Пиво и нервы: Растерянные детали

      Неразделенная любовь так же отличается от любви взаимной, как заблуждение от истины. (Жорж Санд)       Весь этот день мне писал Трюмпер. Он обвинял меня в том, что я украл его деньги. Я пытался понять, как он мог думать так. Затем он поменял свою точку зрения. "Твоя компания, ты за неё и отвечаешь. Так что возвращаешь ты сам". Я был в полнейшем оцепенении. Он сказал, что завтра будет уже 125 евро. Я принял решение. Открыв конверт со своими скудными сбережениями, я достал купюру в 100 евро и договорился встретиться с Томом сегодня же вечером.       Ближе к девяти я стал собираться. Я ужасно нервничал, не хотел видеть его, снова появилось желание лишь уебать ему посильнее.       Пересилив себя, я вышел на вечернюю улицу.       На горизонте показалась фигура в красной куртке. Я успокоился и подошёл ближе. - Привет. Как дела? - Неожиданно для меня, улыбаясь, начал Том. Не став отвечать на эти слова, я гнул свою линию. - Я тут по конкретному вопросу и разговаривать с тобой о своих делах не собираюсь. Вот твои деньги, держи, - я достал из кармана чуть смятую купюру и шикорим жестом подал её парню. Он смотерл на меня, как на сумасшедшего. - Не нужны мне твои деньги, - он ответил, усмехнувшись, - я же знаю, что ты ничего не брал.       В моей голове все встало на свои места. Трюмпер снова решил поиграть! Как же я его ненавижу. Меня понесло. - Держи, - я тыкал купюрой ему в грудь, - забирай свои деньги. Да, я их спиздил у тебя, просто уже потратил и взял из своих. Бери! - Да успокойся ты, - снова нахально улыбаясь, произнёс Трюмпер, - я просто хотел вытащить тебя поговорить, знаю же, что просто так не выйдешь.       Меня просто бомбило изнутри. Я убрал деньги в карман и пару раз вдохнул-выдохнул. Но успокоить себя не удалось. - Я не хочу разговаривать с тобой, мне противно и мерзко стоять рядом, ты мне отвратителен, - выплюнул слова я. - Почему? - Без тени понимания в глазах, спросил Томас. - Ты меня вчера чуть не убил! Ты меня опозорил! Зачем ты приехал вообще?! - Я уже практически кричал, но не мог остановиться. - Ты мне чуть голову не разбил, ты сделал мне больно! - Ты тоже сделал мне больно. Словами. То херня, это херня - всё херня.       Тут мне показалось, что я разговариваю с человеком на другом языке, либо с человеком, у которого IQ пятилетнего ребёнка. Я рассмеялся, просто в голос. Развернулся и ушёл. Кинул его в чёрный список в соцсети, в телефоне. У меня были другие заботы. Рикки до сих пор не вышла на связь, а мне жутко хотелось её ответа. Хер на Трюмпера, даже думать не собираюсь.

***

      На моё письмо мне ответила Рикки в соц.сети. 19 декабря, открыв сообщения, меня долбануло током и я долго не делал сообщение прочитанным, потому что не знал, что ответить. Ребекка Кристалман: Твоё письмо...надо поговорить.       Было 9:41 утра. Да, нам надо было поговорить, но я испугался, как дурак и все ещё ничего не делал. Сидя на паре и вытирая о халат влажные от нервного пота ладони, я ждал перерыва. На перерыве набрал знакомый номер. Рикки сразу вязла трубку, буквально через 2 гудка. Сначала разговор был как всегда ни о чем: как дела, да как учёба, что делал, что ел и все такое. Потом я начал говорить про свои стихи, сказал, что боялся отправлять очень долго и вообще все выложил на чистоту. Мы посмеялись ещё пару-тройку минут и мне снова нужно было идти на пару. До конца дня у меня было шикарное настроение, но всё время меня мучил один и тот же вопрос: и кто мы теперь друг другу?       Мы не договорились ни о чем конкретном, просто поболтали, обсудили всю эту ситуацию. И все. Я снова ничего не понял, снова почувствовал себя идиотом.       На следующий день в 5 вечера мне пришло сообщение. Ребекка Кристалман: У тебя шикарный голос. Билл Каулитц: Ты просто других похоже не слышишь.) Ребекка Кристалман: А можно вопрос? Билл Каулитц: давай Ребекка Кристалман: Ты ведь ждешь меня?(это ещё не тот вопрос) Странно, но этот вопрос вызвал во мне небольшое раздражение. Я написал ей стихи, признался во всем, а она ещё и спрашивает, жду ли я её? Билл Каулитц: ты блять о чем вообще? Мы об этом не говорили разве? Я просто так тебе письмо отправил? Жду вообще-то. Что-то слишком эмоционально получилось. Надо попридержать коней. Ребекка Кристалман: А в каком "статусе"? Билл Каулитц: а на этот вопрос ты сама должна ответить. Точнее сказать мне.в каком статусе ты бы хотела.чтобы я тебя ждал Ребекка Кристалман: Блять...ну явно не друга...парня моего конечно. Билл Каулитц: вот так и жду Ребекка Кристалман: У меня щас рожа от улыбки треснет И тут я наконец узнал свою весёлую, добрую, стёбную Рикки. Мы переписывались почти до утра. И так продолжалось каждый день, за исключением тех, когда у Рикки были дела, или не было связи. Я окрылен. Каждый день начинался с мысли о ней, и заканчивался тем же. Бесконечная переписка, звонки, казалось, никогда не закончатся. Все было идеально, но её не было рядом, я очень скучал.

***

      Приближалось рождество. Мы с компанией вписок решили отметить заранее, за пару дней до даты самого праздника, потому что на рождественскую ночь у всех были свои планы. Ребята решили, что все должны быть в костюмах, хотя бы каких-нибудь. Я подумал, что пора удивить народ.       В этот вечер я надел белые тонкие джинсы, свободную белую футболку и накрасился ярче обычного. В таком прикиде, накинув сверху теплую куртку и сапоги, я поехал отмечать. Народу собралось уже довольно много, хозяин дома суетился на кухне.       Я шумно поздоровался со всеми, кого увидел и нет, кого знаю и не знаю, и снял верхнюю одежду. Один парень из местной компании остановился возле: - Ничего себе, да у нас сегодня не рождество, а свадьба? - И начал хихикать. - Вообще то я ангелочик, твою мать, - грозно ответил я, стряхивая снег с волос. - Да я верю, невеста, - и тут начали ржать рядом стоящие дружки этого парня.       Не ответив, ровным счётом, ничего, я прошёл на кухню. Там были мало знакомые мне люди, но через пару десятков минут стали моими одноразовыми друзьями. В двери бесконечно звонили размеренно подтягивающиеся гости, наконец пришли мои. - С наступающим! - Послышались уже поддатые крики. Это были Курт и Алекс Штанге. Неразлучные друзья. -Ооо, чуваки, здорова! - Мы обнялись с ними при встрече и сразу пошли пить.       Все было в самом разгаре. Мы бесконечно звенели фужерами, танцевали, курили, смеялись, в общем веселились от души. У меня зазвонил телефон. - Да кому че надо, - рявкнул я, параллельно доставая телефон из сумки, которая лежала в углу комнаты. Сейчас абсолютно не хотелось отвлекаться на что-то, мне было слишком хорошо. На экране высветилось: Ребекка. - Чёрт, - разговаривая сам с собой, прошипел я, - Алло, привет. - Уже в трубку сказал я. - Привет, чем занят? - С ребятами отмечаем рождество, пока все по домам не разъехались на праздники, - у нас это была частая практика. Многие студенты приезжали из других городов, а рождество и каникулы хотелось бы провести с родителями и близкими людьми из родного города, - ты что делаешь? - Опять пьете, да? Я на работе, - я уловил расстроенные ноты в голосе. - Ну да, а что такое? Бедняга, в ночь работаешь? - Да, сегодня смена ночная у меня. Билл, я соскучилась. - Рикки, я тоже скучаю, немного осталось. Всего то четыре месяца, и мы снова встретимся. - Да. Я понимаю, но это не мешает мне скучать. Ты много пьешь в последнее время. - Ты хочешь запретить мне это делать? - Игривым, уже немного пьяным тоном спросил я. - Мне это не очень нравится, - она сказала это довольно серьёзно и замолчала. Эта ситуация мне сильно напоминала свои предыдущие отношения. Но я то не пью каждый день! К чему претензии? - Когда ты приедешь, не буду без тебя это делать, договорились? - Ну... Посмотрим, - она по видимости улыбнулась. Связь начала срываться, - Билл. Я больше не могу говорить, мне надо идти. - Хорошо, Рикки. Буду ждать снова твоё свободное время. Я... Скучаю по тебе, - чуть тише сказал я. - И я скучаю. До связи.       Наш разговор закончился довольно быстро, но я ходил счастливый весь вечер и ночь, уже не обращая внимания на то, что меня почти все звали невестой. Мне стало интеренсо одно: она мне кажется идеальной. Слишком идеальной для меня. Интересно, когда она вернётся, все будет так же замечательно?