Врата

Итук устало вздохнул, прикрывая глаза и всматриваясь вдаль. Пальцы на автомате рисуют по воздуху, создавая несильный поток бледно-голубоватого цвета. Новоиспеченный лидер гасит маленький смерч, тем самым успокаивая нервы. Время, что осталось до открытия Врат, стремительно тает, а их лишь десять. Десять из пятнадцати. Он аккуратно достает сигарету и, обхватив тонкий фильтр губами, лезет в карман за зажигалкой. Горячие ладони обнимают сзади, прижимая сильнее, чем нужно, стараясь согреть. Дешево-пафосным щелчком на пальце появляется маленький огонек, который не сдуть даже ураганом. Итук медленно прикуривает, расслабляясь в руках Хи. Так можно согреться и ни о чем не думать. - Мы найдем их, не переживай. Вукки уже работает над этим, – Релла кладет подбородок на плечо Тукки, прося затянуться. - Он же только-только в себя пришел, после Донхэ, – Воздух обеспокоенно звенит, вторя чувствам хозяина. - С ним Хекки. Не трясись так. Мы не безбашенные дети, хоть и часто напоминаем цирк на выезде, - Хи медленно затягивается, пропуская через легкие совместное творение Воздуха, Земли и Огня. Итук забирает сигарету обратно, быстро докуривая и выходя с балкона, все же продолжая разговор: - Найти бы стихийных хотя бы. Ты не знаешь, Вукки может определять способности или только находить? - Я попросил его, чтобы следующий был стихийный, но получится или нет – он не дал гарантии. Двое парней прошли на второй этаж их большого дома, заходя в комнату к Реуку и Донхэ. Двухъярусная кровать цвета молочного шоколада, в тон ей стол около окна с одним на двоих ноутбуком, высокий шкаф из легкого дерева у левой стены с зеркалом в пол. Стены нежно-персикового цвета и белый потолок с флуоресцентными звездочками, горящими в темноте. Все довольно обычно, если не считать иссиня-черный, явно выбивающийся из дизайна, ковер с высоким ворсом, на котором, взявшись за руки, сидят два парня. Один видимо пониже, хотя из такой позы и не рассмотреть, хрупкий парнишка с волосами цвета красного дерева и густо подведенными, закрытыми глазами, под которыми виднеются почти черные круги от истощения. Второй еще худее, хотя, казалось бы, уже некуда, впалые щеки, блондинистая челка закрывает глаза, а ноги сложены по-турецки как-то не естественно. Но это его состояние слишком быстротечно – он человек-энергия – без всяких ощутимых проблем может бодрствовать в течении нескольких месяцев и подпитывать этой энергией других. Однако, смотря на него сейчас, понимаешь, какое количество энергии пропускает через себя этот человек и, какое количество энергии требуется красноволосому. Вукки резко открывает глаза, и тела всех присутствующих окутывает поток энергии, исходящий от этого взгляда. Реук смотрит в никуда, но зрачки метаются из стороны в сторону, словно он ищет что-то. А он и ищет, но не что-то, а кого-то. Итук садится рядом с Вукки, а Релла присел к Хекку, чуть приобнимая его и передавая чуточку тепла. Тот в ответ благодарно замычал, не отвлекаясь от циркулировавшей энергии в его теле. Через некоторое время поток энергии стихает и Реук уже более осмысленно переводит взгляд на Тукки и почти заплетающимися губами произносит: - Кенбоккун… он работает там… имя… Ким Чонун… - Парень проваливается в глубокий сон, едва успевая договорить. Итук поднимает его на руки и осторожно кладет на кровать, укрывая пледом. Оборачивается, и глядя на успевших встать молодых мужчин говорит: - Хи, присмотри за ними. Через несколько часов должен прийти Кюхён с учебы, он поможет. Я за одиннадцатым, – Итук уже разворачивается и слышит: - Мими с собой возьми, а то мало ли как этот Чонун отреагирует.