Ты нужен

Дин Винчестер сидел на полу снятого им номера отеля, облокотившись спиной о кровать. Острый угол деревянной "рамы" кровати больно давил в спину, холодный паркет так же не придавал комфорта, но охотнику было плевать. В руке у него была наполовину пустая бутылка виски, совсем недавно купленная по дороге из больницы. По дороге от Сэма. Он бы просидел с ним всю ночь, если бы его не выгнали из здания. Дину хотелось кричать, метаться по комнате, прибить все дышащее в радиусе километра, но он, как и всегда в самых тяжелых ситуациях, предпочел замкнуться и напиться. Это была определенно его вина, что Сэм сейчас лежал в коматозном состоянии в палате больницы с сотрясением, потерей крови, двумя переломами и жутко выглядящим раненным плечом. По крайней мере, Винчестер был в этом абсолютно уверен. Ведь это было его "работой" - охранять младшего брата, и Дин с ней не справился. Если бы Сэм его не оттолкнул, тот удар разделил бы Дину голову на две ровные половинки. А если бы Дин не настоял на своем, они бы вообще не оказались в подобной ситуации. Охотник сделал несколько глотков обжигающего спиртного. Он не заметил шелеста крыльев появившегося в комнате ангела. - Здравствуй, Дин. Человек даже не обернулся. - Свали, Кас. Ангел недоуменно склонил голову набок, прищуриваясь, пытаясь понять такое его отторжение. - Дин, что-то не так? Винчестер горько усмехнулся и поднялся на ноги. Его слегка шатало. - Слушай, ты не мог бы просто убраться? - Но... - Мне сейчас не до тебя, ясно? - Я только хотел... - Свали. Дин пригубил бутылку и демонстративно бухнулся на край кровати спиной к ангелу. Тот все так же непонимающе смотрел на охотника. Затем он опустил взгляд и с тихим вздохом исчез под тихий шелест крыльев. А Дин почувствовал себя еще хуже. Почему-то у него было такое ощущение, будто он только что ударил близкого человека, который слишком тебя любит, чтобы дать сдачи. Чертыхнувшись, он снова приложился к бутылке и откинулся на кровать. Звать Кастиэля обратно было бы бессмысленно, да и легче от этого не стало бы. Дин глубоко вздохнул. В голове у него царил страшный бардак, проносились мольбы Всевышнему, обвинения в его же адрес, озлобленное лицо Джона, спокойное лицо Сэма с повязкой на голове, непонимающе-грустное лицо Кастиэля. Винчестер закрыл глаза, но от этого шум в голове лишь усилился. - Дин, то, что случилось с Сэмом - не твоя вина. - Твою мать, Кас! Дин резко сел на кровати и уставился на ангела, стоящего чуть касаясь тканью брюк его колен, который тут же приложил два пальца ко лбу охотника. Все опьянение тут же исчезло, от чего Винчестеру стало настолько гадко, что он скривился. - Вылечи его, раз такой крутой. - Дин, убрать алкоголь из крови и исцелить человеческое тело - разные по сложности вещи. - То есть ты отказываешься. - Я не могу. Винчестер чертыхнулся и, отталкивая Кастиэля с дороги, встал с кровати. - Дин, ты не виновен в произошедшем, - повторил ангел. - Да какого хрена не виновен?! - взорвался Винчестер, резко поворачиваясь к Кастиэлю. - Если бы не я, его бы вообще там не было! Если бы я не был раззявой, ему не пришлось бы закрывать меня собой! Если бы я не настоял на том, что мы справимся сами, этого бы не было, Кас! - Дин... - Я сделал ошибку в самом элементарном! Я не могу быть гребаным охотником, если мой младший брат спасает мою задницу! Это я должен ему помогать, слышишь? Если бы... если бы я был более внимательным, Сэм бы сейчас не лежал в больнице. Я ни на что не годен. Не справился с работой. Понимаешь, Кас? Не справился. Не выполнил предсмертное желание отца, который умер за меня. Баба какая-то, а не охотник. Я должен был защитить его, но от меня одни только проблемы. Я... уже несколько раз прокалывался на пустяках. Мы попали в этот переплет из-за меня. Почему же я не должен считать, что я все еще на что-то способен? Почему я должен считать, что все еще могу хоть кого-то защитить, что еще хоть кому-то нужен? Дин устало опустился на стул и закрыл лицо руками. Такой несвойственный для него жест. Выражение слабости и беззащитности. Потерянности. - Дин, как ты можешь так говорить? Тихий голос ангела донесся до Винчестера как будто издалека. - Как ты можешь так говорить после того, как спас столько жизней? - Дин поднял голову и увидел плохо скрываемую боль на лице Кастиэля. Голос его был все таким же ровным, но в глазах плескалось что-то такое, от чего у охотника внутри все сжалось. Ну вот, теперь он еще и обидел... своего друга? Понять бы теперь еще, почему ангел на него обижен. - Ты нужен Сэму. Ты постоянно его защищаешь. Ты помогаешь ему справляться. Ты его брат. Ты не можешь быть ненужным. Винчестер ошарашено смотрел на потупившегося ангела, не отрываясь. Что-то он не договаривал. Что-то там было, между строк. И Дин пытался понять, что именно. - Я могу неправильно понимать человеческие чувства, Дин. Я вообще многого не понимаю. У меня... - ангел запнулся, подбирая правильные слова. - У меня нет больше ничего, кроме вас с Сэмом и веры в Отца. Я поверил в тебя, Дин. И ты говоришь мне, что ни на что не годен. Я не знаю, правильно ли я понимаю, но, наверное, это называется болью. Ты нужен... - Кастиэль на секунду поднял взгляд на Дина и, глядя ему в глаза, почти виновато закончил фразу. - Ты нужен мне, - он грустно потупился и быстро добавил: - И Сэму, и Бобби. Дин смотрел на своего ангела почти завороженно. В голове внутренний голос кричал, что это не то, о чем он думает, а вот интуиция говорила, что ангел хочет сказать Винчестеру больше, чем говорит. Когда Кастиэль встретился взглядом с Дином, у него в глазах была отчаянная надежда. В них читался крик "Ну же, пойми меня, пожалуйста!". И Винчестер понял. Почему у него не вызывало отвращения то, что он подошел и мягко прижал к себе ангела, который через несколько секунд неуверенно обнял его в ответ? Почему его не выворачивало наизнанку от того, что он гладит по голове почти чужого мужика? Почему не было чувства неправильности, когда губы человека осторожно накрыли губы ангела? Почему Дину не хотелось лезть на стену от того, что Кастиэль неумело подался вперед, не веря своему счастью, не веря, что его приняли, не оттолкнули в очередной раз, не послали куда подальше? Да потому, что это был его ангел. Никакой он не чужой. И уж точно не мужик. Это просто ангел, который его любил, даже не надеясь на ответные чувства. Это Кастиэль, который пожертвовал ради него всем, чем только мог и пожертвует даже большим, если Дин потребует. Это Кас, который умирал за него, ни на секунду не усомнившись в своем человеке. Это ангел, павший ради него, которого он не замечал и отталкивал, и который все равно следовал за ним, бесконечно доверяя ему. И именно сейчас Дин понял, как он любит своего ангела и как долго запирал это чувство далеко в себе, пока оно наконец не вырвалось наружу и не залило тело приятным теплом и желанием доставить Кастиэлю как можно больше удовольствия в награду за то, что не переставал верить и ждать. Именно поэтому Дин целует его мягко, осторожно. Именно поэтому, когда Кастиэль восторженно выдыхает Дину в губы, он улыбается и целует своего ангела в уголок рта, а затем снова просто прижимает к себе, давая осмыслить случившееся. А Кастиэль утыкается холодным носом в шею Винчестера, крепко зажмуриваясь от осознания того, что его обнимает самое дорогое в мире существо, от тех эмоций, которые наполнили его, как будто его истончившиеся крылья взметнулись вверх, одновременно набирая былую силу. Впрочем, обнимающий ангела Винчестер, открыв на мгновение глаза, заметил еле уловимую, почти осязаемую прозрачную, рваную тень раскрытых крыльев и успел коснуться перьев прежде, чем они дрогнули и растворились в воздухе. - Ты офигенно красивое пернатое, Кас, - с улыбкой прошептал Дин, снова целуя ангела и проводя рукой по тому месту, где только что вырастало его левое крыло. Кастиэль улыбнулся человеку в губы и тот углубил поцелуй. А потом с плеч ангела как-то незаметно исчез плащ, а в месте с ним и пиджак. Потом он оказался перед кроватью, притягиваемый Дином за галстук, целуемый в губы. Потом он был в расстегнутой рубашке, извивающимся под любимым человеком, который одними своими прикосновениями вызывал безумно новые, непонятные, но такие желанные ощущения. А потом Кастиэль кричал от нахлынувших на него эмоций, вцепившись в простыни, испытывая первый в жизни оргазм. И Дин сходил с ума от ангела, который так доверчиво отзывался на все, что он делал, позволяя ему абсолютно все, и с трудом сдерживался от того, что бы не закричать вместе с ним. А потом они лежали под одеялом, и он мягко обнимал Кастиэля, прижавшегося к нему всем телом и подрагивающего после пережитой бури ощущений. И Дин осторожно целовал своего ангела в макушку, и тот доверчиво тянулся к нему губами. В это же время в палате номер 237 Сэм очнулся и первым, что он заметил в своей Жизни-После-Комы были два пальца, покидающие его лоб и насмешливый взгляд Габриэля, сидящего на краю больничной кровати. - Ну ты и сукин сын, Винчестер. Нельзя так пугать архангелов! - Ну, я не специально, - улыбнулся Сэм, а затем его улыбка превратилась в усмешку. - Соскучился, что ли? - Если бы не соскучился, ты бы валялся тут и дальше, - хмыкнул Гейб и кивнул на апельсины, лежащие на тумбочке. - Я тебе даже гостинец принес, как особо пришибленному, хоть бы спасибо сказал. Я на тебя уйму сил потратил, между прочим. Нельзя доводить себя до такого состояния. - Я тоже тебя очень люблю, милый, - засмеялся Сэм и, поймав архангела за руку, притянул к себе. - Спасибо. - Я определенно по тебе скучал, - хихикнул Габриэль прежде, чем Винчестер заткнул его самым приятным способом из существующих - поцелуем. Конец ;D