Как влюбиться без памяти

С двадцатого числа по двадцать пятое я жила у родителей. Сказать, что мне стало лучше? Нет, наоборот. Кошмары каждую ночь, пропал аппетит. Синяки под глазами приветствуются. Так же как и пару скинутых килограмм. Мне так не хотелось, чтобы Крис видел меня такой, но я ничего не могу поделать. Конечно, я скрою синяки под косметикой, а худые плечи под одеждой. С собой я взяла платье, кофту и джинсы. Ну, еще и футболку, в которой я туда летела. Прилетели мы за четыре часа до начала X-Фактора. Я поехала в салон, сделала ногти, прическу, макияж. Волосы мне собрали в две косы, а потом закрепили на голове. Получилось очень мило. Так же закрепили венок из красных цветов. Макияж сделали более плотный, на глазах были стрелки, а губы сделали под цвет венка. Так же закрасили все синяки и подчеркнули скулы. Ногти были бежевого цвета. Через три часа я была в отеле и уже нужно было переодеваться. У меня было черное платье, выше колена, но с длинными рукавами. Я пожалела, что взяла его. На показ были тощие ключицы и ноги. Ну, ноги еще куда ни шли. На ногах были черные лодочки. За двадцать минут до эфира мы приехали. Я мигом позвонила Крису, он сказал, подойти в гримерную. Мы обнялись, а потом он долго всматривался в меня. -Что? — спросила я. -Что-то с тобой не так. Не могу понять что. Когда будем в отеле, при мне ты смоешь макияж и выйдешь в майке и шортах. Мне кажется, ты сильно похудела. -Ну, не так сильно. На пять килограмм. -Сколько?! -Теперь во мне сорок пять кило. -Завтра мы идем тебя кормить. А сейчас иди к родителям. -Удачи, — я обняла его. Крис и я понимали, что даже если я завтра съем за десятерых, то лучше мне не станет. Родители пытались свозить меня к врачу, но я отказалась, свалила все на то, что приболела. Хотя они тоже поняли, что я не болею. Но жаловаться и ныть я им не собиралась. Весь X-Фактор меня трясло. Я так волновалась. Всей душой я хотела победы для Кристиана. Но увы, он занял второе место. После окончания мероприятия, я побежала за кулисы. Там стоял Крис. Я подбежала и обняла его, настолько сильно, насколько могла. -Мне так жаль, это несправедливо, — сказала я. -Все так, как и должно быть. Тут к нам подошла Станислава, наставница Криса. Мы начали с ней разговаривать. Это чудесная женщина, она такая добрая и чувствительная. Болгарский я знаю слабо, поэтому мне помогал Крис. Я сказала, что благодарна ей, за то, что Крис попал к ней, она очень хорошая наставница для него. -Теперь еще и продюсер, — сказал Крис. -Что? — я улыбнулась. — Ты серьезно? Боже, это круто. Я за тебя рада, — мы снова обнялись, какой раз уже за этот вечер? Станислава сказала, что я хороший друг и Крису повезло. Мы попрощались и она ушла куда-то. -Это значит, что ты будешь меньше времени быть в Москве. -Увы, но это так. -Ну, главное, что у тебя будет отличный продюсер. Когда все ушли праздновать, я съездила в отель, чтобы переобуться. А потом пошла погулять, подышать свежим воздухом. К часу ночи я вернулась в отель, там уже был Крис. Я пошла в комнату и переоделась в пижаму, а потом смывала макияж в ванной. Мне не хотелось показываться, но пришлось. -Что с тобой? — спросила я у него. Крис застыл. -Ну и видок у тебя. Ты как будто умерла два дня назад. -Знаю, — ухмыльнулась я. -Когда ты уезжаешь? -Завтра днем. -Значит утром мы плотно завтракаем. Зайду в девять. Как он и обещал, он зашел в девять. Я собралась и мы пошли завтракать. Он запихал в меня кофе, оладьи, глазунью с беконом. -Надеюсь, что меня не вырвет. Мы погуляли с ним по городу, а потом мы с родителями вернулись в Москву. Там я готовилась к соревнованиям. Двадцать восьмого числа они состоятся. В последний день до соревнований мне нездоровилось. Было какое-то легкое головокружение. В день соревнований мне стало не лучше. Перед глазами все плыло. На эти соревнования приехали MBAND, вот черт, вовремя. Все те силы, что были, я отдала Бакарди, ибо с ним нужно работать. В этот раз та же высота и второе место. На Калипсо мне становилось хуже. Но выбора не было. -Ты сегодня сам, ладно? — похлопала я его по шее, после того, как представились судьям. В голове все плыло, голоса и изображения. Маршрут проехали хорошо, без повалов. Но когда мы остановились в конце, у меня потемнело в глазах. Больше я ничего не помню. Очнулась я в больничной палате. Рядом никого не было. А, нет, вру. На кресле спал Никита. Я попробовала встать, но поняла, что трудно мне это дается. В вену была проведена игла с каким-то лекарством. Еще в нос были проведены две канюли, которые видимо тоже чем-то помогали мне. Я начала шевелиться, и Никита тут же очнулся. -Ты как? — подошел он и сел возле кровати. Киоссе аккуратно взял меня за руку. -Нормально. Что произошло? -После того, как ты отпрыгала, Калипсо остановился. Ты посидела пару секунд, а потом свалилась ему на шею. Благо на поле судья тебя вовремя подхватил. И еще, тебя исключили. Проехала хорошо, но из-за обморока… Доктор сказал, что это был голодный обморок. Два дня ты побудешь тут, а потом тебя отправят домой. -С Калипсо все хорошо? -Да, он молодец, — Он осмотрел меня. На руках были синяки. Но ничего не сказал. В коридоре были слышны знакомые голоса, которые приближались к нам. Никита встал и поцеловал меня в лоб. В палату зашли родители и остальные. О чем-то спрашивали, но у меня не было сил отвечать. Повезло, что доктор пришел и всех успокоил, сказал что да как, а потом все уехали, а я заснула. Два дня меня посещали родители, дядя Костик и Валера, Таня и Вика. Я уже не помню всех, слишком много лиц, а запомнить было трудно в таком состоянии. Через два дня как и обещали меня выписали. Конечно, синяки и худоба не делись никуда, но мне стало лучше.