Одни дома

— Дятел, ты начинаешь меня бесить. Чего расселся? Выйди отсюда, раз ничего не нужно, — Субару набрал воду в ванну и пытался расслабиться, но присутствие брата в этом помещении выводило парня из себя. — Ты так хочешь со мной поговорить, что ли? — Шу лежал на диване и слушал музыку, впрочем, ничего нового. На это замечание Субару злобно цыкнул. — Ты просто нервируешь. Можешь, конечно, делать то, что захочешь, но зачем в это впутывать меня? — парень пытался выразить свое недовольство через брызги воды, но Шу сделал вид, что не заметил. — Давай поговорим о той романтике, которую ты так любишь. Расскажу кому, не поверят же. Вот только не надо злиться, я же правду говорю. Или ты так смущаешься? — в ответ молчание. То ли Субару думал, как избавиться от вампира да так, чтобы без свидетелей, то ли он раздумывал над словами брата. — Заткнись. Я просто почитал перед сном первое, что под руку попалось, — Шу что-то бормотал себе под нос, Субару злился еще больше, — говори внятно, нечего с самим собой балаболить, раз начал продолжай говорить со мной. — Да ты просто оправдываешься, если так, я сохраню твой маленький секрет. Хорошо, так о чем ты предпочтешь говорить? Книги тебе не по душе, если я начну разговор о том, какой ты хозяюшка, ты попробуешь выбить мне клыки. О цветочках? Музыке? Или еще о чем? — Ты слишком многословен в последнее время... Цветочках? Ты в цветах разбираешься, что ли? — Субару же ничего не знал о брате, может тот ярый ботаник, но скрывает ото всех. — Не разбираюсь я, но мне нравится сорт чайно-гибридных роз, что растут у нас в саду. Глядя на них, мне вспоминается детство, а у тебя есть фавориты среди цветов? У нас же целый сад, множество сортов роз: портлендские, миниатюрные, Мадам Мейланд, Королева Элизабет... — Да ты у нас ботаник. Но в отношении цветов наши вкусы совпадают. Чайно-гибридная привлекает... Даже не знаю, чем. Возможно, что ты не поверишь, этот сорт тоже связан с моим детством. — Вот как. Что же такого было в твоем детстве, связанное с розами? Ты, вроде как, любил прогуляться к той башне... Из-за того, что они растут рядом? — Субару только успокоился, как ему тут же напомнили о давних событиях. — Нет, тут все немного сложнее, — парень пытался говорить спокойно, — ты, скорее всего не помнишь, но раньше тот сад был наполнен звуками скрипки. Я не помню, кто исполнял эти мелодии, но было очень приятно слушать ту игру. — И ты приносил цветы тому скрипачу? Да ты действительно романтик, — Шу сразу понял, о чем речь, но он не поспешил осведомить об этом Субару. Во-первых, нельзя думать, что парень сразу же поверит. Во-вторых, это больше похоже на какую-то попытку «незаметно подкатить». — Да замолчи ты уже, на то оно и детство, чтобы воображать то, что романтика существует. А вот ты веришь в нее? Веришь в любовь? Я, например, нет. Говорить это, конечно, глупо с моей стороны, потому что я и не испытывал такого, но с другой стороны, я и не ощущал любовь даже на себе. — Ты не один такой, все мы, шестеро кровопийц, такие. Для меня ни романтики, ни любви нет. Вампиры на то и вампиры, чтобы быть бесчувственными убийцами. В нашем мире такого понятия как «любовь» и быть не должно. — Впервые с тобой соглашусь. Наш мир состоит без существ, способных что-либо чувствовать, — Субару попытался встать и уже вылезти из ванны, но на нем не было одежды, хотя это он понял не сразу, — так, выйди отсюда, мне нужно одеться. — Стесняешься меня, что ли? — Я не такой извращенец как вы, не собираюсь нагишом ходить перед тем, кто без сомнений дрочил своему брату. — Ой, какие мы нежные, так и знал, что ты споешь эту песню. Это шутка, не более, — Шу сменил свое положение на сидячее, потому что понял, что этот разговор будет серьезнее, чем о цветах. — Бесишь. Как же ты бесишь. Отлично, тогда подай мне хотя бы полотенце. Шу взял полотенце и еле слышно подошел к ванне. Раскрыв шторку, он взглянул на удивленного вампира, который стоял и пытался осмыслить ситуацию. — Вот же идиот, нельзя так резко, — Субару выхватил у него предметы одежды и полотенце, после чего обратно закрылся шторкой, — ты бы извинился за это. — Я и извинился? Ты себе это представляешь? Я — нет. А так, у нас почти одинаковое телосложение, чего я там не видел, — Шу немного раздумывал, - мелкий, как ты относишься к произведениям Вивальди? — Это кто? — Субару подождал, пока вода полностью вытечет из емкости. — Хотя, подожди, это же музыкант? Вроде, скрипач. — Да... Как я понял, его произведений ты не слышал, не страшно. Что тебе нравилось в музыке того скрипача? — Из моего детства? Я говорил, что у него была чувственная игра, она так и манила. Лишь из-за этого я слушал его, — Субару сделал паузу, - ты ведь тоже скрипач, да? Я уверен, что в твоей игре нет таких же чувств, ведь ты и эмоций своих показать не можешь. — Ты действительно так думаешь? — Ага, как я и говорил, ты просто бесчувственный дятел. Без капли романтичности. У меня ощущение, что ты предпочтешь стейк эмоциям, — после того, как Субару оделся и раскрыл штору он увидел, что в помещении уже никого не было, — эй, ты где?