Любовь vs Ненависть

- Охрана будет усилена, – вышла Элис из туалета. - Да, я думаю, что ее повесили, - все-таки ответила Эмили. -Что, - удивилась Элис, - Что ты несешь? Все кончено! Этого не может быть! - Но это повторяется! - Это НЕ повторяется! Элис так завелась. Ужас. - Я, пожалуй, пойду, - Клер вышла из комнаты. Предательница! Оставила меня с ними наедине. Вот что я теперь буду делать? - Что происходит? – вмешалась я, - успокойтесь обе!       Девочки ходили по комнате. Элис орала на Эмили, та словно уворачивалась от ее грозных слов. Эмили рыдает, Элис кричит, что это невозможно. У меня сейчас голова взорвется! Беруши в студию! - Опять все начинается, - провыла Эмили. - Дура! – заорала Элис, - все как раз успокоилось! - Розмари тоже покончила жизнь самоубийством. Вот это она зря. Это была спичка, кинутая в бак с бензином, то есть Элис. Та сразу вспыхнула. - Моя сестра погибла в результате ДТП! – такой ор на улице можно было бы услышать, - Которое произошло ночью за территорией. По-твоему это самоубийство?       Элис метнула настольную лампу в стенку, та разлетелась на тысячу маленьких кусочков. На глазах Элис появились слезы. Да, не так я себе подобный разговор представляла. - Прости, - еще громче провыла Эмили, - просто. Я не верю в это. Мне легче поверить в другое, чем в это. Эмили села на пол и разрыдалась. Элис смягчилась, она подсела к ней и обняла. - Я не хотела, прости, - повторяла Эмили.       Элис сидела, прижав ее к груди. Девушка пыталась успокоиться. Значит, Розмари погибла в результате ДТП, похожем на самоубийство. Стоп! Во время учебы, ночью? - Объясните мне, наконец, что происходит в этой школе! Накипело! Тайны, загадки, сплетни, интрижки. Раздел школы, советы… - Я говорила, - ответила Элис, - про сатанистов. Осадок остался. Эмили кивнула в знак подтверждения. - Но это в прошлом. Проблема решена, тема закрыта. А охрану усилим тайком. Раза в три- четыре, - продолжила блондинка, - минимум. Мало ли. Элис пожала плечами, и они с Эмили переглянулись. POV Томас       Не могу восстановить видеонаблюдение. Вот сука! В сеть залил вирус, у меня вся система полетела! Раздался стук в дверь. - Бро, нихуя не выходит. Придется все менять. Неделя, как минимум, уйдет на это. - Это Клер, - раздался милый голос из-за спины. - Привет, - повернулся я. - Привет, - мило улыбнулась девушка, - проблемы? - Тебя это не должно волновать.       Не ее дело. Еще не хватало, чтобы все узнали про такую проблему. Как я блять теперь следить за всем буду? Руки остались, ходят отдельно, а вот глаза с ушами… - Мы официально заявили о Мелоди, как ты просил, - тихо сказала она. - Замечательно.       Хоть какая-то хорошая новость за последние пару дней. Интересно, сработало ли это. Да я вот только узнать теперь это не могу! Вот олень… - Я могу чем-нибудь помочь? – невинно спросила она. Да, уйди, пожалуйста. Реально не до тебя. - Проследи, чтобы Мелоди снова не вышла за территорию, не оставалась с Алексом наедине, с Диего, кстати, тоже. - Хорошо, я и так это делаю. Она моя подруга, - Клер пошла к двери, - Кстати, Элис увеличила охрану в два раза. Окей, терпимо. Хотя, Джастин этого и хотел. - Отлично. POV Мелоди - Да, пап, - разговаривала Элис по телефону, - да. Хорошо. - Охрана будет увеличена в четыре раза. Плюс: добавят по ночам патруль вокруг школы, добавят камеры. Камеры теперь будут подключены к главному офису. Там также будут наблюдать за происходящим у отца под носом круглосуточно, - сказала мне Элис.       Я спокойна. Вот только теперь некоторые моменты бы прояснить. Эмили спит на моей кровати. Элис переборщила с успокоительным и Эмили вырубилась. Сначала сидела как овощ, потом засопела. Пусть спит бедненькая. Элис тоже выпила таблетки, сейчас засыпает. Раз я одна бодрячком, то прогуляюсь. Смерть ученицы. Ужас какой-то! Я вышла в коридор школы. Время уже обеденное, но никого в коридоре нет. На занятия большинство из студсовета не пошли. Я подошла к холлу. Оттуда слышен громкий плач. Шатенка с карими глазами, длинной челкой рыдает на диване. В руках она держит фотографию. На ней черное платье с длинными рукавами по колено. Тоненькое, узкое лицо, четкие черты лица. Она очень худая и бледная. - Йова, солнце, успокойся, - успокаивала ее Мишель(одна из девок Миранды), - уже ничего не исправить. - Она не могла, - прорыдала она.       Из мужской половины этажа вышел парень. Худощавый, хилый, с волосами средней длины. В клетчатой рубашке, расстегнутой сверху. Он был очень подавлен, грустный, вид у него был болезненный. - Ты, - заорала плачущая девушка, - Это твоя вина! Это ты! Ты виноват! Ты ее убил! Ты!       Она кричала навзрыд, думаю, что слышно было во всей школе, на всей территории. Парень молча прошел мимо, не подняв голову. Он шел, уткнувшись носом вниз. - Тише, тише, - успокаивала Мишель Йову.       Йова… Она кузина той девушки, которая покончила жизнь… Ну вы поняли. Вот истеричка! Парень то здесь причем? Он что сам повесил ее? По нему видно, что ему хреново. Он тоже страдает! А тут эта еще… Обвинять кого-либо легче, чем успокоиться и принять случившееся. Так всегда: мы ищем оправдание другим и себе, обвиняем других в своих ошибках, мы убеждаем в этой лжи себя и других. Ради чего? Ради того, чтобы нас не осудили. Мир настолько повяз в зависимости от чужого мнения, что мы часто ставим его превыше своего собственного! Йова не хочет принять то, что ее сестра совершила ошибку, глупость. Ей легче обвинить того парня в этом, свалить всю вину на него. Она думает сама так и навязывает свою «правду» окружающим. И что будет через неделю? Через неделю этого парня обвинит в смерти девочки вся школа. Какая сейчас «правда» в его голове, что он не виноват? Может он любил ее и любит до сих пор? Что с ним будет через неделю? Через неделю мучений, он перестанет слышать себя и послушает других. Он поверит в свою вину и будет всю жизнь себя винить. У каждого своя правда, но, вопреки всей справедливости, за правду принимают мнения большинства.       Мишель обнимает Йову, успокаивает ее. Мне кажется, что это не искренне. Да, можете назвать меня самовлюбленной эгоисткой, но я еще в состоянии отличить игру от реальности. Йове нужно услышать пару ласковых слов. Больше всего ей хочется услышать, что ее сестра была самым добрым человеком и никогда на это не пошла, что во всем виноват этот ублюдок, который довел ее. Когда она это услышит, то ненависть возьмет верх. Она уже не будет слышать кого-либо, владельцы иных мнений будут для нее врагами. Слухи по стенам этой школы разлетаются молниеносно. И я точно знаю, что Эмили здесь не при чем. Сейчас все или испугаются, как это сделала Эмили, или примут правду Йовы. Бедный парень… Я прохожу мимо них. - Мне очень жаль, - единственное что я говорю.       Йова с удивлением посмотрела на меня. Да, мы не знакомы, но раз я в курсе, значит, я в совете. Мишель же с призрением. Я ей не нравлюсь. И это взаимно. Мишель после таких разговоров будет человеком, к которому Йова прибежит. если вдруг что. Надо лишь сделать маленький толчок… И во ля! Я прохожу мимо, но прекрасно слышу слова Мишель: «Ты не виновата, виноват во всем он!». Готово. Йова, глупышка. Боль не дает мыслить здраво.       Я иду по мужской половине, да, я в курсе, где нахожусь. Что-то мне подсказывает. Что так надо. Я иду, и в мыслях моих не укладывается несколько вещей. Во-первых, если верить подругам Ванессы, то она реалист. Она бы не стала так убиваться из-за парня. К сожалению, в прямом смысле этого слова. Во-вторых, как она вышла за территорию незамеченной. Я помню, что Бибер говорил что-то про вторник. Да и Эмили, или кто-то еще. Не помню. Говорил про съезд. Девчонка бы не провернула бы все это при них. Они бы ее выгнали сразу, как увидели. Или же они ее все-таки увидели… Или что-то увидела она. Все боятся, что что-то произойдет снова. И, якобы, все начиналось также. Кто тогда погиб так? Стоп. Розмари… Эмили упоминала ее имя. Нет, не может быть. Кого же тогда обвинила во всем Элис? - Привет. Заблудилась?       Карамельные сияющие глаза. Бибер как всегда чертовски хорош. Главное слово здесь – чертовски. Он как воплощение самого черта, когда злой. А сейчас, похоже, в хорошем настроении. Что-то здесь не то. Не спроста это.