Разноцветные бабочки

У Намджуна пиздец наблюдается уже второй день, ибо ни строчки не ложится на листы, а муза, тварь этакая, вообще умотала хер знает куда, еще и фак тыкнула, мол, дорогуша, и без меня справишься. И все бы очень даже ничего, вроде и жить можно, но возле него ошивается еще один пиздец, который в природе Чон Хосок, и которого хочется уже второй месяц как - ну серьезно, нехуй так близко. - Ты долго еще? Намджун, ну долго еще? - Хосок стоит у двери их студии и не может найти себе места вообще никак, просто все уже дома, скоро ужин, а этот рэп-гад, иначе вот вообще никак не назовешь, домой и не собирается валить. А еще Сокджин сказал без Намджуна домой не возвращаться. - Будешь на мозги капать, так вообще не уйду, - Намджун злится - хрен знает, от чего больше, но усердно старается пялиться в ноутбук, и не, не на узкие бедра Хосока ни разу. - Ну, блять, - Хосок закрывает дверь студии, шагает по периметру помещения и приземляет задницу на стол, прямо перед Намджуном. - Если ты сейчас же не пойдешь со мною домой, - он наклоняется максимально близко к намджуновому лицу и смотрит то в глаза, то на губы. - Мне будет абсолютно похуй на Сокджина, и я свалю один. Намджуна в щепки. Он немного отодвигается, затем поднимается, и все, это треш. Его руки сами ложатся по обе стороны от Хосока, лицо максимум близко и тело подрагивает - хочется, а эта блядь еще и ухмыляется: - Ты так не любишь, когда я матерюсь? - Хосок невинно хлопает ресничками, облизывает губы и подается немного вперед, чтобы еще ближе. - Хочу тебя, - у Намджуна резко севший голос, от которого мурашки табунами бегут вдоль позвонка, а еще светло-русые волосы, которые хочется меж пальцев - Хосоку очень хочется. Но Хосок любит выебываться: - Пфф, не для тебя моя вишенка... - Для меня, - Намджун отрезает все пути к отступлению, когда ловит кисти хосоковых рук и целует влажно и сразу с языком, касаясь хосокового. Когда Намджун отстраняется, чтобы посмотреть в глаза Хосоку, у того играет на лице донельзя довольная ухмылка, а еще: - Не совсем французский, но и так сойдет. Намджуну хочется ему въебать, чтобы заткнулся, или же выебать, но результат, в принципе, должен получиться один и тот же. Хосок решает за него - определенно второй, просто ну что еще может быть, когда тебя тянут за собою на диван. Намджун наваливается сверху и умащивается между ног, сразу же находя губы, доказывая паршивцу, что по-всякому умеет - Хосок стонет в губы, мычит и царапается - нравится, и не только поцелуй. Он все же путает пальцы в волосах Намджуна, помогает стянуть с себя белую футболку и соприкасается кожей с участком намджуновой, что выглядывает из-под задравшейся рубашки. Хосок касается пальцами холодного металла сережки, что в ухе у Намджуна, затем опускается чуточку ниже и ловит судорожный намджунов то ли вдох, то ли выдох и улыбается - всегда хотел узнать, как на это он среагирует. А потом Хосока просто выключает, когда губы Намджуна у него на ключицах, а ладони по спине. Он ерзает под прожигающими губами, которые не отрываются ни на секунду, горячо выдыхает сухой воздух, что царапает горло, и просит прекратить. Намджун не слушает и не собирается даже, поднимаясь губами по шее, целует щеку, задерживается на родинке, что на верхней губе, и снова целует в губы. Хосока в мелкий песок только от этого. Намджун аккуратно расстегивает пальцами пуговку на брюках, спускает их немного, целуя выступающие кости, прикусывает кожу и ведет по бедру - это уже фетиш. Затем поднимается поцелуями на живот и чувствует, как под ним дрожит Хосок. Он поднимается опять к губам Хосока, касается своими и улавливает тихое "Продолжи, пожалуйста, Намджун". Намджун не представляет вообще, что делать - смазки нету, а в студии ничего не найдешь. Он лихорадочно соображает, пока Хосок весь красный, как рак, не тянет его за руку: - Растянут... уже, - Хосок еще больше краснеет, кусает губу и ждет, пока до Намджуна дойдет. До него, кстати, доходит на удивление быстро. Он задыхается нахрен, а потом его опять сносит словами Хосока: - Ждал, пока ты додумаешься, придурок. Хосок кусает нижнюю губу, скребет ногтями по намджуновой спине и стонет - приятно. На него рушится град ощущений, когда Намджун двигается внутри, когда руками скользит по телу и хрипит ему в шею. Хосок расцарапывает спину, совсем этого не замечая, закатывает глаза и давится воздухом - даже звезды близко, как никогда раньше. А его собственная, так вообще обжигает огненными прикосновениями. Они одеваются, когда у Хосока звонит телефон. Он отвечает на звонок Сокджина, говорит, что они скоро придут и клятвенно обещает, что не позже, чем через полчаса. Затем разворачивается и смотрит на Намджуна, который поправляет на себе кожанку - он ведь так и не снял рубашку, на что Хосок приподнимает краешек губ - хотелось немного не так. Намджун замечает тоскливый взгляд и поворачивается в ответ. - Забудем? - Хосок предлагает, прекрасно осознавая, что ничего больше и не светит. Намджун долго не отводит глаз, собирает по телу Хосока его же отметины и останавливается на родинке, что на верхней губе - все-таки он ее безумно любит. - Не смей. У Хосока внутри бабочки рождаются с непостижимой скоростью. А еще они разноцветные. И то желание, что намджуновы волосы у него меж пальцев - оно навязчивое.