Да пошёл ты, Малфой!

      На предложение Джинни помочь с подготовкой к... свиданию, я ответила решительное:       – Нет! Я не собираюсь тратить время, предназначенное для чтения, на подготовку к свиданию с Малфоем!       Свидание с Малфоем. Звучит как название фильма ужасов, по типу «Свидание со Смертью» или... не знаю... «Три Малфоя»! Не страшно? А вы подумайте, если от одного Малфоя столько проблем, даже представить страшно, что могут сделать трое!       Но несмотря на все свои заверения и устоявшиеся принципы, я потратила на выбор платья целый час, на причёску – два часа, и ещё пятнадцать минут на макияж! И всё это для того, чтобы выйти навстречу к Малфою и услышать:       – Мантию захвати! Там может быть холодно.       Может быть, кто-нибудь и расценил это как знак заботы, я же расценила это как самое натуральное хамство!       Язык чесался неимоверно, желая высказать Малфою всё, что я думаю по этому поводу и про него в частности, но за мантией я пошла, не сказав этому мерзавцу ни слова.       Я, значит, тут полдня трачу на то, чтобы хорошо, да даже не хорошо, а потрясающе хорошо, выглядеть, а он никак не реагирует! Ещё и приказы раздает! Нет, я ему это с рук не спущу. Вот сейчас выйду и кину эту мантию прямо ему в лицо.       Из гостиной я вышла достаточно злая и решительная.       – Привет, Гермиона!       Зря стараешься. Не прощу.       – Прекрасно выглядишь.       Ладно. Так уж и быть, ты прощён.       Эх, какие же мы всё-таки женщины добрые, всепрощающие, да практически святые существа! Да к тому же ещё умные и красивые... а главное – скромные.       – Куда мы идём?       – Сюрприз.       В Хогвартсе? Я же «Историю Хогвартса» знаю от первой до последней буквы. Да и с парнями мы исследовали чуть ли не каждый закуток замка. О каком сюрпризе может идти речь?       – Для того, чтобы он удался, тебе придётся завязать мне глаза.       – Хорошая идея, – согласился он.       Движение со скоростью снитча, сопровождаемое еле слышным шепотом, и вот – я ничего не вижу.       А ведь сама виновата. Эта мысль разозлила вдвойне.       – Малфой! Верни мне глаза сейчас же!       Он лишь хмыкнул.       – Глаза у тебя никто и не забирал.       Щас помру со смеху.       – Я лишь сотворил небольшую завесу. Никакого вреда. Так что... давай руку, и пойдём.       Я скрестила руки на груди.       – Я никуда не пойду. Пока ты не снимешь с меня заклинание. Я же ничего не вижу! С легкостью могу споткнуться и упасть. И поверь, я сделаю так, что тебе от этого будет хуже, чем мне.       – Не сомневаюсь, – выдохнул он и… Нет!       – Отпусти! Отпусти немедленно! Иначе я сама спрыгну! – И я покрепче вцепилась в Малфоя.       – Прыгай.       Меня куда-то понесли, быстро и уверенно, явно не особо напрягаясь. Странно. Мне почему-то всегда казалось, что он тощий и слабый, однако, когда я немного привыкла к необычному способу передвижения и решила незаметно исследовать «транспорт», убедилась, что кубики на месте. Такие классные…       – Нравлюсь?       Он заметил? Мерлин. Так, спокойствие, только спокойствие.       – Что? Ты о чём?       Нет, насколько бы не был убедительным голос, пылающие щёки никуда не спрятать.       – Точно нравлюсь.       – Малфой!       Я попыталась ударить его в плечо, но промахнулась и попала в шею, и почему-то покраснела ещё больше.       – Да не красней ты так! Хотя, должен признаться, тебе очень даже идёт.       Он замедлил движение, а затем вовсе прекратил его.       – Мы пришли?       – Я пришёл.       Откуда-то пополз свежий ветерок, не холодный, но освежающий. Послышался шум воды. Мы вышли наружу? Но как? Постоянно поднимаясь по лестнице? Либо здесь что-то не так, либо у меня что-то не так с пространственной ориентацией.       – Ты же нагло проехалась на моих руках. Между прочим, Грейнджер, ты не такая уж и легкая.       Что?!!       – Тебя никто не заставлял так нагружать свои драгоценные ручки! И вообще, раз мы, – я выделила это слово, – пришли, то может, ты меня наконец отпустишь?       Он с явной неохотой опустил меня на землю, которая была покрыта травой, безжалостно защекотавшей мои ноги, одетые в изящные босоножки.       – Заклинание снимай, – потребовала я – мне очень не терпелось посмотреть, куда же он меня притащил.       Я немного подождала, раздались какие-то подозрительные звуки, но ничего не произошло, я была такая же слепая, как и минуту назад.       – Малфой!       – Сейчас, сейчас. Просто…       Ой, что-то мне не нравится этот тон.       – Только не говори, что ты забыл контрзаклинание.       Если это так, то я тебя придушу! Ещё не знаю, как найду тебя и твою шею, но придушу.       – Нет, нет, что ты! Я не забыл контрзаклинание!       Но…       – Но дело в том, что я его не очень-то и запоминал...       – Что?!       Я правильно всё поняла?       – Ты использовал заклинание, прекрасно зная, что не сможешь его снять? Ты, вообще, чем думал? Хотя, можешь не отвечать, и так понятно! Ну что, Ромео недоделанный, веди меня!       – Куда?       – К тебе в спальню, красавчик!       – Эмм… что?       Нет, вот придурок!       – К мадам Помфри! Может, она снимет с меня это.       – Не снимет, – быстро ответил Малфой.       – Почему?       – Это заклинание не снимается.       Я надеюсь, мне послышалось.       – Повтори.       – Это заклинание не снимается.       Я сделала рывок в сторону голоса и всё-таки вцепилась, пусть и не в горло, но пуговица – это тоже не плохо. Ещё не известно, что Малфою дороже – горло или пуговица от его рубашки.       – Да успокойся ты! Оно само развеется! Через некоторое время.       Я облегчённо выдохнула и отпустила его.       – Мерлин, Малфой! Нельзя же так пугать!       – Я уже говорил: можешь звать меня Драко.       – Да как я могу звать тебя Драко, если ты ведешь себя как Малфой?!       – Справедливо, – признал он. – А сейчас давай присядем.       Он аккуратно, я бы даже сказала бережно, усадил меня на плед, оказавшийся очень приятным на ощупь. Это единственное, что я могу сказать про плед, так как звуков он не издаёт, а нюхать его я не собираюсь.       – Усаживайся поудобнее, потому как в ближайшие два часа самостоятельно ты отсюда выйти не сможешь.       – Два часа?       – А может и три…       – Три?!       – Но скорее всего – два.       Интересненько. А это случайно не психологический прием? Но даже если и так, то…       – Два часа – это не так уж и много. Можно и посидеть, и даже с тобой пообщаться.       – С учётом того, что в прошлый раз ты выдержала наедине со мной всего лишь девятьсот двадцать восемь секунд, это спорный вопрос. – Я хмыкнула. – Но сегодня у меня есть, чем тебя удержать, и это вкусный ужин. Надеюсь, ты проголодалась, лично я – очень голодный, весь день не ел, волновался.       Я тоже, но тебе об этом лучше не знать.       – Поесть-то можно. Но для начала, расскажи хоть где мы?       – Мы в выручай-комнате.       Улыбнувшись, ударила по пледу.       – Я должна была догадаться!       – Да, – по-моему, он тоже улыбнулся. – Всё более чем прозрачно. Если на улице зима, а у нас очень даже тепло и повсюду зелень и цветы, то мы либо в выручай-комнате, либо в теплицах мадам Стебль. А после того, как я случайно уничтожил её любимую зубастую герань, она меня не очень жалует.       – Да...       Я вспомнила, как несчастное растение укусило блондина за его аристократическую филейную часть и жестоко за это поплатилось, и опять улыбнулась. Это начинает пугать. С потерей зрения, я потеряла ощущение подозрительности и напряженности, которое за годы постоянных насмешек, возникало автоматически при виде Малфоя. Остались только его голос и запах, а при таком коктейле, да без предохранителя, можно запросто потерять голову.       – Шампанского?       – Нет! – отрезала я, это будет явным перебором. – Лучше сока, если есть.       – Есть, апельсиновый, – он налил сок и вложил стакан мне в руку. – Твой любимый.       – Откуда такие сведения?       – Просто ты похожа на человека, который любит апельсиновый сок.       – Никогда бы не подумала, что предрасположенность к апельсиновому соку можно определить по внешности.       Любопытно...       – А что ещё ты можешь обо мне сказать?       Я пошарила рукой, пытаясь найти что-нибудь вкусненькое. Так, вот корзинка, яблоко, банан, ещё какой-то подозрительный, немного колючий предмет. Нет, лучше яблоко.       – А давай так, – что-то мне подсказывает, что он усмехнулся. – Если говорю и угадываю, то смогу попытаться угадать ещё раз, а если нет, тогда наступит твоя очередь.       Ммм… Какое вкусное яблоко. Настроение поднимается и хочется чего-то такого... и послаще. Что-то не... похоже на действие зелья, или?... а даже если и так? Мне уже как-то по барабану! Мне просто хорошо. Очень хорошо.       – Хорошо... Хах... Если ты угадываешь пять раз подряд, сможешь меня… поцеловать.       – Давай, – он немного замешкался, явно ожидая какого-то подвоха. – Мне начать?       Я одобрительно кивнула, надкусывая яблоко с другой стороны.       – Отлично. Твой день рождения – девятнадцатое сентября тысяча девятьсот семьдесят девятого года! Дальше…       – Эй! Это не честно! День рождения – это общедоступная информация!       – Да? И когда у меня день рождения?       – Эмм…       А он есть?       А сама как думаешь?       Думаю, что я сейчас очень туго соображаю.       – Это тоже не честно! Ты ответил правильно, так что сейчас твоя очередь. – И всё-таки?..       Эх, придётся отвечать. Не признаваться же, что я чего-то не знаю. Никогда такого не было.       – Тысяча девятьсот восьмидесятый год.       – Так…       – Эм… Август?       – Так…       Неужели, угадала? Тогда, с каким числом у меня ассоциируется Малфой?       – Тринадцатое?       – Конечно же... нет!       Упс. Не удобно немного. И даже больше, чем немного.       – А когда?       – Девятого декабря.       – Ммм, буду знать...       Стоп!       – Но это же сегодня?       – Да.       – А... не понимаю... разве ты не должен праздновать с родителями или с друзьями?       – С родителями? Отец в Азкабане...       Я поморщилась. Точно! Как я могла забыть?       – ...а мама до сих пор считает, что мне десять лет. Друзья… О них лучше не буду говорить, а то есть большой риск сказать что-то нецензурное... Давай больше не будем об этом. Сегодня я там, где я хочу быть и с тем, с кем хочу быть.       Клянусь, это не я! Меня как будто что-то толкнуло в спину, да так, что я без ошибки попала своими губами в губы Малфоя. Прикосновение, которое тут же переросло в полноценный и, мало сказать, приятный поцелуй. Жалко, что закончился он так же быстро, как и начался.       – С чего это вдруг? Я же ещё ничего не угадал.       – Так и целовал не ты, а я.       Гермиона, что ты делаешь? Какой-то маленький голосок в голове кричал: «Это неправильно!», но я обратила на него такое же внимание, какое обычно обращаю на комара – заметила и прихлопнула.       – Расценивай это, как подарок на день рождения.       – Да? – а голос такой обиженный. – Слишком маленький подарок. Мне всё-таки шестнадцать исполнилось, так что может… – И я почувствовала, как по моей ноге поползла его рука.       – Малфой, не начинай, а!       Рука быстро ретировалась.       – Ладно, давай продолжим.       – Давай… ***       Три (да, всё-таки три) часа пролетели незаметно. За это время я много всего узнала и о Малфое, и о себе, а он выиграл три поцелуя и ещё парочку урвал просто так. Когда зрение наконец-то начало возвращаться, мы поняли, что пора закругляться.       Я наконец-то смогла насладиться пейзажем: зелень, кругом сплошная зелень, изредка разбавляемая яркими большими и маленькими цветками, а так же небольшим ручейком, берущим начало в завешанных лианами камнях, невдалеке от места где мы сидели, и впадающего в небольшой прудик, у скрытой под клематисом двери.       – Спасибо тебе за этот вечер.       Я благодарно посмотрела (видеть – это счастье!) на Малфоя.       – И тебе.       Он приоткрыл дверь, приглашая выйти наружу, и я вышла в такой холодный серый, очень неуютный коридор.       – Ну что?       – До завтра? – предположил он.       – До завтра, – кивнула я и поспешила к себе в комнату. На душе было как-то муторно.       Не скрою, я немного боялась, что Малфой начнёт ко мне приставать, но одновременно я этого ждала и даже просчитывала варианты, как бы ему получше отказать. А он сказал: «До завтра!»       Да завтра. Что это ещё за «До завтра»? А где же «До свидания, Грейнджер!»? Это просто свинство!       До завтра…       Что это за странное словосочетание «До завтра»?       Гадость какая-то…       До завтра.       А почему я, собственно, должна ждать до завтра?       Осенённая этой мыслью, я остановилась.       Точно! Я сейчас же пойду к нему! И…       Гермиона, ты с плакучей ивы рухнула? Какой «пойду к нему»? Вообще мозги потеряла? А если тебя ещё и кто-нибудь заметит? Это же…       Да… Половина народа ещё в Хогсмиде, но вот вторая половина – это проблема. Но решаемая! И поможет мне мой любимый друг Гарри, а точнее его любимая мантия-невидимка! Какая я всё-таки умная…       Только вот не там, где надо.       Добыть мантию было проще простого, да и попасть в гостиную слизерина тоже было не трудно, а вот найти комнату Малфоя… Не открывать же все двери подряд? Так можно и спалиться.       Пришлось положиться на удачу и даже на внутренний голос, который упорно твердил: «Вали отсюда! Живо!» Зато по нему я и нашла Малфоя: по мере приближения к объекту, голос становился всё громче.       Буквально четыре дня назад я сидела в столовой, смеялась вместе с друзьями и только морщилась если мимо проходил Малфой. И вот я стою посреди комнаты и смотрю, как он сначала расстегивает, а затем и снимает рубашку. Как же может круто измениться жизнь за какие-то жалкие четыре дня…       Внимательно осматриваю каждую деталь обнаженных частей его тела и только после этого скидываю мантию и обнаруживаю своё присутствие.       – Привет... Драко.       Он вздрогнул, напрягся и стремительно развернулся.       – Гермиона? Что ты здесь делаешь?       Мерлин! Действительно... а что я здесь делаю? Но отступать уже поздно, разве нет?       – Да так… Решила сказать тебе: привет. Просто вспомнила, что ты сказал мне привет, а я не сказала, потому что тогда немного на тебя злилась, хотя нет, на самом деле, я очень сильно на тебя злилась, потому что я целый день приводила себя в порядок: мылась, одевалась, причесывалась, красилась, а ты вообще никак не отреагировал, поэтому я страшно разозлилась, но потом ты мне сказал: «Привет» и сделал комплимент и я тебя простила, но «привет» всё равно не сказала… и поэтому… и тут…       И тут он не выдержал, подошёл и заткнул мне рот самым известным и эффективным способом. Нет, не кляпом, и даже не скотчем! Что у вас за мысли такие? Губами, конечно! А точнее – поцелуем. Поцелуем, который убил все сомнения, заглушил тот настойчивый противный голос и окончательно смел все мои принципы и убеждения, оставив только Малфоя...

***

      Очнувшись от недолгого сна, я даже сперва не поняла, почему проснулась. Никаких знакомых причин не было – ни голоса Джинни, ни дразнящихся солнечных лучей, да и моё внутренне ощущение времени молчало. Тогда в чём же причина? Она тут же обнаружилась, точнее не она, а они – голоса, смутно знакомые голоса… слизеринцев.       Мерлин! Точно! Я же у Малфоя!       – И?       – Да тише ты! – Драко? – Разбудишь же!       – А кто это у тебя там? Развлекаешься вместо того, чтобы заниматься делом? – голос… нет, не скажу кого, спросонья точно не скажу.       – Я как раз-таки и занимаюсь делом. Там Грейнджер!       Ухо резко кольнуло. Значит, сначала он тут изливается: Гермиона, Гермиона, а теперь снова... Грейнджер? Весело... Ещё, конечно, остаётся надежда, что это он просто перед так называемыми друзьями так себя ведет, но верится в это с трудом.       – Так быстро? – ещё труднее.       – Ага!       Совсем трудно.       – Сказал, что у меня сегодня день рождения, представляешь? Всегда на это покупаются...       Всё! Сомнений нет – я дура. Очень хорошо маскирующаяся под умную, дура!       Первый порыв – вскочить и вмазать ему, да посильнее, подавила безжалостно. Нет, такие дела быстро не делаются. Не зря же говорят, что месть – блюдо холодное. Сначала надо как следует всё выяснить, а потом придумать хороший и действенный план мести.       Мерлин! Как я могу рассуждать об этом так спокойно? Он же… Он…       Молчать! Времени на истерику нет. Поплакать можно и потом! Несмотря на это одна слезинка всё-таки не удержалась и скатилась на подушку, но я быстро вытерла след от слезы и прислушалась.       – Если бы не это, пришлось бы ещё несколько дней провозиться, – каждое слово, будто наждаком по коже. Зато теперь я узнаю нашего старого «доброго» Малфоя.       – А как же амортенция?       Так всё-таки... он меня чем-то напоил?       – Зачем? Ты же знаешь, что я всегда играю честно.       Но я же...       – Не спорю.… Значит, завтра?       Что будет завтра?       – За завтраком, как и договаривались. А пока можно я пойду спать?       – Только один вопрос: как тебе Грейнджер? Ничего или так себе?       – Захочешь – сам узнаешь! Спокойной ночи!       А ведь я знала! Знала! Знала, что именно так всё и будет. Но как ни странно, легче, от осознания собственного идиотизма, не становится. Скорее наоборот.       Малфой распрощался с неизвестным и захлопнул дверь.       Я закрыла глаза, выровняла дыхание и попыталась утихомирить сердце.       Он подошёл, прилёг, и я почувствовала его взгляд, пристально изучающий моё лицо.       – Ну что, – раздался еле слышный шепот. – Завтра всё закончится. И мы опять, как в прежние времена, будем ненавидеть друг друга. Ты помиришься с этим придурком Уизли, убедишь себя, что жить без него не можешь и когда-нибудь выйдешь за него замуж, и нарожаешь ему кучу рыжеволосых детишек. И так как на свою свадьбу ты меня точно не пригласишь, говорю сейчас: «Пока, Грейнджер!»       Я лежала и изо всех сил, из последних, не знаю, откуда берущихся сил, сдерживала слёзы и желание взять и заорать:        «Да пошёл ты, Малфой!»