Осколки сердец

      Дождь, который день льёт, не переставая. Погода сильно испортилась за последние дни. И если бы сейчас выглянул хоть какой-нибудь просвет или маленький лучик солнца, то люди бы радовались и этому, только бы это не пропадало за тёмными тучами, которые обволокли небо.       Фэш сидел на подоконнике, положив руки на согнутые колени, а на руки — подбородок. Чёрные волосы были в художественном беспорядке и кончики немного завивались. Голубые глаза смотрели в окно на жителей города, которые быстро спешили домой. Даже зонтики их не спасали от дождя, до дома нельзя было добраться сухим, только насквозь промокшим от слез неба. Иногда Фэш переключался и смотрел на хмурое небо. Хотя в голове были мысли, которые не давали ему покоя. Губы были сжаты в тонкую полоску.       Послышался скрежет ключей, которые открывали дверь. Видимо с первого раза не получилось вставить ключ в замочную скважину, так как дверь легонько толкнули.       Фэш даже не вздрогнул, потому что знал, кого там принесло.       Наконец-то дверь открылась, и со стороны прихожей прозвучало недовольное бормотание. — Дурацкая дверь! Выкинула бы тебя! — послышались шаги в комнате. Фэш спрыгнул с подоконника и пошёл помогать сестре, доносить пакеты. Захарра всегда возвращается в шесть из художественной школы и не забывает сходить в магазин купить продукты. Фэш всегда ждёт сестру. Это вошло в привычку у обоих. Это было для них… Обычно. — Ну и ливень там! — Погода уже неделю такая стоит. Октябрь месяц, что же сказать. — Фэш уже распаковывал пакеты на кухне, кладя скоропортящиеся продукты в холодильник. Тут ему в руки попался кулёк шоколадного печенья. Захарре уже семнадцать лет и она любит печенье с детства. Парень хмыкнул и улыбнулся. — Захарр, ты опять купила себе печенье? — эта фраза для Фэша уже была привычной. Захарра показалась на кухне не в тёмных брюках и нежно-голубой тунике и в тёмном, от дождя, плаще, а в лёгких разноцветных бриджах и в белой футболке с чёрной надписью «Home». На ногах были белые пушистые тапочки. — Конечно! — сестра Фэша всегда так отвечала. И все это было обычно и привычно...       Они понимали друг друга с полуслова. Что сказать? Брат с сестрой. — Ну, всё! — Захарра приняла на лицо решительный вид, но хитрые глаза выдавали её с головой. — Мне надо приготовить ещё ужин. — И она вытолкала Фэша из кухни, надевая фартук.       Фэш пошёл в свою комнату. Сев в кресло, он откинулся на спинку и закрыл глаза. Вдруг парень резко схватился за голову обеими руками. Воспоминания так и нахлынули на него.

Flashback

      Фэшу тогда было пятнадцать, а Захарре четырнадцать.       У Фэша тогда закончились все уроки, и он пошёл домой, весело говоря с Ником, — его другом.       Захарра уже была дома.       Внезапно у Фэша зазвонил телефон. На дисплее было написано «Захарра». — Да, — произнёс Фэш, при этом затыкая Ника своей ладонью, чтобы он не кричал в трубку. — Фэш, — у Захарры был дрожащий голос, и было такое ощущение, что она вот-вот расплачется. — Мама умерла. — Сердце пропустило один удар. Парень остановился, лицо не вызывало никаких эмоций. Он отпустил свою руку, которой затыкал Ника. А последний смотрел непонимающе на Фэша. — Как?! — крикнул Фэш. У Ника округлились глаза. — Захарра! Как она могла умереть?!       Ник выхватил у Фэша телефон и начал говорить: — Захарра, — обратился Ник к сестре Фэша. — Ты сейчас где? — В больнице, Ник! — у Захарры началась истерика. — Мы к тебе сейчас придём, — сжав губы в тонкую полоску, произнёс Ник, и отключился. Телефон он отдал обратно Фэшу. — Куда мы идём? — спокойно произнёс Фэш, хотя было видно, что он еле сдерживаться, чтобы не кричать от боли внутри. Ведь потерять мать — это ужасно. Ты остаёшься без особой поддержки, которую тебе она давала. Остаёшься без любви, загнанный в угол от страха… — В больницу, — сказал Ник и, больше не говоря ни слова, пошёл первым по дороге в сторону больницы.

***

      Как только Фэш и Ник дошли до больницы, они застали там Захарру, которую успокаивал Диаман. — Пап, что случилось с мамой? — тихо спросил Фэш. — Фэш, сынок, — замялся Диаман, думая, говорить ли сыну, что случилось с его матерью. Это было так... тяжело... — Ну?! — не выдержав, крикнул Фэш. Глаза метали молнии. Руки были сжаты в кулаки. — Маму сбили, — горько начал он. — Она переходила дорогу на зелёный цвет светофора, как положено. Но тут из-за угла выехала чёрная иномарка. Как только машина сбила маму, то сразу уехала; словно так надо было. Камер нигде не было. Никто не заметил и не записал номер машины. Скорая приехала через десять минут, но твоя мать уже потеряла достаточно крови. Её не удалось спасти. — На этом месте Захарра, которая, сдерживалась, заревела во весь голос, и уткнулась Фэшу в плечо, который от правды слов потерянно сел в кресло.

***

      После того, как не стало Селены прошла неделя. Квартира сразу стала какой-то неуютной, мрачной, неродной…       Теперь каждую субботу с утра не будет пахнуть свежеиспечённым новым пирогом. Каждую неделю до своей смерти Селена готовила пироги. Самый последний был яблочный. В день смерти матери Фэша была пятница. Захарра с нетерпением ждала новый пирог от Селены, но.… Не дождалась.       Теперь не будет, когда заходишь в квартиру, пахнуть ароматными духами женщины.       Теперь не будет того, как Селена встречает Захарру и Фэша тёплыми объятиями.       Захарра стала носить тёмную одежду. Она убрала два хвостика и стала носить обычный хвост или просто распущенные волосы. Захарра больше не была той весёлой девчонкой, которую все знали. Она старалась шутить, но теперь это выходило как-то… Вяло, что ли?       В этом случае можно стать замкнутым, но Захарра подбадривала Фэша, а он её. У них остался ещё Диаман. Отец, который поддержит всегда.       Частичка веры в том, что это всё сон, угасала с каждым днём.

***

      Прошёл месяц.       Диаман уехал в Корею, оставив детей в Москве. Он не смог смириться с потерей жены. Там, в Корее ему предложили отличную работу. Диаман согласился, не задумываясь. Мужчина подумал, что дети уже взрослые. Он оставил их.       Захарра потом целый день плакала, когда Диаман сказал, что отправляется в командировку на следующий день с утра.       На следующий день Фэш нашёл записку от отца у себя в комнате на столе, в которой говорилось, чтобы он позаботился о сестре, и чтобы они не искали его. Дальше было написано, что их возьмёт под опекунство их дядя. Парень нашёл в конверте, в котором лежало письмо, деньги. "Думаю, — писал Диаман. — этого хватит на ближайшие два года."       Захарра, которая вошла в комнату Фэша, прочитала письмо через плечо брата. — Значит, он всё-таки уехал… — Печально заявила сестра брату. Её лицо омрачилось. — Ну-ну, не будем грустить, — успокаивающе сказал Фэш и обнял Захарру за плечи. — У нас остался, в конце концов, какой-то дальний родственник, дядя, если не ошибаюсь… Отец оставил их без поддержки.

***

      Фэш убрал руки с головы, он взял с комода рамку с фотографией. На ней была изображена женщина, лет тридцати пяти. Чёрные волосы вились и аккуратно спадали на плечи. Голубые глаза излучали тепло и любовь. Аккуратный прямой нос. Еле подчёркнутые скулы. На шее висела золотая цепочка. Фэш отлично помнил, что Селена была одета в лёгкое белое платье ниже колена. — Фэш, ужин готов! — прокричала Захарра с кухни.       Фэш вздохнул, поставил фоторамку на место и пошёл на кухню.       Промокший день...