Грей. Продолжение

Нас поселили на одиннадцатом этаже в номере «Каскад Люкс». Здесь две спальни и гостиная, в которой стоит фортепьяно. В камине был зажжен огонь. Я запер дверь на ключ и отнес наши вещи в спальню. Когда я вышел из спальни, Ана задумчиво смотрела на огонь, грея руки. Треск дров звучит, как очистительная мелодия огня, которая способна возродить силу духа. Я люблю камины, они создают особую атмосферу в помещении, наполняя его светом и теплом. Огонь – стихия желания и страсти, он воодушевляет, возбуждает и успокаивает одновременно. Это то, что нам сегодня нужно. А еще, я выпил бы что-нибудь. В баре был Арманьяк, то, что надо. Арманьяк - это бренди, его считают старшим братом коньяка. Хороший арманьяк демонстрирует интересное разнообразие ароматов. Наиболее типичными из них считаются семь ароматов: лесного ореха, персика, фиалки, липы, ванили, чернослива и перца. Бренди, конечно убойная штука, но зато он поможет нам расслабиться, впервые за несколько часов. Теперь мы с Аной мистер и миссис Тейлор. Ана в роли моей жены – это интригующая мысль. Мистер и миссис Грей звучит лучше? – Ну и денек был, а? – сказал я, протягивая Ане стакан с бренди. – Да все нормально. Как ты сам? - спокойно спрашивает она. – Ну, прямо сейчас я хочу выпить, а потом, если ты не слишком устала, лечь с тобой в постель и раствориться в тебе. – Все в нашей власти, мистер Тейлор. – она робко улыбается мне, прикусывая губу. Я сбрасываю с себя обувь и стаскиваю носки. – Миссис Тейлор, перестаньте прикусывать губу, – шепчу я. Она краснеет и загораживается от меня стаканом. Я сделал глоток. Действительно, очень хороший, с легким запахом ванили, приносимый дубом, различные цветочные запахи, а также запах сливы и спелого перца. Он скользит, как шелковый, по глотке, оставляя за собой теплый след. Она пробует коньяк на вкус, медленно, с закрытыми глазами, вдыхая его аромат. Я допил свой стакан, смотрю на нее и не верю своим глазам. Она ведет себя совершенно спокойно. Это удивительно, обычно девушки себя ведут очень несдержанно. Что такого я сделал в этой жизни, что судьба подарила мне эту совершенную девушку? – Анастейша, ты не перестаешь меня удивлять. После такого дня, как сегодняшний, вернее, уже вчерашний, ты не ноешь и не убегаешь прочь от меня. Ты очень сильная. Я преклоняюсь перед тобой. - Это абсолютная правда! – Между прочим, ты – очень веская причина для того, чтобы я осталась. Кристиан, я уже говорила тебе, что никуда не уйду, что бы ты ни делал. Ты ведь знаешь мои чувства к тебе. - Спокойно ответила она, глядя на меня. Она говорила, что любит меня, но мне по-прежнему сложно в это поверить! Ана очень молода и впечатлительна. Уверен, что она не понимает, о чем говорит. А может, ты снова ее недооцениваешь, Грей? Может, о любви она знает намного больше, чем ты? К счастью, она меняет тему. – Где ты собираешься повесить мои портреты, сделанные Хосе? – Это зависит от… Какое бы слово подобрать? – От чего? – с любопытством продолжает Ана. – От обстоятельств… Его вернисаж еще не закончился, поэтому у меня еще есть время подумать. Ана наклоняет голову набок и щурит глаза. – Миссис Тейлор, вы можете строго смотреть на меня сколько угодно. Я ничего не скажу, – усмехаюсь я. Однозначно, миссис Грей звучало бы лучше. Наверное, я повешу свой самый любимый портрет, тот на котором она улыбается, в моем кабинете, а вот остальные, еще не решил, но у меня есть кое-какие мысли по этому поводу. Я дал задание риэлтору, чтобы он мне нашел участок с видом на залив. В пятницу, мне шепнули, что скоро выставят на продажу подходящий мне вариант, хотя говорят, что сам домик старенький и требует капитального ремонта. Если у меня получится купить этот участок, то я повешу картины в новом доме. Но пока, все находится в подвешенном состоянии, и я решил об этом не рассказывать. К тому же, прежде чем его купить, мне бы хотелось показать этот дом Ане. Я бы хотел, чтобы ей там понравилось. Мы могли бы построить экологически чистый дом, Элиот нам помог бы в этом… Так, стоп Грей!!! Кажется, что мои мысли унесло куда-то опасно далеко. Даже в мыслях все связано с ней, я не представляю себя и свою дальнейшую жизнь без нее. Вдруг, она не захочет ничего из того, что я хочу ей предложить. Нет никаких гарантий, что она, когда завтра проснется, не убежит от меня с воплями. – Я могу пытками добиться от вас правды. – сказала Ана, прерывая поток моих мыслей. Пытать? Меня? Тогда держи вызов, детка! – Знаешь, Анастейша, не надо обещать того, чего не сможешь выполнить. Она подняла брови в удивлении! Поставила свой бокал на каминную полку, протянула руку, взяла мой бокал и поставила рядом со своим. – поразительно, она смело принимает мой вызов! – Вот мы сейчас и проверим, – бормочет она. Она берет меня за руку и тащит в спальню. Игра началась. Она привела меня к кровати с балдахином и остановилась. Мне очень интересно, что она собирается делать дальше. Не могу скрыть свое веселое изумление. Не думал, что она может быть такой дерзкой. Мне это нравится. – Ну, мы пришли. Что ты будешь делать дальше? – с насмешкой спрашиваю я. – Прежде всего, я тебя раздену. Завершу начатое. – Она берется за лацканы моего блейзера так, чтобы не прикоснуться к телу. Я стараюсь не морщиться, но все же задерживаю дыхание. Тяжело пока к этому привыкнуть. Но сейчас уже лучше. Она доказала мне, что я могу ей доверять. Это много для меня значит. Она бережно снимает блейзер с моих плеч. Я не могу оторвать от нее глаз. Она такая красивая и такая… родная что ли… Я столько секретов ей открыл и она до сих пор со мной… Господи, я благодарен тебе за каждую минуту, проведенную с ней… я так ее хочу, хочу ее всю… я просто не вынесу, если она снова от меня уйдет… Ее зрачки увеличились, затягивая меня все глубже и глубже. Я уже ничего не вижу и не слышу, только она… ее темные глаза, неровное дыхание и ее тело, говорят мне, что она хочет меня… только меня… я ей нужен. – Теперь снимем майку, – шепчет она и берется за ее нижний край. Я, на всякий случай, решил ей помочь: поднял руки и попятился назад, чтобы она смогла быстрее стянуть ее с меня. Оставшись без майки, я выпрямляюсь и пристально смотрю на нее, ожидая ее дальнейших действий. Сейчас на мне остались только джинсы. – Что теперь? – шепчу я. – Хочу поцеловать тебя вот сюда. – Она проводит пальцем поперек моего живота. О да, детка! – Я не останавливаю тебя. – говорю я, чувствуя, как ускоряется мой пульс. Только сейчас я потерялся в ощущениях. Что меня так волнует? Боязнь, что она ко мне прикоснется или мое возбуждение? Она берет меня за руку. – Тогда ложись, – мурлычет она и ближе подводит к кровати. Неожиданный поворот событий! Что она делает? Она сейчас берет инициативу на себя… она ДОМИНИРУЕТ? Черт побери! Ничего не могу с собой поделать, мне нравится, что она сейчас делает. Откинув покрывало, я сажусь на край кровати и смотрю на нее, в ожидании, снизу вверх. Она стоит передо мной и сбрасывает сначала джинсовую куртку, потом штаны. Давно я не позволял женщине брать инициативу на себя. Раньше, это могла делать только Элена, до того, как во мне проснулся доминант. Я никогда не возвращался к прошлому, но сегодня... я в растерянности... Ана удивляет меня на каждом шагу, сегодня она превзошла себя. Я чувствую каждой своей клеточкой, что она хочет меня. Она раздевается, не стесняясь своего тела и только для меня. Она шикарна. – Ты настоящая Афродита. У нее прекрасное тело. И она моя. Я самый счастливый человек на этой гребаной планете. Она взяла в ладони мое лицо и наклонилась, чтобы меня поцеловать. Ее губы накрывают мои и мы начинаем страстно целоваться. У нее такие мягкие и теплые губы. На вкус, она ваниль с различными цветочными ароматами и Ана. Она такая сладкая... вкусная... От возбуждения я простонал ей в рот. Я не могу больше сдерживаться, это выше моих сил. Я схватил ее за бедра и резко бросил на кровать. В одно мгновение она оказалась подо мной. И я целую ее глубоко, изучая ее рот. Она с такой же страстью мне отвечает, зарываясь пальцами в моих волосах, притягивая меня ближе к себе. Наши языки сплетаются в страстном танце. Я веду рукой от ее бедра по животику к груди, сжимаю ее, мну, потягиваю за сосок. Она издала протяжный стон, прижавшись пахом ко мне, и, сладостно, начала тереться о мой член. Господи, что она со мной делает? Я прервал поцелуй, чтобы посмотреть на нее. Я в восторге. Выдвигаю бедра вперед и ударяюсь о ее лоно. Да, вот так. Ты этого хочешь, детка? Она закрыла от удовольствия глаза и издала стон. Я повторяю свое движение, и на этот раз, она ответила мне тем же. Мы сейчас ведем себя, как подростки. Я пропустил этот период, попав в полноценный БДСМ секс с Эленой. А сейчас я, получается, вернулся к истокам. Я трусь о нее, ласкаю, возбуждая ее каждым своим движением. Рядом с ней, я забываю обо всем на свете. Как же я хочу ее. Когда я с ней, время вокруг останавливается. Ничего больше не имеет значения. Только мы. Тишину в комнате нарушает наше прерывистое дыхание. Мой пульс зашкаливает. Она изучает мое тело руками там, где это можно, трогая мои руки, гладя меня по пояснице до пояса джинсов, засовывает свои жадные руки ко мне в штаны, пытаясь овладеть моим членом, который очень быстро реагирует на ее движение, моментально увеличиваясь в размере. Мне уже не комфортно находиться в джинсах. – Ана, ты так кастрируешь меня, – шепчу я и быстро стягиваю джинсы. Потом протягиваю ей презерватив. – Ты хочешь меня, детка, и я ужасно тебя хочу. Ты знаешь, что делать. Ана быстро вскрывает пакетик и раскатывает презерватив по моему члену. Как же мне нравятся ее прикосновения. С каждым разом она становится уверенней в себе. Она хорошая ученица. Наклонившись над ней, я потерся носом о ее нос, закрыл глаза и медленно вошел в нее. Она хватает меня за руки и запрокидывает голову назад, наслаждаясь каждым моим движением. Я прикусываю ее подбородок, медленно выхожу из нее и снова скольжу внутрь. В этот раз, я хочу трахать ее медленно. Сладко и нежно. Я хочу насладиться каждой секундой, пока я внутри нее. Я вхожу глубже и чувствую как она крепко обхватывает мой член, сокращая стенки влагалища. Это непередаваемое ощущение теряется, когда мы трахаемся быстро. Но сейчас, я хочу насладиться ей в полном объеме. И тут я вспомнил, как она просила заняться с ней любовью. Да. Это похоже на то, что я сейчас занимаюсь с ней любовью… Медленно, сладко, нежно. Нам некуда спешить. Я медленно двигаюсь, заставляя ее, при каждом своем движении, стонать. – Ты заставляешь меня забыть обо всем. Ты лучшее мое лекарство, – шепчу я, медленно двигаясь, смакуя каждый сантиметр ее тела. Она получает огромное удовольствие от нашей близости, не пытаясь угодить мне. Мы равноправные партнеры и получаем наслаждение друг от друга. Эта мысль меня еще больше заводит. Она запрокинула голову вверх, давая возможность мне целовать ее в шею, вдыхать ее аромат, смаковать ее. – Пожалуйста, Кристиан, быстрее, – умоляет она, желая большего и немедленно. Она приподнимает бедра, чтобы при каждом движении встретить меня, соблазнительно прикусывая свою губу. Это действует на меня очень возбуждающе. Я тоже хочу ее укусить. – Ну нет, детка. Мне так нужно. – Я сладко целую ее, нежно кусаю за нижнюю губу, наслаждаясь ее тихими стонами. Она опять запускает пальцы в мои волосы и вся отдается моему ритму. Мы медленно и верно взбираемся все выше и выше на плато, затем резко и стремительно падаем вниз. Она громко стонет и вся пульсирует вокруг моей плоти. – Ох, Ана! – выдыхаю я и извергаюсь, как вулкан, глубоко внутри нее. Ана. Моя Ана. Я лежу на ее животе, обнимая ее. Она нежно играет с моими волосами. Это все так необычно и приятно одновременно. Только ей было позволено приблизиться ко мне настолько близко. Не знаю, как давно мы так лежим, и я хочу, чтобы этот момент длился вечно, наслаждаясь послевкусием сладкой любви… Любовь… Опять это слово… – Мне никогда не насытиться тобой. Не бросай меня, – шепчу я и целую ее в живот. Я не выдержу, если она снова уйдет. – Я никуда и не собираюсь, Кристиан. Ой, помнится, я тоже хотела поцеловать твой живот, – сонно бормочет она. Я усмехнулся, обдав теплом ее кожу. – Тебя ничто не останавливает, детка. - игриво, сказал я. – Я слишком устала… Не в силах пошевелиться. Я неохотно поднимаю голову и устраиваюсь рядом с ней, натягивая на нас одеяло. Ей нужно немного поспать. – Спи, малышка. – сказал я, любуясь ее прекрасным лицом. Потом я поцеловал ее волосы и крепко обнял, прежде чем уплыл в крепкий сон. Я всегда хорошо сплю рядом с ней. Она защищает меня от ночных кошмаров.

***

Я просыпаюсь с ощущением свежести. На часах около восьми утра – очень поздно для меня. Анастейша крепко спит. Знаю, что она далеко не ранняя пташка, поэтому я решил дать ей поспать. Сейчас ей нужно хорошо выспаться, особенно после вчерашних событий. Я боюсь, что за ночь она передумала, и сбежит от меня, как только откроет свои прекрасные глаза. Она что-то бормочет во сне, но в этот раз я не могу разобрать ни слова. Я не могу оторвать глаз от нее, мне нравится наблюдать за ней спящей. Но, как бы мне не хотелось сейчас валяться в постели рядом с ней, я должен сделать кое-какие дела, пока она спит, чтобы потом, она меньше задавала ненужных вопросов. Оставив ее в спальне, я нашел свой Блэкберри и позвонил Тейлору. - Доброе утро, мистер Грей. - Здравствуй Тейлор. Какие у вас новости? - Мы обшарили всю квартиру, но никого не нашли. Думаю, что она попала в квартиру через служебный лифт. На сегодняшний день у меня больше нет никакого объяснения, сэр. - Что вы планируете делать дальше? - Для начала, нам нужно поменять все замки в дверях и поставить дополнительные камеры. Я не успокоюсь до тех пор, пока не выясню, как она попала в квартиру. Скажите, ваша поездка на катамаране с мисс Стил еще в силе? - Да, Тейлор. Через три часа мы будем выезжать. - Хорошо сэр, перед Вашим приездом мы проверим судно. Я буду держать Вас в курсе. - У мисс Стил сегодня утром была назначена встреча с доктором Грин. Вы можете с ней связаться и попросить ее приехать сюда, а не в Эскалу? - Конечно, сэр. - Хорошо Тейлор. Еще я хочу, чтобы ты перенес все вещи мисс Стил в мою спальню. - Думаю, будет безопасней, если я все время буду рядом. - Выделите для ее одежды всю левую сторону моего шкафа. - Как скажете, сэр. Я не хочу, чтобы Ана спала отдельно от меня. Я очень хочу засыпать и просыпаться с ней рядом. Я хочу все время прикасаться к ней, обнимать ее, ласкать ее нежную кожу, зарываться в ее волосах, вдыхая ее божественный аромат. Я закончил разговор и вернулся обратно в спальню. Ана еще спала. Я нежно поцеловал ее в щеку. Жалко ее будить. Пусть еще немного поспит, а я пока пробегусь по сайтам официальных дилеров, поищу для нее машину. Из сумки я достал свой MacBook Air. Не хочу покупать ей такую же Ауди, думаю, что она должна отличаться от моих предыдущих пятнадцати саб, а еще, я не хочу, чтобы она смотрела на новую машину, вспоминая тот погром, который устроила Лейла. Это было ужасное зрелище. Лучше бы она этого не видела. Знаю, что кроме Ауди, безопасные автомобили выпускают такие компании, как Вольво, БМВ и Сааб. Мне понравился Сааб 9-3, недалеко от нас есть автосалон, поэтому позже мы можем туда заехать. Потом, я проверил свою почту, ответил на несколько более важных писем и отложил MacBook в сторону. Постучали в дверь, вероятно уже принесли завтрак. Я посмотрел на часы. Они показывали десять пятнадцать. Думаю, что ей пора вставать, нам уже принесли завтрак, а через полчаса приедет доктор Грин. На мне еще остались следы от помады и мне нужно в душ, но я хочу его принять вместе с Аной, так что придется немного подождать. Я подошел к окну и нажал на кнопку для того, чтобы открыть шторы. В спальню ворвался поток яркого света. Ана начала шевелиться. Она сладко потянулась, потом открыла свои сонные красивые глаза. Я лег рядом с ней и теперь наблюдаю момент ее пробуждения. - Привет, - бормочу я. Она выглядит совершенно неотразимой. – Привет. Давно ты смотришь на меня? – спрашивает смущенно она. – Я могу часами смотреть на тебя спящую, Анастейша. Но сейчас в моем распоряжении всего пять минут. – Свои слова я прерываю нежным поцелуем. – Скоро сюда приедет доктор Грин. – Ой. – Я вижу, что она совсем не в восторге от этой новости, но нам необходимо решить вопрос с контрацепцией, для того, чтобы двигаться дальше. – Ты выспалась? По-моему, должна была выспаться. Ты задавала такого храпака. – дразню я ее. – Я не храплю, – с возмущением заявляет она. Такая милая, когда дуется. – Не храпишь, верно. – Жаль, что этой ночью она была не так разговорчива. Максимум, что я разобрал – это было мое имя. – Ты принимал душ? – Нет. Жду тебя. – мне нравится принимать с ней душ. - Сколько сейчас времени? – Начало одиннадцатого. Я не решился разбудить тебя раньше. Пожалел. – А ты мне говорил, что вообще не знаешь жалости. Совершенно верно. У меня нет такого чистого и открытого сердца как у нее. Мое заполнено лишь мраком. Но сейчас я совсем не хочу об этом думать. – Тебя ждет завтрак – оладьи и бекон. Все, вставай, мне скучно тут одному. Я звонко шлепнул ее по заду, отчего она подпрыгнула, встал с кровати и пошел в гостиную. Не хочу, чтобы она снова уснула. Через пять минут она ко мне присоединилась, закутав свое потрясающее тело в махровый халат. Я уже позавтракал и теперь читаю воскресную газету и пью свой кофе. – Ешь. Сегодня тебе пригодятся все твои силы, – игриво сказал я. Сегодня у нас будет насыщенный день. – Почему? Ты намерен запереть меня в ванной? Заманчиво… очень заманчиво. – Мысль хорошая. Но я думал, что мы с тобой выйдем в город подышать свежим воздухом. Я хочу этого с того момента, когда Ана дала мне второй шанс. Я очень надеюсь, что ей понравится ходить со мной под парусом. Я рад, что ей понравилось парить на планере. Черт, это было очень весело. – А это безопасно? Конечно безопасно! Это первое, о чем я беспокоюсь, или она во мне сомневается? – Там, куда мы отправимся, да. Но вообще шутки неуместны, – строго добавляю я и щурюсь. Она должна понимать, что я очень серьезно отношусь к ее безопасности. Она доела свой завтрак в угрюмом молчании. По-моему она не выспалась. Определенно не жаворонок. Затем раздается стук в дверь. - Вероятно, это добрый доктор, - говорю я и встаю, чтобы пустить ее в номер. Ана проводила меня хмурым взглядом. У меня сейчас такое ощущение, что она меня готова послать. Черт. Но, потом, когда она увидела доктора Грин, вежливо ей улыбнулась и они уединились в спальне. Дело сделано, но чего мне это стоило. Ана заставила меня понервничать. Через двадцать минут они вышли. У обеих какое-то тревожное выражение на лице. Я вопросительно посмотрел на доктора Грин, но она мне ничего не сказала, только вежливо попрощалась с нами. Я проводил ее и закрыл дверь. Что, черт возьми, произошло? – Все в порядке? - осторожно спросил я. Ана молча кивает. Но мне этого мало. Я же не дурак! Я вижу, что что-то случилось, и мне нужно знать что! Она побледнела, как будто узнала что-то плохое. Она выглядит шокированной. – Анастейша, в чем дело? Что сказала доктор Грин? Она ничего не говорит, а только отрицательно качает головой, избегая моего взгляда. Почему она не смотрит мне в глаза? Черт. – Через семь дней ты сможешь ни о чем не беспокоиться. - сказала она, глядя в пол. – Через семь? – Да. Да что за херня происходит? – Ана, в чем дело? Она громко сглатывает и испуганно смотрит на меня. – Так, ничего особенного. Пожалуйста, Кристиан, не приставай. Определенно есть повод для беспокойства. Почему она мне не говорит? Не нравится мне все это. Что у нее нашла доктор Грин? Я должен это знать! И если это так серьезно, почему врач не сказала мне? Я встаю перед ней. Беру ее за подбородок, запрокидываю назад ее голову и смотрю ей в глаза, пытаясь понять причину ее паники. – Скажи мне, – настаиваю я, пытаясь приказать ей сказать мне правду. – Мне нечего говорить. Я хочу одеться. – Она резко дернула головой, освобождая свой подбородок и ушла от меня. Как заставить ее рассказать то, что ее так расстроило? А вдруг она смертельно больна? Я должен это знать. Может позвонить доктору Грин? А толку, она пошлет меня куда подальше, ссылаясь на врачебную тайну. Ана сама должна мне обо всем рассказать. – Пойдем под душ, – предложил я. Может это поможет снять ее напряжение и потом она мне все расскажет? – Конечно, – рассеянно бормочет она. Мысленно она сейчас явно не здесь. Черт. Видимо все плохо, но почему тогда она не может поговорить со мной? – Пошли, – с обидой сказал я, решительно взял ее за руку и пошел в ванную. Что врач могла у нее найти? Она пришла всего лишь для того, чтобы сделать противозачаточный укол, а не полную компьютерную диагностику организма! Может она увидела на ее теле какую-нибудь подозрительную шишку, похожую на раковую опухоль? Что с ней может быть не так? Может у нее плохая свертываемость крови? Пока я здесь сидел и ничего не подозревал, она там откачивала Ану? Нет, этого не может быть, я бы точно что-то услышал. А может у нее порок сердца? И она рисковала жизнью, согласившись сделать этот гребаный укол? Мне плевать, что это может быть, я найду самых лучших врачей, чтобы ее вылечить! Но я ничего не смогу сделать, пока она мне не расскажет. У меня сейчас крыша поедет от всего этого многообразия, которое подсовывает мое воображение. Я включил душ и быстро разделся. Потом повернулся к ней. – Я не знаю, что тебя расстроило, или ты просто не выспалась, – говорю я, развязывая на ней халат. – Но я хочу, чтобы ты сказала мне причину. Мое воображение подсовывает мне всякую всячину, и мне это не нравится. Она закатила глаза от досады, а я сердито смотрю на нее. Если все так серьезно, то сейчас не время, для того, чтобы вести себя как маленькая девочка. Она сделала глубокий вдох. Кажется, что она решилась. – Доктор Грин отругала меня за то, что я пропустила прием таблеток. Она сказала, что я могла забеременеть. – Что? Ни за что! Я уверен, что этого не могло произойти. Я знал, что она перестала пить таблетки, и поэтому, все время использовал презервативы! Я не мог допустить такой ошибки... или мог? – Но я не беременна. Она сделала тест. Это был шок, вот и все. Я не могу простить себе такую глупость. – Ты точно не беременна? – Точно. Слава тебе Господи! Я шумно перевел дух. – Хорошо. Да, понятно. Такая новость способна огорчить. - сказал я. Я всегда осуждал тех, кто жаловался на незапланированную беременность! И был уверен, что со мной этого никогда не случится. Я держу все под контролем, чтобы избежать это дерьмо, которое может испортить мне всю жизнь. Потом я посмотрел на Ану. А она хмуро смотрела на меня. – Меня больше беспокоила твоя реакция. - гневно произнесла она. Что она имеет в виду? Наверняка ее эта новость тоже привела в ужас. – Моя реакция? Ну, естественно, я испытываю облегчение… ведь это был бы верх беспечности и плохих манер, если бы ты залетела по моей вине. – Тогда, может, нам лучше воздерживаться? – прошипела она. Дерьмо. Что я сейчас сказал не так? Почему она так злится? Можно подумать, что она обрадовалась бы тому, что беременна. Не пойму ее настроения. Ее бросает из крайности в крайность. Думаю,что она просто устала. – У тебя сегодня плохое настроение. – Просто я испытала шок, вот и все, – раздраженно повторяет она. Черт побери. Я потерялся. Я не знаю, как должен себя сейчас вести. Что я должен сделать? У меня никогда не было нормальных отношений, да и у нее тоже. Это тот случай, когда слепой ведет слепого, рискуя вдвоем упасть в пропасть. Схватив за отвороты ее халата, я тяну ее в свои объятья, целую ее волосы, прижимаю голову к груди. – Ана, я не привык к таким капризам. Следуя своим природным наклонностям, я бы выбил их из тебя, но серьезно сомневаюсь, хочешь ли этого. – Нет, не хочу. Мне помогает вот что. Она крепче прижалась ко мне и мы стоим так некоторое время. Она права, ничто меня не успокаивает, как ее близость. Видимо, на нее я действую так же. И я очень рад, что она не оттолкнула меня, а все рассказала. Слава Богу, я был не прав со своими догадками. Она хочет, чтобы я обнимал ее и я рад для нее это делать. – Пойдем под душ, – говорю я, разжимая руки. Я снимаю с нее халат, и мы идем под водный каскад. Под душем нашлось место для нас обоих. Я беру шампунь и мою голову. Потом передаю флакон ей, и она тоже моется. Потом я намыливаю ее тело: плечи, руки, подмышки, грудь, спину. Ласково поворачиваю ее спиной, прижимаю к себе и продолжаю намыливать живот, бедра. Я мою свою девочку везде, она такая сладкая. И вся моя. Потом снова поворачиваю лицом к себе. Я хочу кое-что попробовать. – Вот, – говорю спокойно, вручая ей жидкое мыло. – Смой с меня остатки помады. Она испуганно посмотрела мне в глаза. – Только, пожалуйста, не отходи далеко от линии, – все-таки решил уточнить я. – Хорошо, – бормочет она, понимая, как это важно для меня и что сейчас я ей доверяю. Она выдавливает на ладонь немного жидкого мыла, трет руки, чтобы образовалась пена, кладет их мне на плечи и нежно смывает следы от красной помады. Я закрыл глаза и постарался убрать ужас со своего лица. Меня выдает только мое неровное дыхание. Затем, она ведет руки вниз, в сторону моей груди. Я сделал глубокий вдох чтобы сдержать ту ярость, которая появилась из ниоткуда, и с каждой секундой увеличивается. Спокойно Грей, это Ана. Все хорошо, это Ана. Я не перестаю повторять про себя эти слова. Как только она на минуту убрала руки, чтобы взять больше мыла, я моментально расслабился. – Нормально? – спрашивает она с напряжением в голосе. Она волнуется за меня, потому что понимает, что мне все это сложно дается. Моя понимающая, сладкая девочка, я должен с этим справиться ради нее. – Да, – шепчу я. Это, единственное, что я смог произнести, до того как тьма снова начала меня душить. Когда она нежно снова положила на меня руки, я невольно вздрогнул. Я не могу это контролировать, но я должен довести это дело до конца. Это еще один маленький шаг на встречу новой жизни. Флинн сейчас бы гордился мной. Я смотрю в глаза Ане. Они были полны слез и сострадания ко мне. Она чувствует мой страх и хотела бы смыть с меня всю боль. Если бы это было так легко. Она такая заботливая, как бы я хотел контролировать себя и разрешить ей к себе прикасаться, но я не могу это сделать. – Пожалуйста, не плачь... не плачь из-за меня. Мне тяжело видеть ее слезы, зная, что она плачет из-за меня. Я привык ко всему этому дерьму. Я живу с этим. Она уткнулась лицом мне в шею и ее плач перерос в рыдания. Думаю, что она жалеет маленького мальчика, на долю которого выпали все пятьдесят оттенков мрака. Она хотела бы мне помочь, но не может. Я нежно беру ладонями ее лицо и целую. – Не плачь, Ана, пожалуйста. Это было давно. Мне ужасно хочется, чтобы ты прикасалась ко мне, но я все-таки не могу это выдержать. Это выше моих сил. Пожалуйста, пожалуйста, не плачь. – Я хочу прикасаться к тебе. Очень-очень хочу. Я страдаю, когда вижу тебя таким… Кристиан, я очень люблю тебя. Я провожу большим пальцем по ее нижней губе. Она сейчас такая мягкая. – Я знаю. Я знаю, – шепчу я. Она такая чистая, открытая, честная девушка. Она пытается мне помочь, но мне уже ничем не поможешь. – Тебя очень легко любить. Неужели ты этого не понимаешь? Что я должен понимать? Меня даже не любила моя родная мать, эта гребаная шлюха. Она не любила свою плоть и кровь… она не любила меня, потому что я был недостоин любви. И в этом меня не смогли убедить мои приемные родители, хотя очень старались. – Нет, малышка, не понимаю. – Легко. И я люблю тебя, и твоя семья тебя любит. И Элена, и Лейла – они странно проявляют свою любовь, но они любят тебя. Ты достоин ее. – Стоп. – Я прижимаю палец к ее губам, заставляя ее замолчать. Мне невыносимо слышать этот бред. Никто не может любить такого монстра как я! Я не достоин любви! – Я не могу слышать это. Я ничтожество, Анастейша. Я лишь оболочка человека. У меня нет сердца. – У тебя есть сердце. И я хочу владеть им, всем твоим сердцем. Ты хороший человек, Кристиан, очень хороший. Ты даже не сомневайся в этом. Посмотри, сколько ты всего сделал, чего достиг. Посмотри, что ты сделал для меня… от чего ты отказался ради меня. Я смотрю на нее в полном недоумении. Она действительно меня таким видит? Видит во мне человека, способного на доброту? Одному Богу известно, как я стараюсь, но всего этого не достаточно, чтобы вымыть всю черноту из моей души. – Я знаю. Я знаю, что ты испытываешь ко мне. Ты любишь меня, – шепчет она пристально глядя мне в глаза. Ее слова ударили, как молния, мне в голову. И где-то глубоко внутри меня, я почувствовал искорку тепла, как будто сама душа откликнулась на ее слова. Тот кусок камня, который на автомате бился у меня слева, оказался не до конца уничтоженным. Она посадила в меня семя, и теперь ее слова, как капли воды, которые были так мне необходимы, для того, чтобы дать этому семени прорости. Это момент истины. Это момент моего прозрения! Я должен найти в себе мужество, чтобы признать, что она права. Это, как недостающий пазл, который помог мне увидеть всю картину. Я понятия не имел, что такое любовь. Теперь знаю. Я не могу больше этого отрицать. Я люблю Анастейшу всем своим растоптанным сердцем, всей своей одинокой душой. – Да, я люблю. – прошептал я. Я нашел в себе мужество признать это. Я люблю ее. Я искренне, безумно и невероятно глубоко влюблен в эту прекрасную женщину. Я по уши в нее влюблен. Это пугает меня до смерти, но я больше не могу этого скрывать. Ничто и никогда в жизни не могло мне причинить такую боль, как ее уход от меня в прошлые выходные. Почему я боялся себе сам признаться в этом такое долгое время? Потому что, несмотря на мои чувства, я все равно не достоин ее. Она улыбнулась мне своей самой искренней и счастливой улыбкой. Она потянулась ко мне, чтобы поцеловать меня. Я обнял ее так крепко, как только мог и поцеловал ее в ответ, чтобы показать ей всю свою любовь. Это был самый сладкий поцелуй в моей жизни. Она любит меня. Я люблю ее. Сейчас все начало приобретать смысл. Она простонала мне в рот, и у меня от этого закружилась голова, я так ее хочу, но не здесь. – Ана, – хрипло шепчу я. – Я хочу тебя, но не здесь. – Да, – страстно отвечает она возле моих губ. Я выключаю душ, беру ее за руку, вывожу из ванной и закутываю в пушистый халат. Снимаю с крючка полотенце и опоясываю свои бедра, потом беру полотенце поменьше и осторожно сушу ее волосы. Как она смогла заставить меня это почувствовать, для меня остается загадкой, может она сможет вылечить меня? А вдруг и это возможно? Ее чистая любовь может быть способна на то, чтобы вдохнуть в меня новую жизнь и сделать меня лучше. Потом, я обертываю полотенце вокруг ее головы, получился тюрбан. Она так прекрасна. Я встал за ее спиной, и наши глаза встречаются в зеркале. Ее глаза загорелись, будто ей пришла в голову идея. – Можно я тоже поухаживаю за тобой? Я осторожно киваю, понятия не имею, что она задумала. Ана берет еще одно пушистое полотенце из большой стопки, рядом с туалетным столиком и, встав на цыпочки, принимается вытирать мои волосы. Я слегка наклоняюсь, облегчая ей задачу. Мне нравится, как она заботится обо мне. Я не могу скрыть идиотскую улыбку. – Давно никто не вытирал мне голову. Очень давно, – бормочу я, но потом понял, что до нее это вообще никто не делал, кроме меня. – Вообще-то, кажется, никто никогда не вытирал. – Но уж Грейс-то наверняка ухаживала за тобой, когда ты был маленьким? – Нет. Она с самого первого дня уважала мои границы, как ни трудно ей это было. Я был весьма самодостаточным ребенком, – спокойно говорю я. – Что ж, я впечатлена, – шутливо говорит она. – Не сомневаюсь, мисс Стил. Или, может, это я впечатлен. – Разумеется, мистер Грей, тут и сомневаться не приходится. Обсушив мои волосы, берет еще одно полотенце и становится у меня за спиной. Наши взгляды в зеркале встречаются. Хочу, чтобы она сначала проговаривала то, что хочет сделать, я должен знать. – Можно я кое-что попробую? Я доверяю ей. Она знает, что для меня не допустимо. Поэтому киваю ей в знак согласия. Осторожно, очень аккуратно она проводит мягким полотенцем по моей левой руке, убирая влагу с кожи. Поднимает взгляд и смотрит на меня в зеркале. Я неотрывно смотрю на нее. Она наклоняется и целует мое предплечье. Потом вытирает другую руку и тоже покрывает ее ниточкой поцелуев. Она такая нежная и аккуратная. Мне нравится все, что она делает. Никогда не думал, что это так приятно. Я непроизвольно начал улыбаться. С большой осторожностью она вытирает мою спину, ниже той линии. Она хорошо запомнила границы. – Всю спину, – спокойно говорю я, – полотенцем. – Я делаю резкий вдох и закрываю глаза, а она быстро обтирает меня, стараясь дотрагиваться до моей кожи только тканью. Дело сделано; я с облегчением выдыхаю, а она снова поцеловала меня в плечо. Обхватив меня руками, она обтирает мой живот. Наши глаза снова встречаются в зеркале. – Держи. – говорит она, вручая мне маленькое полотенце. Интересно зачем? – Помнишь Джорджию? Ты заставил меня прикасаться ко мне твоими руками. Я напрягся, что она сейчас хочет сделать? Она берет мою руку, которую я протянул ей, и вкладывает в нее полотенце. Потом направляет ее так, чтобы моя рука вытерла мою грудь. Сейчас я выгляжу как кукла в руках кукловода. Я не могу оторвать взгляд от ее руки, я так напрягся в ожидании тьмы, но она так и не появилась! Я был в шоке. Что сейчас произошло? Ана прикасалась ко мне моими руками. Это было непередаваемое ощущение!!! – По-моему, ты уже сухой, – прошептала она и опустила руку. Я не верю своему счастью. Она такая необыкновенная, понимающая, любящая. Я смотрю на нее в зеркало. Господи, она как ангел во плоти, который пришел меня спасти. Я так сильно люблю ее. – Ты нужна мне, Анастейша, – шепчу я. – Я тоже не могу без тебя. – Разреши мне любить тебя, – говорю я хриплым голосом. – Да, – отвечает она. Повернувшись, я обнимаю ее, мои губы ищут ее. Во мне сейчас целый спектр эмоций, которых я никогда не чувствовал. Я внутренне умоляю ее никогда меня не бросать. Я боготворю, лелею… люблю ее. Я нежно взял ее на руки и понес в спальню. Я так хочу любить ее. Я снял с нее и с себя все полотенца. Посмотрел ей в глаза, они просто нереально голубого цвета. Я утопаю в них. Она моя. Только моя. Я люблю ее. Я занялся с ней любовью, самой нежной любовью, такой, которой не занимался никогда. Она моя целиком и полностью. Я ее первый и последний мужчина. Я никому ее не отдам. Я все сделаю, чтобы она осталась со мной навсегда.

***

Мы лежим в постели, смотрим друг на друга. Я провожу пальцами по ее спине вверх вниз. Так приятно гладить ее идеальную кожу. – Так ты умеешь быть нежным, – мурлычет она. – Хм-м… вероятно, мисс Стил. – Ты не был таким, когда мы… э-э-э… делали это в первый раз. – с усмешкой сказала она. – Не был? Когда я похитил твою девственность? – Ты ничего у меня не похищал, – дерзко заявляет она. – По-моему, моя девственность была отдана тебе добровольно и без принуждения. Я тоже хотела тебя, и, если правильно помню, получила удовольствие. – Она лукаво улыбается, прикусив губу. – Я тоже получил удовольствие, помнится. Мы стремимся радовать друг друга. Это значит, что ты моя, целиком и полностью. – Я посмотрел ей в глаза. Весь мой юмор исчез, я серьезно сейчас говорю. – Да, твоя, – подтверждает она. – Мне хотелось бы спросить тебя вот о чем. – Валяй. – Твой биологический отец… тебе известно, кто он? – Эта мысль давно не дает мне покоя. Зачем ей это? – Нет, я не имею ни малейшего представления. Только он не был таким дикарем, как ее сутенер, и это уже хорошо. – Откуда ты знаешь? – Мне что-то такое говорил отец… говорил Каррик. Ты так жаждешь информации? Она кивает в ожидании. От нее ничего не скроется. – Сутенер обнаружил труп проститутки и сообщил в полицию. На это открытие он потратил четыре дня. Уходя, он закрыл дверь… оставил меня с ней… с ее телом. Мне никогда не избавиться от этого страшного воспоминания. – Потом его допрашивала полиция. Он всячески отрицал свое отцовство, и Каррик сказал, что мы с ним совершенно разные. – Ты помнишь, как он выглядел? – Анастейша, в эту часть моей жизни я стараюсь не заглядывать. Да, я помню его внешность. Я никогда его не забуду. – Да пошел он к черту! Мне ночных кошмаров хватает, чтобы еще вспоминать об этом дерьме наяву. – Знаешь, давай поговорим о чем-нибудь другом. – Прости. Я не хотела тебя огорчить. – Ана, это старая новость, и я не хочу об этом думать. – А какой сюрприз ты приготовил для меня? – она поменяла тему, и я благодарен ей за это. – Ты можешь выйти со мной на свежий воздух? Я хочу тебе кое-что показать. – Конечно. Я очень хочу прокатить ее на своем катамаране. Думаю, ей понравится. Я игриво шлепаю ее по заду. – Одевайся. Можно надеть джинсы. Надеюсь, Тейлор положил их тебе в чемодан. Я встаю и начинаю одеваться. Но в этот раз, несмотря на мой шлепок, Ана не спешит вставать. Она лежит и смотрит на меня. – Ну? – сердито подгоняю я ее. – Я просто любуюсь видом. – с усмешкой говорит она. Ана. Ана. Ана. Я не верю, что все это происходит со мной. Она встает и тоже одевается. У нее еще влажные волосы. – Подсуши волосы, – приказываю я, когда мы оделись. – Доминируешь, как всегда, – усмехается она, а я наклоняюсь и целую ее в макушку. – По-другому никогда и не будет, детка. Еще не хватало, чтобы ты заболела. Она закатила глаза. Как невежливо мисс Стил. Она специально дразнит меня. – Между прочим, мисс Стил, мои ладони до сих пор зудят. – Рада это слышать, мистер Грей. А то я уже подумала, что вы утратили свою суровость. – Я могу легко продемонстрировать, что это не так, если вы настаиваете. Я вытаскиваю из сумки большой кремовый свитер из толстой пряжи и набрасываю его на плечи. Она ушла подсушить волосы, а я не могу скрыть своей улыбки. Я сейчас так счастлив. Теперь я уверен, что мы найдем наш собственный путь. Ана надела бледно-голубую блузку, которую Тейлор купил для нее, когда она впервые ночевала со мной в Хитмане. Она ей к лицу. – Куда же мы направляемся? – спрашивает она, когда мы ждем в вестибюле служащего с парковки. Я не хочу раскрывать сейчас всех секретов. И еле могу сдержать свое ликование. Она смотрит на меня с радостной улыбкой. Я наклонился и нежно поцеловал ее. – Ты хоть представляешь, как я счастлив благодаря тебе? – Да, я хорошо представляю. Потому что я счастлива благодаря тебе. Она сказала это искренне. Может на самом деле не так все плохо, как я думал о себе? Парень пригоняет мою Ауди. Он тоже сияет от счастья. Сегодня один из лучших дней в моей жизни. И за это я должен благодарить эту юную, прекрасную особу. Мою девушку...