К чему приводит алкоголь

Сегодня в компании "Uchiha House" проходил корпоратив в честь удачной сделки, что заключили на днях. Мадара Учиха — владелец компании — часто закатывает такие мероприятия за счёт своего кошелька. Что сказать, деньги у него куры не клюют. Вот так думала и Сакура Харуно — личный секретарь Учиха Мадары, которая явно перебрала с алкоголем и сейчас рассказывала своим коллегам об их общем боссе. — А ещё он чёрствый и грубый. Постоянно ходит с каменным лицом. Я вообще удивляюсь, как он баб находит. Кто ж на него вообще позарится? — вещала Сакура заплетающимся языком. — Бабы западают на бабло, — выдвинула свою версию Ино Яманака — секретарь генерального директора фирмы. Она была менее пьяной, чем её лучшая подруга. — Во-от именно. Всё дело в деньгах. У него их хоть лопатой греби, но мне на это пофигу, — Сакура взяла с рядом стоящего стола дольку апельсина и принялась ею махать в такт своим словам. — Меня больше волнует его внешний вид. Как медведь гризли: лохматое, косматое чудище, нет, чудовище, хотя нет, вообще монстр. Да он мне покоя не даёт! — Ино дёрнула Сакуру за край тёмного пиджака, но она и не заметила. Харуно взяла бокал вина. — Будит меня в пять утра — ни свет, ни заря, — и велит лететь за его грёбанным кофе, который находится в чертогах куличиках. Нет, в чёртовых куличах? — девушка запнулась, но через мгновение продолжила: Он, видите ли, привык начинать утро именно с этого напитка — а я тут причём?! — Притом, что ты мой секретарь, Харуно, — за спиной раздался приятный баритон и Сакура от неожиданности резко обернулась и выплеснула вино на Мадару. А затем добавила дольку апельсина, попав точно в лоб. Повисла грибовая тишина, не считая тихо играющей музыки. Все уставились на Учиху Мадару со стекающими красными каплями по волосам и лицу. Его непроницаемый лик не мог сказать, что ждать от него. — Мандра-сан? Чего вы подкрадываетесь ко мне? — Сакура грозно, как ей казалось, уставилась на мужчину. На самом деле она выглядела весьма комично для тех, кто трезв. Ну, или менее пьян. — Харуно, ты явно перебрала, а завтра на работу, — не церемонясь, он схватил свою сотрудницу и закинул на плечо. Все в шоке и с отвисшими челюстями наблюдали за этой картиной. — Эй, чё вы себе позволяете? Пустите немедленно! — Сакура колотила Мадару по спине. В голове словно несколько торнадо закрутило, а к горлу подкатил неприятный ком. — Эй, мне плохо! Чёрта с два, — Сакура опустила веки, закрыла рот и зажала его ладонями, чтобы не вырвать и в следующую минуту её опустили и усадили на что-то мягкое. Сакура приоткрыла сначала один глаз, а затем другой. Всё указывало на то, что это — кабинет Мадары: те же бежевые стены с картинами пейзажей; массивный дубовый стол чуть поодаль стены; кожаное, величественное кресло, на котором восседал Мадара, словно король; тёмные стеллажи с документами; и лимонное дерево на безупречно чистом окне. — И зачем я тут? — девушка икнула и снова зажала рот. Мадара всучил Сакуре небольшое керамическое ведро, что обычно служило ему для мусора. Уборщица перед уходом очистила его от того, что Мадара посчитал ненужным и выбросил. — Блевать будешь сюда, — пояснил он и сел рядом на диван. — Марада-сан, я, вообще-то, отдыхала! Сейчас не рабочее время и я право имею делать что хочу, — с воодушевлением проговорила Сакура прижимая к себе посудину. Мадара поднял правую бровь. И что с этой девушкой не так? Она кричит на него, возмущается, даже ударила его пару раз! И это при том, что работодатель здесь именно он. — Спать, Харуно. Это приказ! — громогласно сказал Учиха, на что Сакура насупилась. — Прошу прощения, но Я решу, когда мне спать, — девушка зевнула. Одиннадцать вечера как-никак. — И мне нужно домой. Я люблю спать дома. Да-а-а, домик мой, — она мечтательно прикрыла глаза. Чувство мягкости под попой дало свой эффект: захотелось спать. — А вообще-то, знаете что, идите-ка отсюда, я действительно устала. Завтра поговорим, — сладкий зевок. После этого Сакура принялась раздеваться, невзирая на мужчину рядом, который не шелохнулся. — Харуно, имей совесть, я ведь могу не сдержаться, — Мадара не говорил угрожающе, он пытался пошутить. Но Сакура шутки не поняла. — То есть? — она переместила взгляд на него. — С кем вы собираетесь сражаться? — у Сакуры были мутные, пьяные глаза, но определённо живые и с искорками, которые он видел только у неё. — Сдержаться, Харуно, а не сражаться, — снисходительно оповестил Учиха. — Вы сдерживаетесь, но хотите сражаться? Пойдите, вон, на ринг вниз по улице и спустите пар, а меня оставьте, а то вы познаете силу моего кулака, — Сакура вновь зевнула, прикрывая рот рукой. Она сняла рубашку и уже стягивала юбку, вместе с чулками. Мадара почувствовал, что его мужской орган отреагировал на молодое тело секретаря. Уже не впервой это случается, когда Сакура то и дело кружит в своей обтягивающей юбке и рубашке, растёгнутой на пару верхних пуговиц перед ним с документами или кофе в руках. Конечно, соблазнить намеренно она его не хочет — это сразу ясно, но тело и мозг Мадары решают всё за него. — Харуно, я не об этом, — Мадара, не понятно на что надеясь, накинулся на Сакуру и повалил её на диван. Та уставилась на него мутными глазами, уперев руки в крепкую мужскую грудь. Учиха и сам был выпившим, возможно, это частично и повлияло на его действия. — Давай займёмся сексом. Моментально, что даже Учиха не ожидал, Сакура заехала ему кулаком в подбородок. Зубы щёлкнули, но в остальном Мадара не двинулся. — Вы хам! Если я пьяна, это не означает, что мной можно пользоваться! — она толкнула его, но он не шевельнулся. — Харуно, я хотел тебя с того самого момента, как увидел. Я не в силах больше сдерживаться, — Мадара принялся покрывать поцелуями шею Сакуры, спускаясь к груди. — Мадара-сан! Я вас засужу за подобные действия, — Учиха достал из карманов брюк наручники и, не приложив особых усилий, пристегнул руки Сакуры к железному подлокотнику дивана. — Я заставлю тебя стонать, Харуно, — он покрывал поцелуями всё тело секретаря, а после умостился у неё между ног, принявшись усердно лизать половые губы, клитор и вход во влагалище. Его пальцы входили внутрь и выходили назад, дразня Сакуру. Последнее, что Харуно запомнила — это дикий и бурный оргазм, что накрыл её с головой, заставив стонать от удовольствия, как и хотел Мадара.