Запретный плод сладок

Когда все гости начали разъезжаться, то король Роберт заявил, что вся семья Старков едет с ним в Королевскую гавань. Даже их воспитанник Теон Грейджой должен ехать с ними. Все были рады этому, но Арья бы предпочла остаться в Винтерфелле. Она не любила путешествовать, а тем более не хотела ехать в место, пропитанное потом, вонью и ложью. Но, обговорив все варианты с матерью, ей все таки пришлось ехать. Только тот факт, что она будет с Джоффри успокаивал ее. Да, слухи по замку разлетаются быстро, и все знали, что у них закрутился роман. Сначала Арья была счастлива, что она с принцем. Но после, когда она начала замечать взгляды ее старшей сестры, которые она посылала младшей Старк в спину, ей становилось не по себе. Они были холодными, пронизывающими до костей. Арье было правда очень жаль, что так все получилось, что скорее всего она, а не Санса, станет королевой. Что это ее сказка, а не Сансы. Но сделанного не вернуть и поэтому пришлось привыкать к ее убийственным взглядам. Они почти не говорили и на все попытки Арьи начать беседу, Санса коротко отвечала, что у нее нет времени. Лишь один раз, когда Арья смогла добиться от нее больше, чем фраза "у меня нет времени", она об этом пожалела. Санса не кричала, не злилась, а только холодно на нее смотрела и произнесла :" Каждый раз, когда будешь с Джоффри, вспоминай тот случай на лестнице". Эти слова заставили Арью вернуться в реальность. Теон...с момента, когда все узнали о них с принцем, он стал более молчаливым, более сдержанным. На пирах он пил мало, почти сразу уходил к себе. Когда Арья проходила мимо него, он отводил взгляд, будто не хотел ее видеть. Скорее всего, так оно и было... *** В Королевской гавани Арья убедилась, что не любит новые места. Она почти не выходила за пределы замка, как любила делать в Винтерфелле. Потому, что за стенами замка была только нищета, голод и сплошная ненависть ко всему. Удивительно, как в одном городе уживались красоты и великолепие Красного замка и нищета, перемешанная с грязью и вонью Блошиного конца. По приезду в столицу, Старков поселили в башню десницы, так как еще в пути Роберт назначил Неда своей десницей. Это было ожидаемо, ведь Старк и Баратеон дружат столько времени, их сплотила война. Уже через неделю, когда Арья перестала удивляться величием Красного замка, их отношения с Джоффри начали потихоньку переходить к некому долгу. Он делал то, что от него требовалось: приглашал на танец, был с ней любезен, но ничего больше. А Арья не хотела навязываться, поэтому по вечерам тихо и с печалью вспоминала ту ночь после ее именин. Однажды принц пригласил северянку на объезд столицы. Но Арья была совсем не в настроении, поэтому отказалась. Ланнистер был в таком гневе, что отказался с ней говорить весь остаток времени. Как бы она не старалась загладить свою вину, он не отвечал взаимностью. После ужина он как будто просто забыл о ее существовании. Поэтому, расстроенная этим, она сразу после ужина пошла, почти выбежала, в сад. Это было единственное место, которое нравилось ей. Здесь, среди дивных деревьев, она находила свой покой. Ее утишало жужжание пчел, которые кропотливо собирали пыльцу в изумительно пахнувших цветах. Сев на ее любимую скамейку, она запрокинула голову и от бессилия взвыла, как волчица. Слезы сами собой потекли из глаз, и, наклонив голову, спрятала лицо в руках. Она не могла так больше. У нее просто не было сил. Не было сил бороться с гневными взглядами сестры. С молчанием Теона. С матерью, которая отчитывала ее за нежелание быть со всеми милой и учтивой.С братьями, которые укоризненно смотрели на нее, когда та спорила с матерью. Только Джон ее понимал. Только у него получалось утешить Арью, которая была просто тринадцатилетняя девочка, так рано ставшая женщиной. Она всегда задавалась вопросом, не бастард ли она, ведь она так сильно отличалась от Рикона, Брана и Робба с Сансой, но так была похожа на Джона Сноу.Но Джон уехал не так давно, отправился на Стену. Ее сводный брат добровольно надел черное. Это был удар в ниже пояса для Арьи. Когда Старк вышла из своих мыслей, на улице уже было темно. Странно, что ее не искали. Хотя это было к лучшему для нее. Арья, поразмыслив немного, твердо решила пойти к сестре и поговорить с ней. Резко встав, из-за чего в глазах заплясали черные точки, она взяла в руки юбки, чтобы было удобней идти и направилась к замку. Замок спал. По коридорам иногда проходили служанки и прочие. Поднявшись на верхние этажи, она без труда отыскала нужную дверь. Нерешительно постучав кулачком в дверь, Арья позвала сестру по имени, но та не откликнулась. Тихонько толкнув дверь, Арья удивилась, ведь та со скрипом приоткрылось. Войдя в покои Сансы, она увидела то, от чего ее глаза широко распахнулись, а слезы начали литься сами собой. Джоффри, ее Джоффри, лежал на Сансе, а та тихо стонала. Они даже не заметили ее, а если и заметили, то не подавали знак. Младшая Старк стояла в ступоре и смотрела на них. Наконец, издав громкий стон, походящий больше на крик, Санса заметила ее. На ее лице застыл ужас. -Арья, это не то, что ты думаешь, - начала оправдываться Санса, щеки которой уде розовели от стыла перед младшей сестрой. Пока она тараторила, пытавшись прикрыть свою наготу одеялом, Джоффри только ухмылялся. Он смотрел в ее глаза, и в них не было ни капли позора. Ни малейшей капли стыда. Только гордость собой. В эту минуту Арья понимала, какой он, Джоффри Баратеон. Мальчик с золотой гривой Ланнистеров, львиным характером, в котором не было ничего от Баратеонов. Небрежно вытерев слезу, пытавшуюся сбежать по щеке Арьи, она холодно произнесла: - Сестричка, не забудь выпить Лунного чая. - после этих слов, зашелестев юбками, Арья вышла прочь из комнаты сестры.