Всё можно изменить — даже жизнь

Из тёмной камеры выволакивают четырёх демонов, если посмотреть издалека, то они были ещё в нормальном состоянии, но если подойти ближе и присмотреться, можно заметить множество ссадин и кровоточащих ранений; руки посинели из-за недостатка крови. Кандалы крепко были замкнуты на запястьях демонов, перекрывая любой доступ крови к конечностям рук. Этериасов подхватили под руки и поволокли по длинному коридору. На все сопротивления с их стороны стражи начинали быстрей идти, доставляя демонам ещё больше боли. Они направляются в зал суда, дабы состоялся суд над демонами, и мастера вынесли свой вердикт. Затащив Этериасов в зал, стражи бросили их на пол и ушли, оставив демонов лежать на холодном полу главного зала. Но их никто не заметил, так как уже как час в главном зале разгорается спор: мастера гильдий не могут определиться с решением, что делать с демонами и какой им вынести приговор. Что было самое странное, так это то, что Макаров требовал отпустить демонов под его ответственность. Мастера же из-за этого устроили скандал, говоря, что Демоны ― существа подлые, лживые и им доверять нельзя, а лучше сразу же уничтожить от греха подальше. — Каждый имеет право на искупления греха. Я ручаюсь, что они не станут ни на кого нападать, у меня есть план, который я бы осуществил с радостью, если бы вы мне дали разрешение, — произнёс Макаров, мельком поглядывая на лежащих на полу демонов. Побитые и униженные. На них было жалко смотреть. Казалось бы, недавно они боролись во всю силу, практически уничтожив Магнолию и убив людей, а сейчас, лёжа в собственной крови, они были беспомощны как никогда. Глядя на них, можно было ощутить лишь жалость и ненависть. Но Макаров испытывал лишь жалость. Демоны, которые чуть не уничтожили Магнолию и всё магию на Земле, сейчас лежат перед ними и истекают кровью. — Ты ведь должен понимать, какая это ответственность, Макаров. Это не шутки шутить ― здесь дело серьёзное. — Я это прекрасно понимаю, Лахар, я беру на себя всю ответственность за них, да и к тому же у меня есть люди в гильдии, которые смогут их, скажем так, перевоспитать. — Что же ты задумал, ладно, кто за ― поднимите руку…

***

Попытавшись пошевелить рукой, демон лишь жалобно заскулил; ужасная боль пронзила тело Шакала, заставляя его сморщить лицо от неприятных ощущений. В ту же минуту к его лбу дотронулась чья-то рука, отчего демон вздрогнул и нерешительно приоткрыл глаза. — Где я? — единственное, что сумел сказать ― а точнее, прохрипеть ― Этериас. — Где-где, на кудыкиной горе, молчи лучше, ибо сама заткну, — проворчала женщина. Её уж никак не радовала перспектива ухаживать за демонами, так внезапно свалившимися на неё среди белого дня. Да и ещё этот Макаров, ничего толком не объяснив, смылся в гильдию, вот и остаётся Полюшке лишь глядеть да лечить нежданных гостей. — А если серьёзно? — прозвучал властный голос с соседней койки. — А ты вообще помалкивай, ибо быстро у меня на улицу вылетишь, — недовольно откликнулась женщина и вышла из комнаты. Молчавший до этого момента Шакал посмотрел вбок, где увидел смотрящего в потолок Мар-де Голя. — И вы здесь. — И не только я, вперёд посмотри, — переведя взгляд вперёд, Шакал заметил стоящие впереди них кровати, на которых лежали Кьёка и Сэйра. — Ясно… Но всё же, где это мы? Я не помню, как мы здесь оказались, помню лишь то, что нас притащили в какой-то зал, но не более ― потом я отключился. — Та же история. — Эй, с вами тут поговорить хотят, слушайте внимательно, этим двум передадите потом сами, — зайдя в комнату, недовольно проговорила Полюшка, поставив перед демонами зеркало, в котором появился Макаров. «Итак, начну по порядку, меня зовут Макаров, думаю, вы меня помните. Я забрал вас из тюрьмы, но для чего ― слушайте дальше. Завтра вы отправитесь на Остров Тенрю вместе с некоторыми магами из моей гильдии, где вы должны будете научиться общаться с людьми и не пытаться их убить или уничтожить. На этом всё, все подробности узнаете завтра. Удачи и выздоравливайте».