Грей. Продолжение

Мы удобно устроились на заднем сидении "Ауди". Тейлор за рулем, а рядом с ним новый секьюрити – Люк Сойер. Несмотря на то, что я нанял целую группу людей, которые должны обеспечить нам безопасное существование, я все равно не отпущу Ану далеко от себя. Во-первых, потому что нет такого места, где бы я предпочел находиться сегодня вечером, только рядом с ней, а во-вторых, никто лучше меня не обеспечит ей личную безопасность. Знаю, что Тейлор и Уэлч тщательно проверили список гостей и весь обслуживающий персонал, но все-таки, маскарад осложнит их работу. Я не могу исключить чью-то ошибку, такую, как человеческий фактор, поэтому, я лично буду сканировать каждого, кто будет приближаться к нам, и если, вдруг, я увижу Лейлу, то смогу подать знак охране. Хотя, я думаю, что сам смогу с ней справиться. Я долгое время был ее Доминантом, и за это время хорошо ее изучил. Она прирожденная Сабмиссив. Мне мало верится, что за три года, которые она прожила после меня, могла сильно измениться. Я уверен, что, если я столкнусь с ней лицом к лицу, она все равно будет мне подчиняться. Но лучше бы этого не произошло, по крайней мере, сегодня. Мне бы не хотелось доказывать собственную теорему на глазах у своих родных. Я держу руку Аны и нежно вожу пальцем по ее ладони. Она начала ерзать. Ого! А вот и первый знак. Шарики начали оказывать свое действие. Ана посмотрела на меня, коварно поблескивая глазами. Она кладет ногу на ногу, и выражение ее лица меняется, как будто она что-то вспомнила. – Где ты взял помаду? – спокойно спрашивает она. Я ухмыльнулся и указал пальцем в кресло водителя. – У Тейлора, – произношу я одними губами. – А-а, – засмеялась она, а потом прикусила губу. Так так… кажется, мисс Стил почти готова… пожалуй подкину дровишек… – Расслабься, – чуть слышно говорю я. – А если тебе невмоготу… – я ласково целую поочередно ее пальчики и тихонько посасываю мизинец. От моих действий, она закрыла глаза. Боже мой… от нее сейчас искры полетят. Не могу от нее оторвать глаз. Она такая сексуальная, я не могу остановиться, я хочу завести ее еще сильней.Она открыла глаза и лукаво усмехнулась мне. Она что-то задумала. – Так что же нас ждет на этом приеме? – А, обычная чепуха, – отвечаю я, стараясь выглядеть беззаботно. – Для меня не совсем обычная. Ну конечно, я понимаю, что Ана раньше не была на таких мероприятиях, думаю, что настало время ей к этому привыкать. Хочу, чтобы она везде меня сопровождала. – Куча народу будет хвастаться своим богатством. Аукцион, лотерея, обед, танцы – моя мать умеет устраивать приемы. Мы приехали. Здесь все как обычно, я взглянул на Ану, она была впечатлена тем, как украшен центральный вход. Мама с Миа постарались на славу. Прежде чем выйти из машины, нам нужно надеть маски. У меня была классическая черная маска, то, что нужно, для того, чтобы скрыть мою темную личность. Ана надела свою серебряную маску, ее глаза выглядели ярче. А еще, я заметил, что она очень нервничает. Нужно ее успокоить. – Ты выглядишь замечательно, Анастейша. – я поцеловал ее руку и вышел из машины. Темно-зеленая дорожка проходит вдоль фасада по газону и ведет к просторному лугу за домом. Я обнял ее за талию, и мы идем по зеленой дорожке в потоке сиэтловской элиты, одетой в изысканные наряды и разнообразные маски. Два фотографа щелкают гостей на фоне увитой плющом беседки. Меня окликнул один из фотографов «Сиэтл таймс». Я с удовольствием позировал ему, притягивая Ану ближе к себе. Мне вспомнилось, как я, неделю назад, нашел всего лишь пару снимков вместе с Аной, они стали для меня очень ценными, думал, что новых больше никогда не будет. Сегодня я хочу это исправить. Мне нужно больше фотографий для моей драгоценной коллекции. Я взял Ану за руку, и мы пошли в сторону большого шатра, где собирались все приглашенные гости. Мои родители ежегодно устраивают это мероприятие, для того, чтобы собрать деньги на благотворительность. Их программа называется «Справимся вместе», которая помогает маленьким детям, живущим в семьях наркоманов. Я всем сердцем поддерживаю их идею, хоть она и достает из меня всякие непрошеные воспоминания. Моя мама очень добрая, чуткая женщина и я всегда рад ей помочь. Именно она протянула мне руку помощи, когда я в этом так сильно нуждался, я всю жизнь буду благодарить ее за это. Около шатра ходили официанты с шампанским. Я взял два бокала, и, отдавая один Ане, заметил, что она чем-то обеспокоена, надеюсь, что дело не в Лейле. Я улыбнулся ей, не хочу, чтобы она волновалась по пустякам. Вдруг, откуда-то из толпы, я услышал, как меня позвала Миа. - Кристиан! – она, как розовое облако, моментально окутала меня, обнимая за шею. Я заметил, как Тейлор что-то сказал в рукав, вероятно, он только что сказал команде, что это моя сестра, а не бывшая свихнувшаяся нижняя. – Ана! Ах, дорогая, ты выглядишь великолепно! Она обнимает ее и тут же разжимает руки. Мне приятно, что Миа очень рада видеть мою застенчивую подружку. Моя младшая сестра очень добрая и активная… подавляюще активная. – Ты непременно должна познакомиться с моими подружками. Никто из них не верит, что Кристиан наконец-то нашел себе избранницу. Ана бросила на меня нервный взгляд, я понимаю, что ей не нравится настойчивость моей сестры, но я ничего с этим не могу поделать, это Миа. В ответ я смог только пожать плечами. Она потащила Ану к своим подружкам, которые стояли в режиме ожидания. Хоть они все были в масках, я все равно их узнал. Я столкнулся с кислым взглядом Лили, она редкостная сука, которая откровенно мне себя предлагала. Не понимаю, почему Миа до сих пор с ней общается. Она перевела свой испепеляющий взгляд на Ану, и тут я понял, что мою девочку пора спасать. – Леди, можно мне увести от вас мою избранницу? – Обняв за талию, я привлекаю ее к себе. Ана испытала явное облегчение. Мы прошлись с Аной по территории, чтобы поздороваться с гостями. У нас собралась вся элита Сиэтла. Я общался и представлял Анастейшу тем, с кем был заинтересован завязать деловые отношения, или тем, кто может в будущем оказаться для меня полезным. Естественно всем очень интересно узнать о моей девушке, в этом нет ничего плохого, это окончательно опровергнет слухи, что я гей. На самом деле мне плевать на то, кто с кем спит. Каждый сам выбирает свой образ жизни. Да кто я такой, чтобы кого-то судить? Я рад, что никто не знает всей правды обо мне. Пусть видят, что у меня есть красивая девушка. Я хочу, чтобы о нас все узнали. Представляю, как разочарованы сейчас руководители тех компаний, которые надеялись использовать меня в рекламных компаниях, в качестве гея, для продвижения собственного бизнеса. Думаю, что ясно дал всем понять, что я в этом не заинтересован. Среди окружения всегда находятся люди-вешалки и подхалимы. Как же я их не выношу. Как правило, себя так ведут те, с которыми я учился какое-то время в Гарварде. И они почему-то наивно полагают, что я должен быть заинтересован в том, чтобы поддержать их бизнес. Я просто не хочу тратить свое время на общение с ними. Все время я сканировал толпу, искал человека, который мог быть похож на Лейлу. Надеюсь, что для Аны я не так очевиден и она не заметит, что я делаю. Она выпила пару бокалов шампанского… а еще, серебряные шарики… интересно, как она себя чувствует сейчас? Она отлично держится, остроумно отвечая о недружественном поглощении СИП старику Экклу, ассистенту по налогам. Откуда он только узнал об этом? Но я не показываю своего удивления, я привык скрывать свои эмоции, поэтому в этот раз, я только холодно посмотрел в его сторону. Нас пригласили к столу. Для того, чтобы понять где мы будем сидеть, мне не требуется искать наши имена в списке гостей, понятно, что мы будем сидеть за столом в центре, где сидит вся моя семья. Когда мы подошли ближе, мама засветилась от счастья. – Ана, я рада Вас видеть! Вы чудесно выглядите. Ана нравится моей маме. Господи, я себя чувствую как подросток, который впервые привел девушку к родителям, видя их реакцию на нее, я горжусь своим выбором. Моя мама очень красивая женщина. Даже в свои пятьдесят с хвостиком, она выглядит потрясающе. Как-то недавно, Анастейша сказала мне, что моя мама должна мной гордиться, но мне кажется, что если она узнает, какой я, на самом деле, развратный ублюдок, она возненавидит меня. Мне очень жаль, что я не могу быть таким сыном, которого она заслуживает. Зато у нее есть Миа и Элиот. – Здравствуй, мама, – я наклонился, чтобы поцеловать ее в обе щеки. – Ох, Кристиан, ты так формально здороваешься! – шутливо упрекает она. Но я не могу быть таким же ласковым как Миа и Элиот. Это не по мне. Они заслуживают ее любви больше, чем я. Предпочитаю подальше от всех держать свою темную душу, не хочу никого запачкать всем этим дерьмом. Я здесь чужой, но мне бы очень хотелось быть ближе к ним, может быть Ана будет проводником в мир моей семьи? Мы нашли свои места. Мои бабушка и дедушка тоже здесь. Для своего возраста они выглядят молодыми и энергичными. Я давно их не видел, но не сомневаюсь, что они уже наслышаны о моей девушке. – Бабушка, дедушка, позвольте вам представить Анастейшу Стил. – Ах, наконец-то он нашел себе девушку, как чудесно, и какая хорошенькая! Что ж, я надеюсь, что вы сделаете из него порядочного человека, – тараторит она, пожимая ей руку. Поверить не могу, что для моей семьи это выглядит как какое-то гребаное чудо. Почему они так удивлены, что у меня появилась девушка? Мне даже не тридцать, и к тому же я был занят построением собственной империи, почему этого никто не понимает? Если бы я был как Элиот, который зависает каждую неделю с новой девушкой, для них это было бы не так необычно. Мама быстро идет в сторону Аны. – Мама, не смущай Ану! Спасибо тебе мама, ты как всегда вовремя… Она себя ведет как курица-наседка, у которой появилось пополнение в ее выводке. – Милая, не обращай внимания на глупую старушку. – дедушка пожимает ей руку. – Она считает, что раз она такая старая, то имеет право говорить любую глупость, какая придет ей в голову. Мои бабушка с дедушкой очень любят друг друга, хотя и постоянно цапаются. Я уже привык к этому, но не Ана, у нас вообще никогда речь не заходила о ее стариках, возможно потому, что их уже нет в живых. Я ничего не знаю об этом. – Ана, это мой друг Шон. – Миа робко представляет своего парня. Так стоп… ПАРНЯ? Почему я не знал об этом? Она же только приехала из Франции, когда этот Шон успел нарисоваться? Я пожимаю ему руку, он вяло отвечает мне, слабак. Я пристально рассмотрел его. Он слишком молодой для Миа, и вряд ли сможет взять за нее ответственность. Возможно, для нее он парень на один вечер, просто для того, чтобы весело провести время. По крайней мере, я на это надеюсь. Не нравится мне этот Шон, нужно будет чуть позже его пробить. Мы усаживаемся за стол, Ана сидит между мной и дедушкой. Ланс и Джанин, друзья Грейс, последняя пара, которая присоединилась к нам за столом. Не хватает только папы. Я мельком посмотрел в сторону охраны, они уже были рассредоточены по своим точкам наблюдения. Вскоре отсутствие папы стало мне понятно, он решил открыть лично этот благотворительный вечер. На нем роскошная золотая маска Панчинелло. – Леди и джентльмены, добро пожаловать на наш ежегодный благотворительный бал. Надеюсь, что вам понравится программа, приготовленная для вас, и вы пошарите в своих карманах и поддержите ту фантастическую работу, которую делает наша команда по программе «Справимся вместе». Как вам известно, мы с женой вкладываем в нее всю душу. – А сейчас я передаю вас в руки нашего церемониймейстера. Прошу вас, садитесь и наслаждайтесь вечером, – он заканчивает свою речь. Раздаются вежливые аплодисменты, и гул голосов снова нарастает. Затем он подходит к нашему столику, чтобы присоединиться к нам. - Рад снова видеть тебя, Ана, - говорит он, и целует ее в обе щеки. Папа очень тепло ее встречает, и это говорит мне только о том, что он тоже ее одобряет. Моя семья ее принимает, все кроме Элены, но она не член семьи, хотя очень много знает обо мне. Пока я не вижу ее, может все-таки она не придет? Я очень на это надеюсь, мне хватает проблем с Лейлой. Церемониймейстер объявил в микрофон, что пора выбрать главу стола. Миа снова с энтузиазмом подключилась. – В центре стола вы найдете конверт, – продолжает ведущий. – Пускай каждый из вас найдет, попросит, возьмет взаймы или украдет чек с самой большой суммой, какую вы можете себе позволить. Напишите на нем свое имя и положите внутрь конверта. Главы столов, пожалуйста, тщательно охраняйте эти конверты. Они понадобятся нам позже. На лице Аны появилась паника. Думаю, что ей в голову не пришло взять с собой наличные, потому что она понятия не имела, что обычно бывает на таких мероприятиях. Такие вечера, как раз нацелены на очень богатых людей, которые смогут пожертвовать кругленькую сумму. Но она не должна думать об этом как о проблеме. Моя семья знает, что у Аны нет больших денег, поэтому от нее никто не ждет, что она внесет свой вклад. Как всегда, я обо всем позаботился заранее. Я вытащил бумажник и достал из него два чека по сто долларов. Один я отдал Ане. – Я потом тебе отдам, – прошептала она. Ну как можно быть такой упрямой? Я воздержусь сейчас от комментариев, хотя меня так и разжигает ей сказать, что я думаю по этому поводу. Просто не хочу ссориться с ней при всех, но как только мы вернемся домой, я обязательно с ней поговорю. Я думал, что мы переступили через это дерьмо, когда она приняла от меня серьги, оказалось, что я ошибался. Она в ужасе смотрит на сервировку стола, очевидно, что она не знает когда и чем нужно пользоваться. Но ей не нужно об этом волноваться – я подскажу ей. Мне хочется ее обучать, быть ее наставником. Конечно, это не то же самое, что быть ее Мастером, но все же. Опустили края шатра, закрыв проход, через который все вошли. Впереди два человека раздвинули полог, и взорам гостей предстал закат солнца над Сиэтлом и заливом Мейденбауэр. От красоты у нее захватывает дух. В оранжевой воде спокойного залива отражаются мерцающие огни Сиэтла и опаловое небо. Ана сидит и любуется видом, интересно, где она хотела бы жить в будущем. Не будет же она все время жить с Кейт. Мне бы очень хотелось, чтобы она освоилась в моей квартире. У меня тоже прекрасный вид из окна. Эскала полностью удовлетворяет моим пожеланиям и образу жизни. Может она считает, что квартира не уютная, что она больше для холостяка. Отчасти, именно поэтому, я показал ей библиотеку. Я очень надеюсь, что ей там понравится… Так, притормози Грей! Она всего лишь осталась у тебя до тех пор, пока ты не поймаешь Лейлу. К нашему столику подходят десять официантов с подносами. По безмолвному знаку они абсолютно синхронно подают нам закуски и исчезают. Тартар из лосося восхитителен. – Изголодалась? – еле слышно шепчу ей на ушко. Она знает, что я имею в виду не еду. Меня волнуют серебряные шарики. Прошло достаточно много времени с того момента, как я вставил их, они должны были уже во всю работать. Хотя по ней не скажешь, она отлично держится, поэтому я и не знаю что думать. – Ужасно, – шепчет она и очень смело встречает мой взгляд. Да, шарики работают как надо для нас обоих. Я в предвкушении. У меня уже жесткий стояк, и я просто мечтаю с ней уединиться, но пока это невозможно. Мой дед поймал внимание Аны и теперь оживленно с ней беседует. Он замечательный старый джентльмен. Он рассказал Ане о своей семье - это новая информация для нее. Во время общения она выглядела заинтересованной, вместо того, чтобы просто кивать из вежливости. Она очень внимательная девушка и это льстит моему деду. Старики любят, когда их слушают. Миа активно общается за столом, в отличие от ее парня. Я посмотрел на Шона. Думаю, что он ей не пара, он два слова связать не может, скорее всего, долго он не протянет. Не многие парни смогут идти в ногу с Миа. Еда очень вкусная, и я рад, что у Аны хороший аппетит. Надеюсь, что она скоро вернет себе несколько килограмм, которые потеряла, когда мы расстались. После десерта, церемониймейстер берет наш конверт и произносит длинную и изысканную фразу, в которой просит Грейс достать выигрышный чек. Побеждает счастливчик Шон. Ему вручают корзинку, завернутую в шелк. Надеюсь, что это единственное, в чем ему сегодня вечером повезет. Когда Ана дает понять, что ей срочно нужно в дамскую комнату, все посторонние мысли исчезают из моей головы. Я весь вечер ждал, когда серебряные шарики сделают свое дело, а теперь я хочу пожинать плоды. – Сейчас я провожу тебя, предлагаю я, зная точно, где бы я хотел взять ее. Когда Ана встает, все мужчины за столом, так же вежливо встают, поэтому мы не можем сбежать незаметно. Черт бы побрал эти хорошие манеры. Ана здесь еще не успела освоиться, и то, что я собираюсь ей показать дорогу, в этом нет ничего особенного, ведь так? Только я встал со своего стула, чтобы уйти вместе с Аной, резко вскакивает Миа и говорит, что она сама ей все покажет. Я даже не успел возразить! Миа, как так можно было разрушить все мои планы в одну секунду? Мне ничего не остается, как смиренно сесть обратно на свое место. Я сейчас в отчаянии. В голове у меня образ Аны в нижнем белье, черт, я даже не слышал, что у меня спросил дед, я смотрю на него, и понимаю, что он ждет от меня какого-то гребаного ответа, только я не знаю, что сказать, хорошо, что мама была рядом и отвлекла его внимание на себя. Черт подери, это была отличная возможность, чтобы сбежать ото всех, но я надеюсь, что она была не последней. Когда Ана вернулась, на ее лице было заметное облегчение. Я крепко взял ее за руку, и мы с ней внимательно слушаем Каррика, который снова вернулся на сцену и рассказывает гостям о программе «Справимся вместе». Я передаю ей список аукционных цен, который она изучает с интересом. – У тебя есть собственность в Аспене? – спросила она так, как будто я совершил преступление века. Почему она так реагирует? По-моему это нормально. Я шикнул на нее, чтобы она вела себя сдержанней, сейчас идет аукцион и она привлекает к нам внимание. – Я тебе потом расскажу, – спокойно говорю я. – Я хотел пойти с тобой. Я все еще злюсь, что мои планы сорвали к чертовой матери. Может Ане следовало дождаться более благоприятного момента, для того чтобы посетить дамскую комнату. Глядя на ее выражение лица, я понял, что не только я чувствую себя обделенным. Но пока идет аукцион, мы не можем уйти. Мы должны сидеть здесь. Торги плавно переходят к розыгрышу путевки на неделю в Аспен. Все идет хорошо, цена достигла двадцати тысячи долларов. – Двадцать тысяч раз, двадцать тысяч два, – объявляет ведущий. – Двадцать четыре тысячи долларов! – Услышал я новую ставку рядом с собой. Я не верю своим ушам! Это крикнула Ана! Что она делает? Вся моя семья поворачивается в нашу сторону и смотрят на нее в удивлении, потому что они знают, что у нее нет таких денег. Черт побери, она все-таки нашла, куда вложить те деньги, которые я с таким трудом всучил ей за тот кусок дерьма, который она называла своей машиной. Я перевел их ей на банковский счет, надеясь, что она благоразумно потратит их на себя, а она снова бросает мне вызов, возвращая мне, таким образом, деньги обратно. Во мне от злости сейчас все кипит! Я так хотел бы выбить из нее всю непокорную дурь! У меня руки чешутся, как я хочу отшлепать ее, но я не могу этого сделать. Наказание вычеркнуто из нашего меню, не забывай об этом, Грей! – Двадцать четыре тысячи долларов, прелестная леди в серебряной маске. Раз… два… Продано! Все начинают аплодировать, а она сидит и нервно косится в мою сторону, видимо ждет моей реакции. А я настолько зол, что еле сдерживаю свой характер. – Не знаю, то ли мне благоговейно тебе поклоняться, то ли хорошенько отшлепать и выбить из тебя дурь. – шепчу я ей на ушко с натянутой улыбкой, давая понять, что я сейчас в ярости. – Я бы выбрала второй вариант, – горячо шепчет она, когда аплодисменты затихают. Что? Она добровольно вызывается для порки? Думаю, что она просто пытается меня успокоить. Она, как обычно, действовала импульсивно, видимо теперь она видит, что я очень разозлился. И я не могу отрицать, что сейчас мое желание отшлепать ее, прямо-таки зашкаливает. Я очень хочу это сделать, несмотря на то, что обещал себе этого не делать, даже если она будет умолять. И что я вижу, она сейчас меня умоляет об этом! Я просто не могу в это поверить! Что произошло? Почему она вдруг этого захотела? Может просто потому, что сейчас она себя чувствует хуже, чем я? Я не думал, что шарики могут перестараться, но видимо с Аной это возможно! Я мучительно хочу ее, у меня перехватывает дыхание от ее темного взгляда. Она не шутит, а у меня появился коварный план. – Ты выбираешь страдание? Что ж, поглядим, как нам это организовать… – я провожу пальцами по ее щеке. Сил нет, как я хочу прикасаться к ее нежной коже. Я мечтаю наброситься на нее, у меня сейчас штаны порвутся от желания. Хочу подразнить ее, чтобы усилить ее возбуждение. Я обнял ее за плечи, а своим большим пальцем ритмично глажу ее спину, а другой рукой я сжимаю ее руку, нежно целую и кладу к себе на колени и потом постепенно перемещаю ее прямо к моему члену. Почувствуй детка, как сильно я тебя хочу. Ана была шокирована моей дерзостью, но не убрала руку, а воспользовалась моментом и начала ласкать своими нежными пальчиками мой член, давая волю своим желаниям. Боже мой, я и не думал, что она может быть такой бесстыдницей. Мне нравится ее вызов. Я прикрываю ее руку своей, пряча ее смелые пальцы, а другой рукой щекочу ей затылок. Предвкушение разжигает внутри меня пламя страсти. Мое дыхание становится прерывистым, мне очень сложно сейчас контролировать собственное возбуждение, в моем теле сейчас бушует пожар. Положение становится невыносимым. Неделя у озера Адриана в Монтане – финальный лот аукциона. – Продано за сто десять тысяч долларов! – торжественно объявляет церемониймейстер. Буря аплодисментов. Я с неохотой присоединяюсь, Ана тоже, чтобы избежать подозрений, в том, что мы заняты сейчас чем-то нехорошим. Черт подери, нам пора уходить, прямо сейчас. Я поворачиваюсь к ней и спрашиваю одними губами: – Готова? Она кивает с большой улыбкой на лице. – Ана! – зовет Миа. – Пора! Что?.. Нет… Какого черта? Куда им пора? – Что пора? – шокировано спрашивает Ана. – Аукцион первого танца. Пойдем! – Она встает и протягивает ей руку. В какую игру играет Миа? До меня только что дошло, в какой степени раздражающим фактором для меня сейчас является моя младшая сестра! Я поморщился, а моя девушка начала подавлять лихорадочный приступ смеха. Ей смешно, что наши планы только что раздавил монстр в розовом платье? Не думаю, что это смешно, но глядя на нее, я понимаю, что это уже нервное, она выглядит так забавно, что я смог успокоиться. – Первый танец будет со мной, хорошо? И не на танцполе, – страстно прошептал я ей, уткнувшись ей за ушко. – Я буду ждать. – она нежно и невинно поцеловала меня в губы и улыбнулась. Мое плохое настроение вмиг испарилось. Я очень рад, что сегодня вечером она здесь со мной. Все просто намного лучше, когда я с ней, даже если все идет не по плану. Когда мы нехотя отрываемся друг от друга, я понимаю, что за нами наблюдают. Большая часть моей семьи смотрит на нас двоих из-за своих пугающих масок. Мои мама и бабушка сияют от счастья, а дедушка лукаво подмигивает. Даже мой папа смотрит на нас с доброжелательной улыбкой. Думаю, что они не привыкли видеть меня таким… таким счастливым… да, я и правда сейчас чувствую себя счастливым… я сам к этому не привык, но это очень приятное чувство. – Пойдем, Ана, – торопливо сказала Миа, разрушая наши чары. Она взяла Ану за руку и потащила на сцену. Знаю, что Ана не любит быть в центре внимания, поэтому меня очень удивляет, что она сама вызвалась принять участие в аукционе. Понятно, что это была идея Миа, моя сестренка еще та командирша. Но это уже не важно, если хочет принять участие, я не против. Это будет наш первый танец. Никому не позволю у меня ее выиграть. – Джентльмены, начинается самое интересное! – провозглашает церемониймейстер, перекрывая гул толпы. – Этой минуты вы все давно ждете! Двенадцать прелестных леди согласились выставить на аукцион свой первый танец с тем, кто предложит самую большую ставку! Посмотрите на этих милых и послушных дев. Я продвигаюсь ближе к сцене, здороваясь с теми, кого еще не видел. Ане очень неуютно на сцене, они с Миа о чем-то перешептываются. Аукцион начался и первые три женщины ушли с молотка, в среднем, от четырех до пяти тысяч долларов каждая. Ана следующая. – А теперь позвольте представить красавицу Ану. Она в ужасе смотрит на толпу, желая провалиться под землю, в тот момент, когда Миа подталкивает ее в центр сцены. Это выглядит очень смешно. Ана участвует в старомодном аукционе, в котором ее продают как рабыню. Но все по-честному, потому что те деньги, которые за нее выручат, пойдут на благотворительность. Меня заводит мысль о том, что она будет моей рабыней… моей личной сексуальной рабыней. Боже мой, сейчас я ее быстро выиграю и утащу отсюда, несмотря ни на что. Нам срочно нужно снять напряжение. Нам обоим нужен жесткий трах. Быстрее бы ведущий закончил торги за Ану. – Красавица Ана играет на шести музыкальных инструментах, бегло говорит по-мандарински, любит йогу… Ну, джентльмены… – Он не успевает договорить фразу, как я его перебиваю, называя свою ставку: – Десять тысяч долларов. – Я делаю ставку в два раза больше предыдущей дамы, для того, чтобы всем было ясно, что не стоит даже заморачиваться на торг за эту женщину. Ана стоит каждого цента, а еще это для благотворительности. – Пятнадцать. – я слышу шокированные вздохи гостей, все обернулись в сторону человека, который решил со мной конкурировать. Я увидел того, кто это сделал. Это был высокий парень, который стоял и с вызовом смотрел на меня. У него была маска, очень похожая на мою, я сразу догадался кто это был. Доктор Флинн решил воспользоваться случаем, чтобы проверить мой характер собственника. Я сегодня его еще не видел, видимо он решил воспользоваться эффектом неожиданности. Это его первая попытка украсть Ану у меня из-под носа. Видимо, он решил рискнуть своим приличным гонораром. Я киваю и криво улыбаюсь, давая ему понять, что узнал его. Игра началась. Я вижу, как Ана начала беспокоиться из-за того, что понятия не имеет, кто решил пойти против меня. Но я знаю, что тут не о чем беспокоиться. Я понимаю, что наша игра с Флинном мне еще аукнется от Анастейши, уже представил, как она мне высказывает за то, что я снова на нее потратился, но оно того стоит. - Двадцать, - я повышаю ставку. Как далеко может зайти Джон? - Двадцать пять – стойкий сукин сын. Хорошо, пора завершать это дело. - Сто тысяч долларов, – игра закончена. Я должен выиграть в этой схватке. Я слышу новые вздохи из толпы. Эта сумма в разы превосходит ту, которую дали за предыдущую девушку, но мне плевать. Никто, даже Джон, не украдет ее у меня. Он смеется над моей ставкой и вскидывает руки в поражении. Я ухмыляюсь ему в ответ. Интересно, какова была бы его самая высокая ставка? Но я всегда побеждаю, и он это хорошо знает, поэтому в его ставке не было никакого риска. – Сто тысяч долларов за прелестную Ану! Сто тысяч раз… сто тысяч два… – Церемониймейстер замирает и смотрит на Флинна. Тот с шутливым сожалением качает головой и галантно кланяется. – Продано! – торжествует ведущий. Оглушительная буря аплодисментов и ликования. Я выхожу вперед, подаю ей руку и помогаю сойти со сцены, радуясь тому, что сейчас нам Миа точно не помешает, потому что она должна находиться на сцене, пока не наступит ее очередь быть проданной с аукциона. Я с нетерпением веду Ану в сторону выхода из шатра, дав Тейлору сигнал. Я предупредил его, что нас какое-то время здесь не будет. – Кто это был? – спрашивает она. Я смотрю на мою красивую женщину, которую только что выиграл на аукционе. Не хочу сейчас тратить время на объяснения, потому что знаю, что это далеко не последний вопрос. У нас мало времени, и я не собираюсь тратить ни секунды. – Ты познакомишься с ним позже. А сейчас я хочу тебе кое-что показать. До конца аукциона еще приблизительно полчаса. Потом нам нужно вернуться на танцпол, чтобы я смог насладиться танцем, за который заплатил. – Очень дорогой танец, – неодобрительно бормочет она. – Я не сомневаюсь, что он будет стоить того. – сказал я ей с улыбкой. Я веду ее в дом. В то место, где до этого не была ни одна женщина. Думаю, что моя мама не будет возражать. Еще один первый раз. Это моя старая спальня. Она находится на третьем этаже. Сюда точно никто не придет - это идеальное место для нашего свидания. Когда мы зашли, я сразу закрыл дверь на замок, на всякий случай. – Это моя комната. – сказал я. Сейчас я редко здесь бываю. Когда я сюда захожу, у меня появляется столько разных воспоминаний. Некоторые хорошие, а некоторые не очень хорошие. В комнате было все на своих местах: мои старые фотографии, открытки, афиши, спортивные призы, билеты с концертов и плакат, подписанный самим Джузеппе де Натале. Этот боксер был моим кумиром. Помню, как я был счастлив, когда получил его автограф. Этот плакат был моей гордостью и радостью долгое время. Мама знала это. Мне приятно, что она оставила его на месте. Она всегда говорила, что сколько бы времени ни прошло, этот дом всегда будет моим, как и эта комната. И сейчас я в прямом смысле хочу воспользоваться своим преимуществом, чтобы завершить одно срочное дело. - Я никогда еще не приводил сюда девушек, – я признаюсь Ане. - Никогда? Я качаю головой, хочу, чтобы она поняла, что она особенная для меня. – У нас немного времени, Анастейша. Но, судя по нашему голоду, нам много и не нужно. Повернись. Дай-ка я извлеку тебя из этого платья. У меня был стояк почти весь вечер, так что мне сейчас это просто необходимо. Она повернулась ко мне спиной, а я наклонился и прошептал ей на ухо, чтобы она не снимала маску, которая будет необычным сексуальным реквизитом в нашей игре. Она стонет в предвкушении, когда я нежно прикоснулся к ней, расстегивая молнию ее платья, хочу снова увидеть то, что под ним скрывается. За этот вечер я несколько раз представлял себе Ану в нижнем белье, и, наконец-то, я смогу снова увидеть ее в реальности, когда я помог ей выйти из платья. Я снял пиджак, затем сделал паузу, чтобы насладиться прекрасным видом моей девушки в черном корсете, трусиках, чулках, на каблуках и в маске. Она выглядит еще сексуальнее, если это вообще возможно. – Знаешь, Анастейша, – тихо говорю я, приближаясь к ней, развязывая на ходу галстук-бабочку, у меня есть на него свои планы. Потом медленно расстегнул три верхние пуговицы рубашки. – Я так разозлился, когда ты купила мой аукционный лот. Всякие мысли пронеслись в голове. Мне пришлось напомнить себе, что наказание вычеркнуто из нашего меню. Но потом ты сама попросила… Зачем ты это сделала? – Зачем? Не знаю. Огорчение… слишком много алкоголя… – кротко бормочет она, пожимая плечами. Ее глаза говорят, что я нужен ей, чтобы облегчить боль, которая кипит внутри нее. – Я дал себе слово, что больше никогда не стану тебя шлепать, даже если ты попросишь. Я не шутил, когда говорил это. – Пожалуйста! – умоляет она. Господи, она действительно этого хочет. Не могу поверить, что мои мечты сбываются, лишь бы они не превратились в кошмар. Я не могу так рисковать. Сейчас я хожу по канату над пропастью, я понимаю, что она этого хочет, как никогда раньше. Думаю, что она очень расстроится, если я не отшлепаю ее перед тем, как трахну. – Но потом я понял, что тебе, вероятно, в этот момент очень некомфортно, ты не привыкла к этому. – Да, – соглашается она. – Итак, можно ввести некоторую… самостоятельность. Если я это сделаю, ты должна пообещать мне одну вещь. Не могу отрицать, что я мечтаю о том, чтобы отшлепать ее фантастический сексуальный зад. – Что угодно. – При необходимости ты воспользуешься стоп-словом. При таком условии я сейчас займусь с тобой любовью, хорошо? – Да. – она учащенно дышит. Ей уже не терпится ощутить мою ладонь на своей попке. Я очень надеюсь, что мы сделаем это по обоюдному согласию. Да похуй. Я не могу этому сопротивляться, когда она умоляет меня ее отшлепать. Да, черт побери, что тебе еще нужно, Грей? Сейчас, я должен быть очень осторожным. Если, вдруг, она передумает, я должен буду вовремя остановиться. Не хочу, чтобы она снова убежала от меня. Я нервно сглатываю, потом беру ее за руку и веду к кровати. Откинув одеяло, я сажусь и кладу рядом с собой подушку. Она стоит передо мной. Я страстно дергаю ее за руку, и она падает ко мне на колени. Я слегка сдвигаю ее, и теперь она лежит на кровати, грудью на подушке, повернув лицо в сторону. Я убираю со спины ее волосы и глажу ее по щеке. – Положи руки за спину. Она выполняет мой приказ, а я беру галстук и связываю ее запястья. Знаю, что ей нравится, когда я ее связываю. Хорошая девочка. – Анастейша, ты в самом деле хочешь этого? – я должен убедиться в том, что я все правильно понял. – Да, – шепчет она. – Почему? – нежно спрашиваю я, лаская ладонью ее ягодицы. Я хочу понять ее. Она стонет от моего прикосновения. Она сильно возбуждена из-за серебряных шариков. Думаю, что этот опыт будет удивительным для нее, но я должен сейчас себя контролировать, мне нельзя отключаться, я должен видеть ее реакцию, и если я пойму, что начал доставлять ей боль, вместо удовольствия, я должен буду вовремя остановиться. Но, мне кажется, что она справится, потому что она впервые этого хотела, как обычно хочет меня. – Я должна придумать причину? – Нет, малышка, не нужно, – говорю я. – Просто я пытаюсь тебя понять. Я смотрю на ее ноги. Она не сняла шпильки, от которых ее ножки казались еще длиннее и сексуальнее, а еще чулки… МММ как же меня все это заводит. Левой рукой я беру ее за талию, удерживая ее на месте, а правой ладонью я наношу ей первый жесткий шлепок по ягодицам. Из нее вырывается громкий стон, но это от эротического наслаждения. Боже мой, это фантастическое ощущение. Я бью ее снова, четко туда же. Новый стон. Ей это нравится, так же как и мне, она сейчас наслаждается этим, как же нам чертовски хорошо вместе. – Два, – бормочу я. – Будет двенадцать. Я уверен, что она справится с этим. Сейчас ей это нужно, и я с удовольствием готов удовлетворить ее потребность. Между шлепками я нежно ласкаю ее попку. Она лежит на моих коленях, связанная, такая беспомощная, вся в моей власти – причем по собственной воле. Я в восторге! Я бью ее снова, чуть правее, и еще раз, с другой стороны, потом останавливаюсь и медленно спускаю с нее трусики. Ее кожа отлично прогрелась от моих прикосновений. Я продолжаю свое наказание, считая до двенадцати. Она отдается ритму моих ударов, впитывая каждое мое прикосновение, наслаждаясь ими. Это доказывает, что мы сможем найти компромисс между нашими желаниями. – Двенадцать, – бормочу я низким, хриплым голосом. Я не могу сдержать своего возбуждения. Я ласкаю ее попку, забираюсь пальцами глубже между ног, к влагалищу, медленно вставляю два пальца внутрь нее и вожу ими по кругу, по кругу, по кругу, вызывая моментальный и очень интенсивный оргазм. Она кончает, сжимаясь в конвульсиях вокруг моих пальцев. – Вот и хорошо, малышка, – одобрительно мурлычу я. Не вынимая из неё пальцев, я развязываю свободной рукой ее запястья. Она лежит, обессиленная, и тяжело дышит. – Мы с тобой еще не закончили, Анастейша, – сообщаю я и, все еще не вынимая пальцев, ставлю ее коленями на пол. Теперь она опирается о кровать. Я встаю на колени позади нее и расстегиваю ширинку. Вынимаю пальцы, и раскатываю по всей длине презерватив. – Раздвинь ноги, – рычу я, и она повинуется. Я глажу ее ягодицы и вхожу в нее. Я хочу забыться в ней. Я так хотел ее весь этот вечер. Резкими толчками я вхожу в нее еще глубже. Она стонет в моих руках, это то, что нам было нужно. Она такая влажная, крепко обволакивая меня по всей длине, это чувствуется как долгий, сладкий, особый поцелуй от нее. – Все будет быстро, детка. – я предупреждаю, держась за ее бедра, начиная резкие движения. – Ай! – кричит она, но это потому, что она она хочет большего от меня. Она отвечает мне, начиная двигать своими бедрами, чтобы запустить меня еще глубже. Это просто безумие. Если она сейчас не остановится, я кончу быстрее, чем хотел. – Ана, не надо, – я пытаюсь ее остановить, но она не хочет останавливаться. Она слишком возбуждена после серебряных шариков и моего наказания. Такое ощущение, что я выпустил джина из волшебной лампы. Она не может сейчас контролировать свое сильное желание, так что я сдаюсь и интенсивно кончаю, самым горячим способом. Мой оргазм заставил ее снова кончить. Я наклоняюсь и целую ее в плечо. Обхватываю ее руками, кладу голову ей на спину. Так мы и стоим на коленях возле кровати. Долго ли? Секунды? Даже минуты, пока не успокоится дыхание. Я наслаждаюсь безмятежным покоем. Я пошевелился и поцеловал ее в спину, потом вышел из нее. – По-моему, вы должны мне танец, мисс Стил. – М-м-м, – отвечает она сонно. Я присел на корточки и посадил ее к себе на колени. – Это недолго. Пошли. – я целую ее в макушку, заставляя встать. Ворча, она садится на кровать, подбирает с пола трусики и натягивает их. Лениво тащится к стулу за платьем. Я завязываю галстук и уже привел в порядок себя и кровать. Натягивая платье, она с интересом рассматривает снимки на доске. На них я выгляжу так молодо. Это был тот период, когда я был угрюмым, капризным и трудным подростком. Это было до того, как я познакомился с Эленой. Она научила меня всему, что я знаю, сделав мою жизнь более спокойной, за что я буду ей всю жизнь благодарен. Поэтому она до сих пор чувствует свою ответственность за меня, хотя она уже давно не моя Домина, и я очень надеюсь, что до нее донес, что я сам разберусь с нашими с Аной отношениями, не хочу, чтобы она своей чрезмерной заботой все испортила. – Кто это? – спрашивает она, показывая на маленькое черно-белое фото в углу доски. Дерьмо. Это фото. Единственное, что у меня осталось в память о той шлюхе, которую считал своей матерью. Я не мог выбросить эту фотографию, хотя и не взял с собой, когда переехал в Эскалу. – Так, не важно, – бормочу я, надевая пиджак и поправляя бабочку. Я не хочу портить наш вечер, разговаривая об этом фото – Застегнуть тебя? – Да, пожалуйста. Тогда почему она тут, на твоей доске? – По недосмотру. Как тебе мой галстук? – я поднимаю подбородок, словно маленький мальчик. Я бы мог все сделать сам, но мне нравится, когда она проявляет заботу, по отношению ко мне. Я надеюсь, что смогу ее отвлечь, чтобы она не задавала больше вопросов. Она поправляет мне бабочку. – Теперь все идеально. – Как и ты, – мурлычу я и, обняв, страстно целую. – Ну что, лучше стало? – Намного лучше, благодарю вас, мистер Грей. – Всегда рад служить, мисс Стил. Гости, тем временем, собираются вокруг танцпола. Я усмехаюсь тому, что мы явились как раз вовремя – и веду ее на клетчатый пол. – Леди и джентльмены, пришло время для первого танца. Мистер и доктор Грей, вы готовы? – Каррик кивает и подает руку Грейс. – Леди и джентльмены с аукциона первого танца, вы готовы? Мы все дружно киваем. – Тогда начинаем. Давай, Сэм! Под горячие аплодисменты молодой парень взбегает на сцену, поворачивается к оркестру и щелкает пальцами. Знакомая мелодия «I’ve Got You Under My Skin» наполняет воздух. Я улыбаюсь Ане, взяв ее за талию, а она положила руку мне на плечо. Я веду ее в танце, и мы улыбаемся друг другу, как два чеширских кота. Я люблю танцевать с ней, сейчас она в моих объятьях, и для счастья мне больше ничего не надо. – Я люблю эту песню, – мурлычу я, глядя ей в глаза. – По-моему, она очень подходит. – Ты тоже залез мне под кожу, – говорит она. – Или залезал в твоей спальне. Я не в силах спрятать удивление. – Мисс Стил, – шутливо одергиваю я ее. – Я и не знал, что вы бываете такой грубой. – Мистер Грей, я тоже не знала. Думаю, виной всему мой недавний опыт. Он многому меня научил. – Научил нас обоих. Сейчас мне кажется, что на танцполе только мы вдвоем и оркестр. Мы находимся в нашем личном пузыре. Песня кончается, и мы аплодируем. Певец Сэм грациозно кланяется и представляет свой оркестр. – Могу я пригласить леди? Вот неугомонный. Он все еще хочет украсть мою девушку подальше от меня. Какой настойчивый ублюдок, нужно отдать ему должное. Я увидел Тейлора, который смотрел косо на нас, очевидно, что он не узнал Флинна. Я качаю головой, чтобы дать ему понять, что все нормально и никакого вмешательства не требуется. – Да, пожалуйста. Анастейша, это Джон Флинн. Джон, это Анастейша. Она была очень удивлена, когда поняла, что именно он был моим конкурентом на аукционе. Я отступил на шаг назад, чтобы посмотреть, как они будут танцевать вместе. Интересно, что он хочет ей сказать? Знаю только одно, что много он ей обо мне не должен рассказать, в силу своей профессиональной тайны. Я не удивлюсь, что за эти несколько минут, что длится песня, ему удастся забрать у нее неуверенность в себе и низкую самооценку. В любом случае, он один из немногих мужчин, к которым я не ревную, ну во всяком случае не сильно. Джон – порядочный семьянин, который живет в счастливом браке и двумя прекрасными детьми. Он один из тех, кого я пустил в святая святых – мою личную жизнь. Сначала, Ана выглядела довольно застенчивой, когда она начала танцевать с Джоном, он болтает с ней, чтобы ее успокоить – это работает, в конце концов. Вскоре, они смеялись и вместе шутили – я надеюсь, что не надо мной, хотя я допускаю такую возможность. Когда музыка заканчивается, я быстро иду к ним, чтобы вернуть себе девушку. О чем же они так мило беседовали? Нужно будет потом уточнить у Джона этот момент. Я хочу, чтобы он поделился своим мнением об Ане. – Рад был с вами познакомиться, Анастейша. Он тепло улыбнулся ей. – Джон. – я киваю ему. – Кристиан. – Доктор Флинн отвечает мне на кивок, поворачивается и исчезает в толпе. Я обнимаю ее за плечи и веду на следующий танец. – Он гораздо моложе, чем я думала, – бормочет она. – И ужасно несдержанный. Я удивленно наклоняю голову набок. Что конкретно это значит? – Несдержанный? – Да, он все мне рассказал, – говорит она. Какого хрена? Может быть он посчитал своим долгом предупредить ее о моей глубокой и темной душе. Может он хочет защитить такую милую молодую женщину от извращенного мудака, такого как я. – Ну, в таком случае можешь собирать чемодан. Я уверен, что ты больше не захочешь иметь со мной дело, – тихо говорю я. Черт, я и представить себе не мог такого поворота. – Да ничего он мне не сказал! – В ее голосе слышна паника. Она что, дразнила меня? Слава Богу, что она ничего не знает. Я притягиваю ее обратно к себе. Я радостно улыбаюсь, глядя ей в глаза, они самого необыкновенного цвета. Она потрясающая, и вся моя. – Тогда будем наслаждаться танцем. Я всегда проводил такие мероприятия за деловой беседой с такими же предпринимателями как я, а потом покидал такой прием, как только мог. Я никогда так не наслаждался вечером, как сегодня, потому что со мной была Ана. Только сейчас я понял, какой смертельно скучной была моя жизнь до встречи с ней. Мы остаемся на площадке еще два танца, и потом она говорит, что ей нужно в туалет. – Я сейчас. – говорит она. Я посмотрел на Тейлора. Он и Сойер последовали за ней. А я пошел выпить и поговорить с парой деловых партнеров. Неожиданно меня прервал Райан, один из новой группы безопасности. - Мне нужно Вам кое-что передать от Тейлора, сэр. - В чем дело? Есть какие-то проблемы? - Тейлор просил передать Вам, что к мисс Стил сейчас подошла миссис Линкольн, и они о чем-то беседуют. Дерьмо. Какого хрена здесь делает Элена? - Где они? - В шатре, мисс Стил забыла там свою сумочку. Может быть они нормально смогут поговорить? Возможно Ана поймет, что Элена не абсолютное зло. Но я не могу тут сидеть и просто надеяться на лучшее, мне нужно проверить, что там происходит. Я подхожу как раз в тот момент, когда Ана активно марширует прочь из шатра. Она в ярости, даже больше, она зла как черт. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Я оглянулся и увидел Элену, которая сидела за столом с самодовольной ухмылкой, до того, как она заметила меня. Что с ней такое? Она подняла руку в знак приветствия и подзывает меня, чтобы я к ней подошел в тот момент, когда Ана на бешеной скорости проносится мимо меня. Я проигнорировал Элену и пошел следом за Аной. – Ана, – зову я. Она останавливается и смотрит на меня. – Что случилось? Я изучаю ее лицо, чтобы понять, что именно ее так разозлило. – Почему бы тебе не спросить об этом у своей бывшей? – едко говорит она. Ее тон подтверждает мои недавние мысли о том, что нужно подальше держать этих двух женщин друг от друга. Моя интуиция, как всегда, меня не подвела. – Я спрашиваю тебя, – мягко возражаю я. Я надеюсь на то, что если я буду вежливо с ней разговаривать, я больше вытяну из нее информации. Я уже говорил ей, что не могу изменить своего прошлого. Мы с Эленой прошли долгий путь. Но я понять не могу, что же ее могло так сильно разозлить? Мы сердито смотрим друг на друга, наконец, она делает глубокий вдох и говорит: – Она пригрозила, что придет ко мне, если я снова тебя обижу, вероятно, с плеткой. Все совсем не так уж плохо – это предупреждение лишнее, конечно, но это просто ее способ защитить меня, хотя я об этом не просил. Я представил себе, как она пришла к Ане с плеткой, я еле сдержал смех. – Конечно, от тебя не ускользнул комизм этой ситуации? - сказал я, еле сдерживая улыбку. Давай, детка, где твое чувство юмора? – Тут нет ничего смешного, Кристиан! – Ты права, нет. Я поговорю с ней. – я делаю серьезное лицо, хотя все еще борюсь со смешком. – Ты этого не сделаешь. Вот это новость, она что мне запрещает? Она стоит скрестив руки, грозно глядя на меня. – Слушай, я знаю, что ты связан с ней финансовыми делами, но… Затем она замолкает и опускает руки. – Мне нужно в туалет. – она сердито поджимает губы. Я вздыхаю. Что я сейчас должен сделать или сказать? – Пожалуйста, Анастейша, не злись. Я не знал, что она здесь. Она говорила, что не придет. – я уговариваю ее словно ребенка. Протянув руку, провожу пальцем по ее надутой нижней губе. – Прошу тебя, не позволяй Элене испортить наш вечер. Ведь она – старая новость, клянусь тебе. Я держу ее за подбородок и ласково трусь своими губами об ее губы. Она вздыхает в знак согласия. Я победил! Оказывается не всегда сила помогает! Я выпрямился и взял ее под локоть. – Я провожу тебя до туалета, чтобы тебя опять никто не отвлек. Мы молча прошли через лужайку к временным туалетам. Но я думаю, что моя маленькая злюка успокоилась и спрятала свои колючки. Не думал, что у нее такой характер. Внешность бывает обманчива. Именно это меня в ней и привлекает. – Я буду ждать тебя здесь, детка. Когда она отходит, я быстро достаю из кармана свой Блэкберри и набираю Элену. После первого гудка она берет трубку. - Какую игру ты затеяла, Элена? - Не надо мне грубить, Кристиан, я всего лишь хотела поближе познакомиться с твоей подружкой. Хотела дать ей дружеский совет. Но Анастейша оказалась очень дерзкой девицей, она не захотела меня слушать, а только нагрубила мне. - Она мне сказала, что ты угрожала ей, что приедешь к ней, если вдруг она меня обидит. - Я просто хотела, чтобы она знала, как тебе было плохо в прошлые выходные, когда она разорвала с тобой отношения. Я не хочу, чтобы она играла твоими чувствами, потому что только я знаю, насколько ты уязвим в эмоциональном плане, мой дорогой. Поверь мне, я знаю, какими непостоянными могут быть такие юные особы, как она. Я просто хотела дать ей понять, что я не буду просто так стоять в стороне и смотреть, как она заставляет тебя проходить через все это дерьмо снова. - Ана прекрасно знает, что я пережил на прошлой неделе. Поверь мне, ей тоже было нелегко Элена. Она прошла через такой же ад, как и я. - Да неужели... Ты действительно так думаешь, Кристиан? - Да, Элена, я не думаю, я знаю, что так и было. Я не хочу, чтобы ты вмешивалась в наши отношения. Я же тебе говорил, что мы будем искать компромисс, чтобы направить наши отношения по новому пути. Почему ты переменила решение? Ведь мы с тобой договорились. Знаешь, оставь ее в покое. У меня это первые стабильные отношения в жизни, и я не хочу, чтобы ты их разрушила своей неуместной заботой обо мне. Оставь ее. Я серьезно предупреждаю тебя! - Я помню, что ты говорил, я постараюсь не вмешиваться. Я просто хочу убедиться, что ты будешь с ней счастлив. Я увидел, что Ана вернулась и теперь стоит и наблюдает за мной как ястреб. - Мне нужно идти. Спокойной ночи. Я закончил разговор, прежде чем Элена мне что-то ответит. – Как там старая новость? – Злится, – говорю я. – Ты хочешь еще танцевать? Или пойдем? – я посмотрел на часы. – Скоро начнется фейерверк. Я не хочу больше говорить об Элене. Пожалуйста. – Я люблю фейерверки. – Тогда мы останемся и посмотрим. – Я обнимаю ее и прижимаю к себе. – Прошу тебя, не позволяй ей встать между нами. – Она беспокоится за тебя, – бормочет она. – Да, я ее… ну… друг. – По-моему, для нее это больше, чем дружба. Как же это все сложно, черт возьми. – Анастейша, у нас с Эленой все сложно. У нас общее прошлое. Но это всего лишь прошлое. Я уже несколько раз говорил тебе, что она хороший друг. И не более того. Пожалуйста, забудь о ней. Я поцеловал ее в макушку, надеясь закончить этот разговор. Держась за руки, мы возвращаемся на танцпол. Оркестр по-прежнему играет вовсю. Я вижу, что мой папа идет в нашем направлении. – Анастейша! Позвольте пригласить вас на следующий танец. Она застенчиво соглашается, и я передаю ее отцу. Они вместе идут на танцпол, по-моему, Ана нервничает. По знаку Сэма оркестр начинает «Come fly with Me». Каррик обнимает ее за талию и бережно ведет в танце. Пользуясь моментом, я иду поговорить с Тейлором. - Мисс Стил хочет посмотреть фейерверк, поэтому мы остаемся. Тейлор в панике взглянул на меня. - Вы уверены, что это разумно, сэр? - Думаю, что в данной ситуации ты чересчур предусмотрителен в оценке намерений мисс Уильямс. В любом случае, я буду защищать мисс Стил все это время, в то время, как Ваша группа будет контролировать толпу. - Как пожелаете, сэр. Но могу ли я попросить, чтобы команда подошла ближе оговоренного расстояния? Так мы сможем обеспечить безопасное нахождение на открытой территории для вас обоих. - Согласен – со вздохом, нехотя отвечаю я. В любом случае, это уже конец вечера. Думаю, что до сих пор Ана не замечала их присутствия. Я доволен работой команды. Музыка заканчивается и мне нужно вернуться обратно к Ане. – Хватит танцевать со стариками. – говорю я ей. Папа весело смеется. – Ты полегче со «стариками», сын. У меня тоже бывали незабываемые моменты. – Каррик шутливо подмигивает Ане и исчезает в толпе. – Кажется, ты понравилась отцу, – бормочу я, когда мы провожаем его взглядом. Интересно, о чем они говорили? – Почему я могла ему не понравиться? – кокетливо спрашивает она, глядя на меня из-под ресниц. – Правильный вопрос, мисс Стил. – Я обнимаю ее, и в это время оркестр играет «It Had to Be You». – Потанцуй со мной, – страстно шепчу я. – С удовольствием, мистер Грей, – улыбается она, и я снова кружу ее на танцполе. В полночь мы идем к берегу между шатром и лодочным сараем. Все гости собрались там, чтобы полюбоваться фейерверком. Церемониймейстер, снова заявивший о себе, разрешил снять маски, чтобы лучше видеть огненное шоу. Для нашей охраны это хорошая новость. Тейлор и Сойер уже стояли рядом, оглядываясь по сторонам. При виде Тейлора, Ану невольно передернуло, видимо она вспомнила про Лейлу, поэтому я встал позади нее и обнял за плечи. Сейчас я для нее, как живой щит. Она крепче прижалась ко мне. – Все в порядке, детка? Замерзла? – Нет, не замерзла. Внезапно над доком раздается классический, как на саундтреке, грохот – баммм! В небо взлетают две ракеты и взрываются над заливом, осветив его ослепительным снопом из оранжевых и белых искр, которые отражаются в спокойной воде залива, словно сверкающий ливень. Ана смотрит в небо с неприкрытым детским восторгом. Сейчас я не жалею, что мы остались. В воздух взмывают еще несколько ракет и, взорвавшись, рассыпаются разноцветным калейдоскопом. И все это под музыку, под охи и ахи толпы. Взлет за взлетом, взрыв за взрывом, вспышка за вспышкой. Зрелище поистине неземное! Она сейчас такая счастливая. Мы стоим, смотрим на всю эту красоту, улыбаясь, как дети каждому новому залпу. Я не помню, когда в последний раз я просто стоял и смотрел на фейерверк с таким наслаждением. На установленном в заливе понтоне несколько серебристых световых фонтанов взлетают в воздух на двадцать футов, меняя цвет на голубой, красный, оранжевый, и снова становятся серебристыми. А в это время взрываются все новые ракеты, и музыка достигает крещендо. Наконец, вереница из шести ракет взлетает в темное небо и одновременно взрывается, заливая нас роскошным золотым светом. Толпа неистовствует, аплодисменты долго не стихают. – Леди и джентльмены, – кричит церемониймейстер, когда затихают крики и свист. – В завершение этого замечательного вечера хочу вам сообщить следующее: сегодня ваша щедрость принесла в программу «Справимся вместе» в общей сложности один миллион восемьсот пятьдесят три тысячи долларов! Грохочут аплодисменты, а на понтоне серебряные потоки искр складываются во фразу: «Спасибо вам от «Справимся вместе». Буквы долго искрятся и мерцают над водой. – Ах, Кристиан… это было чудесно. – Она восторженно улыбается мне, я наклонился и поцеловал ее. Мне нравится видеть ее такой счастливой. Думаю, что она очень устала и нам пора домой. – Пора уходить, сказал я, но увидев Тейлора, я поймал его сигнал. Он хочет, чтобы мы оставались на месте. Что-то заставило его насторожиться. Наверно, на него раздражающе действует толпа. – Давай немного постоим. Тейлор хочет, чтобы мы подождали здесь. По-моему, из-за этого фейерверка он постарел на сотню лет. – Он не любит фейерверки? Она сейчас выглядит такой наивной. Я рад, что она не понимает, почему Тейлор так обеспокоен. Лично я сомневаюсь, что Лейла может кому-то навредить. Но он выполняет свою работу. Мне нужно отвлечь ее от охраны, не хочу, чтобы она обо всем догадалась и испортила себе настроение. – Итак, Аспен, – говорю я. – Ой! Я не внесла ставку, – спохватывается она. – Ты можешь прислать чек. Я знаю адрес. – Ты тогда был в бешенстве. – Да, был. Она усмехается. – В этом виноваты ты и твои игрушки. – Вы, мисс Стил, были охвачены страстью. Потом, насколько я припоминаю, все завершилось наилучшим образом. – Я лукаво улыбаюсь, вспоминая этот шикарный момент в моей детской комнате. – Кстати, где они? – Серебряные шарики? Они в моей сумочке. – Я хочу забрать их у тебя. Это слишком мощные игрушки, чтобы оставлять их в твоих невинных руках. – Беспокоишься, что я снова буду охвачена страстью и, может, с кем-то еще? Что за черт! Яростный огонь мгновенно пробежался по моему телу. Даже думать не хочу об этом. – Надеюсь, что такого не случится, – заявляю я. Сейчас я не узнал собственный голос. Так, спокойней, Грей. – Нет, Ана. Я хочу сам управлять твоей страстью. – сказал я, как можно мягче. – Ты мне не доверяешь? – Доверяю полностью. Итак, я могу получить их назад? – Я рассмотрю твою просьбу. И что все это значит? Я сейчас в тупике. Не знаю, как мужчины обычно себя ведут в таких ситуациях. Ладно, все равно она под моим наблюдением. На танцполе снова звучит музыка. Но это уже диджей развлекает гостей грохочущими басовыми ритмами. – Ты хочешь танцевать? – Я очень устала, Кристиан. Если можно, я бы поехала домой. Так я и думал. Я посмотрел на Тейлора, тот кивает, и мы направляемся к дому. За нами бредет пара подвыпивших гостей. К нам подбегает Миа. Господи… опять. Сегодня она меня вывела. – Вы ведь еще не уходите, а? Настоящая музыка только начинается. Пошли, Ана! – Она хватает ее за руку. – Миа, – я должен дать ей понять, что она уже достала. Нужно быть сдержанней. – Анастейша устала. Мы поедем домой. К тому же у нас завтра тяжелый день. Ана в удивлении посмотрела на меня. Не могу же я ей сказать, что планирую ей завтра сделать сюрприз. Миа недовольно выпячивает губы, но не спорит со мной. Мы пошли попрощаться с моими родителями. Анастейша, мне кажется, слегка обескуражена их отношением к ней. К счастью, уже ушли мои бабушка с дедушкой, поэтому она избавлена еще и от их энтузиазма. И когда я вижу, как по-дружески Миа предлагает Ане вместе посетить торговый центр на следующей неделе, я мысленно был ей благодарен за такую идею, и почти простил ее за то, что она весь вечер была занозой в заднице. – Как приятно видеть тебя таким счастливым. – Она целует меня в щеку. – Пока, ребята, всего хорошего. Все равно, моя сестра очень милая девочка. Мне тоже нравится быть таким счастливым. Рука об руку мы молча идем к выходу, где в ожидании хозяев выстроились бесчисленные автомобили. Я гляжу на Ану, она выглядит усталой, но счастливой. Я очень ей благодарен за то, что она подарила мне такой незабываемый вечер. Все прошло намного лучше, чем я ожидал.