Смертная бессмертная

Он был высок, широкоплеч и на диво хорошо сложен. Его непослушные волосы цвета воронова крыла вились по щекам и шее, кончики прядей подрагивали при ходьбе. На удивление бледен, но больше всего Раф поразили его глаза. Их оттенок был схож с тем пленительным медовым, что был у Эмбер, но более густой и насыщенный, более яркий. Это был цвет чистого янтаря. Девочки дружно зашептались, только-только завидев красавца, засмеялись и закидали незнакомца косыми взглядами, полными подлинного интереса. Даже Эмбер с любопытством проследила, как парень неспешно прошел между рядов парт и занял место в самом дальнем углу, у окна. Мальчишки, притихнув, переглянулись и демонстративно продолжили свои разговоры, за редкостью будто случайно жестикулируя в сторону пришедшего. Кто-то даже неосторожно выпалил что-то вроде «панк» в адрес незнакомца, но оно и оправданно. В купе с бледно-белой кожей татуировка в виде красной звезды у левого глаза придавала брюнету еще больше мрачного очарования в рядах дам и еще больше ненормальности в глазах их кавалеров. И неважно кто, все чувствовали в нем соперника. Прибытие второго юноши оказалось практически никем незамеченное. Да и Раф, завороженная и будучи не в силах оторвать восторженных глаз от черноволосого, едва ли бы смогла его заметить, если бы не Ури, так вовремя пихнувшая ее в бок. Второй незнакомец отличался от первого всем: и ростом чуть ниже, и в плечах не так широк, и уже в талии. Смуглый. Волосы длиннее и рыжеватые. Что-то на грани рыжего и каштанового. С узким лицом, тонким носом и глазами-щелочками, за которыми можно было различить зеленоватый блеск. Нет, совсем не то. Даже в холодном равнодушии первого, в его скучающем взгляде не читалось какого-то задора, каким сквозили каждая черточка во втором. - Кто они? – шепнула Ури, стыдливо пряча любопытный взгляд. - Хм-м? – невнятно промычала Раф, отворачиваясь к окну. – Новенькие. Кажется, учитель говорил что-то такое пару дней назад. - Правда? – хмыкнула Роджерс и передернула плечами. – Что-то как-то не по себе стало, нет? Они мне не нравятся. - Как и ты им, - вовремя заметила подоспевшая к столу Эмбер. Она хитро улыбалась и покусывала нижнюю губу, накручивая на палец рыжую кудряшку. – Второй какой-то гей, если честно, но вот первый… м-м-м, как раз в моем вкусе, - последнее слово она акцентировала, причмокнув губами. Сердце Раф дрогнуло. - Ой, прости, - нарочито-просто продолжила красавица, нагибаясь к блондинке, театрально хлопая глазами. – Тебе он, кажется, тоже приглянулся. - Вовсе нет, - пробормотала Раф, паникуя. Предательский румянец прокрался на щеки, хотя Эмбер и без него все прекрасно поняла. - Ну ничего, ничего, - сладко пропела она, - и на твоей улице будет праздник. Когда-нибудь. И, заливаясь смехом, ушла обратно. Ури сжала руки в кулаки, потупив взгляд, сведя брови. Она привыкла к постоянным оскорблениям Эмбер, но все равно было больно и обидно. Неужели тот факт, что у нее достаточно сложная жизнь, означает, что у нее никогда не будет личного счастью? А Раф тоже было неприятно. Сердце покалывало тоненькими иголками бесполезной ревности. Хах, откуда бы? Она же увидела его всего несколько минут назад. Да и Эмбер ничего не остановит: эта баба и коня на скаку остановит, и в избу горящую войдет… Она, в конце концов, красива и богата, да и в постели, поговаривают, недурна. Вот уж у кого и правда все шансы. Глупость-то такая! Но предчувствия не могут врать. Этот черноволосый парень – ее судьба, без вариантов. На уроке новички были представлены классу. Гееподобный, как его уже успела окрестить Эмбер, оказался Гленом Томпсоном, а красавец с татуировкой – Стефаном Левис, хотя при приветствии попросил, чтобы его называли каким-то странным на звучание именем. Сульфус.