Я легла и укрылась одеялом, но сон всё никак не шёл, мне всюду мерещилась странная фигура, что молчаливой тенью преследовала нас.

***

Те несколько часов, что я провела без сна, я думала о своих родителях. Волновалась, что больше не смогу пострелять из лука с отцом или послушать вечные наставления от моей мамы. Я никогда не ценила этого, но сейчас, когда нас в любую минуту могут убить, я поняла, что мне не хватает всего этого. Однако в той же степени я была рада, что смогла вырваться из «золотой клетки», в которой меня держали. У меня всегда было всё, кроме самого главного — свободы. За этими размышлениями я и не заметила, как меня сморил сон, унося в царство Морфея. Когда я проснулась, не могла сказать, утро ли, день сейчас, или ночь, потому что в Мории царил вечный мрак. Позавтракав за рекордно короткое время, мы вновь отправились в путь. Обойдя один из коридоров, мы вышли к очень крутой лестнице, уходящей далеко вверх. На самой лестнице были разбросаны тела гномов, оружие, книги — в общем, куча вещей, о которые можно споткнуться и упасть. Я пропустила всех вперёд и шла в самом конце, чтобы в случае чего подстраховать неуклюжих хоббитов. И не зря: после пары ступеней Пиппин наступил на книгу... И покатился бы вниз, если бы не успела схватить его за плащ. — Пиппин, аккуратнее: если ты упадешь, то шуму будет на всю Морию. Настроение было ни к чёрту, но срываться ни на ком не хотелось, поэтому я, улыбнувшись, добавила: — Будь осторожнее. Оставшийся путь по этой лестнице прошёл без падений, чему я была рада. Пройдя ещё немного, мы вышли в невероятных размеров зал. — Рискнём зажечь свет поярче, — прошептал Гэндальф, и огонёк на кончике его посоха ярко запылал, освещая нам огромные, невиданной красоты колонны. — Это царство и гномий город — Двароудэльф — продолжил майя проходя вперёд. Я была поражена величественностью этого места, да и не я одна: все шли, раскрыв рты, а Гимли гордо улыбался. Но тут он резко убежал в небольшую комнатку справа. — Гимли! — крикнула я и последовала за ним. Мы вошли в небольшую залу, в центре которой стояло надгробие, и повсюду были разбросаны гномьи скелеты и оружие. — Нет. Гимли сидел у надгробия и плакал. — «Здесь покоится Балин, сын Фундина, — повелитель Мории», — прочёл Гэндальф высеченную на надгробии надпись. — Значит, он мёртв, — сказал он. — Этого я и боялся. Я приложила руку к сердцу, Леголас сделал то же самое. Гэндальф поднял с пола книгу и начал читать. — «Они захватили мост и второй чертог, мы забаррикадировались, но долго нам их не сдержать. Земля содрогается, барабаны… барабаны бьют в глубине», — прочёл майя и обвёл всех нас взглядом. — Они близко! После его слов последовал жуткий грохот, который эхом раздавался по шахтам. Затем ещё один не менее громкий звук. Как оказалось, Пиппин додумался потрогать скелет, отчего и так полуразвалившаяся конструкция полетела в колодец, а за ним ещё и ведро на цепи. От каждого звука хоббит жмурился, зная, что получит по шее за это. — В следующий раз прыгни туда сам, Перегрин Тук, и избавь нас от своей глупости! — яростно прикрикнул Гэндальф. — Тише! — сказала я и прислушалась. — Вы слышите это? — Барабаны, — испуганно прошептал Леголас. — Ваш меч, мистер Фродо, — сказал Сэм, указывая на ножны хоббита. Когда Фродо вытащил меч, я заметила, что он весь исписан рунами, да и к тому же мерцал ярко-голубым светом. Боромир бросился к двери, я достала стрелу и приготовилась стрелять. — С ними пещерный тролль, — сказала гондорец, запирая дверь. Я натянула тетиву лука. И вот одна из тварей рукой пробила дверь. Сразу три стрелы полетело туда. Пока орки пытались войти в залу, Гимли забрался на надгробие и вынул секиру. — Впустите их! Есть ещё в Мории гном, способный держать топор! Хоббиты спрятались за Гэндальфом и тоже обнажили мечи. Наконец, двери были сломаны, и гоблины вперемешку с орками гурьбой ввалились в залу. Я перешла на ближний бой и достала меч, отрубая головы тварям и уклоняясь от их ударов. Леголас умело справлялся с троллем, Арагорн и Боромир с Гимли разили врагов, едва успевая переводить дух. Когда одна часть врагов была сражена, а другая просто сбежала, я заметила Фродо, лежащего в углу, а рядом с ним Арагорна. — Фродо, — прошептала я, опускаясь на колени перед хоббитом, и притронулась к его груди. В этот же момент он закашлял и поднялся на локтях. — Всё в порядке, — сказал он. — Я не ранен. После этих слов он расстегнул рубашку, под ней оказалась мифриловая кольчуга. Я облегчённо вздохнула. — Мифрил, — пораженно сказал Гимли. — Вы полны сюрпризов, мистер Бэггинс. Тут за дверью, а точнее за тем, что от неё осталось, раздались громкие шаги и гоблинский крик. — К мосту Кхазад-дума! — сказал Гэндальф, поднимаясь на ноги. Я подняла Фродо и протолкнула к проходу. Мы бежали изо всех сил, когда заметили, что отовсюду поползли гоблины и стали нас окружать. Когда нам пришлось остановиться, я натянула тетиву, готовясь отстреливать этих тварей. Но тут произошло то, что заставило гоблинов в испуге разбежаться по своим норам. Из конца коридора раздался жуткий рык и вспыхнуло пламя. — Что за новая напасть? - прошептала я.  И тут до меня дошло. Вот что гномы пробудили в глубинах шахт, вот до чего довела их алчность. Балрог — демон багрового огня. Я испуганно попятилась назад. — Гэндальф, — я схватила майя за рукав, — нужно бежать. — Что это? — спросил испуганный Мерри. — Это Балрог, — подтвердил мои догадки Митрандир, — демон древнего мира. Ни одному из вас он не по силам, бегите!!! Балрог был всё ближе, а мы, казалось, бежали слишком близко. Тут Гэндальф остановился, сказал что-то Арагорну, после чего тот подтолкнул нас всех к мосту… без него.

***

Когда мы наконец перепрыгнули через полуразвалившийся мост. А Гэндальф, казалось бы, одолел Балрога и стал медленно отходить от края моста, плеть демона схватила его за ногу. — Бегите, глупцы!  Последняя фраза Гэндальфа перед тем, как он упал в бездну. В этот момент я услышала крик Фродо, возгласы Боромира. Я не могла сделать и шага. Гэндальф, всегда такой добрый и такой родной. И вот его больше нет. Леголас схватил меня за талию и потащил к выходу, а я и не сопротивлялась, я не осознавала до конца, что больше никогда не увижу Митрандира. Осознание реальности пришло так же резко, как солнечный свет ударил в глаза. Руки Леголаса уже не придерживали, и я обессиленно опустилась на колени. Хотелось расплакаться, но слёз не было. Хотелось закричать, но голос пропал, всё, что мне оставалось сейчас, это быть сильной и поддержать Арагорна. Я поднялась на ноги и подошла к Гимли. — Леголас, Боромир, Анариэль, — крикнул Арагорн, — поднимайте их. — Дай им минуту, будь милосерднее! — на лице гондорца блеснула слеза. — К ночи эти горы будут кишеть орками, — возразил Арагорн. — Нам нужно успеть в леса Лотлориэна. — Поднимайся, Сэм. Он поднял плачущего навзрыд хоббита. — Фродо? — позвал Арагорн, но полурослика не было рядом с нами. Он уходил. Арагорн направился за ним, но я его опередила. Подбежав к хоббиту, я присела на колени. На щеках Фродо были слёзы. — Фродо, - начала я. — Сейчас, тебе как никогда нужно быть сильным. Гэндальф ведь хотел, чтобы ты был сильным. Не вини себя в его смерти, ни один из его поступков не был напрасным. Каждый сам выбирает судьбу. Так что же ты выберешь? — обратилась я к нему. — Корить себя до конца дней? Фродо покачал головой, вытер слёзы и, слегка улыбнувшись, обнял меня. — Будь сильным, — шепнула я ему на ухо. Горевать не было времени, поэтому мы сразу же двинулись путь, никто не проронил ни слова. Хотя они тут были не нужны. Каждый молчаливой скорбью оплакивал мага.

***

Пока мы шли в направлении лесов Лотлориэна, я вспоминала нашу первую встречу. Тогда мне было всего пятьсот лет, Гэндальф прибыл в Лориэн погостить к владыкам. Я как всегда куда-то опаздывала и по дороге снесла бедного майа. Я думала, что он разозлится, но тот лишь улыбнулся и сказал: «Беги, дитя, ты явно куда-то спешишь». После этого я множество раз встречала Митрандира, как в Лориэне, так и за его пределами, и каждый раз он рассказывал мне интересные истории своих приключений или сказания людей и эльфов. Большинство из них я знала, но слушать это из его уст было особым удовольствием. К вечеру мы уже были в лесу, вскоре я услышала галадримов, что тихой тенью преследовали нас с тех пор, как мы вошли в лес. - Держитесь поближе, хоббиты, - предупредил Гимли. - Говорят, в этих лесах живёт колдунья, эльфийская ведьма ужасной силы. Кто на неё ни взглянет - попадает под её чары. - Гимли, не говори чепухи, - улыбнулась я. - Владычица - одна из светлейших существ, в Средиземье, а, впрочем, скоро вы сами это поймёте. Гимли лишь фыркнул. Через несколько метров галадримы вышли из своих укрытий и направили на нас свои стрелы. - Халдир, - улыбнулась я, завидев старого друга. - Убери железку. - Анариэль, - улыбнулся он в ответ и опустил лук. - Что ты здесь делаешь? - удивился он. - Халдир, мы устали, давай я потом тебе расскажу, - устало сказала я, подходя ближе к нему. - Но вы не можете идти дальше,- возразил он и посмотрел на Фродо. - Ты несёшь сюда великое зло. Я аккуратно отвела его в сторону и принялась уговаривать. - Халдир, как ты не понимаешь: мы прошли столь долгий путь, - начала я. - Этот хоббит прошёл столько испытаний, и сейчас, когда дорога назад - это верная смерть, ты хочешь, чтобы мы ушли? Я начала злиться на друга. - Прошу, - я притронулась к его плечу. - Во имя нашей дружбы. - Хорошо, - сдался он. - Сегодня можете переночевать на одном из флётов для стражи, а завтра мы решим. Я улыбнулась, и направилась к друзьям.

***

Через пару часов я лежала на одеяле и смотрела на звёзды. Впервые за долгое время я знала, что мой сон охраняют.