Господство судьбы.

Не отрывая взгляда от тёмно-синих, почти чёрных, с серебренными прожилками глаз, я медленно поднесла руку к любопытно поглядывающему на меня дракончику и дотронулась ладошкой до его маленькой треугольной головы. Ладонь тут же пронзила резкая боль, словно ударили немалым разрядом тока, а глаза на секунду ослепли от вспышки яркого света. Руку я постаралась отдернуть сразу же, но удалось это только спустя несколько болезненных мгновений. Читая момент знакомства Эрагона и Сапфиры, я и не подозревала, что это настолько больно. Ладонь горела до сих пор, а рука онемела. Кое-как повернув её ладонью к себе, я ахнула. Светло-серебренное пятно с синими отливами теперь украшало её и служило меткой принадлежности к Всадникам. - Гёдвей игнасия, — прошептала на вдохе, — Я стала Всадником. От разглядывания своей конечности меня отвлек писк. Маленький ящер, не больше кошки, пытаясь подползти ближе ко мне, запутался в одеяле и теперь, судя по всему, звал на помощь. С улыбкой помогла ему освободить лапки и посадила к себе на колени. — Ну, малыш, ты у нас кто? Самка или самец? — спросила я, почесывая его подбородок, но ответом мне было только тихое урчание и прикрытые от удовольствия глазки. — Как скоро драконы начинают понимать человеческую речь? А когда начинают говорить сами? Как мне подобрать тебе имя, если я не знаю твой пол? Говорил дракончик не умел и меня не понимал, но от разнообразия непривычных звуков он грозно на меня посмотрел и вильнул кончиком хвоста, на котором был заостренный конец в форме стрелки. Я рассеянно провела пальцем вдоль его позвоночника по белым бугорочкам, которые потом станут острыми и опасными шипами. Только в районе холке четырёх не было, а значит это место было специально для Всадника. — Когда ты вырастешь, мы будем покорять небесную синеву и самые высокие заснеженные вершины гор Спайн, — мечтательно поведала притихшему ящеру, не переставая поглаживать место между крыльями на спине, от чего тот замер, слегка расправив кожистые крылья, зрительно увеличиваясь от этого в размере. Но молчал дракончик недолго. Когда ему надоело сидеть на месте, он спрыгнул с кровати, пару раз рефлекторно попробовав взмахнуть крыльями в воздухе. Но они были ещё слишком слабы, и поэтому он тяжело шлепнулся на пол. Я уже было бросилась к нему, но он быстро подскочил и начал скакать по комнате. — Что такое? Ты чего? Я слезла с кровати и теперь стояла посреди комнаты, а мой ящер бегал вокруг меня. Это продолжалось минут пять, пока он не выдохся и не сел у моих ног. А после долго смотрел на меня, не моргая, пока я не почувствовала жужжание в голове. Я попыталась открыться, чтобы ему было легче показать мне, что он хочет, но знала я об этом очень мало, поэтому не поняла получилось или нет, пока наши животы в унисон громко не заурчали. Малыш аж подскочил на месте от неожиданности, а я засмеялась. — Проголодался после физических нагрузок? — спросила, взяв маленькое змееподобное тельце на руки. Дракончик моргнул и прижался ко мне, обвив моё предплечье хвостом. — Ну тогда пойдём поищем есть ли на кухне у Враиля что-нибудь мясное. Хотя я в этом сомневаюсь — он же эльф… В доме царила абсолютная тишина, даже половицы не скрипели и сквозняк не свистел. От этого становилось немного жутко. И только благодаря мысли, что у меня на руках спокойно сидит голодный дракончик, который теперь полностью зависит от меня, я упрямо шла вперёд. Спустившись на первый этаж, я прошла через огромную арку, через которую спокойно могла бы пройти Эла, и попала в столовую. Посреди комнаты стоял узкий длинный стол из темного дерева, а вокруг него — двенадцать стульев. — Прекрасная работа, — шепнула притихшему ящеру, проводя пальцами по изящным изгибам на спинке одного из стульев. В ответ я услышала тихое урчание, сопровождающееся сероватым дымом из ноздрей малыша. Из столовой мы вышли в полукруглую кухню с большими окнами, через которые видна вся долина, сейчас озаряющаяся только светом молодой луны и россыпью звёзд. Я опустила дракончика на широкий подоконник и, пока он с интересом рассматривал вид из окна, попробовала найти еду. Половина шкафчиков оказалась абсолютна пустой, другая половина почти вся заперта. — Нет, ну вот зачем в доме кухня, если еды всё равно нет? — нервно причитала я, осознавая, что мой только что вылупившийся дракон может остаться голодным. — Еда есть, если очень хорошо её искать. Я подпрыгнула на месте, больно ударившись головой об открытую дверцу верхнего шкафа. Судя по голосу, это был вернувшийся домой хозяин дома, и похоже он недоволен тем, что я тут так бессовестно рыскаю. Дождавшись, пока я медленно обернусь, Враиль заговорил снова: — Как давно он вылупился? — спросил он и перевёл взгляд на ящера, который уже подбежал к моим ногам и теперь хищно скалился на постороннего. — Примерно пол часа назад, может чуть больше, — даже не умея пользоваться магией, я чувствовала исходящую от эльфа силу. Она не ломала или подавляла, нет. Скорее наоборот — хотелось открыть душу навстречу её ласкам и мурчать от удовольствия, когда её невидимые щупальца тянуться погладить тебя. — Покорми его и выходи на улицу, там тебя будет ждать Умаротх, он и расскажет, что тебе делать дальше, — тряхнув серебристыми волосами, чётко произнёс Враиль, вырывая меня из задумчивости, — А я пока созову совет. Я непонимающе уставилась на мужчину: — Зачем совет? — Ты стала Всадником, имеешь полное право находиться на острове и проходить обучение. А значит вам нужны учителя. — объяснил эльф и развернулся, чтобы уходить, но я его окликнула: — Последний вопрос: а где здесь еда? За моей спиной раздались шорохи, и, обернувшись, я увидела настежь открытые шкафчики, которые ломились от разнообразия еды, начиная от специй и трав и заканчивая мясными продуктами. Поражённая до мозга костей я потянулась к куску сырого мыса. Мою руку, когда она оказалась внутри шкафа, обдало холодом, будто невидимые вентиляторы встроены в стенки. — Вот же! Хитрые лопоухие, — вытаскивая тарелку с мясом, проворчала я. — Ничего без магии не могут сделать. Дракончик заинтересованно смотрел, сидя на моем плече, как я нарезаю ему его первый завтрак, и нетерпеливо топтался. С каждой минутой я всё четче чувствовала, что душа этого необычного животного становится ближе к моей. А от мысли, что в будущем мы станем едины, сердце и вовсе пускалось в пляс. Я поставила тарелку с нарезанными кусочками мяса на пол и села рядом с ней. Синий ящер спустился по моей руке вниз, слегка царапая кожу, и, сев перед тарелкой, уставился своими серебристыми глазами на меня. — Что такое? Это твоя еда, — сказала ему, улыбаясь. Я постаралась вспомнить, как Эрагон открывался Сапфире, и попыталась сделать тоже самое, чётко мысленно проговаривая: «Ешь!» Дракончик, сначала замер, пару раз моргнув, а потом кивнул и опустошил тарелку в считанные минуты. В конце своей трапезы он облизнул мордочку раздвоенным язычком и медленно пополз ко мне. Я встала и взяла его на руки, где он свернулся клубочком, как кошка, и прикрыл веки. Помня указания Враиля, я направилась на улицу. Свежий ночной воздух приятно освежал кожу, а благодаря тому, что на мне всё еще была надета качественная эльфийская туника, и благодаря теплу, исходящему от дракончика, замерзнуть я не боялась. Обойдя огромный дом в поисках Умаротха, я нашла его, лежащего и мирно отдыхающего. Точнее я едва не споткнулась о его хвост, когда засмотрелась на яркие звезды. Белоснежный дракон был просто огромен, больше всех тех, кого я успела увидеть днём. Его голова заняла бы половину свободного пространства в моей спальне, а диаметр глаза был в три мои ладони. Глаза, который сейчас неотрывно смотрел на меня. — Доброго позднего времени суток, — кое-как выдавила из себя я. Голос дрожал, ладони вспотели, а коленки и руки предательски тряслись. От чего маленький ящер проснулся, а увидев перед собой своего собрата, который больше его раз так в пятьдесят, вцепился в мои руки острыми когтями и запищал. «Не бойтесь, птенчики, я сегодня уже ел.» — раздался в моей голове низкий и грубый голос большого ящера. Если мне от его слов полегчало совсем чуть-чуть, я бы даже сказала, капельку, то дракончик на моих руках завертелся и начал рваться к Умаротху. Рвался он сильно и упрямо, поэтому насильно удерживать я его не стала. Он спрыгнул на землю, расправив крылья, как парашют, и побежал к дракону. А тот спокойно позволил малышу забраться, цепляясь за крепкую чешую, на свою морду, и пробежаться вдоль позвоночника. Я с замиранием сердца следила, как мой тёмно-синий ящер играется, сидя на носу у одного из самых главных и старших драконов, не решаясь слишком близко подойти, а после услышала голос Умратоха: «Это — мальчик. Уже сейчас я вижу, что слажен он великолепно. В будущем станет довольно сильным и массивным драконом. И несмотря на то, что ему только час, крыльями он работает ладно, что означает, что полёты будут даваться без труда, если вы будете постоянно тренироваться.» — теперь глаз дракона неотрывно смотрел в мою сторону. Переварив информацию, щедро выданную ящером, я решилась спросить: — Враиль сказал, что Вы расскажете, что мне, а точнее уже нам, делать дальше. Хотелось бы узнать на сколько дальше. «Буду краток, потому что члены Совета уже осведомлены и скоро прибудут.» — начал Умартох, выпустив из ноздрей облако чёрного дыма, что очень заинтересовало моего дракончика. Он даже сунул свою голову в одну из ноздрей Умаротха, за что был беспощадно сдут порывом воздуха. А белоснежный дракон продолжил дальше как ни в чем не бывало: «Несмотря на то, что ты, судя по всему, не из нашего мира, тебе улыбнулась удача — тебя выбрал дракон. К сожалению, никто не может точно знать как твой организм отреагирует на магию, ведь она должна стать частью тебя, как и твой дракон. Чтобы помочь вам справиться с трудностями, мы решили выбрать вам Учителей из Совета.» Темно-синий дракончик подбежал ко мне и, взлетев, приземлился на плечо. Он что-то проурчал мне на ухо, боднул головой и уставился на Умаротха. Я улыбнулась, тронутая его поддержкой, и решилась спросить: — Члены Совета знают как я попала в этой мир? А если я окажусь непереносимой к магии, что не придётся по душе Учителю? Я не хочу кого-то опозорить. «По этому поводу не беспокойся, это мы с Враилем берём на себя. Твоя задача пройти ритуал, который выберет тебе наставника, а дальше растить своего дракона и с максимальным усердием выполнять все задания и усваивать знания», — ящер приподнял свою голову и обнажил клыки. Но от него не шло враждебности, скорее ему было весело: «Обучение молодых Всадников началось три месяца назад. ты немного запоздала. Сможешь пройти ускоренный начальный курс?» Я вздрогнула, прикидывая сколько информации на меня обрушится в первые недели. И мне кажется, что те начальные крупинки информации, которые Кристофер Паолини написал в книге, не особо мне помогут и облегчат задачу. «Ну что ж, юная Всадница, тебя уже ждут. Желаю удачи с Учителем!», — белоснежный ящер напоследок фыркнул на меня тёплым воздухом, подмигнул и поднялся на ноги. Расправив свои огромные кожистые крылья и оттолкнувшись от земли, в один взмах оказался над домом-замком Враиля и полетел в сторону гор. Нас с малышом едва не сдуло сильными порывами ветра от крыльев Умаротха. Маленький ящер вцепился лапками мне в плечо и восторженно пропищал на своём драконьем, не сводя взгляда с удаляющегося дракона. — Да, ушёл он впечатляюще, — посмеялась я и почесала дракончику подбородок, получив в ответ тихое урчание. — Стоит идти в дом, а то вдруг важные лопоухие ещё рассердятся за ожидание… Возле массивных входных дверей нас уже ждал Враиль. На этот раз он был в белоснежной рубашке, небрежно заправленной в тёмные свободные штаны. Сверху был накинут белый камзол с блеклыми золотистыми узорами, а длинные белоснежные волосы заплетены в сложную косу. Так непривычно смотреть на длинноволосого мужчину… Но на женщину он не был похож, даже несмотря на тонкие черты лица, узковатые плечи и немного длиннее обычного кисти рук. Серьёзные и мудрые глаза сверкали изумрудами на его лице и придавали некий шарм таинственности. «Эх, а может мне все-таки влюбиться в него? Такой прекрасный мужской образец не должен пропадать даром. Его предназначение — разбивать своим равнодушием сердца учениц, что будет служить им ещё одним стимулом к упорной зубрежке, помимо его красоты.» — промелькнула в голове шальная мысль, пока я медленно подходила к нему. — Спасибо за идею, я обязательно рассмотрю её, — произнёс Глава Ордена, не сводя с меня смеющегося взгляда. — А вы… Вы читаете мои мысли? — святые печеньки, вот это я влипла. — На тебе стоит мой блок, чтобы никто из любопытных учеников не поддался соблазну и не разузнал твою тайну, — ответил эльф, открывая дверь и пропуская в дом. — Но это не мешает мне слышать твои мысли. Я покраснела, а дракончик, видно почувствовав мое смущение, подбадривающе пискнул в ухо и рыкнул в сторону Враиля, за что был награждён моим коронным строгим, но благодарным взглядом. — А вот это твой стимул по скорее открыть в себе магию и научиться скрывать свои мысли, — проигнорировав наглый жест ящера, произнёс мужчина и повёл нас вглубь дома-замка. Идя следом за ним, я назло громко думала о том, что не мешало бы эльфийскому народу избавиться от этой их заносчивости. Я вижу их только третий день, а уже так сильно хочется потягать за длинные ушки. Я даже в красках это представила. А шедший чуть впереди Враиль после этого беглым движением дотронулся до кончиков своих ушей, а после вновь надел свою надменную маску и стал мистером «Мне уже больше трёх сотен лет и я — Глава Ордена». «И все же не стоит дерзить тому, благодаря которому я осталась цела и невредима, с крышей над головой и дракончиком на плече», — подсказал здравый смысл. Мы вошли в большую круглую комнату, где вместо стены был сплошной стеллаж для книг, полностью заполненный, и замерли посередине. — Доброй ночи, уважаемые, — громко начал Враиль, — я хочу представить вам тех, ради которых я созвал вас всех сюда в столь позднее время. С небольшим опозданием перед нами ещё одна Всадница — Анита и её только что вылупившийся самец дракона. Беловолосый эльф оставил меня, плавно, но важно пройдя вперед и обернувшись ко мне лицом. Теперь он был передо мной в четырёх шагах, а за его спиной стояли шестеро Всадников и не сводили с меня серьёзных взглядов. Все, кроме одного. Агрилион, стоя по левую руку от Главы Ордена, слегка растянул губы в полуулыбку и подмигнул. Маленький ящер, все так же сидя у меня на плече, выдохнул облачко дыма и заворчал. Да, малыш, мы попали.